Последняя шиноби Водоворота

— Сэнсэй! — Выкрикнул молодой Курама, подхватывая завалившуюся женщину и осторожно кладя на землю. — Что с вами?! — В сторону! — Около него мгновенно оказалась и Марико, уже активируя мистическую руку и осматривая последствия той глупости, что только что совершила ее новая знакомая. — Серьезное повреждение очага… порванные в хлам центральные каналы… расслоение малых каналов в… Какого?! Бубнила себе под нос Узумаки, пытаясь стабилизировать свою родственницу и оставить, пусть и инвалидом, зато живым инвалидом! Вот только то, что она начала ощущать через медицинские техники, выбило ее из колеи. СЦЧ и очаг чакры Акане восстанавливались! Тяжело, требуя все ее силы, но восстанавливаясь! Такой регенерации не было даже у джинчурики, особенно у джинчурики. СЦЧ всегда считалось самой сложной частью организма и лечилась с огромным трудом. Да что говорить, если в мире специалистов, которые способны провести операцию на системе циркуляции чакры по пальцам можно пересчитать. И тут такое… Однако пришла в себя удивленная Узумаки быстро, и также быстро вспомнила, что перед потерей сознания та залила в себя какой-то препарат. Введя Акане в лечебную кому и поддерживая концентрацию медицинской чакры бросила взгляд на изящного вида стеклянный пузырек, который выпал из рук владелицы сразу же после использования. Однако об этом можно будет подумать потом, сейчас главное не дать уйти в чистый мир этой дуре. — Что с сэнсэем? — Спросил взвинченный парень, смотря на происходящее, но не решающийся вмешиваться в процесс. Даже в своем не самом лучшем состоянии тот понимает, что соваться под руку к ирьенину во время работы не прибавляет здоровья пациентам. — Плохо. Повреждена СЦЧ. Она каким-то чудом смогла предотвратить ее полное уничтожение, но ей нужно лечение. А после и реабилитация. Долгая реабилитация. — Вы в состоянии помочь ей, Марико-сан? — Уже придя в себя, когда понял, что прямо сейчас его сэнсэй не собирается умирать, тот начал думать и рассуждать. Все нужно решать на холодную голову. Горячим, может быть сердце, но голова — Никогда. Именно так ему говорила Акане. — Увы, но нет. — Покачала та головой, досадливо закусив губу. Изао же на ее слова только сжал кулаки, но промолчал, ожидая дальнейших слов Узумаки. — Я в состоянии поддерживать ее жизнь и давать чакру на удержания в стабильном состоянии СЦЧ, но это полумера. Со временем ее тело привыкнет и все станет только хуже. Ей нужна операция, чем скорее, тем лучше. — Я знаю, кто мог бы с подобным справиться. — Несколько неуверенно произнес Изао, смотря на бессознательное тело, но после просто тряхнул головой. Сейчас не время сомневаться, нужно действовать. — Но потребуется время, чтобы найти ее. Да и на то, чтобы уговорить, думаю, тоже. Сколько у меня есть? — Я постараюсь минимизировать свое влияние, но… полтора месяца. И то в самом лучшем случае, так что считай что и того меньше. — Немного задумавшись, произнесла та, после чего перевела взгляд с Акане на ее ученика. — Кого ты хочешь привести? Это действительно сложная операция, нужен ирьенин не ниже А ранга, а лучше команду оных. — Цунаде Сенджу должна справится. Она одна из легендарной троицы Конохи и единственный действующий ирьенин S-ранга. — Хм… Ты прав, она может провести операцию подобного уровня, но поможет ли Цунаде-сама? Насколько я слышала, она ушла из Конохи не от хорошей жизни. Да и к тому же, уверена, это обойдется в целое состояние, плюс время на… — Однако та не успела договорить, молодой Курама ее перебил. — Найду. И ее саму, и деньги. Благо сэнсэй не бедствовала и говорила мне про свои схроны в стране Огня. Проблема может возникнуть только в том, что меня считают нукенином Конохи, но ничего, как-нибудь справлюсь. — После этих слов тот направился в сторону выхода, оставив на прощание свиток. — Здесь деньги, не очень много, но достаточно. Через час я принесу сюда хороший запас продуктов и воды. Постарайтесь не выходить из укрытия, Марико-сан. — Хорошо, поторопись, Изао-кун. — Ответом Узумаки был только утвердительный кивок.

