Династия (Dynasty)

Скайуокер замер на полушаге в коридоре, почувствовав рядом знакомое присутствие. Склонив голову набок, он быстро просканировал пространство Силой. И улыбнулся про себя, точно определив местонахождение Раклина. Улыбка стала еще шире, когда юноша почувствовал чистую ненависть, излучаемую этим человеком. Впитывая ее, Люк повернулся и жестом подозвал одного из штурмовиков. — Да, сэр? — спросил солдат. — Через две двери по коридору находится пожилой черноволосый мужчина, — сказал Люк. — Оглушите его и захватите с собой. — Как пожелаете, — ответил штурмовик и знаком приказал двум своим напарникам следовать за ним. Когда три штурмовика двинулись по коридору, Люк удовлетворенно кивнул головой. Он мог бы убить Раклина прямо сейчас, учитывая, что от него уже не было никакой пользы, но ему хотелось увидеть лицо мужчины, когда он узнает, что именно он виноват в этом рейде. С ним можно будет разобраться после этого. Разумеется, Люк не собирался отпускать этого человека с базы живым. Вейдер сказал ему, что после окончания рейда Дарклайтер и Антиллес будут отправлены на Корускант на одном из звездных разрушителей, а на других двух разрушителях займутся высокопоставленными пленниками и допросят их на предмет полезной информации. Простые бойцы будут убиты. Как только с этим будет покончено, Скайуокер отправится вместе с отцом на Ютониам. В последние несколько недель Вейдер запустил кампанию по ограничению того, что родители могут сделать со своими детьми. Люк знал, что это напрямую связано с тем, что случилось с ним по вине Оуэна Ларса. Однако это вызвало бурю протеста со стороны фирмы, которая использовала в основном детский труд, поскольку это было намного дешевле, чем покупать и кормить рабов. Люк тряхнул головой, пробираясь по коридорам вслед за штурмовиками. Он знал, что его отец добьется того, что его идею превратят в закон, и это было все, что его волновало. Та компания могла протестовать сколько угодно, но в конце концов Дарт Вейдер победит. Тем не менее, Люку было интересно, как будут развиваться события. На Ютониаме была назначена конференция для обсуждения ситуации, и он сможет наблюдать за ней. Вейдер сказал, что увидеть, как все происходит на самом деле во время такой встречи, будет полезно для освоения дипломатических навыков. — Сэр? — раздался голос позади Люка, вынуждая его остановиться и повернуться. — Это тот самый человек? — Да, — сказал Люк, увидев, как Раклина грубо тащат за собой два штурмовика.

***

— Лорд Вейдер, — сказал генерал Вирс, когда Вейдер вместе со штурмовиками вышел через запасной выход базы повстанцев. — Скайуокер уже здесь? — спросил Вейдер, не видя своего сына. — Нет, милорд, — ответил генерал Вирс. — Мы также не видели Дарклайтера и Антиллеса. Однако часть повстанцев пыталась сбежать через крышу. Вейдер посмотрел в указанном генералом направлении, одновременно потянувшись к сыну и увидел, что Люк приближается к выходу. Махнув Вирсу, чтобы тот следовал за ним, Вейдер развернулся и снова вошел в здание базы, молчаливые штурмовики двинулись за ним. — Найдите комнату, из которой пытались сбежать повстанцы, — приказал Вейдер, после чего несколько штурмовиков поспешно направились по коридору впереди него. — Скоро мы должны встретиться со Скайуокером, — сообщил он Вирсу, не прекращая идти. Генерал кивнул головой и сосредоточился на том, чтобы не отстать от Темного Лорда. Услышав впереди стрельбу из бластеров, он поднял голову и махнул штурмовикам, чтобы те отправились вслед за своими товарищами. К тому времени, когда они с Вейдером добрались до места столкновения, на полу лежали только тела. Большинство из них были оглушенными телами повстанцев, но среди них было и несколько трупов штурмовиков. — Лорд Вейдер, — крикнул штурмовик, спеша к ним по коридору. — Мы нашли комнату. — Хорошо, — отозвался Вейдер. — Милорд, — продолжил штурмовик. — Среди повстанцев есть Дарклайтер, Антиллес и принцесса Органа. — Органа? — повторил Вирс, следуя за Вейдером и штурмовиком. — Должно быть, она отвечала за эту базу, — предположил Вейдер, входя в комнату и рассматривая повстанцев. Присмотревшись, он увидел, что они начали шевелиться. — Свяжите их.

