Шелковая история

***

             Первая же спальня на пути Линь Цюши оказалась запертой. Недолго думая, он достал отмычку и вскрыл замок. Фэй Сусу не поскупилась на еще один восторженный взгляд.              Картина внутри большей частью не сильно отличалась от спальни Си Гунцзай. Лоскуты шелка на полу, порванные окна. Но не было видно брошенной одежды, и здесь стояло уже две кровати, одна пустая, а на второй лежал ворох одеял и покрывал. Линь Цюши и Жуань Наньчжу, не сговариваясь, подошли к кровати с одеялами.              Линь Цюши начал скидывать одеяла по одному, но после того, как первое слетело на пол, второе что-то удержало на месте. Линь Цюши резко дернул и нашел парня в коконе из одеял, который мертвой хваткой держался за ткань, крепко зажмурив глаза. Его звали Жань Гэ (1), вспомнил Линь Цюши.              — Все хорошо, это Юй Линьлинь, Чжу Мэн и Фэй Сусу, мы сегодня общались с тобой за завтраком, спрашивали о болезни. Помнишь? — Линь Цюши попытался дозваться до Жань Гэ.              — Если ты нам не доверяешь, можешь лежать тут и дальше, а мы пойдем, — проворковал сладким голосом Жуань Наньчжу.              Жань Гэ открыл глаза и перевел взгляд с Линь Цюши на Жуань Наньчжу и обратно, потом осмотрел комнату и облегченно выдохнул:       — Их здесь нет.              — Бабочек? Ты в порядке? Расскажешь, что случилось? — участливо спросил Линь Цюши.              Жань Гэ помолчал, нервно озираясь, будто не мог доверять глазам, ожидая подвоха, и медленно начал.              — Я вам уже говорил, сегодня утром Шэ Гуанцзэ (2) почувствовала себя плохо. Уже после того как вы к нам зашли, сестренка а-Цзэ немного пришла в себя, даже нашла силы говорить. Но ей было очень страшно, и она сказала мне закрыть двери на ключ. Я так и сделал. Сестренка обрадовалась, сказала, так чувствует себя в безопасности. Какое-то время все было спокойно, я даже думал, а-Цзэ стало лучше. Но потом… погасли фонари. Они ведь не должны были еще гаснуть! За окном все горело! Я хотел уйти отсюда, но а-Цзэ подошла ко мне и попросила остаться с ней. Она сказала, что боится выходить из комнаты, и предложила отсидеться за запертой дверью. А-Цзэ сказала, что останется здесь, даже если я уйду. Я не мог ее бросить. Хотя мы познакомились только за этой дверью, но сразу же нашли друг в друге родственные души.              Жань Гэ затих, по его лицу было видно, что он вот-вот заплачет.              — Когда сестренка начала кашлять, я думал, она сейчас задохнется. Но потом она выплюнула странный сгусток. И еще один. И еще. При бледном свете от окна, я видел, как они медленно шевелятся и расправляют крылья. Я знал, надо бежать, но ноги словно приросли к полу. А-Цзэ зашлась в сильном приступе, и из нее вырвалось наружу еще несколько десятков созданий. Ей было так плохо, я боялся, она сейчас выплюнет внутренние органы. Я смотрел то на пол, усеянный бабочками как цветами, то на Гуанцзэ, и не знал, что делать. Из оцепенения меня вывела сестренка, а-Цзэ перестала кашлять, поднялась с пола и взяла меня за руку. Ничего не бойся, сказала она и отвела к кровати. А-Цзэ обняла меня, и рядом с ней мне правда было не страшно. Бабочки лениво кружились вокруг нас. Побудь со мной, я расскажу тебе секрет, как развеять тьму. Ее голос звучал как будто издалека. Я с удивлением и вопросом посмотрел на а-Цзэ, но она только загадочно улыбнулась. Сестренка бледнела на глазах. Ее ладонь рассыпалась шелком прямо в моей руке. Тогда Шэ Гуанцзэ наклонилась ко мне, ее густые длинные черные волосы вмиг побелели, и слабым голосом проговорила. Я хочу спать. Расскажи мне сказку. Едва я открыл рот, она коснулась меня губами и тут же осыпалась шелковой пылью. В этот же момент мне стало так страшно, что я накрылся одеялами и боялся двинуться. Я боялся смотреть на созданий снаружи. Мне казалось, стоит их увидеть, как я поверю, что а-Цзэ — это теперь они.              Жань Гэ замолчал. Линь Цюши обратил внимание, что он все еще крепко сжимал в руке чужую одежду.              — Шэ Гуанцзэ больше ничего не сказала? — Жуань Наньчжу вывел Жань Гэ из прострации.              — Нет, это все, — голос Жань Гэ звучал отстраненно.              — Пошли с нами, посмотрим, что творится в соседних спальнях, из вашего крыла больше никого не видели. Тебе все равно лучше переехать отсюда, — Линь Цюши кивнул на окна.              — Я не могу, — Жань Гэ помотал головой. — Вдруг а-Цзэ вернется, она меня потеряет.              — Кто ушел за дверью возвращается только в одном случае, — Жуань Наньчжу протянул с мрачным спокойствием, — забрать с собой тех, кто остался.              — Сестрица, здесь все так жестоко! — подала голос притихшая Фэй Сусу.              Линь Цюши и Жуань Наньчжу обернулись и увидели, дрожащую Фэй Сусу с покрасневшими глазами.              Фэй Сусу решительно подошла к Жань Гэ и обняла его.              — Пойдем, Жань Гэ, если сестрица Гуанцзэ вернется, она тебя обязательно найдет.              Жань Гэ посмотрел на Фэй Сусу и послушно пошел вместе с ней.                            В оставшихся спальнях двери были не заперты. В первых двух все выглядело в точности как в комнате Си Гунцзай. Последняя спальня была завалена шелком, в ней стояло три кровати. Жань Гэ замер, увидев на полу мертвых бабочек. Он поднял одну с пола, подержал в руках и аккуратно положил назад.              — Уже не боишься? — спросил Жуань Наньчжу.              — Это просто бабочки, — мертвым голос ответил Жань Гэ. — Это не сестрица.              Но не смотря на слова, взгляд Жань Гэ по-прежнему был прикован к бабочке, которую он до этого держал.              — Ты знаешь о них что-то еще? — Линь Цюши подошел к нему.              — Нет, просто она, — Жань Гэ кивнул в сторону бабочки, — напомнила мне о Мяо Маочун (3), она жила в этой комнате. А-Цзэ с ней общалась.              — А ты? — поинтересовался Жуань Наньчжу.              Жань Гэ покачал головой.                            Закончив с осмотром, они встретились с остальными в комнате Си Гунцзай. Ян Хуалу и Хэ Фэн о чем-то тихо переговаривались, а Лу Ло и Ло Е, раскладывали на полу мертвых бабочек как мозаику.              — Вы долго, нашли что-то интересное? — Ян Хуалу кивнула Жуань Наньчжу и с вопросом перевела взгляд на Жань Гэ.              Жуань Наньчжу пересказал историю Жань Гэ и кратко поделился впечатлениями об их расследовании. Ян Хуалу тут же помрачнела и с подозрением внимательно осмотрела Жань Гэ.              Ее взгляд будто спрашивал, он нормальный? Он точно нормальный?              Но видя, что Жуань Наньчжу и Линь Цюши его не сторонятся, она расслабилась.              — У нас тоже есть что рассказать, — Ян Хуалу кивнула в сторону Лу Ло и Ло Е. — Почти в каждой спальне было по несколько мертвых образцов, мы собрали их вместе. Любопытно, что все они разные. Издалека не отличить, но вблизи можно увидеть, что у некоторых резные крылья, у кого-то длинные усики, чьи-то крылья со свисающими «хвостами». И даже расцветка отличается, хотя все они светлые, но есть те, у кого присутствуют ярко белые пятна, а кто-то однородно серый. Можно предположить, что бабочки, вылетевшие из разных людей, обладают индивидуальными особенностями.              Линь Цюши тут же вспомнил о Мяо Маочун.              Жань Гэ вскользь посмотрел на «мозаику» и отвернулся, отойдя подальше.              — Нам тоже попалась одна запертая комната, — продолжила Ян Хуалу. — Пойдемте, стоит на нее взглянуть.              Они подошли к одной из дверей в коридоре. Линь Цюши уже приготовился достать отмычку, но оказалось, что дверь открыта. Очевидно, сестренка Хуалу тоже обладала базовыми навыками выживания.              Здесь стояло две кровати, но количество брошенной одежды соответствовало одному человеку. Однако самое примечательное в комнате было окно. Его целиком выдрали из проема. Линь Цюши убедился, что остатки окна валяются снаружи. Около дома светили фонари, а дальше стелился туман, и проглядывали очертания мрачного леса.              — Кто-то сбежал отсюда. Но за обедом мы никого из этих спален не видели. Если и за ужином беглец не обнаружится, то, похоже, окно не выход на крайний случай, — задумчиво заключила Ян Хуалу.              — Знать бы, где здесь выход, — Ло Е озвучила мысль, которая зудела у каждого в голове.              Они не говорили об этом вслух, но к третьему дню запутанность мира все больше не давала покоя даже бывалым игрокам. Было непонятно где искать железную дверь и ключ, даже нельзя было положиться на задание-подсказку неигрового персонажа. И пусть здесь не сновали агрессивные кровожадные твари, но неочевидные опасности были не менее жестоки. Беспомощное блуждание в темноте не добавляло боевого духа.                                   