* * *

— Мама, тете Акане плохо? — Слегка испуганно проговорила Карин, подходя к Марико сзади. — Да, Карин, она очень устала. Еще и сделала большую глупость… — Тихо прошипела последнее Марико, нежно поглаживая дочь по голове. Из-за того, в каких условиях приходилось жить им двоим, Карин очень тяжело сходилась с людьми. Она крайне недоверчивый и осторожный ребенок, который никогда не подпускал к себе никого кроме матери. Были, конечно, исключения, но таких была всего парочка. И тот факт, что им пришлось бежать из селения без подготовки, этому только способствовал. Да и мала еще слишком Карин, что также давало надежды на то, что детская психика сможет это пережить. С Акане же… все было несколько сложнее. Ее она приняла быстро и привязалась. Почему это произошло? Ответа на этот вопрос Марико не знала, были только догадки. Пока что она склонялась к версии о том, что Карин чувствовала родство и просто на подсознательном уровне тянулась к родному человеку. Что это могло означать? Скорее всего то, что у нее есть способности к сенсорике. С одной стороны это даже хорошо, подобная способность пригодится в жизни и позволит не раз спасти жизнь Карин, но с другой стороны хорошие сенсоры всегда нужны. И тот факт, что она Узумаки, сейчас только больше заставлял волноваться Марико. И она сама, и ее дочь были чистокровными. Пусть не из главной ветви клана, но тем не менее, они все еще слишком лакомая добыча для великих деревень. Собственно, именно ее дочерью и собирались расплатиться за поддержку Травы кто-то из Конохи. Вряд ли это сама деревня, хотя тоже далеко не факт что Коноха непричастна, но вот кто-то из ее кланов — Запросто. Те же Учиха или Хьюго обладали достаточной силой и влиянием, чтобы за свой счет финансировать подобное. Или же они выступили в поддержку этого плана на совете кланов Конохи, за что опять же от Травы могли получить отдельные отступные… Вся эта ситуация очень мерзко попахивала. Могла ли Акане обмануть их ради своих целей? Конечно, поводов ей доверять, кроме кровного родства, особо и нет. Соврала ли она, говоря о планах Травы? В принципе это возможно, но уж слишком все логично и удачно складывается для Травы в данных обстоятельствах, да и документы явно не простая подделка. На многих из них есть печати с оттиском чакры и крови, а подобное подделать если и возможно, то слишком сложно. Собственно, именно поэтому она и решилась на побег. Трава явно не собиралась выполнять своих обещаний, а саму ее просто терпели. Устранить подконтрольного ирьенина А ранга в преддверье войны? Нет, в правительстве деревни сидят не идиоты. А вот потом, ближе к ее концу, можно и списать, под благовидным предлогом естественно. Ну а без Марико Карин останется простой сиротой и никто не встанет на ее защиту. Но и вариант с Акане был, мягко говоря, сомнительный. Да Узумаки, да сильная (если судить по книге Бинго), да пришла к ней с явной опасностью для жизни, но вот что ей это дает? Узумаки Акане достаточно сильна чтобы их защитить, это факт, но что будет дальше? Ранее у Марико просто не было выбора, как довериться Акане, иначе она могла не только сама умереть, но и подписать под участь куда хуже смерти дочь, на что она пойти не могла. А вот сейчас что делать было не понятно вообще. Акане присмерти, их с Карин уже скорее всего объявили в розыск, нормального убежища тоже нет, сама Карин еще слишком мала, чтобы выдержать скитания по миру, ученик Акане явно поглядывает на нее с подозрением. Он не станет им помогать, если его сэнсэй погибнет. Возможно, не станет убивать и оставит какие-нибудь деньги на первое время, но это все. Позаботиться о них больше некому, а без поддержки или покровителя они не выживут. От подобных перспектив Марико только сжала кулаки в бессильной злобе на жестокость мира и собственную слабость. — Мама, я есть хочу. — Подергала ту за рукав девочка, смотря в серые глаза матери, явно пытаясь таким образом отвлечь ее от дурных мыслей. — Конечно, дорогая, конечно. Сейчас, посиди пока с тетей Акане, а я приготовлю чего-нибудь. — Марико погладила дочь по голове, успокаивая девочку. Сейчас не время для самокопаний, самое главное это помочь выкарабкаться самой Акане и позаботиться о дочери. — Только если ей станет плохо, сразу зови меня. Поняла? — Да! — Слегка улыбнувшись, впервые за последнее время, та активно закивала. После этого сама Марико невольно улыбнулась и направилась в сторону походной кухни. — Поправляйся, тетя Акане. — Тихо проговорила все та же девочка, слегка поглаживая руку лежащей на кровати женщины, сама даже не понимая, почему не боится ту, с кем еще несколько дней назад была совершенно не знакома.