***

— Не стрелять, — приказал Люк, когда они достигли поворота коридора. Обратившись к Силе, он потянулся и мысленно прикоснулся к сознаниям людей, ожидавших их впереди. И улыбнулся, распознав в них разумы штурмовиков. — Сэр? — спросил один из солдат. — Они на нашей стороне, — сказал Люк и повысил голос. — Не стрелять. Скайуокер подал знак идущему впереди штурмовику, чтобы тот показался тем, кто ждет за поворотом. Когда штурмовик вышел, остальные солдаты напряглись, не вполне доверяя юноше. Однако ничего не произошло, и они расслабились. «Сын», — вдруг услышал Люк в своей голове. «Отец», — мысленно ответил он. «Я нашел Дарклайтера и Антиллеса», — сообщил Вейдер. — «И Органу, похоже, она здесь главная». «Принцесса», — повторил Люк. — «Я иду. И со мной Раклин». — Следуйте за мной, — приказал Люк двум штурмовикам, державшим Раклина. Он развернулся и быстро зашагал к месту, где находился его отец. Двигаясь по базе, он внимательно сканировал окрестности Силой, не желая получить выстрел от шального повстанца. Добравшись до комнаты, где находились его отец и остальные, он зашел внутрь и был встречен вздохом. — Люк! — воскликнул Биггс, едва увидев своего друга, и с трудом сдержал стон. Все тело Дарклайтера ныло не только от газа, но и от того, что на него упал один из пилотов. Теперь, видя, как его друг вошел в комнату и стоял там целый и невредимый, в то время как повсюду сновали имперцы, Биггс получил последнее необходимое ему доказательство того, что его отец говорил правду. Он и в самом деле видел, как его друг предал его. Биггс только собирался опустить глаза, как увидел, что несут два штурмовика, вошедшие за Скайуокером. — Папа! — воскликнул Биггс. — Скайуокер, — сказала Лея, пытаясь встать во весь рост, не обращая внимания на впивающиеся в запястья наручники. Люк натянул на лицо холодную улыбку, переводя взгляд с Биггса на принцессу. Хотя Органа была вся в грязи после случившегося, ее красота все равно бросалась в глаза. Улыбка исчезла, когда он почувствовал еще одну дрожь, пробежавшую по Силе. Это была та же самая дрожь, которую он ощущал на борту звездного разрушителя, только гораздо сильнее. Люк хотел встряхнуть головой, чтобы избавиться от этого ощущения, но понял, что это будет выглядеть не лучшим образом. Вместо этого он попытался отогнать это чувство, но оно все равно не давало ему покоя. Оно явно пыталось что-то сказать ему, что-то важное. — Это неожиданный сюрприз — найти вас здесь, принцесса, — произнес Вейдер, когда Раклин пришел в себя. — Я определенно ожидал найти здесь Дарклайтера и, возможно, даже Антиллеса, но не вас. Теперь у меня не только два пилота, ответственных за уничтожение «Звезды Смерти», но и один из лидеров Альянса. — Как вы нас нашли? — спросила Лея, переводя взгляд с Биггса на Люка, который встал рядом с Вейдером. — Да, — добавил Ведж, разглядывая Скайуокера. Он уже давно хотел увидеть этого парня, но точно не таким образом. — И что ты сделал с Люком? — Он ничего со мной не делал, — сказал Люк, подходя ближе к двум пилотам. Почувствовав, что Раклин напрягся, он рассмеялся и придвинулся еще ближе к Биггсу. — Не волнуйся, Раклин, он еще не скоро умрет. Император хочет, чтобы он и Антиллес умерли на глазах у публики во дворце. В качестве… примера для народа. Несмотря на уверенный голос, Люк почувствовал, как в нем вновь зашевелились сомнения, когда он посмотрел на своего бывшего лучшего друга. До этого момента было легко злиться на него. Теперь же, когда он действительно стоял перед ним и говорил о его смерти, Люк почувствовал, как внутри него зарождается беспокойство. В конце концов, он доверял Биггсу и любил его на протяжении многих лет. Воспоминания об их совместном детстве и о том, что они планировали совершить, всплыли в памяти, и он почувствовал еще один росток беспокойства. Он попробовал поскорее отогнать его в сторону, но это удалось не сразу. Ощутив присутствие отца, он едва не вздрогнул, поняв, что Вейдер обнаружил его чувства. Не в силах взглянуть на отца, он посмотрел на Раклина. — Ты, негодный… — начал Раклин в ярости и отчаянии и тут один из державших его штурмовиков ударил его. — Люк, — взмолился Биггс, переводя взгляд со своего отца на стоящего перед ним бывшего друга. — Пожалуйста… подумай, что ты делаешь. — То, что правильно, — отрывисто произнес Люк, снова вспыхивая от гнева. Гнева на то, что сделал Биггс, гнева на то, что он заставил его почувствовать растерянность, и