***
-- Так-так, заговорщицы и заговорщики пожаловали, - я с улыбкой поприветствовала вошедших в Залу Синффайнири, Джандииру, Мелантию, Шайнтлайна и Гулрианара. - Ну что же, жду вашего искреннего раскаяния и чистосердечного признания в содеянном. Реакция была разной. Гулринар со спокойной и довольной улыбкой без малейшего движения сдвинулся в сторонку, заняв позицию у входа. Профессионал, однако, с большим жизненным опытом: подальше от начальства, поближе, хотя бы, к выходу. С чего он сюда вообще заявился я прекрасно поняла: спец по проклятьям как он есть, пусть именно Темной магией и не балуется. По идее, спецом в Темной Магии должна была быть Сабвиллайл, учитывая ее жреческую составляющую до обработки обрядом, однако именно в проклятьях она была не сильна. Так что Гулринар здесь был по делу. Заодно вошел он в зал демонстративно НЕ хромая, а значит Азалайтен все-таки согласилась провести ритуал, и смогла очистить после этого свой храм. Так что старый артефактор и маг Смерти сейчас был доволен всей ситуацией: стоял себе в сторонке с видом чернокожего Дуремара, довольно напевающего “А я тут ни при чем!”. И, кстати, без малейшей неискренности, он и в самом деле был тут ни при чем. Шайнтлайн тоже ушел на задний план. По его лицу сказать об эмоциях было сложно. С одной стороны, про данный “заговор” он стопроцентно знал. С другой же идея не его, и от реализации он отмазался. Также его прощает тот факт, что вчера докладывать было некому, я явно была не в себе. Скорее, награждать надо за нейтралитет. Хотя с Гулринаром у Шайнтлайна что-то опять не срослось, плут-контрразведчик поглядывал на старичка с явным подозрением и неудовольствием. А вот дамы... Мелантия, замершая рядом с Шайнтлайном, скромненько потупилась. Ну да, это она тут “насоветовала”, так что, при случае, влетит ей гарантировано. А если учесть то, что она тут единственная чужачка, то, как бы, не сильнее всех. Джандиира - наивная заботливая нянечка - даже не скрывала свое облегчение и радость от моих слов. Типа, все нормально, порча снята и слава Луне. А вот Дива... -- Леди, с вами точно все в порядке? - уточнила она на всеобщем с явным беспокойством как в голосе, так и на лице. “А то ты не знаешь?” - подумала я, внимательно на нее посмотрев. Я тоже уже знала, так как сразу после пробуждения принудительно “выпала” в реальность (спасибо еще, что будить не стали), и получила подробнейшее описание случившегося со стороны моих наблюдательниц. И про роль Дивы в случившемся, конечно, тоже. То, что я прошла по ниточке между жизнью и смертью, конечно, напугало, но не так сильно, как могло бы показаться. Терять мне было уже нечего, иначе бы я и вовсе не согласилась на такую работу. Так что, выслушав и приняв к сведению сделанные выводы, я просто вернулась в игру. Уверенная, что сейчас ко мне заявятся с проверкой заинтересованные игровые личности. Собственно, из перечисленных я несколько не ожидала увидеть только Гулринара. Зато ожидала Сабвиллайл - которой не было. Это меня немного заинтересовало - но потом, потом... А сейчас... Сейчас... А что сейчас? Выводить Диву на чистую воду? При посторонних - точно не стоит. Замкнется. Да и где это делать? В своих Личных Покоях? Если там за мною следит Ирина, где гарантии, что этого не делает кто-то еще? Ночью я ничего не соображала, но сейчас мозги проветрились, и начали работать как подобает. А нагруженные дополнительными данными, они выдали слишком много “против” идее поговорить с Дивой по душам прямо сейчас. Нет уж. Тогда как? И где? Похоже, Диву придется брать с собой в Ил Алук. Экстрапланарный домен, божеств Земель там не слышно, насколько мне известно. То есть, рядом со мною окажется персоналия-аватара, которая не будет синхронизировать свои данные с Божеством, однако продолжит располагать обширной информацией о нем. Решено. Вот и четвертая моя спутница в дополнение к Шайнтлайну, Гулринару (куда же я от него денусь) и, представьте себе, Мозголому. Не знаю как, но гремлин мне там очень пригодится. Я - пятая. Остается только привлечь еще одного. Желательно, боевика. Правда, не представляю, кого именно. Чесслайдрил обязательно нужно будет оставить. Т’рисстри никуда не уйдет от Минайриль. А больше у меня серьезных темноэльфийских воинов и нет. А светлоэльфийских брать с собой нельзя, даже если бы кто-то из них согласился бы надеть некромантский амулет... Впрочем, об этом я подумаю позже. -- Да, сейчас я в полном порядке, - ответила я, наконец. - Мне следует поблагодарить вас за предпринятые меры. Насколько я поняла, дело было в воздействии на меня со стороны инкуба. Мне только одно непонятно: как он умудрился это сделать, как вы смогли это заметить и что надоумило вас предпринять такие неординарные действия? -- Прошу прощения, Леди... - отлип от стены Гулринар. -- Погоди чуть-чуть, - прервала я его. - Отвечать лучше начать с последних пунктов. Первый пункт меня интересует, но на будущее. Последние два актуальнее. -- Вы ничего не помните из вчерашних событий, Леди? - уточнила Дива, явно удивленная моей реакцией. -- Совещание, посвященное будущему строительству Тракта на юг и Степным Эльфам. Пытались решить, кто пойдет в Ил Алук. Беседа с Мозголомом... - я задумалась. Все воспоминания были какими-то фрагментарными. Неужели, все так плохо? -- Кажется, я поняла... -- Вы практически не реагировали на окружение, на любой вопрос отвечали односложно. А когда вы не обратили внимание на доклад Сабвиллайл... Тут уж забеспокоился весь замок! -- Стоп! - прервала я Диву. - Есть ли что-то такое, связанное с данной ситуацией, что вы не имеете права сообщать мне при посторонних в связи с вашим