* * *

— Ну, так что, что тебе известно? — Раздраженно произнес Изао, смотря на слегка подвыпившего мужика лет двадцати с небольшим. — Ну, кое что конечно известно, господин шиноби, но… — Растянувшись в улыбке протянул мужчина, недвусмысленно указывая на пустые бутылки из-под саке рядом с ним. — Закажете мне еще пару бутылочек и я с удовольствием расскажу вам все что знаю. — Ты уже достаточно выпил, говори. — Раздражение в Изао росло все больше и больше, но наружу его тот старался не пускать. Он и так потратил почти неделю на переход через границу и дорогу сюда, а тут еще этот… — Ну что же вы, так дела не… — Однако не успел тот договорить, как между указательным и безымянным пальцами мужчины воткнулся кунай. Причем так, что сантиметров на десять вошел в деревянный стол. От подобного мужик очень быстро протрезвел и залепетал. — Ну что же вы, сказали бы что торопитесь, зачем так… — Второй кунай воткнулся уже в стену в миллиметре от виска говорившего. — Понял-понял! Видел ее, господин! Была в этом городе с дня четыре назад, но после устроила погром в одном из игорных домов и ушла в другой город! — Куда? — Довольный тем, что наконец начал получать ответы на свои вопросы, спросил Курама, возвращая кунаи в подсумок. — Не знаю! — Молодой шиноби только приподнял одну бровь, как это любила делать его сэнсэй, и показательно остановил руку, убиравшую в подсумок кунай. — Ками клянусь, не знаю, господин! Спросите у Намеджи-сама, ему принадлежат несколько игорных домов, он большой человек, он знает! — Понятно, свободен. — Тихо произнес тот, кинув в его сторону пачку купюр с парой сотен Рё, и ушел. «Проклятье, и тут нет!» — Досадливо подумал Изао, пиная лежащий на дороге камень. Тот врезался в стену рядом с парой мужчин, явно бандитской наружности, но глядя на полный тихой злобы взгляд парня, те быстро испарились. Лишний раз связываться с шиноби простые люди побаивались, а уж с явно злыми, тем более. — «По крайней мере, тут есть след и тот, кто точно знает. Обычно такие заведения держат всякие криминальные боссы, а с ними всегда можно договориться. Не деньгами, так силой» Следующей его остановкой был, как уже понятно, тот самый пострадавший игорный дом. Зукас был небольшим городом и какого-то особого значения не имел, так что подобных заведений было не очень много. Да и сама Сенджу, скорее всего, просто останавливалась тут на пару дней и продолжила путь. Ну а игорный дом… просто развлечение по дороге, все же в определенных кругах, в которых последнее время крутился Изао, последнюю Сенджу часто называли не только «Принцесса слизней», но и «Легендарная неудачница». Так что для Изао сейчас было самым главным, чтобы она не завернула в Коноху, оттуда ее уже достать будет куда как сложнее, если вообще возможно для его уровня сил. Все же собственные силы он оценивал как чунина средней руки, может чуть выше, но не более. Для незаметного проникновения, а после и побега, из скрытой деревни Листа этого недостаточно. Около самого заведения его встречала пара вышибал. Внутрь Изао пропустили без особых проблем. Конечно, детей туда обычно не пускали. Но и самому Изао было уже шестнадцать, да и одет тот был как и подобает шиноби. Темные обтягивающие штаны и футболка, бронещитки на руках и ногах, на бедре подсумок с кунаями и сюрикенами. Сверху была бронированная кираса, обтянутая кожей и разгрузкой на ней. Выглядело грозно и угрожающе. Вообще, самому Изао было не очень удобно носить броню, но тот быстро привык. Его сэнсэй всегда удивлялась отсутствию нормального защитного снаряжения у шиноби. И бронежилет у чунинов и джоунинов та особо не признавала. Точнее признавала как