Мой наставник — Учиха Обито

      Ловушки — Дымовая шашка — Желание наказать — Джуничи насмехается над Саске — Настоящая цель Джуничи — Смех Джуничи — Побег от Саске — Попытка поговорить — Удар от напарника — Вмешательство Какаши — Саске против Какаши — Киёми вмешивается в ход поединка — Экзамен провален — Наказание — Срочные дела Джуничи — Столбы позора — Безумный смех — Киёми принимает решение — Какаши засчитывает экзамен — О важности командной работы и жизни товарищей       Он с лёгкостью пера перемахнул через здоровенный сук, торчавший из толстенного ствола, и на миг оглянулся назад: преследования не было. Ласковый апрельский ветер расшевелил его обвислые волосы иссиня-чёрного, вороньего цвета и поднял в воздух душистый аромат разных цветов и прочих растений, занимавших собой площадь седьмого полигона. Саске на миг остановился, спиной прильнул к стволу дерева. Вокруг было слишком тихо, и тишина эта тихим, но постепенно нарастающим эхом взывала к нему из прошлого. Такая же мёртвая тишина, что и в ту ночь…       Но он быстро отмахнулся от этих сопоставлений минувшего и настоящего — важно было лишь пройти проверки сэнсэя, показать ему свою силу; удостовериться в собственном предназначении отомстить и понять, готов ли он к тому, чтобы принести воздаяние старшему брату.       Саске смахнул со лба капли пота, ощущая холодные касания ветра к разгорячённой коже — пальцы без дрожи опустились в подсумок и нащупали холодный металл конических лезвий сюрикенов. Он медленно и стараясь не издавать ни звука вытащил два стальных сюрикена, чьи лезвия зловеще сверкнули в лучах восходящего солнца, и, развернувшись так резко, что волосы метнулись за ним вихрем, запустил метательные снаряды в пышную крону противоположного относительно него дерева. Сюрикены с глухим стуком впились в ветки, Саске уловил слухом тихий шорох, сливавшийся с дуновениями слабого ветра.       Напряжённый взгляд рыскал по сторонам, он сложил правую руку в печати концентрации, левую запустив в кобуру с кунаями. Металлическая рукоять приятно холодила ладонь, покрывшуюся крохотными капельками пота. Лучи утреннего солнца ярко отсвечивали от налобной пластины протектора. Северная часть полигона утопала в высокой растительности и вековых деревьях, и Саске позволил своим губам невольно скривиться — его навыки сенсорики были слишком ничтожными, чтобы попытаться засечь не то, что расположение сэнсэя, но даже собственных напарников в лице Киёми и придурка Джуничи. Он спрыгнул вниз, и слух его внезапно уловил свист кунаев, пущенных со стороны. Саске остервенело отпрыгнул в сторону, его взгляд выцепил в траве низко натянутую над землёй леску, которую он случайно задел. Мальчик мигом обернулся в противоположную сторону и увидел настоящий арбалетный болт, летевший прямо в него. Сцепив зубы до скрежета, он быстро запрыгнул на ветку близстоящего дерева и, не заметив тонкой нити серебрящейся лески, запустил очередную ловушку.       Туча сенбонов устремилась в его сторону, словно стая хищных птиц, заприметивших свою жертву.       — Да что происходит?! — Нервы начали сдавать, когда Саске вновь случайно активировал очередную ловушку. Он почувствовал, как в правую лопатку впился сенбон, разнеся волны боли по спине. — Откуда здесь столько ловушек?! — Он с яростным остервенением вырвал сенбон из лопатки, запуская его наугад. Саске быстро напитал своё тело чакрой и, совершив фляк назад, приземлился в трёх метрах от того места, где стоял ранее. Учиха выдохнул, провёл рукой по лбу, но его взгляд увидел примятую собственной ногой леску. — Чтоб тебя…       Облако фиолетового дыма с приглушённым хлопком появилось в метре от Саске, мигом поглотив генина. В ониксовые глаза ударил дым, защипавший их и давивший на дыхательную систему. Саске закрыл нос и глаза, слепо двигаясь куда-то вперёд и мысленно проклиная того, кто посмел сделать это. Когда же ветер унёс облако дыма из разорвавшейся шашки, Саске впереди услышал тихий шорох. Он поднял в ту сторону как всегда надменный взгляд, распалённый теперь гневом и желанием избить того, кто понаставил здесь столько ловушек.       — Хах! Видок у тебя ещё тот! — Джуничи, стоявший на противоположной стороне поляны, с широченной улыбкой на всё лицо показывал пальцем на него. Саске руками упёрся в колени, исподлобья смотря на напарника по команде. — Что, понравился мой «сюрприз»? — надменно спросил он, деловито сложив под грудью руки. Саске медленно выпрямился, пальцы сжались в кулаки так сильно, что костяшки побелели. — А вот нехрен было мешать мне играть в го! Мне оставалось каких-то три хода, чтобы окончательно победить сэнсэя, но ты всё испортил!       — Так это был ты, значит… — проскрежетал зубами Учиха, разминая шею. Взгляд полыхавших гневом глаз не предвещал для Джуничи ничего хорошего. — Можешь копать себе могилу, идиот…       — Я ставил себе цель проучить Твоё Высочество. И, судя по твоему виду, у меня это вышло, высокомерный индюк, — Джуничи отошёл на шаг назад, когда Саске двинулся прямо к нему с угрожающими намерениями. Ивасаки извлёк из кармана дымовую шашку и бросил её себе под ноги, готовясь использовать Телесное Мерцание.              — До скорой встречи, горделивое дурачьё.       Джуничи ловко перескакивал с одной ветки на другую, когда нёсся высоко над землёй. Каждый шаг и каждый прыжок были выверены до механической точности. Саске позади хрипел от напряжения, но это не вызывало в нём ни сочувствия, ни даже лёгкого интереса. «Ты проигнорировал предупреждение, — без тени улыбки думал Джуничи, даже не оборачиваясь назад. — Ловушки предназначались изначально для сэнсэя, а твоя роль в эксперименте — побочный фактор». Кунай пронёсся в сантиметрах от его головы, срезав кончики нескольких волос. «Высокомерие — не черта характера, а ошибка в алгоритме выживания». Джуничи даже не вздрогнул — лишь слегка наклонил корпус, фиксируя траекторию броска. «Интересно, сколько таких ошибок ты совершишь, прежде чем поймёшь: ты просто жалок. Мнишь себя кем-то, а на деле пустое место». Он перемахнул на здоровенный сук соседнего дерева и обернулся к Саске. Издевательская ухмылка расползлась на губах мальчика, и он заговорил с Саске: «Если чудом не откинешься от нечаянно попавшего в глаз сенбона или надышавшись дыма — можешь считать это уроком».       Напрягая мышцы, Саске со всей силы оттолкнулся от ветки дерева, за один прыжок сократив расстояние между ним и Джуничи вполовину. Ивасаки инстинктивно перепрыгнул на ветку другого дерева, стараясь оторваться от преследователя, ибо прекрасно знал, что его ждёт в том случае, если Саске сможет его догнать. Учиха не скупился на силу в своих ударах и бил так, словно хотел вытрясти душу из тела. Взгляд судорожно бегал из стороны в сторону, Джуничи бежал так быстро, как прежде ещё не бегал. Он оттолкнулся от ветки дерева, прижимая руки к груди, и приземлился в центре просторной полянки, поросшей низенькой травой и обрамлённой кустарником по краям. Джуничи вспахал подошвами сандалий две небольшие бороздочки на земле, прежде чем инерция от прыжка окончательно утратила свою силу. Мальчишка повернулся назад, его сердце быстро колотилось, а грудь вздымалась от немного сбитого дыхания. На лбу проступали мелкие бисерины пота, которые Джуничи смахнул одним лёгким движением руки.       Саске появился перед ним спустя лишь мгновение. Его глаза полыхали огнём чистой ярости, небольшие кровоподтёки «украшали» собой молочно-белое лицо генина. Губы, искажённые в гневном оскале, оставались неподвижными. Саске тыльной стороной правой ладони стёр запёкшуюся кровь со своих щёк. Его распирало от злости и желания как следует навалять этому придурку за его ловушки.       — Я-то думал, что став ниндзя, у тебя хоть немного мозгов прибавится. Но как же я ошибался на твой счёт. Ты безнадёжный кретин.       — Насчёт безнадёжного и кретина — я бы поспорил. — Джуничи говорил так, словно и не чувствовал той опасности, что исходила от Саске. — Но! Если ты не был способен понять моего замысла тогда, когда я играл в го с Какаши-сэнсэем, то понять сейчас его ты уж точно не сумеешь! Твоё высокомерие и задетое самолюбие играют с тобой чертовски плохую шутку! Снизойди уже с небес и попытайся осознать тот факт, что сам ты ничего не сможешь!       — Сначала я переломаю тебе пару рёбер, а потом отниму у сэнсэя колокольчик, — прошипел Саске осипшим голосом. Он медленно двинулся к Джуничи, разминая кулаки и вызывая неприятный хруст костяшек пальцев. Саске разогнал чакру по системе циркуляции, срываясь с места как молния, и Джуничи лишь в последний миг успел увидеть его кулак перед своим лицом. Мощный правый боковой впечатался в щёку Джуничи, но мальчишка сумел устоять перед силой удара. Он обернулся на сто восемьдесят градусов вокруг собственной оси, резво отшагивая, и вытащил из кобуры кунай.       — Ты посмотри-ка. Команда создана только вчера, а разлад уже начинается. Видать, и ты тоже не читал книжек по тимбилдингу! — с ухмылкой сказал Джуничи; боль от удара Саске ощущалась какой-то смутной и естественно притуплённой, словно болевой порог Джуничи был на много более высоком уровне, чем у любого другого ребёнка его возраста.       — Меня твой трёп уже начинает бесить.       — Что у вас тут происходит? — Саске собрался вновь наброситься на Джуничи и завершить начатое, но спокойный голос Какаши не дал ему сделать этого. Хатаке стоял прямо между двумя мальчишками, решив наконец вмешаться в нарастающий конфликт. Джуничи потёр левую щёку, куда пришёлся удар Саске, и опустил кунай обратно в кобуру. — Мне стоит повторить вопрос? — Но ответа так и не последовало. Взгляд Саске был лишь прикован к бубенцам, постукивавшим друг о друга на ветру.       — О, ничего такого, сэнсэй, что могло бы произвести на вас положительное впечатление. — Джуничи развёл руками в стороны. — Просто кому-то я пытался донести истину, но высокомерие и чванливость не дают этому кому-то осознать элементарную истину о том, что не стоит пытаться делать что-то в одиночку. Так преподайте вы ему этот урок! Ха! — Джуничи вновь бросил себе под ноги дымовую шашку и растворился в облаке дыма.       Посреди поляны остались стоять лишь Какаши и Саске. Учиха фыркнул в презрительной манере, когда его нерадивый и раздражающий напарник решил покинуть место предстоящего боя. Слабый мандраж ударил по телу, Саске всем своим естеством чувствовал желание прямо сейчас броситься в жаркий бой и показать этому джонину всю силу. Он — выходец из знаменитого клана Учиха, и он не позволит какому-то безродному и легкомысленному выскочке обойти себя в этом соревновании. Какаши в непринуждённой манере вытащил из кармана штанов похабную книженцию, раскрыл её на середине, где была закладка, и принялся читать. Подобное лишь смутило Саске, но виду он не стал подавать.       — А может, стоило прислушаться? — внезапно заговорил Какаши, прервав безмолвие между ним и Саске. — Ты действительно думаешь, что в одиночку сумеешь сделать больше?       — Я не настолько глуп и слаб, как это ничтожество Джуничи, — с холодным презрением ответил Саске, и в глазах его вновь появились искорки гневного пламени. Наверное, сильнее, чем Джуничи, Саске ненавидел лишь одного человека, которому он и собирался отомстить в недалёком будущем.       — Сила клана Учиха — сильнейшего в Конохе… Что ж, это будет интересно. — Но Хатаке даже не стал убирать книжонку, словно не опасаясь того, что она может пострадать во время проверки. Саске ему ничего не ответил — он смотрел на сэнсэя, как хищник смотрит на жертву, и не смел пошевелиться, будто это собьёт его настрой. — Нападай, я жду, Саске…       Но ответа не последовало. Саске максимально отточил свои рефлексы, не отводя взгляд с сэнсэя, что в спокойной и непринуждённой манере продолжал пролистывать одну страницу за другой, как будто бы и не замечая своего ученика. Учиха широко расставил ноги, наклонил своё тело вперёд и молниеносно извлёк из сумки несколько сюрикенов, мгновенно выпустив их в сторону Какаши. Хатаке захлопнул книженцию, отпрыгнул в сторону, и сюрикены, как стая мошек, пролетели мимо него, угодив в ствол дерева. Но едва лишь нога Какаши коснулась земли, как со стороны противолежащих кустов в его сторону устремились несколько кинжалов. Лезвия с опаской сверкнули в лучах солнца, но Какаши хватило скорости реакции отпрыгнуть вновь. Он пропахал небольшую бороздочку подошвами сандалий, слух уловил шорох за спиной.              