статусом в замке? Дива замерла. Было видно, что она удивлена, и слегка обеспокоена. Учуяла проверку, но не поняла, с чем именно она связана. -- Нет, - наконец ответила она... Правду! Мой амулет не отреагировал на прямой ответ на столь каверзный вопрос! - Все, что связано с данным происшествием я могу сообщить вам в присутствии Мелантии, Джандииры, Шайнтлайна и Гулринара. -- То есть, все имевшиеся воздействия, были осуществлены с вашей стороны? -- Да, все было сделано под мою ответственность, - Дива немедленно успокоилась. А вот я, наоборот, напряглась. Не следовало забывать, что Эйлистри была богиней-менталисткой, для которой “все рассказать при посторонних” вовсе не являлось гарантией того, что эти самые посторонние что-то запомнят и смогут в последствии рассказать. Так что ответ Дивы выдал ее с головой, а мне лишний раз дал понять, что я была права, не начав “раскручивать” аватару сразу же. Этот момент я обсудила с Марией, а та учла дилетантизм нынешней “Эйлистри”. Ловушку-то Дива почувствовала, но совсем не ту, которая на самом деле была выставлена. А рассказать мне ВСЕ о данной ситуации она могла, только полностью раскрывшись. -- Мелантия, что за разговор был сразу после найма? - уточнила я. -- Леди, ведь ваша богиня приветствует женственность. А вы, извините, вели себя, как рыцарь, который доспех никогда не снимает. Я даже удивилась, что Вас богиня все еще поддерживает, и не намекнула на столь серьезную ошибку... -- Я тогда одернула Мелантию, что это не ее дело, - вступилась Дива. - Но когда увидела, как вы не реагируете на обсуждение серьезной проблемы, то немедленно применила все свои силы для проверки ситуации. И обнаружила развернувшееся проклятье. Природа... Ну, это было несложно. -- Тогда почему ты его просто не сняла? -- Эээ... Леди, делать это иными средствами было рискованно. Меня предупредила Минайриль, что просто снимать проклятье... Она сказала так: “Все нити слишком тонкие. Рвутся. Плохо. Не сами. Лучше.” Ага, Мария, похоже, оказалась права в своих выводах насчет Минайриль. Она обеспечивает Диве доступ к техническим данным игры. Хотя бы дает возможность их интерпретации, если уж взлом “Балансира” невозможен. -- И ведь не врешь, - хмыкнула я. — Вот только Эйнар проболтался, что договорились с ним вы еще с вечера. -- Мы просто заранее подготовились, - спокойно ответила Дива. Мелантия с Джандиирой согласно кивнули. - Причем поговорили на такую щекотливую тему не только с Эйнаром. О том, что наша подготовка понадобится столь быстро никто и предположить не мог. Тем более, что Минайриль еще раньше намекнула на него: “Помощь. Медведь... Нет! Рядом... Хорошо. Правильно.” -- Когда именно? И когда она сделала первое предсказание? -- Про Эйнара Минайриль высказалась после вашего прибытия. А про тонкие рвущиеся нити - под утро, когда мы собирались снимать проклятье. Сама прибежала к дверям зала, но не заходила внутрь, и очень беспокоилась. Успокоилась, только когда мы вернулись с Эйнаром. Кивнула, и ушла. -- Понятно, - ответила я. - То есть, я была неадекватна, вы с божественной помощью определили в чем дело, и оказали нужную помощь. Очень грамотно оказали, я в долгу перед вами. Осталось только выяснить, как именно было наложено данное проклятье? Гулринар? -- Леди, вы вкусили плоть инкуба. Как именно, я не знаю, - ответил Гулринар. Шайнтлайн скептически посмотрел на артефактора. -- Могу стопроцентно заявить, что это не так. Мне известен точный момент наложения проклятья. В это время мы осматривали пленных викингов, и я ничего не пила и не ела. Инкуб, правда, мог улучить момент для своих действий. -- Леди, действия инкуба, безусловно, привели к наложению проклятья. Но если бы вы не вкусили его плоть, не было бы столь неприятного эффекта. Вообще бы, скорее всего, ничего не было. Вот теперь Шайнтлайн смотрел на Гулринара задумчиво. А я вопросительно смотрела на него. -- Было на кухне одно происшествие, - заметил, наконец, Шайнтлайн. - В открытой бочке с питьевой водой обнаружили дохлую мышь. Конечно, воду поменяли, и не только в этой бочке, однако это случилось уже после того, как вы ушли на переговоры с демонами. То, что вода в ваших флягах была не из этой бочки, ни о чем не говорит. Я встала, злобно оскалившись. Скрывать сейчас свое настроение было просто не нужно, все его вполне разделяли. -- И до того, как Гулринар проверил Замок на предмет шпионов кораксов, не так ли? В общем, понятно. И знаете, что еще я вам скажу? Стай кораксов на моих землях две! Было две! Одна работала в моем замке, в поселении у шахты кристаллов, и уже уничтожена. А вторая работает со степными эльфами! Только так можно объяснить то, что эта сволочь Вальтер не соврал мне насчет того, что они никак не пересекаются с демонами, и хранят свое присутствие в тайне от всех! И именно вторая группа отравила мне воду, именно они работали с демонами... Нет, не сходится! - я облокотилась на столешницу, нервно сжимая и разжимая пальцы. -- Сходится, - возразил Шайнтлайн. - Если инкуб наводил на вас порчу, ставя целью кого-то третьего, а не себя. Например, Вальтера. Ведь ясно, что это на самом деле одна команда, просто разделившаяся. -- Такое вообще возможно? - спросила я. Гулринар в ответ кивнул. -- Странно только, что инкуб продолжал играть в их игру даже после того, как оказалось, что кораксы подставили караван с пленными викингами, - высказал он свое сомнение. -- Кто знает? Может быть, он и в самом деле завязывал проклятье на себя, а не на Вальтера. Результат получился бы такой же, - возразила я в ответ. -- То есть, кораксы сознательно разделились для того, чтобы у меня не возникло претензий, а заодно