Шелковая история

***

             — Мне только кажется, или дом внутри гораздо больше, чем выглядит снаружи? — Фэй Сусу задумчиво остановилась.              Они плутали кругами долгое время, но никак не могли найти виденную ранее библиотеку, как будто Линь Цюши и Жуань Наньчжу она приснилась.              — Так и есть, — кивнул Жуань Наньчжу.              Фэй Сусу меланхолично посмотрела на сияющие во мраке фонари.              — У меня ощущение, как будто мы заблудшие души, которые летят на свет. Как эти местные жители, бабочки. Там где нет света, они опасны? Может без огня фонарей их души умирают и становятся злыми духами?                     У очередной развилки Линь Цюши затормозил. Направо шел освещенный светом коридор, налево погруженный во мрак. Согласно логике данного мира, Линь Цюши и Жуань Наньчжу решили считать места с потушенными фонарями царством ночи, куда без крайней нужды заходить не стоит.              — Подождите, разве слева не жилые комнаты? — Линь Цюши задумался.              — Они самые, — подтвердил Жуань Наньчжу, приобняв Линь Цюши за талию. — Более того, здесь спальни заболевших.              В этот раз за дверью было много людей, поэтому они жили даже в разных зданиях, соединенных галереями и проходами. Комнаты Линь Цюши, Жуань Наньчжу и Фэй Сусу были в другом месте.              — Есть два варианта, — продолжил Жуань Наньчжу, — либо теперь «днем» опасно в спальнях, либо, — голос Жуань Наньчжу стал зловещим, — заболевшим спальни больше не нужны.              — Пойдем проверим? — Линь Цюши положил ладонь поверх руки Жуань Наньчжу, которая лежала на его талии.              Жуань Наньчжу кивнул.              — Сестрица Сусу, — Линь Цюши обернулся, — отойди подальше от темного коридора и держись света.              Жуань Наньчжу на всякий случай еще раз попробовал протащить горящий фонарь в темную зону, но тот ожидаемо потух. Едва Жуань Наньчжу переступил порог, как Линь Цюши потянул его за руку.              — Осторожно, я слышу странные звуки, — тихо сказал Линь Цюши. — Не похоже на крылья бабочек, но какое-то скрежетание и шуршание.              Они остановились у ближайшей двери и постучали. Тишина.              — Вы там в порядке? — спросил Линь Цюши.              Получив в ответ молчание, Линь Цюши позвал еще несколько раз, но безрезультатно. Однако звук за дверью усилился, теперь было отчетливо слышно какое-то движение внутри.              Линь Цюши положил руку на резную выемку в форме лотоса посередине раздвижных дверей и посмотрел на Жуань Наньчжу. Тот кивнул, и Линь Цюши потянул две половины дверей в разные стороны. Они оказались не заперты и легко разъехались.              Просторная комната была погружена в полумрак. Спиной к ним лицом к окнам стояла девушка. По ее тонкой фигуре струилось легкое светлое платье с длинными широкими рукавами. Волосы были подколоты шпилькой. Девушка словно в трансе скребла ногтями по бумажным окнам.              — Си Гунцзай (1), — Жуань Наньчжу узнал девушку, она была среди группы заболевших, к кому они заходили ранее, — У тебя все хорошо?              На звук собственного имени Си Гунцзай убрала руки от окна и медленно развернулась, но ничего не ответила.              — Си Гунцзай, — заговорил Линь Цюши, — ты заметила что-нибудь странное до того, как фонари погасли?              Девушка молча делала вид, будто здесь находилась еще одна Си Гунцзай.              — Будь осторожна, в темноте опасно и здесь лучше не оставаться, — в конце концов, не дождавшись реакции, сказал Линь Цюши.              