гнева на то, что он позволил отцу почувствовать это. — Значит, убивать невинных, беспомощных детей — это правильно? — гневно бросил Ведж. — И почему они погибают? — ответил Люк, шагнув к Антиллесу и надеясь, что расстояние между ним и Биггсом ослабит возникшие у него сомнения. — Я скажу тебе, почему. Потому что вы прячетесь среди них. Не забывай, это вы начали эту войну. Лея покачала головой, услышав эти слова. Что бы Вейдер ни сделал со Скайуокером, это сработало. Юноша явно верил в правоту Империи, и она не думала, что Вейдер взял бы Скайуокера с собой, если бы сомневался в эффективности своей работы. Лея осознала, что Скайуокер окончательно потерян для Альянса. Ей хотелось, чтобы и Дарклайтер признал это. Ведь отрицая это, он делал себя уязвимым для своего бывшего друга. Она знала, что Вейдер воспользуется этим в своих интересах. — По крайней мере, они не убивают невинных, — взорвался Раклин, когда перед его мысленным взором встали образы его жены и дочери. — А вот ты это делаешь. Ты просто чудовище! Штурмовик, стоявший рядом с ним, хотел еще раз ударить Раклина, когда Люк крутанулся на месте с гримасой ярости на лице, но остановился по сигналу Вейдера. Темный Лорд медленно подошел к мужчине, который мгновенно напрягся. Протянув руку вперед, Вейдер коснулся груди Раклина. — Не трогай меня, животное, — вызывающе бросил Раклин. Вместо того чтобы ударить его, как все ожидали, Вейдер просто рассмеялся. Услышав этот звук, Лея и Ведж невольно вздрогнули, Биггс с ужасом наблюдал за происходящим. — Ты хочешь знать, как мы нашли базу? — спросил Вейдер у Раклина. — Все очень просто, — продолжил Вейдер, когда Раклин промолчал. — Ты показал нам. — Нет! — запротестовал Раклин. — Да, — ответил Вейдер. — Именно ты привел нас к своему сыну, как и предполагали мы с Люком. У меня всегда есть запасной план. Поэтому, когда ты не сдался на допросе, Люк просто вживил тебе самонаводящийся маячок. Вот здесь, — сказал Вейдер, еще раз коснувшись груди Раклина. — Нет, — с ужасом прошептал Раклин, закрывая глаза. Вейдер молча отступил назад и протянул Скайуокеру небольшую датакарту. Люк перевернул карту в руках, намеренно держа ее так, чтобы все видели. — Твой трекер, — сказал Скайуокер, не сводя глаз с Раклина. Он продолжил, не смотря на Биггса. — Ты сильно ошибаешься, Империя убивает по очень веским причинам. Попрощайся со своим сыном, Раклин. У тебя осталось очень мало времени. — Люк не мигая смотрел на мужчину ледяными глазами. Он снова и снова напоминал себе обо всем, что сделал или не сделал Раклин. Особенно в том, что не защитил маленького, беспомощного светловолосого ребенка от его жестокого опекуна. — Чт… — заикаясь, произнес Раклин Дарклайтер. — Папа! — закричал Биггс, вырываясь. Он опознал угрозу в словах Люка. — Папа, — почти всхлипнул он, — я люблю тебя. — Последнее он почти прошептал. Раклин обернулся к сыну, чувствуя тяжесть вины. — Мне так жаль, Биггс. Мне так жаль. Я люблю тебя, я… — Скайуокер нажал кнопку на лицевой стороне карты. Раклин задохнулся, боль, словно острый вибронож, пронзила его грудь. — Сынок, я… — все, что еще хотел сказать Раклин, так и осталось неизвестным, когда он рухнул, корчась от боли в руках двух державших его солдат. Яд в самонаводящемся маяке подействовал очень быстро. — Папа! — закричал Биггс. — Папа! — Он рванулся вперед, штурмовики, стоявшие по бокам, потянули его назад. Мертвое тело застыло, по-прежнему удерживаемое с двух сторон штурмовиками. — Уберите его, — бросил Вейдер. Скайуокер убрал датакарту в карман и повернулся к Темному Лорду. Он не собирался показывать раскаяние или сожаление. Он не позволит своим чувствам помешать ему сделать то, что он должен был сделать. Нет. Он поступил правильно, он знал это. Биггс дрожал, по его лицу текли слезы. — Люк, — прошептал он. — Почему? Что он тебе сделал? Люк смотрел, как двое солдат волокут труп. Невозможно было уклониться от ответа, не выглядя при этом слабым. — Дело не в том, что он сделал, Биггс. Дело в том, чего он не сделал. Он не раскрыл твое местоположение и многое другое. Я уверен, что если ты подумаешь, то вспомнишь. — Люк заставил себя слегка улыбнуться. Сегодня он победил. Так и было, и он поступил правильно. Он не позволил себе испытывать стыд. — Вы хорошо его выдрессировали, лорд Вейдер, — женский голос звучал холодно и надменно. Все повернулись к принцессе. — Вы должны гордиться. — Так и есть, — раздалось в ответ: — Уведите их.