устраняли инкуба, как нежелательного свидетеля. Вот такой расклад выглядит вполне реальным. Ладно, с этим разобрались. Где Сабвиллайл? -- В Кристалле... То есть, в поселении у шахты кристаллов. Разбирается с тем, что осталось после Вальтера и его подельников, - доложила Мелантия с легкой ехидцей бросая взгляд на Диву. Которая, в свою очередь, скромненько потупилась. - Этот ваш алебардщик, Корвин, утром лично прибежал, за голову хватаясь: то не так, а это не этак, и все по делу. Надо было срочно отправлять туда небольшой отряд эльфов для дознания. Гулринар готовился к ритуалу излечения, так что пришлось будить Сабвиллайл и Зарду. -- Понятно. А чего вы от меня про нее скрываете? -- А ее тоже проклятьем инкуба задело, - хихикнула Мелантия. - Она все утро с Зардой развлекалась. Синффайнири почему так беспокоилась за вас? Да потому, что эту парочку даже на поверхности слышно было. -- Все там в порядке, - буркнула Дива. - Просто, когда я отправилась выяснять, что за шум, они и меня попытались в свои развлечения затянуть. Вот тогда я и бросилась сперва к вам, а потом сразу же разбудила Мелантию. И не надо на меня так смотреть! Луна не одобряет подобных забав, и жрицам так себя вести недопустимо. Джандиира может это подтвердить. Сабвиллайл и Зарда не жрицы, и с такими вкусами ими точно никогда не станут. В остальном же они вольны развлекаться, как им заблагорассудится. Вот только других соблазнять не следует. -- Понятно, - настроение у меня улучшилось. Учитывая уже подтвержденный статус Дивы, сейчас она была вполне искренней. Правда, Сабвиллайл в результате весьма изящно вышла из церковной вертикали власти, а значит, с ней дело придется иметь мне. Не самая идеальная перспектива. - Сабвиллайл там с недосыпа дров не наломает? -- На самом деле Сабвиллайл и Зарда сейчас очень довольные и веселые, не смотря на недосып. Так что не должны. -- Хоть это хорошо. Орлы-оборотни прибыли? Они должны были быть сегодня утром? -- Да, прибыли, - доложил, слегка поморщившись, Шайнтлайн. - Двое. Один отправился с эльфами в поселение, второй ждет вас. -- Настолько неприятные личности? -- Как недостаток, чрезмерная гордыня. Но оба серьезные специалисты в светлой магии. Лучше, чем любой, кто есть в нашем Замке, исключая магов из башни. -- Хммм... - стоило задуматься. Что ни говори, а полевых специалистов по светлой магии в моем замке еще не было. Гордыня же, конечно, грех, но отнюдь не смертный. Стоит внимательнее оценить, сможем ли мы поладить. - А в чем тогда заключается их гордыня? -- Их просто видеть надо. Но, например, посланники наотрез отказались встречаться с вами в тронном зале, - ответила мне Дива. -- Простите, а разве вы не знаете, что у орлов-оборотней врожденный страх закрытых помещений? - выдала я известную мне информацию об этой группе оборотней. - А воспитание трактует страх, как слабость, которую нельзя демонстрировать окружающим? Вы, надеюсь, не настаивали на встрече именно здесь категорично? -- К счастью, нет, не успели. Как раз появился Корвин, и у нас возникли другие проблемы, а Сабвиллайл, может, и не знала этого нюанса, но что-то явно заподозрила, так что сосредоточилась на проблемах шахты. Посланник ждет вас у онодрима. -- А где Чесслайдрил? Уж она-то это точно знала бы. Да и наши оборотни это могли знать. -- Бринир с Бринастрой, видимо, не знали, а селки в замке просто нет. Дело в том, что наши вчерашние “переговоры” с демонами явно разозлили Степных, и они активно ведут разведку у моста. На контакт не идут, так что ничем хорошим это не кончится. Баэльквейт и Чесслайдрил уже там, как и посланник от селки, - продолжила докладывать Дива. -- Кстати, викинги сейчас чем-то очень обеспокоены, - добавил Шайнтлайн. - По докладам Райлдриирна, люди Ормстюра, уничтожив демонов, пристали к берегу и ремонтируют свои корабли. Мы наблюдаем, но нападать не планируем. Ормстюр в свою очередь никак не показывает, что готов нарушить данное им слово. Правда, в сторону замка движется группа из трех викингов. Один из них Эйджилс. -- Локи подтвердил клятву Ормстюра. Я права, что подобному можно верить, и что Локи никогда не лжет в своих клятвах? - уточнила я у Дивы. Та кивнула. - Зато Эйнару мне есть основания не доверять. “Перед ликом Одина клянусь своим мечом,” - мне кажется, что это отнюдь не клятва в мой адрес. Он клянется мечом своему богу, и просит того быть поручителем перед мною. В результате, его клятва, на самом деле, только между ним и Одином. Предположу, что он отлично знает, кто именно движется к замку, и имеет к этой личности немало вопросов на крови, а в этом случае что решит Отец Битв неизвестно. И это плохо, так как мне это совсем не выгодна ссора, она нарушит мою клятву Луне. Поэтому мой план таков... Женщины ехидно заулыбались, тогда как мужчины, не смотря на всю их выдержку, нахмурились. -- Есть у меня такой составчик, - заявила Мелантия. - Даже готовить не придется. Сутки гарантирую, дальше само пройдет. -- Два сигнала. По одному применишь его, по второму припрячешь подальше. Проблем не будет? -- Да какие там проблемы? Они пиво хлещут, вообще ни о чем не думая. А сейчас как раз обед. Надо только успеть до того, как они уйдут из замка. -- Тогда не будем терять времени. До вечера у меня еще слишком много дел. Шайнтлайн, у тебя есть что сказать по поводу утечки? -- Ничего страшного, как я и предполагал, все произошло до меня. Даже обвинить некого, контрабандисты просто подслушали болтовню халфлингов в их таверне. Правда, они искали, где что подслушать, целенаправленно, так что шпионаж как он есть. Сейчас халфлинги более осторожны, и о чем попало не болтают. Зато обнаружилось