The reason for my euphoria

      Чонгук в это время активно редактировал весь полученный материал, что удалось собрать с того интервью с Пак Чимином. «Забавный такой паренек, милый, если бы не обстоятельства, может быть с ним что-то и вышло». – Ну что, как прошло интервью с тем милым омегой? – с усмешкой спросил Джувон, слегка нахмурившись. – Которого ты так нагло отобрал у меня, но я на тебя не в обиде, – Саб.альфа похлопал парня по плечу. – Завалил его? Либо вы «просто разговаривали?» – оскалу Джувона могла бы позавидовать гиена. – Да нормально, вроде бы. И вообще, о чем ты думаешь? Ты и так каждый день ходишь в клуб, куда тебе до такого омеги, как Пак Чимин? – усмехнулся Чон, вспомнив, как тот ему влепил пощечину за невинный поцелуй. – А, прости, я же забыл, он тебя отшил, – заржал Джувон, чуть-ли не падая со своего стула. – Как он там сказал? Если ты будешь его трогать он на тебя иск подаст за домогательство? Ахаха…ой не могу, – альфа так сильно смеялся, что все-таки грохнулся со своего места.       Теперь пришла очередь Чонгука смеяться над ним. – Да уж, вот это гроза всех омег, Ким Джувон, ты только что так низко пал, что дальше некуда.       Но веселье парней прервалось вошедшим в их офис главного редактора. – Что, бездельники, прохлаждаетесь? – недобро улыбнулся он, оглядывая своих подчиненных колючим взглядом, от которого у обоих альф мурашки по коже пошли. – Ну, мы обсуждали мое последнее интервью и… – попытался оправдаться Чонгук, но его перебили. – А почему это интервью все еще не у меня на почте? Я не понял, вы так стремились к своему повышению, но так халатно относитесь к своей работе, что я даже не знаю, стоите ли вы того, чтобы чего-нибудь добиться, – серьезно произнес глав.редактор и подошел к ноутбуку Чонгука. – М-да, с таким количеством материала вы можете вновь опуститься до того уровня, с которого начали. Если вы хотите получить что-то стоящее за свой труд – наскребите что-нибудь еще, очень вас прошу, – произнес мужчина серьезно, нахмурившись. – Д-да, конечно, все будет готово к концу этой недели… – тихо отозвался Чонгук, опустив свой взгляд вниз. – Вот и прекрасно, – важно кивнул редактор и повернулся на уже принявшего сидячее положение Джувона. – А вы? – Я сейчас ищу подходящую кандидатуру для того, чтобы взять интервью, вышла небольшая неувязочка с прошлым кхм…кандидатом, – Джувон косо посмотрел на Чонгука, который как ни в чем ни бывало писал себе в ноутбуке сообщение о встрече с Чимином. Надоедливый журналистишка 14:22 «Мой редактор сказал, что материала недостаточно, нам нужно встретиться. Когда у вас будет свободное время? (^_<)»       Чонгук уставился в экран и стал терпеливо ждать ответа. Моя сексуальная сенсация 14:27 «Можно завтра. У меня как раз не будет никаких дел.»       Ответ был сухой и совершенно без каких-либо смайликов.       «М-да уж, а Пак Чимин не из тех, кто любит переписываться…» – подумал как-то машинально Чонгук, даже не обидевшись на то, в каком формате был ответ. Надоедливый журналистишка 14:28 «Тогда у вас в 5:00?» Моя сексуальная сенсация 14:37 «Лучше в кафе. Там вы не будете давать волю своим инстинктам. Я скину завтра адрес.» Надоедливый журналистишка 14:39 «Какой вы жестокий, что я такого сделал (Т_Т)»       Чонгук ждал ответа Чимина. Хоть малейшую реакцию, хоть что-нибудь. Но уже прошло больше пятнадцати минут, а ответа не было. Только светилось, что сообщение прочитано, и только.       «Какой все-таки этот омега грубый», – подумал недовольно Чон, закрывая вкладку с перепиской, и принялся составлять план, чтобы завтра не ударить лицом в грязь перед этим парнем.       Ну уж нет, Чон Чонгук не из тех, кто просто так сдается!