***

Люк мерил шагами пол, дожидаясь разговора с отцом перед их отъездом в Ютониам. Он машинально начал грызть ноготь, но потом заставил себя остановиться и успокоиться. Ему нужно было выглядеть уверенно, когда отец вернется. Он не хотел, чтобы кто-нибудь знал, как он нервничал из-за Биггса. Это было унизительно. У него не должно было быть никаких сомнений, он был верным имперцем. Он доведет дело до конца. Он сделает все, что захочет лорд Вейдер или Император. Он должен. Дверь открылась и в помещение вошел Дарт Вейдер. Дверь с шипением захлопнулась, и в комнате стало очень тихо. Громкое шипение респиратора раздражающе отдавалось у Люка в ушах. Его отец стоял, не двигаясь, и изучающе смотрел на него. Скайуокер вытянулся во весь рост, прекрасно понимая, что Вейдер может прочитать все его мысли. Ему все еще не удавалось создать идеальные щиты, которые могли бы помешать отцу проникнуть в его разум. — Надеюсь, ты не думаешь, что твои жалкие щиты смогли скрыть от меня твой провал, — прорычал голос. Люк вздрогнул. — Нет, я просто… — Просто что? — У меня не было никаких сомнений, пока я не увидел его. Все сразу вернулось. Я пытался остановить это, пытался. Это ошибка, я знаю. Я сделаю то, что должен, я не позволю подобному встать на пути. — Люк подкрепил свои слова сильным мысленным порывом. — Ты избавишься от своих сомнений, Скайуокер. Империя не может позволить себе иметь на твоем месте человека, который способен даже на мысль о сомнительной преданности. — Да, милорд. — Люк, — продолжил голос, — правильно ли я поступил, когда приказал сбить корабль, на котором находилась твоя мать? — Да, — Люк удивился вопросу. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что его отец поступил тогда правильно. Он сказал отцу об этом несколько месяцев назад. Больше они об этом не говорили. — Конечно. — Что ты вначале чувствовал по отношению к Дарклайтеру, когда узнал, что он сделал? — Он должен был умереть. Он предал меня. — Помни об этом. Ты знаешь, что должен делать, не позволяй себе увязнуть в сомнениях. Это похоже на то, как мне пришлось иметь дело с твоей матерью. Первое впечатление обычно самое правильное. — Да, милорд. — Теперь о том, что ты чувствовал перед рейдом. Пульсация в Силе, на что она была похожа? — Я почувствовал ее снова, после рейда. В комнате с пленниками. Это чувство отвлекало, но тогда я не мог на нем сосредоточиться. Оно было сильнее. Оно тянуло меня, словно хотело что-то сказать. — Тогда это должно быть связано с одним из пленных. Сила часто дает озарения, когда ты учишься управлять ею, — Вейдер наклонил голову, размышляя. — Откройся Силе и медитируй на каждого из них по очереди. Скажи мне, что ты чувствуешь. Люк сделал то, что ему сказали. Он сосредоточился на своей ярости и открылся кипящей тьме Силы. Она окутала его и вышла наружу. Он начал медитировать на каждого из пленников. На всякий случай он начал с Биггса. Ничего. Он подумал о другом пилоте, Ведже Антиллесе — никакого ответа. Он подумал о принцессе: ее темные волосы и бледная кожа проступали сквозь грязь на лице. Тьма дрогнула, пульсация, похожая на рябь на краю пруда, накрыла его, шепча слова, которые он не мог разобрать. Он открыл глаза. — Принцесса. Я не знаю что, но это как-то связано с принцессой. — А. Ее послание вывело тебя из пустыни. Сила действовала уже тогда. — Вейдер задумался. — Я бы не стал игнорировать то, что Сила пытается тебе сказать. — Что мне делать? — Я планировал перевести принцессу на Имперскую базу на Феззане, это система, граничащая с Ютониамом. Её не сломит оборудование для допросов, которое есть на звездных разрушителях, я знаю это по опыту. — Может, мне стоит сопроводить ее на базу? По дороге я смогу медитировать, возможно, я получу ответ. — Да. Это хороший план. Я сообщу адмиралам. Встретимся в Ютониаме, как только ты закончишь. — Да, милорд.