другое: шпионили не только они. Торговцы целенаправленно выспрашивают, какие товары нам больше всего нужны, это нормально и заметно. Но одна группа зачем-то интересовалась населением Замка, делая упор на его темноэльфийской женской части. Я понял бы, если бы это был торговец каким-то специфическим товаром, однако в его ассортименте была лишь провизия, не особенно деликатесная. -- Шпионаж, но какой-то странный. И что в этом такого удивительного? Особенно если учесть, что этот торговец уже покинул наш замок? Иначе бы у тебя было намного больше информации. -- В том, что это были светлые эльфы, - пояснил довольный Шайнтлайн. - После обнаружения на нашей территории Мстящих, я бы не назвал эту информацию малозначащей. -- Давай ты сейчас не будешь играть в свою любимую игру, выдавая информацию по кусочкам, - я не сердилась, но... Невовремя это он. - У нас просто мало времени для таких игр. -- Он и еще пара светлых эльфов ушли на юг. За мост. Больше никто из торговцев туда не уходил, все предпочитают двигаться через Галадинен. -- То есть, ты полагаешь, что Степных обрабатывают не только кораксы? -- Я полагаю, что нам нужно повнимательнее следить за окружающей нас территорией. Мне еще не пришла информация из Галадинена о той паре Мстителей, что мы отправили восвояси. Но ее уже достаточно, чтобы сопоставить их появление с данным странно любопытным торговцем и его свитой. -- Разведка и ликвидаторы, я поняла. Спасибо за информацию. Но поскольку мне надлежит уже этой ночью отправиться в Ил Алук, то разбираться буду не я. Бинайраэн в курсе, я полагаю? -- В курсе. До Чесслайдрил и Баэльквейта я ее еще не донес, но немедленно отдам нужные распоряжения. -- Хорошо. Это надо будет учитывать, но без меня. А сейчас разберемся с тем подарочком, которым одарил нас Ормстюр. Нужно убедиться, что проблем не будет. Скауты здесь? -- Светлоэльфийские во главе с Ириаэном. Наши все на мосту. -- Это даже лучше. Я сама отдам им приказ.***
С орлами вышло весьма просто. Когда я планировала очередную интригу, то еще не знала про подставу кораксов с отравлением и проклятьем инкуба. А сейчас фальшивые Перья, которые я попросила оборотней сделать, оказались просто не нужны. Кораксов в любом случае следовало уничтожать, а не изгонять хитростью, иначе я бы сама себя не поняла. Вот это я и высказала их посланнику, вручая Перья Великого Орла, которые похитил Темный Друид. Сами орлы-оборотни были практически целиком плодом фантазии создателей Земель, несмотря на то что где-то в настольных ролевых играх такие существа и проскакивали. Не в Мире Тьмы точно. А тут... Гордый дитятя гор, как он есть! Повадки, внешность, имя и даже акцент - все было взято с кавказа. Разве что, внешность была, скорее, грузинской, а имя армянским. Зорар, как мне перевел интернет, означало “Глава Воинов”. И рослый, зараза! На две головы меня выше. Высокомерен и надменен? Ну, я бы так не сказала. Горделив - да! Причем это не гордыня, как чувство собственного величия, а именно что личная спокойная гордость, как черта характера. Примерно такая же, как у Тарука. Но если драконид просто иначе выражает свои эмоции, то Орел смазывал их. Выглядит это, словно человек холоден, как лед... Ну, не знаю, вулканцев небезызвестных, что ли, привести для примера? Не помню причину их столь жесткого контроля собственных эмоций. Но Орлы были именно такими: малоэмоциональными. В сочетании с ростом и, похоже, врожденной птичьей дальнозоркостью это выглядело как зашкаливающая гордыня. Однако найти с Орлами общий язык оказалось элементарно просто. Кораксы для них были кровниками, подлежащими уничтожению, и они совсем не чурались получать в этой войне помощь от темных существ при том, что сами обладали некоторыми врожденными способностями, эквивалентными заклинаниям светлой магии. Еще больше упростила ситуацию принципиальность Орлов. Зорар наотрез отказался принимать Перья от меня в дар, как проявление доброй воли. Совместные действия против кораксов это взаимный интерес, причем не пересекающийся в чем-то еще. А вот такой дар поставил бы стаю в положение должника (умен, зараза!). Договорились на том, что будет нужна помощь в защите замка против созданий кораксов, да и разведка против Степняков, явных союзников воронов, совсем не мешала. Воевать со степными эльфами при всех их недостатках Орлам не хотелось: пересечений в жизни практически нет, а, как ни крути, Степняки, с точки зрения Зорара и его племени, это заблудшие светлые эльфы. Светлые - это главное. Про дальнейшее пересечение не разговаривали. Я не просто так отправила к орлам Брана. Именно с ним и его горным народом следовало договариваться крылатым оборотням, а вовсе не со мною. Вассалитет как он есть: вассал моего вассала не мой вассал. И пусть орлов мое главенство откровенно коробило (то есть, Зорар слегка морщился, так, что это было заметно - серьезное проявление эмоций для его народа), но факт присяги не мне, а гному их, в целом, устраивал. Сейчас есть общий враг, а через неделю будет еще один - вот это они понимали прекрасно. Ну а мне было достаточно и вот такого дружеского нейтралитета. На все про все не ушло и получаса! Витиевато болтать орлы тоже не умели, а у меня было очень мало времени. Так что я демонстративно засобиралась куда-то вместе с Искрой. Именно там меня и отловил Эйнар вместе с остальными своими подчиненными-викингами. До него, наконец, дошли пущенные мною ранее слухи. -- Это правда, что Ормстюр присылает сюда кого-то для воспитания своей внучки? -- Правда. Мне неоткуда больше взять никого, кто был бы связан с Фрейей. -- Он пришлет свою падшую шлюху. Правда, Фрейя к ней и в самом