Попутчик

Мы решили не заезжать на этот раз на речку, чтобы быстрее добраться до места отдыха. Да и мало ли, какой ещё казус мог произойти за это время. А то я нас знаю, оба умеем создать проблему на ровном месте и обычную шутку перевести в хрен знает что. Два сапога... ну да. Первое время поездки перебрасывались ничего не значащими фразами, а потом и вовсе ехали молча. Я смотрел в окно, прислонившись головой к стеклу, когда вдруг почувствовал руку на своём плече. Повернул голову и увидел, каким взглядом смотрит на меня Миша. От такого взгляда у меня перехватило дыхание, как будто многотонную плиту на грудак положили. Его рука скользнула с моего плеча на ключицу, залезла под ворот футболки и сжала грудь, большим пальцем поглаживая сосок, от чего у меня вырвался стон: - Миш, что ты делаешь? - Чш-ш... - было мне ответом. Он убрал руку, сбавил скорость и через сотню метров свернул влево, на уходящую в какое-то село дорогу, с растущей около неё посадкой. Съехал с дороги под ближайшее дерево и, заглушив мотор, потянул меня за руку на себя. Я же, мало что соображая подчинился и, усевшись на него сверху, впился жадным поцелуем в такие желанные губы. Мишины руки прижали меня к его груди так, что у меня вышибло воздух из лёгких. Я провёл руками от его плеч к груди, потом вниз, к животу, оглаживая это прекрасное тело. Неужели оно сейчас станет моим? Как же сильно я хотел этого, с тех пор, как только увидел его. Я содрал с себя футболку и прижался к его горячей, влажной коже, продолжая целовать его. Как же хорошо, господи! Его язык исследовал мой рот по всей глубине, доставая чуть ли не до гланд. Я задыхался от жары и возбуждения. В какой-то миг я отстранился глотнуть воздуха, его руки скользнули под мои шорты и сжали половинки. - Да, Миша, да-а... - Серёжка! Серёга... СЕРЁГА!!! От неожиданности я дёрнулся и открыл глаза, перед которыми было Мишино плечо. Моя рука висела у него между ног, а по его груди протянулся мокрый тонкий след от... моей слюны? Японская рота сорока ронинов! Я уснул по дороге и опёрся на его плечо. Отскочив от парня, долбанулся спиной о дверь и зашипел от боли. - Тихо ты, убьёшься ещё! - Извини, я не заметил, как вырубился, - посмотреть сейчас на него было для меня сродни самоубийству. - И что же тебе такого приснилось? - а сколько веселья в голосе, убил бы нафиг. Неужели я во сне стонал его имя, и он услышал это? Боже, какой стыд! И какое горе для меня, я ведь думал... эх! - Да так, ничего. Я и не помню. - Ну да, я вижу как ничего, - я всё же осмелился глянуть на развесёлую моську Миши, а он выразительно посмотрел на мой пах, поиграв бровями. Опустив взгляд, я понял что он имеет ввиду: стояло у меня так, что не заметить этого было невозможно. Провалиться бы на этом месте, чтобы никто никогда не нашёл меня даже с собаками ищейками! Наверное, видок у меня был тот ещё. Я закрыл лицо ладонями и застонал. - Да ладно тебе! Ну, привиделся сон эротический, с кем не бывает? Мне вот наоборот очень приятно, что обо мне даже во сне мечтают. - Мне тоже было приятно, - всё же выдал я. - Правда? Расскажешь, что мы делали? - С ума сошёл?! Хочешь, чтобы я умер от стыда? В той посадке меня и закопаешь. - В какой посадке? - как назло, ехали мы сейчас мимо холмов без единого дерева. Вот засада! - Ну, расскажи, мне же интересно. - Любопытство не порок, но большое свинство! - Всё равно не отстану. - Нет! - Давай, колись. - Отвали! - Не-а, рассказывай. - ДА ЦЕЛОВАЛСЯ Я С ТОБОЙ НА ТВОИХ КОЛЕНЯХ!!! - Оу... И