***

Люк откинулся в кресле и попытался расслабиться. Его отец только что улетел на Ютониам вместе с Гарретом, а сам он сейчас находился на единственном оставшемся звездном разрушителе на орбите вокруг планеты, которую повстанцы использовали в качестве своей базы; другой корабль уже улетел на Корускант вместе с Дарклайтером и Антиллесом. Это был первый раз, когда Люк остался один, находясь за пределами Корусканта. Обычно он всегда был с Вейдером или Гарретом. Сейчас их не было. Люк знал, что Вейдер будет внимательно следить за ним, особенно после его сомнений по поводу Дарклайтера, и был полон решимости не разочаровать его. Скайуокер открылся Силе и сосредоточился на центре заключения звездного разрушителя. Найдя принцессу Органу, он сосредоточил все свое внимание на ней, позволив всему остальному исчезнуть. Чувство, которое он испытал раньше, тут же вернулось. Только на этот раз оно было сильнее. И все же, несмотря на это, он по-прежнему не мог понять смысл нашептываемых ему слов. Поколебавшись немного, он подался вперед, позволяя пульсации окутать его. Задыхаясь от нахлынувших ощущений, Люк едва не отпрянул назад. Его вдруг захлестнуло огромное чувство срочности и важности, какого он никогда раньше не испытывал. Но он все еще не мог понять, что Сила пытается ему сказать. Шепчущие слова теперь ласкали его, а звук напоминал тихое журчание реки в садах дома. Подстегиваемый этим желанием, Люк приблизился к сознанию принцессы. Когда он проник в него, его внезапно охватило новое ощущение. Перед ним вспыхнул ослепительный белый свет, который на мгновение коснулся его. Отпрянув от этого ощущения, Люк вышел из транса. Тяжело дыша, он некоторое время не двигался с места, а затем вскочил на ноги. Скайуокер принялся расхаживать по комнате, размышляя о том, что только что произошло. То, что он только что пережил, было очень похоже на то, что он почувствовал, когда впервые соприкоснулся с Силой при помощи Бена на борту контрабандистского грузовика. Только оно было намного, намного слабее. Люк знал из слов Вейдера и Палпатина, что это Светлая сторона. Может ли быть, что Органа обладала способностью чувствовать Силу? Если это так, то она явно не была обучена, поскольку те ощущения, которые он видел, были слабыми. Люк даже сомневался, что ее потенциал стоит того, чтобы ее обучать. Тем не менее, это поднимало интересный вопрос. Было ли это тем, что его беспокоило? Покачав головой, Люк перестал расхаживать по комнате. Если дело было в этом, то единственное, что приходило ему в голову, это то, что Сила пыталась предупредить его о том, что Органа может представлять угрозу в будущем. Но у принцессы почти не было потенциала! Что-то внутри Люка подсказывало ему, что ее потенциал — это не причина. Было что-то еще. Что-то большее и более важное.

***

На следующий день Скайуокер стоял на мостике звездного разрушителя и смотрел вниз на Феззан, после того как корабль вышел из гиперпространства. Это была малозаселенная планета, на которой располагалась одна из крупных имперских баз. Здесь было лучшее в данном районе допросное оборудование, а также тренировочная база. Туда привозили штурмовиков как до, так и после выпуска, чтобы они осваивали или совершенствовали свои навыки: планета располагала несколькими различными ландшафтами, хотя и не такими обширными, как Каридия. Когда звездный разрушитель вышел на орбиту, адмирал Адлер увидел, как Скайуокер развернулся и покинул мостик. Открыв канал связи с базой, Адлер вздохнул и покачал головой. Лорд Вейдер распорядился доставить Скайуокера и Органу сюда и передать командиру базы, что Скайуокеру будет предоставлена свобода действий во время пребывания на планете. После этого он должен был вернуться к остальному флоту. — Адмирал Адлер с «Неумолимого» вызывает базу, — проговорил Адлер в комм. — Слушаем вас, адмирал, — ответил голос. — Соедините меня с командующим базой, — приказал адмирал Адлер. Он не знал, кто был командующим, но знал, что кто бы это ни был, он не будет рад предстоящим новостям. В конце концов, какому командиру понравится передавать даже часть контроля гражданскому лицу?