Жуань Наньчжу взял его за руку и потянул к выходу. Едва они оказались у дверей, как Си Гунцзай вышла из транса и будничным тоном как ни в чем не бывало произнесла:              — Хотите я вам покажу кое-что интересное?              — А если нет? — Жуань Наньчжу обернулся.              Добившись внимания, Си Гунцзай семенящими шагами молча начала плавно приближаться к уходящим. Линь Цюши и Жуань Наньчжу сделали несколько шагов от нее. Но Си Гунцзай не дойдя до них развернулась. Она покачнулась в сторону и начала двигаться по спирали, придерживаясь неизвестного ритма, иногда замирая на месте. Легкая ткань платья грациозно струилась за изгибами тела. Свободные рукава раз за разом оголяли и снова прятали пластичные мягкие движения рук.       Странный танец напоминал то трепетание лепестков на ветру, то порхание сумрачной бабочки.              Си Гунцзай изящно опустилась на пол, прогнулась в спине в последний раз, легла лицом на колени и положила руки перед собой, закрыв голову широкими рукавами. Напоминая закрывшийся цветочный бутон.       Ее тело мелко задрожало и снова замерло. Руки свободно разъехались в стороны, ткань заскользила по полу. Си Гунцзай медленно приподняла голову, словно приходя в себя ото сна. И едва открыла рот, чтобы что-то сказать, как поперхнулась.              Нечто выбралось из ее приоткрытых губ.              Си Гунцзай начала кашлять и уже больше не могла остановиться, скручиваясь в серии болезненных приступов. Маленькие твари одна за другой лезли из ее тела.              Благодаря обостренному зрению Жуань Наньчжу даже в полумраке мог разглядеть, как толстые мохнатые брюшки терлись друг о друга, собравшись группой на полу. Небольшие тельца будто тряслись в ритуальном танце, в то время как за их спинками расправлялись широкие крылья.              Эти бабочки выглядели куда материальнее, чем призрачный легион хозяина, который застал их в иллюзорном коридоре.              — Линьлинь, бежим! — крикнул Жуань Наньчжу, схватил Линь Цюши за руку, и они метнулись из комнаты, сдвигая панели за собой.              Линь Цюши на мгновение задержался в темном коридоре. По всему крылу больных раздавался нарастающий шелест. Несколько комнат стояли открытыми, но закрывать их времени не было.              Они выбежали в светлую часть дома, сдвинули двери между темным и освещенным крылом, и остановились.              Вылупившиеся бабочки не спешили пролетать сквозь двери, но Линь Цюши отчетливо расслышал, как где-то свищут потоки воздуха и рвется бумага.              — Я думаю, они прорвали окна, — озвучил свои наблюдения Линь Цюши.              — Вероятно, другие заболевшие тоже носители, и болезнь дошла до финальной фазы. Сейчас там не безопасно, но позже, когда все неприятности улетят, пойдем проверим? — улыбнулся Жуань Наньчжу.              — Ага, — кивнул Линь Цюши.              Дрожащая Фэй Сусу подбежала сзади и схватила в одну руку ладонь Линь Цюши, в другую Жуань Наньчжу.              — Вы чего так долго? — взволнованная Фэй Сусу крепко сжимала руки Линь Цюши и Жуань Наньчжу.              — Испугалась? Не бойся. Пойдем, поедим, — утешающе ответил Линь Цюши. — По дороге расскажем.                     Когда они пришли в общий зал, все уже обедали. Отсутствовали не только заболевшие, но и несколько игроков, которые с ними жили.              Фэй Сусу уныло жевала лапшу, став еще беспокойнее, услышав историю Си Гунцзай.              — Что там такое, Хэ Фэн (2)? — до Линь Цюши донесся голос Ян Хуалу.              — Похоже на туман, но…              Линь Цюши обернулся на голоса. В задней части зала лицом к окну замер высокий парень с волосами ниже плеч из команды Ян Хуалу.              