как я целуюсь? - Охуенно!!! - С языком? - ДА! - Класс! - Чего-о?! - в шоке смотрю на него. - Люблю с языком. Правда, с парнем никогда не пробовал. Знаешь, ты так сладко спал, что я не хотел тебя будить. Но твоя шаловливая ручка начала во сне проказничать, да и застонал ты так... в общем это не способствовало моему вниманию к дороге. Ты меня так наглаживал, что у меня тоже вставать начал. Пришлось тебя разбудить, не хотелось вылететь на встречку. Бля-а-а, я что, во сне к нему в шорты залез? Так, стоп! Что он сейчас сказал? У него начал вставать на мою ласку?!! Значит, ему не было неприятно моё прикосновение? Это как вообще? Я уже сбился со счёта вопросов в голове. - Умереть не встать! - заключил я в итоге. - Миш, ты прости, я даже не заметил, как заснул. Да и за то, что приставал во сне, тоже прости. Знаю, что тебе неприятно было. - Было бы неприятно, у меня бы не встал. Я и сам немного в шоке, если честно. Никогда даже не задумывался, как это, когда тебя парень ласкает, а не девушка. И в мыслях даже не было проверять, а тут... Короче, я удивлён, что моё тело так отреагировало. Оказывается, я не так уж и хорошо его знаю. Я не знал, что ответить. Может ли это означать, что у меня появился какой-то призрачный шанс? Нет, об этом думать ещё рано. Он, вот, и сам ничего не понимает, что произошло, и почему у него встал от мужской ласки. От моей ласки... С одной стороны, я его понимаю. Сам бы я тоже удивился, если бы возбудился на девушку. Бр-р, аж мороз по коже. А он всю жизнь был убеждённым натуралом, и тут на тебе, приплыли! Я посмотрел на Мишу. Вид у него был задумчивый и слегка растерянный, но слабая улыбка всё равно блуждала на губах. Невольно залюбовался его профилем: высокий лоб; прямой, не очень широкий нос, с чуть заметной горбинкой; выразительные скулы, как у викингов; широкий подбородок, но без пресловутой ямочки на нём, и тонкие губы. У меня он побриться не захотел, и двухдневная тёмная щетина добавляла ему мужественности (хотя, куда ещё больше?). Короткая стрижка, почти под "ёжик", тоже подчёркивала его брутальность и "натуральность". Волоски начинали расти острым клином уже во впадинке, под кадыком, и ниже "клин" расширялся густой порослью на груди. Плечи, предплечья, кисти, подмышки - всё было покрыто тёмными волосками. Ну, точно мишка, большой и мохнатый. Никогда не надоест любоваться им. От этого вида ладони зазудели и я поспешил отвернуться. Скорей бы мы уже приехали, потому что больше нет сил держать себя в руках. Я конечно с головой дружу, но желание осуществить свой сон с каждым мгновением становится всё больше. Так до нервного срыва недалеко и тогда - прощай крыша! Не забывай писать письма из тёплых стран. Да и к огромному сожалению понимаю, что всё-таки и правда начинаю влюбляться. Нужно как можно скорее всё это заканчивать! - Остались чуть больше пятидесяти километров, Сержик, - наконец подал голос Миша, - скоро будем на месте. - Это хорошо, - отозвался я. - Да уж, попутчик и собеседник из меня вышел такой себе, большую часть пути продрых. - Всё равно было веселей ехать чем одному, - ответил он весело, подмигивая. - Да уж... - К тому же, у меня есть ещё одно предложение к тебе. Я напрягся и удивлённо посмотрел на него. Что он там ещё придумал на этот раз? - В N-ске у меня квартирка есть, однокомнатная. Я всегда там останавливаюсь, когда приезжаю сюда. В остальное время за ней соседка присматривает. Вот я и подумал, раз нам с тобой так весело вместе, почему бы тебе не