деле благоволит. Впрочем, понятно, почему. -- Ты знаешь о ком речь? -- Конечно, знаю. -- И у тебя с ней очевидные проблемы. -- У меня нет проблем с той, кто предала Отца Битв. Кроме одной: придумать ей достойную казнь! Предала Одина? Служит Фрейе? -- Она что, валькирия? - уточнила я. -- Она не валькирия! -- Имя! -- … -- Имя!! -- Сигрдрива! - Эйнар словно выплюнул это имя. -- Я слышала про одну Посвященную Фрейи с таким именем, - осторожно уточнила я, не веря своим ушкам. - Но она прославленная и известная героиня. Помоги такая Ормстюру против меня, и пришлось бы намного сложнее. Однако, в той битве ее не было. И на мосту тоже. -- Видимо, она отказалась помогать Ормстюру в этой схватке. Есть такой пунктик в их договоре. Почему так уж не знаю. Ух ты, вранье! Вот не ожидала! -- Если, как ты говорил, спор за замок и моя вражда с Ормстюром это разные вещи, то не думаю, что стоит сильно удивляться тому факту, что его официальная союзница решила не участвовать в этом споре на поле боя, - ой, лукавлю! Но это взаимно. Эйнар только что в запале продемонстрировал свою осведомленность. У каноничной Сигрдривы-Бринхильд-Брунгильды - той самой, из Верхней Эдды и “Песни о Нибелунгах” - есть просто суперповод избегать сражений. Один проклял ее на поражение в любой битве! Если это проклятье присутствует и в Землях - наверняка, так и есть - то ничего удивительного в том, что Ормстюр разделил со своей официальной союзницей полномочия: боевые действия и управление замком - ведь проклятье Одина касается только присутствия на поле боя, вне его он не властен. Это все четко по канону. Однако, здесь у нас Земли, и кое-что канона скандинавских Эдд не касается в силу конкретной переработки авторами Земель. Очевидно, что Сигрдрива враждебна Одину и его последователям (я бы на ее месте тоже была враждебна). Проклятье на поражение — это не все, что сделал Один. Он еще проклял Сигрдриву на замужество, что для валькирий принципиально недопустимо. Потому-то она и является падшей. Однако проклятья вывели Сигрдриву из числа небесных воительниц, но вовсе не запретили “воевать” в рамках другого портфолио Фрейи - любви и любовных отношениях. Все “художества” Брунгильды в Эдде были связаны отнюдь не с ее личным участием в поединках. Так что Сигрдрива остается под патронажем Фрейи, является ее Посвященной, и такую свою протеже Фрейя никому не собирается отдавать. Включая и Локи, который от действий падшей валькирии в искреннем восторге. В сумме, интересный получается персонаж: очень серьезная воительница, которая, тем не менее, в драку не лезет принципиально, предпочитая действовать хитростью и коварством вне боя. И при этом вернейшая служанка Фрейи. Прелесть, правда? В общем, если мы с Сигрдривой сразу не поцапаемся, как две кошки, то, однозначно, сработаемся. И внучку Ормстюра она воспитает так, как мне и хотелось бы. А вот то, что Эйнар мне сейчас соврал говорит о многом. -- Я обменялась с Ормстюром клятвами на мечах, и не имею права причинять вред Сигрдриве. И с нее я возьму соответствующую клятву. -- Но я такой клятвы не давал! - нахмурился Эйнар. - Перед ликом Одина, я просто не имею права сотрудничать с той, кто его предал! -- Однако, ты перед ликом Одина дал клятву мне. И в моем замке мне решать, кто полезен, а кто нет. -- Эту клятву можно и разорвать. -- Можно. По обоюдному согласию. Однако, отмечу, что у нас с тобой один враг. И это отнюдь не падшая валькирия. Она даже Одину не враг, вообще-то. Даже предателей дважды за один проступок не наказывают. К тому же, скажи, я не следую нашему с тобой договору? -- Следуешь, - Эйнар явно решал, что же ему делать дальше. А мне было важно знать это его решение. - Я не могу обвинить тебя в клятвопреступлении. -- Тогда будь добр, выполняй свою часть договора и клятвы. В конце концов, ты же согласился на перемирие с Ормстюром, который враг тебе куда более непримиримый. -- Клятва и служение своему Богу — это очень разные вещи. А перемирие - дело временное. -- Вопрос в том, что для тебя важнее Эйнар. Требуя от тебя не причинять вреда Сигрдриве, я действую в рамках данных мною клятв как тебе, так и своей богине. Их нарушение уничтожит мой замок не хуже того проклятья, что было наложено Вурдигалом. Не уверена, что ты настолько зол на меня, чтобы допустить такое, так что будь так добр тоже не выходить за рамки принесенных перед божеством клятв. -- Боги нас рассудят. -- Я не возражаю против божьего суда, - улыбнулась я в ответ. - Однако, Сигрдрива подсудна лишь Фрейе, а не Одину. Это тоже не стоит забывать. -- Но я подсуден именно Одину. -- Это так. Вот и спроси его, прежде чем что-то делать. Мы договорились? Эйнар кивнул. Молча. Развернувшись, он решительно направился прочь, просто излучая всей своей фигурой неудовольствие. Ну а я сделала соответствующий знак Мелантии... Все время, пока собиралась к отлету, я буквально ощущала за собой слежку со стороны викингов. Посмотрим-посмотрим. Именно с таким настроением я вылетела в Галадинен. Судя по сообщению, квест по уничтожению демонов надо было сдать лично Эклавистини, так что мне предстояло туда слетать. Однако, я лишь показала, что улетела, а на самом деле задержалась, кружа в отдалении и следя за точками в интерфейсе: союзными, враждебными и нейтральными. Две враждебные провожали одну нейтральную к Малиновому Кусту, где суетилась куча союзных точек. Халфлинги. Они меня не интересовали. Куда важнее были любые союзнички, которые выйдут из Замка к поселению. Скауты, которые осторожно и незаметно сопровождали пришельцев были не в счет. Однако, никто не собирался выходить. Я ждала. Враждебные точки прошли Малиновый Куст, и