один из элементов, но не более. На утверждения самого Изао о том, что это потому, что шиноби должен быть подвижен и быстр, та только покивала и сообщила, что если делать нормальные доспехи, то даже генины сразу после академии, где-то за полгода тренировок, смогут сражаться в них также, как и без них, а вот защищенность будет куда как выше. Ну а дальше пошли жалобы на старичье и разворованный как всегда бюджет, но она это говорила уже скорее самой себе, чем Изао. — Здравствуйте, шиноби-сан. — Поприветствовала парня молодая девушка за стойкой перед входом в основной зал заведения. — Сколько желаете положить на счет? Если это ваше первое посещение нашего заведения, то мы дарим первым посетителям дополнительные… — Нет, я не играть. — Сухо оборвал работницу Изао, стараясь лишний раз не шуметь и не грубить. Это Цунаде Сенджу ничего не будет за разгромленный игорный дом, а вот ему могут устроить нежелательные сейчас проблемы. — Я ищу Цунаде Сенджу, по моим данным последний раз она была здесь. Вы знаете, куда она направилась? — Простите, но я не уполномочена раскрывать информацию о клиентах, я… — Та явно замялась, особенно заметив его явно нетипичный внешний вид для шиноби. В эту эпоху полноценную броню (по меркам шиноби) носили только шиноби из спецподразделений и личной стражи Даймё. — Я понимаю, вы не могли бы сообщить обо мне своему начальству. — Нейтрально проговорил Изао, решив не обострять ситуацию. Да и вряд ли простая работница могла знать что-то стоящее. — С ним мы решим все вопросы. — Да-да, конечно, шиноби-сан. — Поклонившись Изао и незаметно кивнув сменщице, та удалилась в незаметную дверь за стойкой. Долго ждать не пришлось и уже спустя минут пять та вернулась. — Прошу, проходите, Такахаши-сама уже ждет вас. — Благодарю. — Кивнув, молодой Курама последовал за девушкой до одного из кабинетов, который охраняла еще пара громил, перекрывших ему дорогу. — Сдай оружие, сопляк. — Угрожающе произнес один из них, с легким блеском в глазах смотря на его катану на поясе. Явно надеясь, что Изао из кабинета не выйдет, а ему достанется дорогая вещь. — Живо, чего стоишь! — Кадо, — Тихо прошептал тому товарищ, который явно уже был знаком с шиноби и понимал, что вот такой ребенок вполне может их обоих покрошить в фарш, не особо стараясь — не борзей. Однако тот не услышал голоса товарища, да и разума судя по всему тоже, и попытался насильно отобрать оружие у шиноби. Оружие. У шиноби. Простой человек. Результат был соответственным: пригвожденная к стене конечность и приставленное лезвие клинка к горлу охранника. Простояв так еще секунду, вспыливший Изао убрал катану в ножны и прошел дальше без особых препятствий. Конечно, поступать таким образом было несколько опрометчиво, местный хозяин мог и обидеться. Но вот то, какими глазами смотрел на подарок его сэнсэя этот «охранник», Изао выбесил. И это мягко сказано. Впрочем, сэнсэй часто говорила, что для шиноби также важно то, как он себя поставил и держит. Никогда нельзя позволять к себе ничего лишнего. Один раз проявишь слабость, об тебя будут постоянно вытирать ноги. Один раз согласишься принять оплату ниже оговоренной, все будут думать, что ты дешевка и тебя можно пользовать как хочешь. Авторитет и уважение для шиноби не менее важны, чем сила. Но и перегибать не стоит, чтобы не прослыть отморозком. Внутри же кабинет был чистый и богато обставленный. Во главе него стоял большой стол, за которым сидел тучный… нет, даже жирный мужчина. На Изао он смотрел с откровенной брезгливостью, но опасливой брезгливостью. Грубить шиноби в этом мире может только два типа людей. Либо сильные, либо идиоты. Ответственный за