остановиться у меня? Вдвоём всё же веселей отдых пройдёт, как считаешь? Да ну что за нах?!. Почему, за всё время нашего знакомства, он не перестаёт меня удивлять? Своими предложениями, поступками, поведением, реакцией - да буквально всем. Невероятный человек! - Миш, зачем ты это делаешь? - упавшим голосом спросил я. - Что я делаю? - непонимающе смотрит на меня. - Это, всё. Ты же знаешь, что нравишься мне, что у нас ничего не будет и как мне от этого хреново. Нет, прости, но дольше рядом с тобой я не смогу оставаться. Я просто не выдержу, понимаешь? Зачем я тебе нужен? Как собеседник, как друг, как кто? Тебя я вижу рядом с собой только в одной роли - моего парня. Никем другим я для тебя не смогу стать, извини. Знаю, что это глупо, но, кажется, я влюбляюсь. Поэтому, как только мы приедем, сразу же разойдёмся в разные стороны. Так будет лучше. Миша молчал несколько минут. Я думал, что он уже и не ответит мне. На душе было муторно, на сердце лежал камень. Даже не камень, а целая глыба. И тут...: - Ты ведь даже не даёшь себе шанса, Серёж. Чего-о-о?! *** Я смотрю на Мишу в полном ахуе. Прошу прощения за моветон, но, в таком состоянии, другого слова подобрать не смогу. Какого такого шанса я себе не даю? - Ты о чём вообще? - немного отойдя от шока, спрашиваю его. Он снова молчит. Наверное, больше минуты. Я совсем перестал понимать его и всё то, что он говорит и делает. - Понимаешь, - наконец рожает, - я, впервые в своей жизни, общаюсь с таким парнем, как ты. Ну, в смысле, впервые общаюсь с парнем геем. Сложно было общаться с теми, кого не видел ни разу наяву. Да, и не задумывался как-то над этим. Никогда не ощущал неприязни к ним, и не понимал всех этих... как же их? Гамадрилов? Гомофанов? Я не выдержал и прыснул: - Гомофобов, может? - Ну да, их самых. Ну, живут себе парни. Ну, любят других парней. Мне они не мешают, и никакого дела до них мне никогда не было, - продолжил он свой рассказ. - Встречался себе с девушками, работал, отдыхал, в общем, жил, как и все. Не знаю, сейчас мне кажется, что все мои отношения были какими-то обыденными, на автомате, что ли. В том смысле, что ничего сверх яркого и кружащего голову не было. Понравились друг другу, повстречались немного, потрахались (очень прямолинейно) и разбежались. Никакой любви, никаких высоких чувств, страданий-переживаний, ничего такого. А за эти два дня, что провёл с тобой, я не чувствовал себя более живым, чем за всю предыдущую жизнь. И сейчас я ни секунды не жалею о том, что вчера подошёл к тебе. И что сегодня снова уговорил поехать со мной. Не знаю почему, но не хочу, чтобы наше знакомство вот так просто закончилось, не хочу тебя отпускать, что ли. Сам себя сейчас не пойму. Ты мне очень симпатичен. Не скажу, что за эти два дня мне парни начали нравиться, но один конкретный чем-то зацепил. Зря я вчера так тебя обидел. До сих пор жалею о своих словах, но прошу, подумай о моём предложении, пока мы ещё едем, ладно? Я не смотрел на Мишу. Ответить я сейчас вряд ли смогу, потому что в глазах стоят слёзы от его слов. Вот не хватало ещё разрыдаться сейчас перед ним, как девице, которую выдают за немилого. Оценку это мне вряд ли поднимет. Да я вообще не помню, когда плакал в последний раз. Наверное, ещё до школы, когда перелезал через забор у бабули в деревне и ободрал себе локоть и оба колена. - Серёж, ты чего? Одна слеза всё же покатилась по щеке, и он её, как назло, увидел. Я быстро мазнул ладонью по лицу и отвернулся к окну. - Ничего, - понимаю, что