двинулись к замку. Навстречу им так никто и не направился. Удивленная, я даже не знала, что делать, просто тратя время на наблюдения издали за происходящим. Вот красные точки скрылись в замке, я изменила масштаб, чтобы продолжать наблюдение. Ничего. Просто встреча красных с серой и зеленых точек, следом серая точка зеленеет, а красные уходят обратно. Я быстро оценила коллектив, который вел переговоры: викинги, включая Бринира, все мои именованные жрицы, Сайфелаэ плюс куча любопытных халфлингов во главе с Мелантией. Далее вся - ВСЯ! - компания, включая Сигрдриву и Эйнара спокойно и мирно отправилась что-то праздновать в таверну халфлингов. Проклятье! Я ошиблась! Непонятно что я не учла, в чем информация оказалась неверной? Но - факт. И теперь последствия этой ошибки мне еще предстоит расхлебывать. Плохо. Эйнар такой подставы мне век не простит. А он мог уже и узнать... Очень плохо. Как бы не хуже варианта с нарушением им клятвы и атаки на Сигрдриву и ее сопровождающих. Еще несколько минут пометавшись в воздухе и напрягая Искру неопределенностью, я все-таки решительно направилась прочь от замка. Там все было в норме, решительного вмешательства не требовалось. А вот на севере имелись срочные задачи. Нет, не драконы, они подождут до моего возвращения. Но еще там была Эклавистини и ее квест. И что-то мне подсказывало, что это дело до моего возвращения из Ил Алука лучше не откладывать. Сам Галадинен не менялся. Разве что его древо-храм начинало демонстрировать некоторые признаки увядания. В ночь на следующий понедельник оно просто умрет, а я получу существенный минус в репутации у эльфов. И лишусь приличного количества подданных, если не вообще всего поселения. В принципе, отправить сюда Азалайтен - меньшее зло. Просто других светлых жриц, столь сильно меня поддерживающих, просто нет. Да, несколько послушниц я уже наняла, однако их статус не соответствует тем храмам, что есть в наличии. Сюда нужна минимум младшая жрица, а она у меня всего одна. И найм Амараиса, как бы он ни был мне неприятен - возможный вариант ее решения. Впрочем, непонятная ситуация с Эйнаром очень сильно поколебала мою уверенность в правильности собственных расчетов. И даже беседа с Искрой в полете ничуть не помогла обрести прежнюю уверенность. Оставалось только не показать ее Эклавистини, которая с весьма довольным видом встречала меня на своем торговом посту. Причем подготовилась: пара кресел, столик с вычурной бутылочкой и двумя фужерами. Я хмыкнула: она это серьезно? -- Салют! - привычно взмахнула она своим змеехлыстом. - Ты даже не представляешь, как я рада твоему успеху! Крайне неприятно сознавать, что этот недалекий хам умудрился тебя надуть в свое время. И чувствовать себя связанной по рукам и ногам каждый раз как его видишь. Я даже на радостях решила себя побаловать. Вот! - она помахала бутылочкой - Светлоэльфийский нектар “Слеза Меллорна”, выдержка четыреста лет. За такую бутылочку целые замки покупали! Но у меня сегодня совершенно уникальная радость, так что оно того стоит! - Эклавистини демонстративно вскрыла сосуд, и наполнила оба фужера, чем опустошила бутылочку. - Тост: за успех! Пить будешь? -- Нет. Оно же отравлено. -- Ой, да брось ты эту мнительность! В такой счастливый момент даже я не буду никаких пакостей делать. Или, думаешь, буду? Эклавистини искоса посмотрела на меня и залпом выпила свою порцию. -- И глазом не моргнув. -- Верно! - провозгласила Эклавистини и спокойно прикончила второй фужер, а выдохнув, расхохоталась. - Но в этот раз зря! Это пойло не универсальный антидот, конечно, но сам по себе его отравить, подлив яд, невозможно. Даже компоненты “Ловушки Матроны” нейтрализует, представляешь! Так что тут я тебя провела! -- Никогда бы ни подумала, что подземные дроу умеют так искренне веселиться, - заметила я, слегка расслабляясь. Провели меня, конечно, неплохо, что только добавило хорошего настроения Эклавистини, а меня еще больше смутило. Впрочем, расслабляться не стоило. В следующий раз эта стерва может и в самом деле отравить. -- Редкость, согласна, - весело кивнула торговка. - Но бывает. А сейчас... Я уже и не припоминаю, когда на душе так хорошо было. Даже хочется какое-нибудь доброе дело сделать. Вредно, все-таки, нам долго на поверхности жить - всякие глупости начинают в голову лезть. Ладно, - тут она собралась и резко посерьезнела. - Я заказывала смерть дьявола, мне и расплачиваться. В таких делах можно подставить или недоговорить, но прямо обманывать не следует ни до, ни после. Уж поверь моему опыту. Особенно если все сделано на отлично. Пошли, времени маловато. Я и так уже пару склянок элексиров извела. Эклавистини привела меня в довольно большое и сильно запущенное помещение, смахивающее на конюшню. Только с одной стороны были не стойла, а клетки. — Это то, о чем я думаю? - уточнила я, увидев явственное сходство с недавно виденной орочьей тюрьмой. -- Загоны для рабов, - кивнула Эклавистини. - Я, конечно, торговать рабами не брезгую, но тут ни спроса, ни предложения. Так что даже и не прибираемся. Раньше все рабы или на юг уходили, или демонам сбывались. А теперь их и вовсе не будет, уж тебя-то я отлично знаю. Ну и ладно, обойдусь. Вот, смотри, оценивай, сегодня только доставили порталом. На широкой скамье в одной из клеток лежало тело светлого эльфа. Внешне без повреждений, но бледное до белизны, а в интерфейсе это был практически труп, слабо цепляющийся за жизнь. Которая еще и потихоньку убывала по какой-то причине. -- Жрец, уж не знаю какого ранга. Одна матрона с ним наигралась, казнить хотела, а я успела выкупить. Уж извини, все, что нашла так быстро. А за