Жуань Наньчжу заметил взгляд Линь Цюши и тоже заинтересовался окном. Не сговариваясь, они встали из-за стола и подошли к Хэ Фэну и Ян Хуалу.              Окна в зале были сделаны из тончайшей прозрачной бумаги. Сквозь бумагу просвечивал двор, освещенный фонарями. Белая мгла плавно стелилась по земле, перемещаясь вдоль периметра здания.              Четверо внимательно наблюдали за явлением, и их лица становились все мрачнее.              — Да откуда взялось столько тварей! — не выдержала Ян Хуалу.              Белый туман был ничем иным как скопищем насекомых. Они то быстро кружились в воздухе, создавая видимость живой завесы, то замирали, осев на землю молочно-серебристыми хлопьями.              Линь Цюши и Жуань Наньчжу понимающе переглянулись.              — У вас какие-то догадки? — Ян Хуалу уловила взгляды.              — Есть пара мыслей, — уклончиво ответил Жуань Наньчжу. — Можем вместе пойти подтвердить их или опровергнуть.              — Мы пойдем, — уверенно согласилась Ян Хуалу.              Жуань Наньчжу рассказал им, что этих бабочек предположительно выносили другие игроки. И хотя они свидетельствовали только один случай, но с тех пор никого из темного крыла больше не видели.              — Что же настанет день, когда мы все станем бабочками? — тихо спросила незаметная девушка. — Это неизбежно, неизбежно, неизбежно… — она забормотала как в приступе помешательства.              Услышав слова девушки, Линь Цюши вздрогнул. Ее слова натолкнули на неприятную догадку.              От него не укрылось, как девушка потирала шею, на которой были заметны маленькие бордовые точки. Он инстинктивно сделал пару шагов от нее.              Но Жуань Наньчжу поймал Линь Цюши за талию, прижал к себе, и прошептал на ухо:       — Не бойся, опасен только первоисточник. Будь это не так, уже все бы заболели.              И то верно.              — Откуда это у тебя? — Линь Цюши мягко спросил паникующую девушку.              — А?              — Ты встречалась с бабочками в темноте?              Она кивнула.              — Там был хозяин дома? Его бабочки тебя коснулись?              Девушка еще раз кивнула и заплакала.              — Меня зовут Юй Линьлинь, как тебя зовут?              — Лу Ло (3), — сквозь слезы проговорила девушка. — Это правда, что вы рассказали? Вы действительно видели, как они вылетали из тела?              — Да, это правда, — кивнул Линь Цюши. — Но тут могут быть дополнительные условия смерти. Или особенные обстоятельства. Не буду понапрасну обнадеживать, но не надо сдаваться. За дверью жизнь и смерть танцуют вместе. Пока есть те, кто хотят выжить, всегда можно найти выход.              — В мире дверей иногда случаются и хорошие вещи, — застенчиво улыбаясь, вставил Жуань Наньчжу.              Лу Ло, заслушавшись Линь Цюши, перестала плакать, но на Жуань Наньчжу посмотрела с недоверием.              — Свою судьбу я нашла за дверью. Мы уже планируем еще одного ребенка, — Жуань Наньчжу положил руку себе на живот.              Фраза Жуань Наньчжу приковала к нему внимание не только Лу Ло, но Ян Хуалу, Хэ Фэна и нескольких ближайших к ним человек.              — Мы пойдем, — Линь Цюши сжал руку Жуань Наньчжу и кивнул Ян Хуалу. — Встретимся, как договорились, ближе к вечеру                            Захватив Фэй Сусу, Линь Цюши и Жуань Наньчжу ушли в свою комнату.              — Сестренка Сусу, твоя старшая сестрица и братец сейчас лягут спать, нам надо подготовиться к ночи. Ты в это время веди себя хорошо и не бузи. Дверь никому не открывай, с незнакомыми не разговаривай, — строго сказал Жуань Наньчжу.              Фэй Сусу, поняв, что ее из спальни не выгоняют, от радости бросилась обнимать Жуань Наньчжу.              — Все, все отпусти, — Жуань Наньчжу похлопал Фэй Сусу по плечу, и когда та неловко отступила, забрался в кровать.              Линь Цюши все это время сидел на кровати и в задумчивости смотрел в окно. Снаружи время от времени пролетали бабочки, некоторые садились на окна и перебирали лапками по бумаге, издавая шуршащие звуки.              — Вы слышите? — слова Линь Цюши тревожно повисли в воздухе.              — Сейчас надо поспать, Линьлинь, не слушай их, — Жуань Наньчжу закрыл ладонями уши Линь Цюши.              Фэй Сусу подошла к окну и легко, чтобы не порвать бумагу, похлопала по окнам.              — Вы мешаете спать моему старшему брату, летите-ка в другое место, — отругала бабочек Фэй Сусу.              Послушные насекомые слетели с окна и исчезли из виду. Линь Цюши расслабился на кровати.              — Я сейчас, только кое-что принесу, — тихо сказала Фэй Сусу и вышла за дверь.              Едва оставшись вдвоем, Жуань Наньчжу прильнул к губам Линь Цюши, а после глубокого поцелуя прижался к нему и замер.              — Мэнмэн, ты подумала о том самом неизбежном, о котором подумал я?              Но никто Линь Цюши не ответил. Тогда он тоже попытался заснуть, ворочаясь с боку на бок. Вскоре вернулась Фэй Сусу. Она подвинула плетеное кресло и устроилась у окна.              — Спи, братец Линьлинь, эта сестренка вас посторожит.              — Сестренка Сусу, ты стала такой смелой, — улыбнулся Линь Цюши.              — Да куда там, просто иголка с ниткой меня успокаивают.                                   Линь Цюши проснулся через несколько часов благодаря будильнику. Жуань Наньчжу встал одновременно с ним. Фэй Сусу все еще сидела у окна.              — Сестренка Сусу, как у тебя дела? — первым делом спросил Линь Цюши.              — Все хорошо, — улыбнулась Фэй Сусу. — У меня для вас кое-что есть.              Она подошла к Линь Цюши и Жуань Наньчжу и протянула пару расшитых шелком саше, где на каждом был вышит огненного цвета нитями танец дракона и феникса (4).              — Это защитные талисманы, — пояснила Фэй Сусу в ответ на вопросительные взгляды. — Меня мама научила. Мелочь конечно, но тут же всякое бывает, вдруг поможет.              Жуань Наньчжу провел пальцами по искусной вышивке, разглядывая ее с большим интересом. Потом пристально посмотрел на Фэй Сусу.              — Спасибо, — искренне произнес Жуань Наньчжу. — Сестренка Сусу, да ты светишься.              Линь Цюши заинтригованно посмотрел на Жуань Наньчжу, но тот больше ничего не добавил.                                   Встретившись с Ян Хуалу и Хэ Фэном, Линь Цюши, Жуань Наньчжу и Фэй Сусу пошли исследовать спальни в крыле Си Гунцзай. К их удивлению, к ним присоединилась Лу Ло, а с ней была еще одна девушка, молчаливая, но с решительным спокойным взглядом, представившаяся Ло Е (5).                     Как и предполагал Жуань Наньчжу, к моменту, когда они пришли, фонари в том коридоре снова горели. Дневное время считалось относительно безопасным, а сейчас в этом темном мире еще длился условный «день». Так что раз горели фонари, значит, опасность эту часть дома уже миновала.       Первым делом все столпились у спальни Си Гунцзай. Когда двери разъехались, в широком проеме открылась мрачная картина. Светлое платье, которое было на Си Гунцзай, и ее шпилька по-прежнему лежали на полу, попадая в пятно света от фонаря. Но самого тела не было. Лишь огромный моток шелка, завернутый в платье. На полу как сухие опавшие листья лежали несколько безжизненных бабочек. Бумажные окна были порваны, с улицы дул слабый прохладный ветер.              