***

Люк отпустил лейтенанта, который проводил его до комнаты, и вошел внутрь. Он мог бы и сам найти спальню, изучив чертежи базы, но решил поручить это лейтенанту. По прилету, он встретился с генералом Кавазой, командующим базой. Похоже, тот был крайне недоволен его появлением, но не стал высказывать свои мысли. Генерал Каваза сказал, что если ему что-то нужно, достаточно попросить, и что принцессу немедленно переведут в особо охраняемую зону для заключенных. Люк окинул помещение беглым взглядом, а затем подошел к окну. Генерал сказал ему, что они начнут допрашивать Органу во второй половине дня, когда их лучший специалист вернется с проходящих сейчас учений. Решив, что сейчас самое подходящее время навестить принцессу, Люк развернулся и вышел из комнаты. Проходя по коридорам, Люк заметил, как встречные офицеры переглядывались, увидев его одежду. Судя по их взглядам, все они считали его придворным, а отвращение, вызываемое этой мыслью, говорило Люку о том, что придворные им не нравятся. Он уже сталкивался с подобным во время других поездок. Совершенно очевидно, что военные не любят политиков и наоборот. Изучая оба мира, Люк был вынужден согласиться, что военные ему нравились больше. Там было легче обнаружить угрозы, в то время как среди политиков никогда нельзя было быть уверенным в чьей-то лояльности. Люк бросил короткий взгляд на четырех штурмовиков, стоявших на страже, и вошел в центр заключения. За пультом управления стоял коммандер, тут же поднявший голову при его появлении. На его лице промелькнуло секундное замешательство, сменившееся узнаванием. — В какой камере находится Органа? — спросил Люк, подходя к мужчине. — В камере 68293, сэр, — ответил коммандер. — Это дальше по коридору. Ничего не сказав в ответ, Люк повернулся и направился в указанную сторону. Остановившись возле камеры, он ввел несколько команд на небольшой панели управления, а затем вошел в саму камеру. Заходя внутрь, Люк почувствовал, что его охватывает чувство дежа-вю. Он снова входил в камеру имперской тюрьмы, чтобы увидеть принцессу. Только на этот раз он не собирался ее освобождать. Однако одно не изменилось: он не мог не заметить ее красоты. Небольшое колебание Силы мгновенно напомнило Люку, зачем он здесь. — Скайуокер, — сказала Лея, поднимаясь на ноги. — Органа, — ответил Люк, разглядывая ее и сканируя Силой. Теперь это чувство было гораздо сильнее. Люк очень хотел разобраться, что это такое. Он мысленно проклинал недостаточную подготовку, которая, вероятно, стала причиной его неспособности понять показанное. Люк снова осторожно прощупал разум Органы. — Где я? — спросила Лея. Люк окинул ее насмешливым взглядом, склонив голову на бок. В руках врага и все еще не теряет надежды. Все такая же надменная и властная, как всегда. В каком-то смысле его это восхищало. Люк знал, что мог бы подчеркнуть свое превосходство, отказавшись сообщать информацию, но решил пойти ей навстречу. Это могло стать занятной игрой, особенно если учесть, что все карты были у него в руках. — Феззан, — сообщил Люк, а затем, увидев ее озадаченный взгляд, пояснил: — Имперская база. Лорд Вейдер, помня ваш последний визит к нам, решил немедленно доставить вас сюда. Для полноценного допроса. Лея заметно побледнела при этих словах. На миг ее охватила мелкая дрожь, хотя она тут же вернула себе самообладание. Впрочем, было уже поздно: Люк видел и чувствовал ее страх. Самое странное, что за те несколько секунд, когда она потеряла контроль над собой, пульсации в Силе только усилились. — Где Дарклайтер и Антиллес? — спросила Лея, изучающе глядя на Люка. — На пути на Корускант, — ответил Люк, пытаясь понять суть пульсаций, но по-прежнему безуспешно. Органа поджала губы, глядя Скайуокеру в глаза. Сцена на базе повстанцев снова и снова всплывала в ее памяти. Вспоминая ее, она не могла не думать о том, как сильно изменился молодой человек с тех пор, как она видела его на «Звезде Смерти». Одновременно с этой мыслью ей в голову пришел еще один вопрос. Поколебавшись немного, Лея решила, что ничего страшного не случится, если она задаст его. — Сколько вы согласились заплатить контрабандисту за доставку вас на… в качестве оплаты? — спросила Лея, не в силах произнести название своей теперь уже не существующей родной планеты. — Чтобы добраться до Альдераана? — сказал Люк и улыбнулся, когда она вздрогнула. — 17 000 за все вместе, и он хотел 2 000 вперед. Лея выругалась вслух, услышав это. 17 000, а они заплатили ему 25 000, то есть он получил в общей сложности 27 000 кредитов! Люк уже собирался ответить, но замер, когда пульсации внезапно разрослись и обрушились на него. Мгновенно опустив щиты, Люк попытался уловить послание. В первый момент он подумал, что пропустил его, но тут перед его глазами промелькнуло размытое изображение. Перед ним стояла женщина с длинными каштановыми волосами и ореховыми глазами. Он интуитивно понял, что эта женщина — его мать. Видение задержалось на какое-то мгновение, а затем исчезло. Придя в себя, Люк заметил, что принцесса смотрит на него странным взглядом. Какой-то части его мозга было интересно, как долго длился этот образ, но другая часть его мозга, большая часть, замерла. Сходство между образом матери, который он видел, и девушкой, стоявшей перед ним сейчас, просто бросалось в глаза. — Тебе плохо? — спросила Лея, по ее тону было ясно, что ей не жаль его, если это так. Вместо того чтобы огрызнуться, как он сделал бы в обычной ситуации, Люк обратился к Силе и проник в ее разум. Зная из прошлого опыта, чего ожидать, он защитил свой разум от слабой атаки, неосознанно произведенной Органой. Оказавшись внутри, он почувствовал то, чего не ощущал раньше. Ощущение, слегка напоминающее его связь с отцом. Связь с семьей. Связь между братом и сестрой. Как только эта догадка пришла ему в голову, Люк резко отстранился от нее. Это не могло быть правдой. Этого просто не могло быть. Но тогда что же пыталась сказать ему Сила? Открывшись, Люк обнаружил, что пульсации пропали, их цель исчезла. Встряхнув головой, Люк отступил на шаг. Возможно, он просто неправильно все понял. Возможно, из-за недостаточной подготовки он неправильно истолковал полученное сообщение. Органа просто не могла быть его сестрой. Ведь так? Люк посмотрел на растерянную принцессу, затем повернулся и вышел из камеры. Он едва осознавал, что идет обратно по коридору. Все, о чем он мог думать, — это слова Палпатина о наличии у Вейдера двух наследников и ревность, внезапно вспыхнувшая внутри него. Сама мысль о том, что у него есть сестра, кто-то, кто может отвлечь от него часть внимания отца, была крайне неприятной. Он отбросил мысль о том, что когда-то ему могла нравиться сестра, которая, должно быть, была его близнецом. Ему придется рассказать об этом отцу. Люк знал это. Но сначала он должен удостовериться в этом. Ему еще далеко до звания лорда ситхов, и вероятность того, что он неправильно воспринимает Силу, была слишком велика, чтобы ее игнорировать. Выйдя из коридора и вернувшись в центр зоны заключения, Люк посмотрел на коммандера. — Достаньте мне образец крови Органы, — приказал Люк. — Да, сэр, — ответил коммандер, потянувшись к одному из ящиков, чтобы достать шприц. Поскольку это был не только центр заключения, но и центр допросов, здесь было более чем достаточно шприцов. Скайуокер проводил взглядом коммандера, выходящего из центра, и снова погрузился в свои мысли. Он гадал, как отреагируют его отец и дед, если он окажется прав насчет Органы. Палпатин будет крайне недоволен. Его слова, высказанные во время их разговора на эту тему, ясно говорили об этом. Но что насчет Вейдера? Примет ли он еще одного ребенка, дочь? Но, опять же, Органа была не только мятежницей, но и одним из их лидеров. Люку было интересно, как она отреагирует на эту новость. Скорее всего, она будет в ужасе. Но ведь и он сам поначалу был в ужасе. — Вот, сэр, — сказал возвратившийся коммандер и достал шприц, наполненный темно-алой жидкостью. Забрав его у мужчины, Люк развернулся и вышел из комнаты. Коммандер кратко задумался о том, что его только что попросили сделать. Он знал, что данные о крови принцессы имеются в имперском досье, поскольку она ранее была имперским сенатором. Так зачем же юноше понадобился новый образец? Придворные! Он, наверное, никогда их не поймет. Подняв глаза, когда дверь снова открылась, он улыбнулся, увидев, что вошел еще один коммандер. Взглянув на часы, он увидел, что его смена закончилась. — Мятежница находится в камере 68293, — сообщил он своему сменщику, прежде чем покинуть центр.