устранение Вурдигала и потратиться было не жалко... - выдавала торговка мне краткую информацию, пока я приходила в себя от шока. А когда пришла, то явственно засветилась и повернулась к Эклавистини с написанным на лице очень сильным желанием сделать ей что-нибудь весьма нехорошее. Так что та даже отпрянула. - Эй, эй, спокойно! Я, между прочим, выкупила этого парня, подлечила, потратилась. На меня уж точно злиться за его состояние не стоит. Впрочем, я уже успокаивалась. В принципе, промыть мозги Эклавистини нарушением договора с Торговой Гильдией не стало бы, так что ей было чего опасаться. Но это было действие с абсолютно неизвестными последствиями, так что рисковать однозначно не стоило. -- Предлагать мне в награду практически труп, который я могу не смочь вылечить это не повод для злости? -- Повод, - согласилась Эклавистини. - Но ничего другого просто не было. И это я его еще подлечила. Так что давай-ка успокаивайся и решай, заберешь ты этого парня или нет. Мне-то все равно, пусть здесь валяется. Запахи отсюда наружу не проникают. -- Какая же ты, все-таки, сволочь, - прошипела я, на что Эклавистини, довольно улыбаясь, утвердительно кивнула. Торговка прекрасно понимала, что я просто не имею права отказаться и бросить этого эльфа умирать. Не важно, подойдет он мне или нет - не могу. Делая вид, что раздумываю, я отправила Руэллону распоряжение: “Двоих жителей с носилками отправь на торговый пост. Срочно! Бегом!” - Прекрасно понимаешь, что у меня нет выбора. Но подумай, как этот эльф будет относиться к тебе? -- Посмотрим, - пожала плечами Эклавистини. - Ты ему договор, надеюсь, в подробностях объяснишь? Чтобы потом недоразумений не случилось. Ладно, пора мне. Сама тут разберешься. Аккуратно влив эльфу в рот целебное зелье, а заодно наложив на него “Регенерацию”, я начала в ожидании транспортировщиков разбираться, что с ним не так, отчего он без сознания и, попросту говоря, умирает. Да, Эклавистини и в самом деле подлечила парня, по крайней мере тело было без видимых повреждений. Однако жизненная сила уходила, словно при кровотечении. И при этом в настежь открытом листе продвинутого персонажа (Мараквайн - Жрец Силы Духа, серьезное имечко - жрец третьего ранга, 32 уровня со специализацией на Благословениях - у Азалайтен, кстати, специализацией было Исцеление) не было ни словечка про какое бы то ни было проклятье или травму. Просто из него словно вампир высасывал жизненные силы, но не вместе с кровью, а... С маной? Активировав свою способность видеть потоки маны, я тут же обнаружила причину бедственного положения Марайквайна - к нему и в самом деле присосалось нечто, смахивающее на пиявку, целиком нематериальное. Причем эта тварь не себя насыщала, а перекачивала ману из тела куда-то на сторону, под землю. Стоило мне только своими способностями удалить эту пакость, как бледность эльфа начала на глазах исчезать, а полоска жизни наполняться за счет все еще работавшей регенерации. Вот только в себя эльф так и не пришел, оставаясь без сознания, судя по имевшейся пометке в листе персонажа. И причину этого я определить до появления Руэллона и пары гномов с носилками я так и не смогла. -- Да, это жрец, который вполне подойдет вашему Древу-Храму, - ответила я на вопрос Руэллона. - Эклавистини сегодня была в отличном расположении духа, так что расщедрилась вот на такой необычный подарок. То, что он чуть было не ушел к Светлой Богине даже не ее вина. Правда, про причины такого состояния она наверняка прекрасно знала, и снимать их не спешила. Есть какие-нибудь мысли, что делать дальше и как привести его в себя? -- Храм должен принять того, кто служит Светлой Богине, - с легким пафосом заявил Руэллон. - Сейчас мы все узнаем. Однако, когда наша процессия оказалась у входа в храм, не произошло ровным счетом ничего, живое дерево даже двери не соизволило открыть. Я вопросительно посмотрела на Руэллона. -- Кайлуаэль своей властью мог разрешить пройти в храм темным силам, - ответил Руэллон. - Сейчас его нет, и вас Древо точно не пропустит. Однако, оно должно отреагировать на Мараквайна, но не делает этого. На меня реакция есть, просто не пропускает с такими спутниками. -- Спутниками? - уточнила я, вопросительно указав взглядом на Мараквайна. Руэллон удивленно посмотрел на эльфа-жреца, потом приложил руку к коре дерева-храма. И замер. -- Да, спутниками, - подтвердил он спустя минуту. - Этого эльфа храм тоже считает темным. -- Быть того не может, - возразила я. - Я проверяла потоки маны вокруг него: никаких иллюзий, никакой магии жизни, сопровождающей трансформации тела. Это - светлый эльф. Светлый! -- Тьма может гнездиться глубоко в его разуме, - возразил мне Руэллон. - Храм почувствует это. -- Ах ты ж мерзость! Кладите носилки, сейчас я оценю, что можно поправить. - вот неожиданность! И Джандииры под рукой нет, а смогу ли я своими способностями поправить ситуацию неизвестно. Но надо быстро что-то делать, а Поглощение Греха, все же, ментальное воздействие. Посмотрим, что в голове у Мараквайна... Пристроившись за головой, я положила ладони эльфу на виски, и активировала свою способность, тут же провалившись в знакомый мне мир разноцветных потоков, впадающих в озеро Души. И вот она, эта пакость! В светло-зелёном с белыми прожилками озере сидел весьма характерный серо-черный паук, соединенный потоком серости с клубами мрака. Причем в отличие от других жгутов-потоков этот шел в обратном направлении - к богине Ллос! Ничего себе, паразит! Совершенно неясно, как его поставили и как от такого избавляться. И не факт, что это смогу сделать я. Попытка даже просто уменьшить изливающийся поток ни к чему не