Девяносто два дня.

      Наутро дождь все ещё лил. Он был настолько сильным, что я вполне могла бы использовать его как оправдание, чтобы не выходить на улицу. Благодаря нему, у меня появилось время подумать, что же делать дальше.       Пока я рассматривала список дел, ко мне подошла Хисон и спросила: «Как проведете сегодняшний день?»       Так как я уже привыкла слышать из ее уст что-то плохое, то приготовилась к продолжению, но она ограничилась этим вопросом и теперь просто разглядывала список вместе со мной. Похоже, в ее словах не было какого-то скрытого смысла.       Я еще раз взглянула на наблюдательницу.       Я задумывалась об этом еще с нашей первой встречи – ее внешность, была по-своему хороша.       Что ж, позвольте мне наконец высказаться. Говоря откровенно – она была в моем вкусе. Ясные карие глаза, нахмуренные брови, замечательный овал лица, гладкие густые волосы, тонкие пальцы. В ее чертах лица, да и во многих повадках я кого-то узнавала, думаю, вы уже догадались кого.       Из-за всего этого, с момента ее появления в квартире, на моей свободе будто петля затянулась. Я не могла даже зевнуть, в присутствии девушки, которая угождала моим вкусам. И я конечно же пыталась скрыть свои ломаные движения и идиотские вздохи. «Я извиняюсь,– начала Хисон, – но данный список... Это действительно то, что в глубине души вам хотелось бы сделать?» «Хм, я тоже думала об этом.» «У меня такое чувство, что этот список вы составляли не для себя.» «Возможно, ты права. Наверное, я до самой смерти не хочу ничего делать. Но ведь так нельзя. Потому и стараюсь подражать кому-то другому.» «И всё же, мне кажется, что должен быть более лучший выход,»– оставив меня с этим, по-видимому содержательным комментарием, Хисон села на диван.       Этим утром я пришла к выводу: чтобы исправить свою извращенную, так скажем, натуру, мне придется постараться намного сильнее, чем я думала.       Что ж, я должна мыслить проще, может быть даже наглее и вульгарнее. Провести остатки жизни, следуя своим инстинктам. Что следует изменить прямо сейчас? Ну уже больше нечего терять.       Я снова посмотрела в свой список, и набравшись смелости, позвонила своему старому другу.       На сей раз, после нескольких гудков, мне ответили...       Я вышла на улицу, взяв с собой зонтик, но стоило мне добраться до станции - дождь закончился. Похоже, что это событие идеально меня характеризует.       Идя с зонтом под ясным, безоблачным небом, когда дождь уже казался выдумкой, я была смущена как если бы несла с с собой, например, пару коньков.       Мокрые дороги искрились на солнце. Я вошла на станцию, думая что там смогу спастись от жары, но и здесь было не лучше.       Я уже давно не ездила в поездах. Войдя в зал ожидания, я купила содовой из автомата рядом с мусорной корзиной, присела на скамью и сделала три глотка. Хисон взяла себе минеральную воду и сжимала ее в руках, прикрыв глаза.       Сквозь окно, я взглянула на небо, там проглядывала небольшая радуга. Я даже забыла, что такая красота бывает после дождя.       Разумеется я знала, как выглядит радуга, когда происходит явление, которое люди называют "радугой" - но почему-то, в какой-то период своей жизни, я забыла эти базовые знания, и что такое на самом деле случается. Но было что-то такое, что я заметила, лишь взглянув на радугу по-новому. Я видела лишь пять цветов в том упругом луке, что был натянут в небе. Красный, желтый, зеленый, голубой и фиолетовый. Интересно, каких цветов мне не хватало... Я смешала цвета в своей воображаемой палитре и только тогда поняла, что двумя другими, были оранжевый и синий. «Должно быть, Вам понравилось как она выглядит.– сказала Хисон. – Это может быть последняя радуга в вашей жизни.» «Действительно.– согласилась я. – Если развить эту тему, то это может быть последний зал ожидания в котором я сижу, а это моя последняя банка содовой, или последний раз когда я выкину банку.»       Я выбросила пустую банку в мусор. Звук ее столкновения с другими банками, эхом прокатился по залу. «Все может стать последним. Но так было всегда, даже до того как я решалась продать свою жизнь.»       Так я сказала, но утверждение Хисон, заставило меня занервничать.       Радуга, залы ожидания, банки лимонада, кто об этом переживает? Но сколько еще дисков я успею прослушать до того как умру? Как много книг смогу прочитать?       Думая об этом, я внезапно ощутила ужас. Смерть означает, что я не смогу больше, сделать что-то вновь - она означает, что я буду мертва.       Выйдя из поезда, я направилась в ресторан, который был в пятнадцати минутах езды на автобусе. Именно там у меня была назначена встреча с Енджуном.       Енджун был моим другом со времен старшей школы. Он намного выше меня, лицо, как будто высеченное искусным скульптором, красивые каштановые кудри. Его голова хорошо работала, а то, как он говорил, пленяло людей, поэтому все его любили. Сейчас, когда я об этом думаю, кажется странным, что такой изгой как я, была с ним в хороших отношениях.       