Саске подскочил к нему на всей скорости, что была доступна ему, и, уперевшись рукой в землю, Учиха с разворота нанёс удар ногой, нацеленный в голову наставника. Глухой блок встретил удар Саске, он в мгновение ока убрал свою ногу, впечатывая с левой стороны боковой. Какаши выставил вперёд ладонь, вновь заблокировав удар генина. Саске извернулся на сто восемьдесят градусов, удар ногой с разворота вновь понёсся к лицу джонина-наставника, но Копирующий ниндзя вновь среагировал: он схватил Саске за ногу, остановив его удар перед самым лицом. Саске извернулся, словно змея, с непривычной гибкостью для большинства людей, сжимая кулак до побеления костяшек. Правый хук встретился с ладонью более взрослого и опытного противника. Обе руки Какаши были скованы, и Саске решил воспользоваться этим моментом: он вновь проявил чудеса растяжки, перевернув своё тело в противоположное положение. Глухой удар ногой был встречен предплечьем Какаши. Слабая улыбка, полная победоносного предчувствия, расплылась на губах Саске, и он протянул руку в попытке сорвать бубенцы.       «Какой шустрый! Даже не даёт секунды на то, чтобы открыть книгу!» — мысленно воскликнул Какаши, в последний момент отклонив своё тело назад. Кончики пальцев ощутили холодный, но постепенно нагревающийся на солнце металл, но так и не смогли сорвать заветную цель с пояса сэнсэя. Саске презрительно цокнул и, собравшись силами, вырвался из хватки сэнсэя словно ужаленный. Они вновь стояли друг перед другом, но Саске не собирался так просто сдаваться. Какаши хотел уже высказать похвалу в адрес своего подопечного, но не успел — тот уже складывал комбинацию печатей.       «Огненный шар!» — Саске мысленно произнёс название техники и, сложив последнюю печать, выдул мощную струю огня, принявшую очертание сферы. Воздух наполнился жаром, сфера росла в диаметре, с каждой секундой приближаясь к Хатаке, как неумолимый рок. Хатаке был изумлён: у большинства генинов не хватило бы чакры на создание такой техники, но Саске не был обычным. Языки ревущего пламени отразились в глазах Какаши, прежде чем тот исчез из поля зрения Саске на краткий миг. Огненная сфера влетела в стоявшее позади дерево; послышался громкий треск, ветки и куски щепок разлетелись во все стороны, огонь беспощадно пожрал то, что осталось от ствола дерева. Саске пропитал своё тело чакрой, молниеносным движением руки извлёк из кобуры кунай и метнулся на огромной скорости, словно молния, рассекающая небо, в сторону сэнсэя. Тот стоял спиной к нему, вновь принявшись читать похабную литературу. Саске за один прыжок сократил расстояние между собой и наставником, наотмашь нанося удар кунаем, чьё лезвие со смертоносным блеском устремилось к спине Какаши. Хатаке моментально повернулся к нему, столь же стремительно вынимая кунай из кобуры.       Он отразил удар резвым движением, сноп искр осыпал землю под их ногами, и противный скрежет прорезал весенний воздух. Какаши ударил наотмашь, от силы удара рука Саске по инерции ушла вверх, раскрывая брешь в обороне генина, но он не растерялся. Мигом выхватив кунай второй рукой, он обернулся на сто восемьдесят градусов, сжав кунай обратным хватом. Лезвие едва не пробило висок Какаши, если бы тот вовремя не отпрыгнул назад. Саске остервенело ринулся за ним, адреналин подхлёстывал его, словно плеть. Атаковать всё время, не давать ему ни мгновения передышки, доказать собственную силу… Саске чувствовал, как усталость понемногу начинает брать своё, но ему не до этого. Только победа, иные варианты исхода ему не нужны.       