На ужине беглец не появился. Игроков осталось меньше половины, и большинство сидели с угрюмым видом, поддавшись тоске и унынию. Жань Гэ все-таки послушал совета и переехал из «мертвого» крыла. В жилом здании нашлась свободная комната как раз для него — в ней никто не жил, но она стояла незапертой.       Линь Цюши и Жуань Наньчжу быстро поели, и, захватив Фэй Сусу, ушли к себе пораньше, чтобы обсудить новые сведения.              Устроившись в удобном кресле, Линь Цюши снова стал рассматривать вид снаружи, он даже рискнул откинуть окно наверх, впуская внутрь прохладный воздух.              — Линьлинь, о чем думаешь? — Жуань Наньчжу подошел к Линь Цюши и, не стесняясь Фэй Сусу, сел к нему на колени, картинно расправив платье. — Я не тяжелая?              — Легкая как пушинка, — улыбнулся Линь Цюши и тут же стал задумчиво серьезным, — Мэнмэн, мне кажется, или эта дверь тесно связана с настроением ее главного представителя? Который любезно пригласил всех нас проникнуться его внутренним миром, — Линь Цюши кивнул в сторону окна. — Необычное течение суток — словно выставленная напоказ декорация. А без смены дня и ночи, мы будто проживаем один длинный жуткий сон.              — Да уж, та еще театральная постановка, — хмыкнул Жуань Наньчжу. — Чего только стоит сегодняшняя акция устрашения.              — Вы о чем? — осторожно спросила Фэй Сусу, подняв голову от вышивания.              — За эту дверь пришло слишком много человек, и с виду даже не скажешь, что кто-то понабрал новичков. Я уже делилась с Линьлинем своими опасениями, что наши соигроки могут оказаться вовсе не теми, кем кажутся. Теперь я в этом уверена, — продолжил Жуань Наньчжу.              Линь Цюши только вздохнул и не стал ничего спрашивать, потому что сам пришел к такому же выводу.              — Где это видано, чтобы на третий день не стало половины? Да и много ли дураков за дверью шляться толпой по ночам в поисках приключений? А массовое синхронное перевоплощение? Нас такими фокусами не обманешь, не запугаешь, да, Линьлинь? — Жуань Наньчжу с нежностью посмотрел на Линь Цюши и поцеловал в щеку, тот в ответ приобнял его за талию.              — А Жань Гэ и его сестрица? — Фэй Сусу уже потеряла всякий интерес к вышиванию и внимательно смотрела на Жуань Наньчжу.              — Вестимо кто его сестрица, — усмехнулся Жуань Наньчжу. — Однако их парочка любопытна. Что если Жань Гэ улыбнулось счастье в несчастье? И ему перепала подсказка с той стороны.              — Шэ Гуанцзэ обещала раскрыть секрет, — подхватил мысль Линь Цюши, — и последнее, что она сказала, кажется, «я хочу спать, расскажи мне сказку».              — Какое совпадение, что наш дорогой хозяин тоже жаловался на проблемы со сном. — Жуань Наньчжу улыбнулся, — Линьлинь, ты много знаешь сказок? — и тут же добавил, — если не знаешь, ничего страшного.              — Я думаю, теперь ясно, зачем нам нужна та книга, — глаза Линь Цюши загорелись надеждой и решимостью. — Которая в моем видении была в кабинете хозяина, который спрятан за библиотекой, которая затерялась где-то в этом непостоянном доме. Завтра надо обязательно ее найти.              — Который отражает непостоянство характера его господина, ты забыл добавить, — улыбнулся Жуань Наньчжу.              — Линьлинь, твоя энергия передалась и мне. Лучшая сказка на ночь! — воодушевленно заявила Фэй Сусу.                                   Проводив Фэй Сусу, Линь Цюши и Жуань Наньчжу остались вдвоем. Они, не сговариваясь, забрались в кровать и достали походный набор для игры в сянци (4). Опасаясь, что хозяин все-таки их проклял и не отстанет до победного, они приготовились ждать.              За игрой время летело быстро. Едва погасли фонари, как Линь Цюши напрягся, вслушиваясь в каждый шорох.              — Кто-то из своей спальни вышел в коридор, — сказал Линь Цюши в середине партии.              — Если кому-то не терпится на свидание с прекрасным господином, пусть идет, — Жуань Наньчжу внимательно посмотрел на Линь Цюши.              Они продолжили играть. Несмотря на дневной сон оба уже хотели спать.              — Кто-то движется по коридору, — рука Линь Цюши зависла над доской.              Жуань Наньчжу взял его за руку.              — Подошел к нашей двери.              В этот раз они все-таки заперлись на ключ.              — Стоит, прислонившись к двери.              Жуань Наньчжу пододвинулся к Линь Цюши и обнял сзади.              — Он тебе что-нибудь говорит? — одними губами прошептал Жуань Наньчжу.              Линь Цюши покачал головой.              — Вот и славно, даже если скажет — не слушай его, лучше послушай меня.              Линь Цюши откинулся назад на грудь Жуань Наньчжу.              — Линьлинь, я тебя ему не отдам, — Жуань Наньчжу перебирал пряди волос Линь Цюши. — Так что даже не мечтай о тройничке!              Они еще долго обнимались, но Жуань Наньчжу чувствовал, что Линь Цюши все еще напряжен.              — Он еще там? — Жуань Наньчжу посмотрел на дверь.              — Там, — Линь Цюши утянул Жуань Наньчжу на подушки.                     Они не заметили, как заснули.                     — С добрым утром, Линьлинь, — Жуань Наньчжу улыбнулся сонному Линь Цюши.              Линь Цюши, едва проснувшись, встрепенулся, вспоминая вчерашний вечер. Но осознав, что они оба в порядке, выдохнул с облегчением.              — С добрым утром, Мэнмэн, — просияла улыбка Линь Цюши.              — Наша малышка Сусу, похоже, полна секретов, — таинственным голосом протянул Жуань Наньчжу, и, дождавшись любопытного взгляда, достал саше, подарок Фэй Сусу. Нитка разошлась поперек рисунка, вышивка была испорчена.              Линь Цюши нашел свое саше и положил рядом с первым. Второе саше постигла та же участь. Линь Цюши с недоверием рассмотрел порванную вышивку и не найдя объяснений перевел взгляд на Жуань Наньчжу.              — Линьлинь, я думаю, подарок Фэй Сусу защитил нас прошлой ночью.              — Такое бывает? — изумился Линь Цюши.              — Мой Линьлинь так давно ничему не удивлялся, сестрица соскучилась по этому выражению лица, — воодушевился Жуань Наньчжу. — Ты знаешь, что у некоторых людей за дверью проявляются особенные таланты, как у тебя или меня. Полагаю, создавать защитные талисманы — талант Фэй Сусу. Конечно, такая способность должна иметь серьезные ограничения, но Линьлинь, ты нашел золотую сестренку!                            Едва Жуань Наньчжу и Линь Цюши вошли в комнату Фэй Сусу, как та бросилась им на шею.              — Я так за вас волновалась! Хорошо, что вы в порядке, — на лице Фэй Сусу была неподдельная радость.              — Сестренка Сусу, твои талисманы принесли нам удачу, — искренне произнес Жуань Наньчжу и показал саше. — Спасибо.              — Правда что ли? — Фэй Сусу сначала обрадовалась, но потом посмотрела на испорченную вышивку и провела по ней пальцами. — Странно, мне казалось, моя техника не так плоха. Я вам подарю другие.              Фэй Сусу покопалась в своих вещах и достала еще одно саше:       — Это закончила сегодня. Нравится?              Жуань Наньчжу внимательно осмотрел вышивку и спросил:       — Сестренка, а у тебя есть с собой что-нибудь вышитое до похода за дверь?              — У меня от волнения от всей этой задверной атмосферы дрожит иголка? Все так плохо? — Фэй Сусу неловко улыбнулась. — Сейчас посмотрю.              Порывшись в безразмерном рюкзаке, она и впрямь достала еще несколько работ.              Жуань Наньчжу осмотрел все что было, сделал паузу и серьезно сказал:       — Фэй Сусу, послушай внимательно. Первые два талисмана, которые ты вышила здесь за дверью нам с Линьлинем на удачу, действительно стали защитными артефактами. И вполне вероятно это твой талант, и за следующей дверью ты сможешь повторить. Вещи, созданные вне двери, не работают. У тебя есть ограничение — всего две вещи, и каждая защищает по одному разу. Вряд ли поможет против физических атак, но потусторонние нападения здесь за дверью куда чаще. Порванная нитка означает, что артефакт себя израсходовал.              Фэй Сусу замерла на месте, переваривая услышанное.              — Офигеть! — вдруг закричала Фэй Сусу. — Ах, вот почему у меня за дверью вышивка вечно рвется! А я-то думала, все от нервов.              — Не жалеешь, что отдала нам свои возможности? — Жуань Наньчжу пристально посмотрел на Фэй Сусу.              — Чжу Мэн, я рада, что смогла хоть чем-то вам помочь, — искренне произнесла Фэй Сусу. — Да и если с вами что-то случится, мне никогда не найти отсюда выход.              

***