Дело в том, что у нас была одна общая черта. Мы могли обсмеять почти все в этом мире.       В старших классах мы часто заседали в общепитах и издевались над всеми повседневными явлениями, но никогда не перегибали палку.       Я делала вновь почувствовать все то, что чувствовала при разговорах с ним, посмеяться. Но была и иная причина, по которой я хотела с ним встретиться.       Ожидая его, я села рядом с Хисон. Конечно, это был столик на четверых, но так как сиденья были не очень широкими, мы оказались довольно близко друг к другу.       Она продолжала следить за мной с весьма близкого расстояния. Иногда я старалась поймать ее взгляд, но она продолжала сидеть, не обращая на это никакого внимания.       Енджун наверняка неправильно поймет наши с Хисон отношения, она ведь всегда болтается за мной, куда бы я ни пошла– по крайней мере, я на это надеялась.       Понимаю, насколько невыносимо жалкой была эта надежда. Но если я желала что-то сделать, то следуя своему списку – я должна это сделать. Как ни печально, но это первое, чего мне захотелось после продажи своей жизни. «Госпожа наблюдательница.» «Что такое?» «У меня есть к вам небольшая просьба»– произнесла я, почесывая голову.       И только я хотела попросить ее, чтобы она мне подыграла, как к нашему столику подошла официантка и одарила нас какой-то кривой улыбкой. «Извините, вы готовы сделать ваш заказ?» - спросила она.       Сдавшись, я заказала кофе.       Официантка уже начала подтверждать заказ, поэтому я повернулась к Хисон и на всякий случай спросила, нормально ли, что она ничего не заказала. Той явно стало неловко. «Извините, но вы не должны заговаривать со мной на глазах посторонних людей.» «Это что противозаконно?» «Кажется, я уже объясняла вам это ранее, но..Видите ли, присутствие наблюдателя, не может восприниматься никем, за исключением его подопечных.»       Наблюдательница схватила официантку за рукав и потянула. Действительно, как она и сказала, никакой реакции. «Любое из пяти чувств, передающихся человеку от меня, рассматриваются так, будто их вообще не было.– сказала она, поднимая стакан. – Так что я могу спокойно держать этот стакан, не опасаясь, что она увидит летающую посуду. Но она не видит, как стакан внезапно исчезает, когда я касаюсь его, так же, как не задумывается, что стакан перемещается с места на место - всего этого, просто никогда не случалось. Меня нельзя воспринять так, будто я "есть". Но также нельзя воспринимать меня как "несуществующую". Но есть и исключение. Единственный кто может воспринимать наблюдателя – это человек, за которым он присматривает. Это немного беспокоит, но по сути - меня нет. Я существую только для вас, так как вы уже знаете обо мне. Однако, суть в том, что сейчас, вы как будто разговариваете с воздухом.»       Я посмотрела на лицо официантки.       И правда, она смотрела на меня как на идиотку.       Кофе принесли через несколько минут. Попивая его, я решила свалить сразу же, как только допью.       Если бы парень, которого я ждала, пришел на полминуты позже – уверена, я бы так и поступила. Однако прежде чем я успела окончательно решиться, мне на глаза попался входящий в ресторан Енджун. Неохотно, я подняла руку в приветствии.       Присев, он продемонстрировал мне свою преувеличенную радость от нашей встречи. Похоже, он все таки не заметил Хисон. «Давно не виделись! Как делишки?»– спросил парень. «Да... всё нормально, в общем-то.»       Мда, всё явно не так.       К тому времени, как мы закончили пересказывать друг другу свой быт, я уже как будто вернулась в старшую школу.       Точно не вспомню, о чем мы говорили, да это и не имело никакого значения.       Мы растворились в разговоре, чего впрочем, и добивались. А говорили мы на избитые, тут же забываемые темы, а затем вместе смеялись.       Я не сказала ни слова о продолжительности своей жизни. Не знаю, поверит ли он мне вообще, да и не хочу рисковать и портить нашу встречу подобными разговорами. Если бы Енджун знал, сколько мне осталось, он как минимум вел бы себя иначе – к примеру, фильтровал свои шуточки и пытался бы найти более подходящую тему, никоим образом не задевающую мое положение. Не хотелось бы, чтобы он думал о подобной ерунде. «Кстати, Наен, ты все еще пишешь?» «Неа,»– ответила я как можно быстрее. Затем тщательно подбирая слова, продолжила: «Я не писала с тех самых пор, как поступила в колледж.» «Так я и думал,– рассмеялся он. – Если бы ты продолжила, даже не знаю, что бы я сделал.»       Эти слова положили конец нашей счастливой встрече.       