веду себя как обиженный ребёнок, но ничего не могу с собой поделать. Слёзы душат всё больше, а к горлу подступил ком, который никак не удаётся проглотить. Я чувствовал обеспокоенный взгляд парня, и от этого было ещё хуже. - Мне страшно, Миш, страшно от твоих слов, - всё же решил признаться ему. Не знаю, как у меня получилось сделать более-менее ровный голос, потому что от волнения уже начинало слегка потряхивать. - Я понимаю, что мои слова звучат странно, особенно после того, что я сказал вчера... - Вот именно! - перебиваю я и, всё же, решаюсь посмотреть на него. - Я не хочу напрасно надеяться, понимаешь? Вчера ты говорил одно, сегодня говоришь другое. Сейчас ты захочешь поэкспериментировать, мы с тобой переспим, ты решишь, что это, всё-таки, не твоё и исчезнешь из моей жизни. И что мне потом делать? Идти и вешаться из-за своей неполноценности? - последнюю фразу я чуть ли не кричу. - Прекрати нести чушь, Серёжа! Почему ты решил, что я сразу же потащу тебя в постель? Об этом я не говорил, по-моему. Я просто предложил побыть вместе, отдохнуть от работы - тоже вместе, пообщаться. Обычного перепиха мне и так в жизни хватило. И даже, как ты говоришь, ради эксперимента, я этого делать не собираюсь. Всё должно прийти само, со временем, по обоюдному желанию и вполне осознанно, чтобы потом не жалеть об этом всю жизнь. Мне просто приятно находиться рядом с тобой. Тепло, комфортно, если хочешь. Я, можно сказать, скрытный человек. Не люблю рассказывать о себе, делиться личным, сокровенным, чтобы не показаться слабым в чужих глазах. Чтобы никто не знал подробностей обо мне. Но с тобой мне хочется поделиться абсолютно любым секретом из своей жизни. Даже самому близкому другу всего не расскажешь, но тебе можно, понимаешь? Тебе я могу довериться и рассказать обо всём. Я не знаю, что это. Никогда, за все свои тридцать лет, у меня такого доверия не было ни к кому. Ты говорил, что влюбляешься в меня. Но я не могу объяснить своё состояние, свои чувства. По крайней мере, пока. Я никогда не любил парней, да и сейчас вряд ли можно сказать, что мне может понравиться какой-нибудь левый мужик. Но ты запал в сердце. Не могу сказать, влюбляюсь ли я в тебя тоже. Или, может, я боюсь признаться сам себе, да и тебе тоже, что мне понравился парень. Блять, я растерян Серёга, как никогда. И поэтому прошу тебя не уходить, когда приедем, и разобраться во всём вместе. Никогда не верил в судьбу, вот честно, но, может, и правда не случайно я вчера подошёл именно к тебе. Посмотри на меня, пожалуйста! Я слушал всё это, опустив голову и спрятав лицо в ладонях. Сердце колотилось, как бешенное, кончики пальцев покалывало нервными иглами. С минуту не решался выполнить просьбу Миши, но потом всё же выпрямился и посмотрел на него. Столько мольбы в глазах я ещё никогда ни у кого не видел. - Ты можешь пообещать, что не уйдёшь? Дай нам шанс разобраться во всём этом. Как там говорят ? Лучше сделать и жалеть, чем жалеть, что не сделал. Что-то эта народная мудрость не вовремя всплыла в моём сознании. Не буду ли я, потом, слишком жалеть, если всё же соглашусь и останусь. Или больше буду жалеть, если уйду? Да он же натурал, Серый! Где гарантия того, что у вас что-то будет? Хотя он и не говорил, что что-то должно получиться. Ведь, действительно, нужно немного больше времени, чтобы узнать друг друга, пообщаться. Может за это время и моя влюблённость пройдёт, а может, и правда, всё получится, и мы будем вместе. Что вряд ли, конечно, но пока не