***

      Чимин отложил телефон на тумбочку и прикрыл глаза, откинувшись на подушки.       «Ох уж этот придурок. Сколько от него мороки. Что он такого сделал? Ха! Да ладно, что же ты мог сделать такого, чтобы я был на тебя в обиде? Давай-ка подумаем: ворвался в наглую в мой дом, нарушил мое личное пространство, пялился на меня, будто бы я работаю проституткой, поцеловал без моего разрешения, хм…что же тут, блять, не так?!»              Пак недовольно нахмурился и сел, вперившись взглядом вглубь своего дома. Он оглядел каждый уголок, пытаясь найти хоть что-нибудь, чем можно было бы себя занять.       Взгляд упал на его старенький белый ноутбук, которым он пользовался еще со времен учебы на первом курсе.       «Да, старичок, тебе уже восемь лет. Восемь лет ты служишь мне верой и правдой, до сих пор не давая сбоев. Даже удивительно, как ты еще не сломался…»              Чимин сполз с кровати и приблизился к ноутбуку, который мирно себе лежал на столе. Но когда он тянулся к ноуту, рука его дрогнула и он смахнул что-то. Раздался звук разбитого стекла. Чим опустил взгляд вниз: на полу лежала разбитая фотография в рамочке. Парень вздрогнул, увидев там фото со свадьбы: с их свадьбы. Юнги стоит в черном смокинге и бережно держит за руку его в таком же костюме, но белого цвета. Они улыбаются, кажется, даже счастливы. Но сейчас...       Омега судорожно сглотнул и поднял ее, сметая осторожно осколки. Но один коварный осколочек таки попал в цель, и Чимин вскрикнул. На пальце выступила кровь. Пак забил на нее и пошел заматывать рамочку скотчем, чтобы она не распалась. После чего бережно поставил ее на полочку над камином и со вздохом пошел убирать осколки.       Палец слегка саднило, но это было пустяки по сравнению с тем, как саднила рана в сердце: Чимин и сам не знает, зачем притащил эту фотографию, зачем все еще носит кольцо на пальце. Давно бы уже выкинул его куда подальше, но… Юнги расстроится, если увидит это. Странно, что Чима это так волновало, но факт оставался фактом: омега ни при каких обстоятельствах с ним не расставался. Пак, конечно, смутно помнил, но вроде как и на Юнги тоже есть такое колечко, разве что помассивнее.       Чимин вздохнул, сметая осколки в совок, и выкинул их в мусорку, сразу же после этого схватил ноутбук и пошел с ним к кровати, плюхаясь на нее, и открыл крышку. Пак тут же вздрагивает: на блокировке стояла их с Юнги общая фотография. –  Черт, почему столько болезненных напоминаний, чтоб им пусто было… –  тихо шепчет Чим, быстро разблокировав ноут и, несмотря на главный экран, открывает браузер и расслабленно выдыхает. –  Что ж, посмотрим, чем я смогу себя занять, пока не свихнулся от тоски окончательно… –  вздохнул и стал забивать в поисковик интересные сериалы, чтобы раз смотреть, то чтобы подольше не отрываться.       Кто-то находит свое утешение в алкоголе, кто-то в сигаретах, а Чимин нашел свое в американских сериалах с корейскими субтитрами.

***

      Намджун сидел в зале ожидания и ждал свой рейс в Тхэбэк. Нам до сих пор не в курсе, почему его брат выбрал такое место для того, чтобы жить там со своим мужем, но ладно. Не он живет там, ему-то в Лос-Анджелесе, как медом намазано. Зря, что ли, столько лет потратил на его покорение. –  Прошло уже восемь лет, как я не бывал в Корее. Надеюсь, что мой акцент не помешает мне общаться с местными. Чимин же меня по губам читает, –  Джун вздохнул и тут же раздался механический голос из громкоговорителя:       «Объявляется посадка на самолет номер 22. Время отлета: 22:35»       Джун на автомате посмотрел на электронные часы на табло: –  Ага, у меня есть пятнадцать минут. Ну что ж, тогда нужно торопиться, – задумчиво произнес бета и встал со своего места, подхватив небольшую сумку с вещами.       Полет предстоял долгий. 13 часов сначала в Сеул, оттуда еще поездом в Тхэбэк. Ох, веселой будет поездочка к брату. Если единственный прилет в Корею того не стоил и его чутье подвело его, что ж, он может с уверенностью сказать, что тогда он точно не может считаться любимым хеном Чимина…