Знаю, это странно, но этот обмен словами, длящийся несколько секунд – развалил всю мою дружбу с Енджуном, которая крепла годами. Пока он что-то говорил, пытаясь сгладить ситуацию - я произнесла его имя. Одними губами: «Хей.» «Енджун. Это ведь единственная вещь, над которой ты не можешь смеяться. Верно. Я сдалась, Но это не значит, что ты можешь над этим шутить. Мне казалось, ты это понимаешь» Моя улыбка, постепенно сходила на нет. На сей раз заговорила Хисон : «Что ж, давайте подведем итоги.» Я слегка покачала головой, но она, не обращая внимания, продолжила: «Кажется, сейчас вы всей душой ненавидите господина Енджун. Да и он, признаться, любит вас не так сильно, как вам кажется. Изначально, вы бы встретились с ним через два года, но какая-то незначительная вещь, привела вас к спору, окончившему вашу дружбу. Вы должны прервать его раньше, чем дойдет до этого момента. Не выйдет ничего хорошего, если вы продолжите возлагать надежды на этого человека.»       Я была зла. Но не потому что наблюдательница оскорбила моего друга. Не потому, что она сказала то, чего я не хотела слышать, и не потому, что я не смогла скрыть свои эмоции за маской. Этот гнев был направлен даже не на Енджуна, который высмеял мои прошлые надежды, которые сейчас, неосознанно были перенаправлены на Хисон. Что же меня тогда так раздражало – возможно поинтересуетесь вы. Не уверена, что я в силах ответить на этот вопрос.       Так или иначе, Енджун, сидящий напротив меня, продолжал беспечно болтать. Тем временем, Хисон рядом со мной, бормотала что-то мрачное. Две молоденькие девчонки за соседним столиком что-то обсуждали пронзительными голосами, а слова их и вовсе были больше похожи на междометия. Компания позади меня спорила так, будто там были одни пьяные. А студенты за дальним столиком громко хлопали и вопили. Я больше не вынесу этого.       Я стукнула по столу так громко, что все присутствующие замолчали и посмотрели на меня. Стакан, который я держала в руке, чуть ли не треснул. «Пожалуйста заткнитесь все!» - вскрикнула я, оставив деньги и просто выйдя из ресторана.       И да, стакан полетел в стенку, за него мне пришлось заплатить.       Возвращаясь на автобусе к железнодорожной станции, я взглянула в окно, и мой взгляд зацепился за старый тренировочный центр, в котором стояли машины подающие бейсбольные мячи. Я нажала кнопку остановки, вышла из автобуса, захотела пойти пешком.       Я купила себе воду в торговом автомате, села на скамейку и стала пить, наблюдая за группой отбивающих людей – было похоже, что они приходят сюда после работы.       Возможно, здесь такое освещение – но все виделось мне в каких-то голубоватых тонах.       Я не жалела, что вот так вот бросила Енждуна одного. Сейчас я действительно сомневалась, насколько дорога была ему наша дружба. Может мне и не нравятся такие как он, но раз он одобрял мое мышление, я надеялась, что он натолкнет меня на мысль, как полюбить саму себя.       Пока он менялся, я оставалась все такой же.       Возможно, именно Енджун был прав.       Я покинула тренировочный центр и пошагала на станцию. Стоило мне подойти к платформе, как поезд тут же подъехал.       Вагоны были заполнены старшеклассниками, возвращающимися из клубов. Глядя на них, я почувствовала себя стариком. Закрыв глаза, я наслаждалась поездкой на поезде.       Вновь наступила ночь. Я решила заглянуть в магазин, перед тем, как возвращаться домой. Hа парковке было несколько автомобилей, но похоже, они не собирались двигаться.       По возвращении домой, у меня были овощи, мясо, рис, пару бутылок воды без газов и газированной, ведь ее пьёт Хисон, ну и пару батончиков. «Госпожа наблюдательница. Прости за недавнее. Кажется, я немного смутилась Понимаешь, иногда, я просто вспыхиваю, и выходит так, что я делаю вещи, о которых потом жалею.» «Да. Я знаю,»– ответила Хисон, опасливо косясь на меня. Н      е могу винить ее. Любой будет осторожен, находясь в одном помещении с человеком, который посреди разговора швыряется стаканами. «Тебе больно?» «Нет, все хорошо.» «Мне правда очень жаль.» «Все в порядке. Меня не задело.» «Может, хочешь выпить, когда закончишь писать журнал наблюдений или что он там такое - спросила я - У меня есть бутылка вина.» «Говорите, что хотите выпить со мной?» - переспросила она. Я не ожидала такой реакции. Но думаю, лучше сказать правду: «Да. Одной мне будет как-то одиноко.» «Я вижу. Что ж, извините, но я на работе» Простите. Просто мне показалось это странным. Стало интересно, почему вы сказали нечто подобное.» «Мне иногда бывает одиноко, как и всем. Уверен, те парни или девушки за которыми ты приглядывала до меня, тоже искали компании, пока не умерли.» «Не припоминаю такого.»       Опустошив стакан воды, я приняла душ и почистила зубы. На сей раз, у меня точно будет спокойный и здоровый сон.       Я выключила свет и плюхнулась в постель.       Кажется, мне нужно пересмотреть свое мнение о многих вещах. Как бы близко я ни была к смерти, мир от этого лучше не станет. Может быть, он и хорош, когда дело доходит до мертвецов. И это вполне понятно. Однако, похоже, я не могу сбежать от своих наивных мыслей. В глубине души, я все еще надеюсь, что мир станет лучше.