попробуем, не узнаем. Мне же с ним тоже очень хорошо, глупо это отрицать. Нельзя влюбиться в человека, рядом с которым не комфортно, пусть он хоть мега обаятельный красавчик. Хотя красивее моего Миши вряд ли кто-то есть. Мда... интересно, с каких это пор он мой? Глубоко вдохнув я, всё-таки, ответил: - Надеюсь, я об этом не пожалею. Хорошо, я постараюсь не сбежать. Или не наброситься на тебя от нетерпения, - отворачиваясь и пряча глаза, продолжил с улыбкой. И, правда, надеюсь, что не совершаю самую большую глупость в своей жизни. - Ну, насчёт второго, я уж как-нибудь от тебя отобьюсь, - со смехом говорит он и, подмигивая, добавляет, - если конечно захочу отбиваться. А если серьёзно, то спасибо, что согласился, для меня это действительно важно. Думаю, и для тебя тоже. А я уже не знаю, что думать, голова от мыслей лопается. Может, своим решением, я подписал себе смертный приговор, как бы ни категорично это звучало. Не в прямом смысле, конечно. Никогда не понимал суицидников и всегда придерживался своего мнения: из любого, на первый взгляд, безвыходного положения, можно найти выход, кроме одного - с того света. Конечно, не хотелось бы обжечься от этого поступка и страдать потом с разбитым сердцем, но, если упустить свой шанс, страдать буду ещё больше. Жизнь, в любом случае, пойдёт дальше, не зависимо от того, будем мы с ним вместе или нет. - Важно, и ты это знаешь. Наверное, я просто хотел смалодушничать и сбежать от этой проблемы. Да и вчера ты ясно дал понять, что надеяться мне не на что. Я и сейчас не очень понимаю, почему ты изменил своё решение. Разве может самый натуральный парень из всех, кого я знаю, сменить ориентацию за один день? - Вообще-то я её и не менял, девушки мне всё равно нравятся. На других парней я вряд ли и смотреть буду. - Это меня и пугает больше всего, Миш. Увидев очередную секси девчонку, ты сразу забудешь обо мне и убежишь с ней в закат. - Дурень ты, Серёга, вообще не слушал, что я тебе говорил? Никогда я не чувствовал себя рядом с девушками так, как с тобой. - Ну, хорошо, это я понимаю. Но вот представь, что всё же дошло у нас до секса. Посмотри на меня сейчас и скажи, захочешь ты меня в свои объятья? - Я тебя сейчас задушу, - Миша хищно посмотрел на меня. Ой! Что-то мне аж нехорошо от его взгляда стало! - У меня член встал только от того, что ты меня по ноге гладил, как думаешь, захочу я тебя трахнуть или нет? Вот поэтому я и хочу разобраться в своих - в наших - чувствах, прежде чем у нас дойдёт дело до секса. Ну, всё, сейчас с меня хоть свеколку рисуй, таким смущённым я ещё никогда не был. - Вот сейчас смотрю на тебя и в голове созрел один вопрос. - Какой? - искоса гляжу на него. - У тебя было вообще хоть что-то с парнями? Потому что, глядя на то, как ты постоянно смущаешься, кажется, что нет. - Можно сказать, что не было, - еле слышно отвечаю. - Ещё в старших классах баловались с одним, но до секса так и не дошло. - Так мне ещё и девственник достался, - почти с восхищением произносит Миша. - Вот это номер! - И никакой я не девственник! - возмущаюсь я, так и не глядя на него. - У меня девушки были. - У меня тоже были, но в отношении с парнями мы с тобой, получается, оба новички, - он с улыбкой покачал головой. - А то я думаю, чего это ты так побледнел тогда на реке, когда я разделся? Теперь всё стало на свои места. - Да ну тебя, - от смущения весь мой словарный запас истощился, и осталось только по-детски возмущённо бурчать. Миша весело рассмеялся. Как же я люблю его смех!