Он нанёс рубящий удар в грудь кунаем в правой руке, едва лишь сблизившись с Какаши. Хатаке, действуя на опережение, подставил свой кунай под удар, и удар Саске встретился с надёжным блоком. Искры рассыпались от столкновения двух лезвий. Саске крепче стиснул рукоять куная в левой руке, взмах по дуге рассёк воздух, и кончик лезвия едва не срезал тонкие нити, на которых болтались бубенцы. Но Какаши разогнал чакру по телу и совершил фляк назад, чакрой сцепившись подошвами со стволом дерева. Не теряя ни секунды, он прыгнул вперёд, и Саске лишь краем глаза успел заметить тень, промелькнувшую над ним — Какаши двигался на невероятной скорости, что Саске казалось, будто он телепортируется.       «Он просто играется со мной… Ему ничего не стоит победить меня, а для него это не более чем просто развлечение…» — сознание кольнуло остриём кинжала, ему не удалось уже во второй раз захватить цель всей проверки. Он стоял прямо напротив него — в каких-то двадцати метрах, стоило лишь продолжить прессинг, но нервы начинали сдавать. Саске остервенело дёрнул руками, пальцы с быстротой вспышек молнии сплетались в печати. «Цветы феникса!»       Множество огненных шаров полетело в сторону Какаши на высокой скорости, но едва они приблизились к нему, как самая ближняя сфера разрослась в размерах. Хатаке отпрянул в правую сторону, эффектно перевернувшись в воздухе и приземлившись на ноги. Какаши метнул взгляд в противоположную сторону — в него летела целая туча сюрикенов, пущенных откуда-то со стороны, а прямо на него нёсся Саске. Джонин ринулся ему навстречу, и сюрикены вонзились в сырую землю позади него. Он обрушил кунай на голову Саске, и тот встретил удар глухим блоком, кунай в руке Какаши со скрежетом давил на оружие молодого оппонента, высекая одиночные искры, сопровождаемые лязгом и тряской рук. Саске попытался задеть голову оппонента вторым кунаем, но Какаши цепко схватил его за кисть и слегка вывернул её. Наплыв резкой боли заставил пальцы расцепиться, кунай выпал из ослабшей руки. Саске со злости вырвался из хватки наставника, отступив на шаг назад. Он прыгнул вверх — на уровень головы Какаши и со всей дури заехал тому ногой по челюсти. От силы удара джонин отшатнулся назад, и спустя мгновение его тело растворилось в белом дыму с хлопком.       «Клон!» — мигом догадался Учиха. Он услышал шорох за своей спиной, лихо обернулся назад, и тень от высокого силуэта Какаши накрыла его собой. Он стоял над ним гордо и грозно, словно истукан или какое-то старинное изваяние. Саске рассёк воздух диагональным рубящим ударом сверху вниз, намереваясь оставить длинный порез по всему животу противника, но сэнсэй играючи ушёл от атаки, и в этот же миг в его спину влетело несколько кунаев. Какаши захрипел от боли, его тело покачнулось, брызги крови пали на землю. Но снова белый дым и характерный хлопок. На то место, где мгновением ранее был Копирующий ниндзя, упало лишь бревно, истыканное кунаями.       — Ты как? — Киёми рысью подскочила к Саске, кладя на плечо ему свою ладонь и с искренним беспокойством заглядывая в глаза. Он дышал с небольшой тяжестью, капли пота катились по лбу, к которому прилипли волосы. Тело местами усеивали небольшие кровоподтёки, оставленные сенбонами от ловушек Джуничи.       — Тебе не следовало вмешиваться. Я почти поймал его, — он отстранился от неё, глаза горели от злости и одновременно разочарования. Саске искренне верил, что сможет в одиночку сделать всё сам и помощь от сестры ему не потребуется. Киёми с тяжёлым вдохом отвела взгляд в сторону, поникнув плечами. Саске заметил это и что-то всё же кольнуло в груди. — Ладно, извини, но от тебя сейчас ничего не требовалось. Я мог сам разобраться с ним и достать нам по колокольчику…       — Перестань! Хватит уже пытаться нести всю ношу в одиночку! — на эмоциях выпалила девочка, и Саске с недоумением покосился на неё. Киёми неподвижно стояла на месте, ветер подхватил расплетённые волосы цвета воронова крыла, отчего их кончики упали ей на лицо. Киёми убрала пряди непослушных волос за уши, её пристальный взгляд всматривался в глубины глаз старшего брата. — Ты отстраняешься с каждым днём. Всё чаще и чаще пропадаешь на полигоне, и я не могу найти тебя. Ты слишком сильно уходишь в себя и думаешь, что сможешь свернуть горы без посторонней помощи!       — Ты слишком легкомысленная, если считаешь так. — Его интонация сквозила апатичностью и пренебрежением к словам младшей сестры. Саске хотелось сейчас же фыркнуть, но не стал — Киёми слишком наивна; на ней в меньшей степени отразился произошедший когда-то ужас. Саске искренне любил её, но он давно начал отдаляться от неё в угоду своим целям.       Устоявшийся миг тишины разрушило гудение будильника — полдень настал. Саске разочарованно выдохнул, произнёс что-то вроде «чёрт» и неспешными шагами направился к трём столбам. Какаши уже стоял там — прислонившись боком к одному из них и сложив на груди руки. Глаза его были закрыты, но Саске не скрывал своего раздражения и злости от невыполненного экзамена. Киёми серой тенью плелась позади него, не решаясь произнести ни слова. Хатаке размеренно выдохнул и открыл глаза — Учиха стояли в стороне в безмолвном ожидании. Будильник закончил звенеть, и спустя ещё несколько секунд из близстоящих кустов показалась каштановая макушка. Джуничи отпихнул от себя ветку, впившуюся в руки его кофты, прежде чем повернуться к сэнсэю и напарникам по команде. Пронзительный взгляд Саске выжигал в нём дыру, но Джуничи спокойно прошёл мимо, засунув руки в карманы штанов. Легкомысленная улыбка не сходила с его лица, лишь сильнее распаляя злость Саске на этого никчёмного идиота.       — Итак, могу вас поздравить… — в деловой манере начал Какаши, улыбнувшись единственным глазом, — в Академию возвращаться вам не нужно… — Он уловил взглядом то, как на лицах генинов начала появляться радость, но существовать ей долго было не суждено. — Вы должны забыть о карьере ниндзя!       — Что?! — Джуничи вспыхнул, но в его крике не было настоящей паники — только раздражение, будто его оторвали от важного дела. — Я всё понял! Суть проверки, логику, связи… А вы теперь ставите меня в один ряд с тем, кто просто бросился на вас без плана? Это не справедливо. Или вы ждали, что мы будем играть по-вашему, но без права на ошибку? А теперь из-за одного… — он махнул рукой, — …одного глупого поступка мы все в пролёте? Или вы хотели, чтобы мы все действовали одинаково? Тогда зачем проверка?       — И что это понимание тебе дало? — Какаши пристально посмотрел в карие глаза мальчишки, его резонный вопрос заставил Джуничи в задумчивости отвести взгляд в сторону. — Суть-то ты сумел разгадать, но каким образом ты обернул себе это на пользу? — Какаши сложил руки на груди, бесцветным взглядом оглядел полигон и своих генинов. — Твой интеллект действительно выдающийся, ты сумел разгадать смысл проверки ещё за день до того, как пришло время экзамена. Но! Ты поступил слишком эгоистично, когда решил, что сумеешь сделать всё сам. Игра в го была демонстрацией не только твоих умственных сил, но она также продемонстрировала то, что ты никак не взаимодействовал со своими напарниками, раз Саске решился атаковать под самый конец нашей партии. Теперь ты, — Какаши беспристрастно взглянул на Саске. Учиха только цокнул, складывая на груди руки. — Твой личный интерес слишком уж сильно довлеет над интересом общим. Пусть моё сравнение покажется тебе колким, но ты поступил в равной степени эгоистично, как и Джуничи. Не слишком уж ты и отличаешься от него… И, наконец, ты…       Киёми завела руки за спину, будто серьёзно провинилась перед наставником и отвела взгляд в сторону.       — Ты думала о своём брате. Похвально. Но ты забыла о Джуничи. Ничто не мешало тебе попытаться объединить усилия с ним, однако ты сразу отправилась на поиски Саске, — безэмоциональным тоном осадил её Какаши, и девочка лишь сильнее вжала голову в плечи. — В общем, я всё же дам вам один шанс. Но после обеда битва будет куда жёстче, чем сейчас. И, кроме того, есть условие… — Какаши махнул рукой, и в его ладони материализовалась словно из воздуха длинная и тугая верёвка. — Саске и Джуничи, за то, что вы едва не подрались и чуть не сорвали весь экзамен — вы наказаны! Будете привязаны к этим столбам, пока не истечёт время перерыва! Киёми, тебе я категорически запрещаю кормить их двоих до конца обеденного перерыва. Если дашь кому-то из них хоть кусочек — вылетишь сразу. Всё ясно?       — Д-да, сэнсэй… — Голос её слегка дрогнул, она подняла взгляд на Саске, будто надеясь получить ответ от него, но его нейтральное лицо оставалось спокойным и бесстрастным. Словно речи Какаши совершенно не подействовали на него. Он лишь подошёл к ближайшему столбу, прислонился к тому спиной и высоко поднял голову, с подобающей гордостью принимая своё наказание. Какаши крепко стянул верёвку, чтобы у генина было меньше шансов выбраться, отчего Учиха невольно цыкнул, когда плотная верёвка слегка содрала кожу на локте.       — Ой, я совсем забыл! Дома дела есть… Ну, в общем, срочно надо! — Джуничи пятился, пальцы нервно теребили край рукава, но глаза блестели не от волнения, а от азарта. — Мне правда надо идти! — Он рванул вперёд, но Какаши уже стоял перед ним. Джуничи застыл, затем медленно поднял взгляд.       — К сожалению, дела должны подождать, — с некой ухмылкой произнёс Какаши и указал на столб. Верёвка в его руке слабо покачивалась на ветру. Джуничи обречённо выдохнул, плечи поникли, и он, медленно перебирая ногами, угрюмо смотря в землю, послушно подошёл ко второму столбу. Он с кислой миной от осознания собственных просчётов смотрел куда-то в пустоту, пока сэнсэй привязывал его к столбу позора. — Условия ты помнишь, Киёми… — Хатаке вручил ей бенто с сытным обедом, от которого валил лёгкий столбик пара. Девочка кивнула головой, и сэнсэй, более не решаясь задерживаться с генинами, исчез в Шуншине.       «Не получилось, хм», — улыбка не сходила с лица Джуничи, но превратилась в слишком спокойную; он посмотрел на Саске, лицо которого скрывало раздражение, затем отвернулся. «Надо было бежать в другую сторону. Шанс сбежать был бы куда выше».       Киёми медленно подошла к столбу посередине, к которому никто не был привязан, и уселась под ним. Горячая лапша слегка обожгла гортань, но чувство голода было куда сильнее, и она принялась уплетать свою порцию. Саске с холодной отрешённостью взирал на то, как его сестра приканчивает свою порцию заготовленного обеда. Джуничи, привязанный к столбу слева от Киёми, смотрел на неё несколько секунд, затем отвернувшись обратно. Он прикрыл глаза — то ли от солнечных лучей, то ли от чего-то ещё, а тонкие губы расплылись в улыбке. С губ сорвался тихий и короткий смешок, переросший в заливистый, словно бездушный смех.       — Ха… Ха-ха. Аха-ха-ха-ха-ха! — Он продолжал смеяться, но в смехе этом не было тепла, а только холодный интерес к тому, как далеко он мог зайти с этой проверкой. — О Боги, если вы вообще существуете, в чём я, конечно же, сомневаюсь, ибо теодицея просто несусветный бред… Просто скажите, за что мне дали в команду такого дурака?! Ха-аха-ах-ха-ха!       Киёми с опаской глядела на Джуничи — его смех был каким-то неживым, фальшивым, будто он не смеялся вовсе, а только пытался сымитировать его; что-то в нём вызывало почти естественное отторжение — то ли из-за холодного и бесстрастного взгляда Джуничи, то ли из-за наигранной интонации.       — Чё ты ржёшь, дебил?! — нервы Саске не выдержали, его левое веко слегка подрагивало, а кулаки непроизвольно сжались. Он дёрнулся, силясь развязать путы, но верёвки были слишком туго натянуты, места для рук не хватало — сэнсэй постарался на славу. Смех Джуничи заставлял злость вскипать в нём, распалял в нём пожар гнева и ярости. — Если б не чёртовы верёвки…       — Ха‑ха‑ха! Прости, Саске‑сан, не удержался… — смех на мгновение затих, и Джуничи пересёкся взглядами с напарником. — Ты ведь действительно не понял? Я ведь показывал — и бамбуком, и го, и словами… Но ты, конечно, решил, что это игра в одиночку.       Он слегка наклонил голову, изучая выражение лица Саске.       — Сэнсэй проверял нашу команду, а не тебя одного. Он хотел увидеть навыки командной работы, а не то, как ты овладел Катоном. Колокольчики — просто маркер, а разлад с таким-то напарником, как ты, — результат вполне себе ожидаемый. Но мы могли пройти, если бы… — он сделал паузу, будто подбирая слово, — …если бы ты позволил нам быть командой. Но знаешь, в чём ирония? Мы оба сейчас в одном положении. Ты — лучший ученик, привязанный к столбу. Я — «ничтожный Ивасаки», который видел всё… и тоже привязан. Забавно, правда?       — Ну всё, ты достал со своими речами, — Саске начал ёрзать, щепки больно впивались в спину, но ему было плевать на это. Он стремился во что бы то ни стало развязать верёвки и как следует накостылять зазнавшемуся идиоту, указать ему на его место. Джуничи продолжил ржать вновь, словно он никак не уставал от этого. Саске высокомерно мотнул головой и отвернулся в другую сторону, всеми силами стараясь не обращать внимания на раздражающий смех… или скорее ржачь Джуничи. Верёвки оказались ему не по силам, и не оставалось ничего, кроме как смириться со своим наказанием вновь.       Киёми, стараясь следовать примеру брата не обращать внимания на смех Джуничи, заливающий всю округу, вновь принялась уплетать свежую пищу. Джуничи так и продолжал ржать и надрываться от смеха, Саске в тихой обречённости скрипел зубами, как вдруг его лицо перекосило смущение, а щёки залились краской. Послышалось урчание живота, Киёми посмотрела на старшего брата. Она помнила наказ сэнсэя, но всё же решилась — она протянула ему бенто. Пусть она и рисковала своим положением, но сэнсэя здесь нет, и от сытого Саске будет куда больше пользы.       Джуничи на мгновение остановился, услышав урчание, затем заржал лишь пуще прежнего. Но смех длился недолго — Киёми протянула ему своё бенто, когда Саске принял угощение. Ивасаки в молчаливом недоумении смотрел на Киёми и порцию свежей пищи перед собой.       — Жри уже. От тебя голодного толку ещё меньше, чем от сытого… — с раздражением приказал Саске. Джуничи криво ухмыльнулся, но всё же принял угощение Киёми. Бенто Киёми быстро пустело — девочка предпочла отдать большую часть еды своим товарищам.       На секунду воцарилась благоговейная тишина над полигоном — было лишь слышно, как неспешный ветер раскачивает верхушки зелёных деревьев и как где-то в отдалении журчит быстрый ручеёк. Киёми захлопала ресницами, чьё-то пристальное внимание неведомо откуда оттеняло чувство удовольствия от насыщения и тепла, и чувства не обманули её. Посреди поляны раздался взрыв, облако белого дыма стремительно поднялось вверх, появившись будто из воздуха и раскачав траву, взметнув вверх опавшие листья. Киёми со страхом вжалась спиной в срединный позорный столб.       — Что это ещё такое?!       — Вы-ы-ы-ы-ы! — Из облака резко выскочил Какаши-сэнсэй, его единственный видимый глаз горел чистым гневом. — Поздравляю! Теперь вы действительно прошли! — Гнев мигом сменился на милость, словно его не бывало. Киёми в недоумении покачала головой, всё ещё стараясь собраться с мыслями и пытаясь задать сэнсэю немой вопрос. — Признаться честно, вы первые, кому удалось пройти мою проверку. Все остальные только и делали, что следовали моим указаниям…       — Мы… сдали? — чуть запнувшись поинтересовался Саске.       — Да. — Хатаке повернулся к нему, но затем обратил взор на всех трёх учеников. — Шиноби должен уметь просчитывать всё наперёд, и сегодня вы показали мне это качество. Тех, кто не соблюдают правила мира шиноби, зачастую называют отбросами. Но те, кто не заботится о своих товарищах, они намного хуже отбросов… — с мрачной задумчивостью промолвил он, и что-то в этих словах Джуничи показалось болезненным для сэнсэя. Перед взором Какаши стояли Минато-сэнсэй, отец, Обито, Рин… — Это я и пытался увидеть. Вы были не первыми, кого поставили в качестве моих учеников. Но вы первые, кто смогли понять смысл проверки и применить полученное знание. Потому вы действительно прошли! С завтрашнего дня наша команда официально приступит к выполнению миссий!..