этот игорный дом Такахаши идиотом не был. Честолюбивом, брезгливым и подлым — Безусловно, но не идиотом. Иначе бы не дошел до нынешней должности и, что более важно, не удержался бы на ней. — Что вам нужно, шиноби-сан? — Отложив пиалу с саке спросил тот, хотя и было видно, что любезничать с Изао тот не особо то и хочет. Впрочем, ему сейчас все равно. Ответит на вопросы и они разойдутся, скорее всего, больше никогда не встретившись. — Цунаде Сенджу, была здесь несколько дней назад. Ты знаешь, куда она направилась? — Ну, допустим знаю. — Лицо у наместника местного крупного криминального авторитета расплылось в гаденькой ухмылке, чувствуя возможную прибыль. — А что вы готовы мне предложить? — Сколько? — Без особых пиететов спросил Изао, прекрасно поняв, что его сейчас захотят ободрать. Деньги, конечно, не такая уж и проблема, благо пару тайников сэнсэя он уже посетил. Вот только еще нужно приберечь для оплаты услуг Сенджу. — Ну даже не знаю… — Ехидства и превосходства в его голосе резко прибавилось. Сразу понял, что шиноби перед ним проще заплатить, чем замарачиватся с ним и торговаться. — Она ведь великий саннин из легендарной тройки, химе великого клана Сенджу… Думаю, цена в пять миллионов Рё за ПОДОБНУЮ информацию весьма справедливо. На его заявление Изао скривился. Тратить время и лишний раз светится не хотелось. Особенно тем фактом, что он ищет последнюю Сенджу. Вот только пять миллионов это много. Слишком много. У него они есть, конечно, но и сама Цунаде ведь не за пару тысяч Рё работает ирьенином. К тому же, как он выяснил, сама она выполняет заказы редко, все больше посылая ученицу. — Слишком много хотите, Такахаши-сан. — Нейтрально ответил Изао, стараясь не показывать лишний раз эмоции. — Ну что вы, шиноби-сан. Это ведь не какой-нибудь нукенин, а сама Цунаде Сенджу! Величайший медик в мире, герой Второй Мировой Войны Шиноби, последняя Сенджу! Как вы можете такое говорить, шиноби-сан?! «Откуда только столько знает о ней?!» — Невольно тсыкнул Изао, смотря на довольную рожу человека перед ним. — «Хотя, есть одно решение. Но если все пойдет не по плану, придется светится по полной» — Значит, найду того, кто знает. — После этих слов Изао незаметно старается наложить мощное гендзюцу на второго человека в кабинете и, судя по поплывшему взгляду, все получилось. Подойдя ближе, он начал задавать вопросы. Ему повезло, что он хорошо освоил клановые техники гендзюцу, иначе сейчас было бы куда сложнее. — Цунаде Сенджу была здесь? — Да, она проиграла большую сумму и, сломав несколько столов и стен, ушла. Босс решил не связываться с ней, тем более деньги вполне покрывали ремонт. — Что она говорила по поводу того, куда дальше направится? — Когда она напилась, пока ее сопровождающая пыталась ее оттащить от карточного стола, то сообщила что ей тут не везет и стоит идти дальше, в Танзаку, там много храмов удачи и игорных домов. А по дороге можно заглянуть в Киноса, город к юго-западу отсюда. Говорила, что там она точно начнет выигрывать. —Ты забудешь все, что тут только что было, и будешь помнить только то, что я отказался покупать информацию. — После этих слов он влил побольше чакры в технику, чтобы поставить соответствующую закладку на подсознания и поморщился. Все же влиять на сознание через иллюзии достаточно сложная задача. — Очнись. — Ну что же вы, я уверен, больше никто в этом городе не скажет вам… — Слегка мотнув головой, тот практически сразу же начал продолжать вещать, из-за чего Изао, уже стоявший к нему спиной улыбнулся. Сработало! — Не интересует. — Лаконично бросил тот на прощание, уже просчитывая, как быстро сможет добраться до названного города.