привела. Паук сидел в озере, и поглощал его, превращая в удобоваримую для Ллос субстанцию. Воздействовать надо было на него, а не на канал, пережать который я была не в состоянии - слишком мощный... Так, стоп, а где тут желтый искрящийся поток лунного света? Ведь именно лунный поток успешнее всего противостоял серости страха, навязываемой Ллос! Вот только откуда его тут взять? Изначально, у Мараквайна не было никакой связи с Лунной богиней. Зато эта связь есть у меня. И запасенная вера, связанная именно с Эйлистри, тоже имеется. И я, приняв подпитку от алтаря своего храма, так как в святом символе уже просто ничего не было, решительно окунула свою иллюзорную в этом мире руку прямо внутрь черного паука. Тот сразу задергался, пытаясь что-то противопоставить расходящимся от точки моего воздействия желтым кругам, однако шансов не было. Ментальный паразит всего лишь перерабатывал обычную для светлого эльфа зелень, передавая своей хозяйке более удобоваримую для нее субстанцию, но сам какой-либо защиты не имел, поддерживая свое существование за счет жертвы. Противостоять иного рода субстанции он оказался неспособен, за пару минут распавшись на отдельные серые крошки, тут же уплывшие в небытие. Однако, результат моего воздействия оказался и негативным тоже. Из мрака вынырнула знакомая желтая нить, и влилась к остальным. Однако, Зелень, не замечавшая паука-паразита, этой подпитке оказалась не рада, не уничтожая ее, но возмущенно бурля. Увы, но тут я ничего не могла сделать. Вернее, могла убрать воздействие Эйлистри на жреца Светлой Богини, которое той, естественно, не совсем понравилось. Вот только рука не поднялась. Светлая, конечно, “фи” мне выразит, но Эйлистри, проделай я такое, выскажется куда серьезнее. -- Все, - я убрала руки от висков Мараквайна. - Конечно, такой храм, как этот, не допустил бы внутрь себя жреца со столь мерзким ментальным паразитом. Силы, которые могла дать ему Светлая Богиня, отправлялись бы прямиком к Паучихе. Вот только, боюсь, что, убрав паразита, я немного склонила Мараквайна в сторону своего божества. Светлая этому факту, конечно, недовольна, но иначе мне просто было не справиться. Дверь в храм на этот раз раскрылась без проблем лишь только я отошла в сторону. Темная, что поделать... Пришлось смотреть на все глазами Руэллона, который просто ждал, уложив тело жреца на столешницу возле храмового алтаря. Ждала и я. Лишь когда Мараквайн, так и не встав на ноги, смог все же раскрыть двери храма для меня, я смогла присоединиться. -- Благодарю, - прошептал мне жрец. -- Принимаю благодарность, - кивнула я. - Прошу прощения, времени очень мало. Мне предстоит очень сложное путешествие, к которому нужно успеть подготовиться. Я знаю, что Руэллон уже все рассказал вам, Мараквайн. Храм вас принял, но для жреца конкретно этого места все будет очень непросто. -- Я понимаю. Я согласен принести присягу. Никого иного быстро не найти. А надо, - Мараквайн даже глаза не открывал от слабости. Его хватало только на шепот. - Храм рад. Хорошо. Богиня немного рассержена. Я знаю причину. Это пройдет. Проблем не будет. А Торговка... -- Всякий раз, общаясь с ней, вспоминайте, что она тоже приложила руку к вашему спасению. Это поможет соблюдать договор. Но не забывайте при этом, кто она есть. -- Хороший совет. -- Разберетесь сами? - уточнила я у Руэллона. -- Идите, - прошептал в ответ Мараквайн. - Все. Пресветлая поможет. Храм тоже. -- Я распоряжусь... - начал было Руэллон. -- Иди уже, - в шепоте жреца послышались нотки недовольства. А потом тело Мараквейна зашевелилось. Но не само. Просто под ним прямо из столешницы начала прорастать трава, приподнимая лежащего эльфа, формируя вокруг его тела самую настоящую перину и подушку. - Богиня поможет. Видя, что Руэллон собирается задержаться и спросить что-то еще, я подхватила его под локоть, и осторожно направила к выходу. Гномы, помогавшие нам перенести Мараквайна, с нотками удивления и одобрения перешептывались между собой. Руэллон был напряжен, но тоже, очевидно, доволен. Ну да, у храма теперь есть новый хозяин, причем, судя по некоторым действиям, ненамного слабее бывшего. Сама квест был “штрафной”: провали я его было бы плохо, но за успех получила только немного опыта (но на очередной уровень хватило) и отношение со стороны светлых эльфов. Ничего особенного, разве что данная цепочка квестов завершилась. Выйдя на улицу, я провела рукой по коре, на которой угадывался контур ушедшего Кайлуаэля. -- Вот и нашлась тебе замена, старик. Прощай, и служи хорошо своей Богине, - попрощалась я, вспоминая старого эльфа. В Галадинене больше ничего срочного не было, так что я отправилась в Замок, готовиться к походу в Ил Алук. А заодно разбираться с Эйнаром и своими ошибками. Плохо было то, что я не очень представляла себе, что же делать. Скрыть? А если он уже все знает? Каяться? На моем посту это тоже плохой вариант. А ссориться с Эйнаром ох как не хотелось. В самом замке все было нормально, и никаких незапланированных ситуаций не было. Орлы всерьез занялись выявлением лазутчиков кораксов. Гулринар им помогал, но, скорее, они просто делали одно дело, стараясь по возможности не пересекаться. Сабвиллайл ожидала меня с каким-то своим докладом. Халфлинги, включая и Мелантию, как обычно пировали. Шайнтлайн изображал из себя паука в паутине. Дива вместе с Минайриль медитировали у алтаря Луны. Эйнар занимался фехтованием с Малитом, а Сигрдрива о чем-то беседовала с Амаланной. Их матери издалека наблюдали за чадами. Все спокойно. Просто удивительно, если учесть, что Эйнару я нанесла довольно серьезное оскорбление. И если он знает... Ох, непонятно!