***

— Эй, Сэмюэль, отвлекись — этот придворный идет в медблок, — сказал один охранник другому в полумраке комнаты. На стенах висели видеоэкраны, транслирующие сцены со всей базы. В головном наблюдательном пункте базы в настоящее время находились только два охранника низшего звена. — Дэниел, ты слишком интересуешься этим парнем. Кроме того, мы все равно заканчиваем смену через пятнадцать минут. — Да, если наш начальник хотя бы потрудится прийти вовремя. Я имею в виду, меня просто бесит, что он каждый день приходит поздно и уходит рано. — Дэниел переключил вид с камеры на парадный плац, ангар и центр для особо охраняемых заключенных. Он снова переключился на медблок, пытаясь понять, что задумал этот роскошно одетый придворный. Тот, судя по всему, убрал из комнаты тестирования всех, кроме себя и одного медтехника, занятого каким-то тестом. — Понятное дело. Знаешь, я не понимаю, почему ты следишь за этим парнем… Я бы лучше следил за той мятежницей, которую он привез. Ты видел ее? Она просто красотка. — Да, я видел ее. Горячая штучка. Эй, ты веришь в слухи об этом придворном и лорде Вейдере? — спросил Дэниел. — Это про него говорили? — Ага. — Не знаю. Он довольно симпатичный и… — Черт! Ты это видел? — Что? — Он только что свернул шею технику! Просто дотянулся и сломал ее! — Ха. Он выбрасывает и образцы, которые принес. — Они вдвоем наблюдали, как парень в дорогой одежде выбрасывает пробирки и документы с результатами анализов в сжигатель. Затем он достал бластер и разнес тестовое оборудование. И наконец, подошел к полке и, взяв мензурку с кислотой, вылил ее на аппарат. — Уже никто не узнает, что это были за результаты. Он только что полностью уничтожил жесткий диск на этом оборудовании. — Это точно, — ответил Сэмюэль. — Но беру свои слова обратно — он не может быть просто смазливой игрушкой. — Согласен. Я проверю, как обстоят дела в центре для особо охраняемых заключенных. У меня такое чувство, что я не хочу, чтобы он разозлился на меня, — Дэниел переключил экраны на центр заключения. Какое-то время они сидели в тишине, наблюдая за базой и ожидая появления своего начальника. Процедура была давно отработанной: их начальник появлялся в сопровождении их сменщиков. Он вводил свой код, и охранников сменяли на посту. Для большинства наблюдательных пунктов базы не требовалось проходить эту процедуру, но какой-то бюрократ решил, что в этом помещении все должно быть по-другому. — Он задерживается дольше обычного, — проворчал Дэниел. — Знаю. Но что мы можем сделать? Жаловаться начальству? Майкл сделал это два месяца назад и был понижен в должности за свою несдержанность. — И не говори. Наш начальник точно подлизывается к своему боссу, — Дэниел вздохнул, наблюдая за экранами. — Сэмюэль, тебе ничего не кажется странным в офицере в центре для заключенных? — Нет, не особо. — Могу поклясться, что он выглядит точно так же, как тот, что дежурил в прошлую смену. — Запроси и проверь. У нас есть его личный код, — Сэмюэль протянул датакарту. Дэниел нажал несколько кнопок, затем посмотрел на экран. — Черт, тут куча данных. Видишь, на панели не горит его сигнальная лампа. Придется послать пару солдат. — Ненавижу сбои оборудования, — пожаловался Сэмюэль, набирая соответствующие команды. Они подождали. Внезапно комм ожил, послышался гул голосов. Сэмюэль и Дэниел посмотрели друг на друга и одновременно нажали кнопку тревоги.