Хотя каждый, кто оказался за этой дверью, успел навидаться кровавых и жестоких сцен убийств, но от вида пустого платья всем стало не по себе. Больше всех впечатлилась Лу Ло. Она отвернулась и закрыла себе рот рукой, чтобы сдержать рыдания. Ло Е подошла к ней и начала что-то тихо успокаивающе говорить.              — Если плохо себя чувствуешь, можешь не идти с нами дальше, — Жуань Наньчжу обратился к Лу Ло.              — Я хочу найти выход, — дрожащим голосом ответила Лу Ло и более твердо добавила, — я хочу выжить.              — Хорошо, — Ян Хуалу с уважением посмотрела на Лу Ло, — тогда давайте осмотрим эту комнату внимательнее.              Жуань Наньчжу первым делом подошел к телам бабочек и безжалостно раздавил одну ногой. Останки рассыпались в труху.              — Мне не показалось, новые особи очень даже обыкновенны и материальны.              — Кто их убил? — нахмурилась Ян Хуалу.              — Мертворожденные несчастные создания, — пожал плечами Жуань Наньчжу, то ли в шутку, то ли всерьез.              — Из вашего рассказа и того, что мы здесь видим, я правильно понимаю, Си Гунцзай стала инкубатором для насекомых? — заговорил Хэ Фэн. — Тех самых, что мы наблюдали снаружи дома.              — Вероятно, — кивнул Линь Цюши.              — А загадочная болезнь — реакция носителя на вживленные яйца, — продолжил размышлять Хэ Фэн.              — Да не было никаких яиц! — запротестовала Фэй Сусу, сжимая руку дрожащей Лу Ло.              — Сестренка Сусу права, — Жуань Наньчжу поддержал Фэй Сусу, — что именно делают бабочки с человеком не ясно. Почему их атаки опасны без света, но безопасны на свету? Может, когда свет гаснет — мы оказываемся в другом пространстве? Бабочки хозяина дома могут проходить сквозь физические препятствия. Значит ли это, что они одновременно существуют в двух мирах — материальном и не материальном? Или скажем в мире живых и мире мертвых?              Жуань Наньчжу сделал выразительную паузу, давая всем время обдумать теорию.              — Моя старшая сестра такая классная! — повисшее молчание прервала Фэй Сусу.              — А когда гаснет свет, граница между мирами исчезает, — продолжил Жуань Наньчжу, — мы переносимся в мир мертвых. При этом условии бабочки могут посадить в нас темную энергию, которая остается в человеке, развивается и постепенно утягивает человека из мира живых.              — Обожаю свою сестру! Темная энергия звучит куда лучше, чем вживление яиц, — прокомментировала Фэй Сусу. — Только подумаю о яйцах, ну, какая мерзость! Из них же потом выползают личинки. А чем питаться маленьким жирным гусеницам внутри человека? Внутренними органами? И если их полчище, то каким образом все тело стало единым шелковым коконом? Неужели эти паразиты сливаются вместе и во время развития становятся как одно целое? Например, как грибница. А может вместо грибницы у них общий разум. И оно уже в ком-то из нас живет! Я же так сегодня не усну. Нет. Спасибо, Чжу Мэн, пусть это будет темная энергия.              Фэй Сусу выдохлась, и повисло леденящее молчание.                     — Давайте разделимся и осмотрим остальные спальни, — наконец произнес Жуань Наньчжу. — Здесь всего одиннадцать комнат, где жили семнадцать человек. Из оставшихся десяти мы с Линьлинем и сестрицей Сусу возьмем на себя четыре по левой стороне коридора.              Ян Хуалу с Хэ Фэном тоже взяли на себя четыре по правой стороне, оставив Лу Ло и Ло Е две комнаты в конце коридора.              — Если встретитесь с чем-то неприятным, не рискуйте, лучше выбирайтесь живыми и расскажите, что видели, — напоследок напутствовал команды Жуань Наньчжу.              

***