***

      Чимин спокойно в это время смотрел сериал «Волчонок», уж больно ему понравился сюжет, да и актеры неплохие. Больше всего ему понравился Стайлз Стилински, роль которого исполнял Дилан О’Брайан. Очень обаятельный и с таким милым вздернутым носиком…ах, жаль даже, что у Чима не такой же. Омега даже стал завидовать ему. Ему было жалко Стайлза, который не мог получить ответную симпатию у красивой девушки Лидии Мартин.       Хотя Пак ее и считал сукой, но это сути не меняет. Тема про оборотней так захватила Чимина, что он не заметил, как до глубокой ночи просматривал серию за серией, боясь оторваться хоть на секунду.       Чим даже не понял, что заснул, пока не заметил утром себя лежащим на кровати, на ногах лежал уже давно потухший ноутбук, а сам он лежит в довольно-таки неудобной для себя позе, от которой уже порядком затекла шея.       Пак вздыхает и включает вновь ноутбук, как слышит вибрацию на телефоне. Очень удобным было решение поставить себе вибрацию на телефон такую, что Нокиа 3310 отдыхает. Она медленно перешла от тумбочки к кровати и теперь он слышал, как вибрирует кровать. Омега недоуменно посмотрел на телефон и увидел сообщение. Джуни-Хен 11:18 «Я тебе уши надеру, когда приеду. А это будет очень скоро. Учти, что я связался с Юнги, потому что не помню, куда к вам ехать и узнал, что лично ты живешь не там! Тебе хана, мелкий. Готовь ремень и жопу, буду воспитывать (￢_￢;)» Чими 11:19 «Ой…〣(ºΔº)〣» Джуни-Хен 11:20 «Вот тебе и ой. Через три часа буду у тебя. И лучше тебе постараться к этому моменту вспомнить все молитвы, которые знаешь ((╬◣﹏◢))» Чими 11:21 «Понял… (т_т)»       Чимин отложил телефон и вздохнул. М-да, кто бы мог подумать, что человек, который его сдаст будет Юнги. Вот он ему устроит в следующую встречу взбучку, ох и устроит!

***

      Юнги пялился уже несколько минут в потолок своей студии, никак не приступая к работе. А как тут вообще можно было работать, если твоя муза где-то там, на холме в своем деревянном домике живет?       К удивлению Мина, ему позвонил Намджун хен, спросив, куда ему ехать, когда поезд остановится в Тхэбэке. Он обрисовал ситуацию, что не уверен в том, что у них все с Чимом хорошо и решил приехать лично вправить омеге мозги. По голосу, Джун очень беспокоился за Мини. Удивительно, что делает с родственниками беспокойство. Особенно с такими, как Нам.       «Вот бы мне такого брата, я бы может тоже стал лучше, чем сейчас…» – альфа грустно вздохнул и все-таки заставил встать себя со стула и пройтись по комнате, чтобы хоть как-то наладить мыслительный процесс.       Это-таки дало положительный результат: он смог вытянуть из себя все негативные эмоции, всю боль, тоску по Мини и разочарование в жизни, которое у него было, и сложить это в прекрасный текст, который будто бы сам соскакивал с его ручки на бумагу.       Вот так Мин Юнги смог создать что-то стоящее впервые за все время, что он пытается работать. Ключевое слово «пытается». Ведь раньше его постоянно подталкивал Мини, пихал в бок, заставляя его бросить попытки создавать музыку через силу. Омега все пытался объяснить ему, что творческий процесс у него должен идти не от головы, точнее, не только от нее, но и из глубины души.       «Ты должен передать все эмоции, которые чувствуешь, чтобы твое произведение было интересным, и все хотели его слушать раз за разом. Я в тебя верю, Юни, ты справишься!» – эти слова его Мини так хорошо врезались память, что он постоянно пытался и пытался создать что-то такое, что было бы достойно внимания.       Но каждый раз, когда у него не получалось, единственное, что он делал – топил свои неудачи в алкоголе.       Это был первый звоночек в их с Мини отношениях, что Юн делает что-то не так. Из-за этого они очень часто ссорились, ведь Пак за него очень переживал и боялся, что альфа напрочь пропьет себе все мозги и заспиртует свои органы таким образом. Так и было: он очень много пил, ведь не хотел встретиться с суровой реальностью лицом к лицу. Мин Юнги все больше падал в пучину самобичевания, самокритики и не мог оттуда выбраться, даже с посторонней помощью. Он считал себя ничтожеством, что не достоин такого солнышка, как его истинный, который каждый день вылезал из своей студии весь в краске, нарисовав очередное свое произведение искусства.       Юн хотел брать с него пример и поступать точно так же, но увы, его музыка получалась слишком скучной, плоской и недостойной внимания даже своего создателя. Но сегодня этот день настал. Он смог себя перебороть и создать нечто новое, ранее не опробованное, будто Юнги ученый, что, потерпев тысячи неудач, вновь взялся за дело, изменив к нему подход и зайдя к нему с другой стороны. Мина даже пробрало на слезу, когда ничем не связанные аккорды сплетались в мелодию, создавая аудиодорожку для его будущего трека. – Видишь, Мини, я смог…я смог создать что-то стоящее. Я обязательно верну тебя, и мы будем жить, как раньше, я обещаю… – прошептал альфа, добавляя все новые и новые нити в полотно своего будущего детища, что вот-вот должно было появиться на свет.