***

— Мы почти пришли, принцесса. Лея хмыкнула в ответ, следуя за имперским офицером безопасности, нет, шпионом повстанцев, пробираясь на четвереньках по туннелю. Она улыбнулась про себя, вспомнив, как он вошел в ее камеру всего тридцать минут назад. Лея сидела на своей койке, пытаясь понять, что произошло с этим странным юношей Скайуокером, когда к ней в камеру вошел офицер службы безопасности. Он дружелюбно улыбнулся ей и заговорил. — Здравствуйте, я бы с удовольствием поговорил с вами, но у нас мало времени, — встревоженно сказал он, доставая бластер. — Я на вашей стороне, и если вы последуете за мной, я вытащу вас отсюда. — Затем он протянул ей бластер, прикладом вперед. Она взяла его, не говоря ни слова, и последовала за ним в центр управления. На полу лежали четыре мертвых штурмовика. — Извините за беспорядок. О, и не трогайте это, — он указал на коробку, подключенную к пульту управления, — она передает на главные камеры безопасности повторяющееся изображение последнего парня, который был здесь. — Он подошел к двери. — К сожалению, здесь только один выход. Но нам нужно немного пробежаться по коридору, и мы сможем попасть в проходной туннель. Оттуда — прямо в ангар. — Он проверил свой хронометр. Лея посмотрела на подключенную коробку. — Вы не боитесь, что в центре безопасности обнаружат это? — Нет. Те двое, что сейчас находятся в центре охраны — не самые лучшие и умные. Они работают под моим началом уже два года, мне ли не знать. Они, наверное, следят за тем придворным Вейдера, пока мы разговариваем. Сплетники. Ну, патруль уже должен пройти мимо двери, пойдемте. — Они вышли из комнаты и быстро пошли по пустому коридору. Как только они оказались в туннеле, она задала ему вопрос. — Как долго вы были шпионом? Они принялись ползти, поскольку туннель был не очень высоким. — Я предпочитаю термин «оперативник под прикрытием». Около пяти лет. Обычно я наблюдал за новыми призывниками-штурмовиками. Выявлял возможных новобранцев Альянса и передавал информацию кому-то другому, чтобы тот установил контакт. Но когда здесь появились вы, я все бросил и поменялся сменами с одним парнем из нашего отдела. Возможно, у него будут неприятности, ну да ладно, — весело сказал загадочный мужчина, и Лея усмехнулась в ответ. — Вот мы и на месте, — его голос вернул ее в настоящее. Она подползла к нему поближе и заглянула через решетку, которая выходила в подсобку. Через открытую дверь она могла видеть главный ангар. — Теперь мы просто переберемся на корабль. — Легко, — сказала она, улыбаясь. — Конечно. Видите ближайший к нам шаттл? Мы полетим на нем. — Шаттлам нужно много времени, чтобы разогреться, — напомнила Лея. — Кто сказал, что я работаю один? — Вы могли бы сказать мне! — Нельзя рассказать о том, чего не знаешь. — Он открыл решетку и проскользнул в комнату. Лея с ворчанием последовала за ним. «По крайней мере», — подумала она, — «он более профессионален, чем мои последние спасатели».