Династия (Dynasty)

Лея проснулась с ощущением боли во всем теле. На нее нахлынули воспоминания о нападении имперцев на базу и девушка села прямо, обнаружив, что снова находится в Имперской камере заключения. Это был третий раз за год, когда она оказалась в плену у Империи. Невольно подумав, не является ли это новым рекордом, Лея попыталась восстановить в памяти то, как именно ее схватили. Она вспомнила стыковочный отсек с шаттлом, заблокированную дверь, ящики с торпедами и… Скайуокер! Как, во имя Силы, он туда попал? Размышляя над ответом на свой вопрос, Органа вспомнила еще кое-что. Ее бластер! Она направляла бластер на Скайуокера, испытывая радость от мысли, что вот-вот избавит галактику от этого монстра, когда… когда бластер выскочил из ее руки и попал в его. Но ведь это было невозможно, правда? Нет, должно быть, это последствия оглушающего заряда. В конце концов, Лея и раньше слышала, что после оглушения у людей бывают галлюцинации. Но как же тогда Скайуокер захватил ее? Неужели на нее сзади напал штурмовик? Лея покачала головой, вскочила на ноги и принялась расхаживать по камере. Почему это снова происходит с ней? При мысли о всех своих товарищах-повстанцах, погибших во время осады базы, ей захотелось молотить кулаками по стенам камеры, но она сдержалась. Она не хотела доставлять удовольствие имперцам и Скайуокеру. Скайуокер. Как получилось, что она все время сталкивалась с ним? Подумав о нем, Лея вспомнила еще кое-что из ситуации, когда ее поймали. «Лея», — эхом раздался в ее голове голос Скайуокера, и перед ее глазами возникло его улыбающееся лицо. — «Не пытайся ранить меня, а то потом пожалеешь». Что, во имя галактики, имел в виду Скайуокер? Почему она должна сожалеть о том, что ранила его — разве что жалеть о том, что не убила его? То, что он убил Дарклайтера на церемонии казни, раз и навсегда доказало, что он полностью предан Империи. А значит, он был ее врагом. Так что же имел в виду Скайуокер? Лея заставила себя сесть на металлическую койку и вздохнула. Она знала, что именно на такую реакцию рассчитывал Скайуокер, произнося эти слова. Это означало, что она должна сделать все возможное, чтобы не пойти по этому пути, иначе она может заблудиться. Однако из-за того, что ей нечем было заняться, кроме как гадать, сколько ее друзей и товарищей погибло во время атаки, она не могла выбросить этот вопрос из головы. Но она не собиралась сообщать Скайуокеру, как сильно ее это беспокоит.

***

— Сэр, — сказал адмирал, подходя к Люку, который расположился перед обзорным экраном на мостике «Суждения» с момента, когда вернулся после захвата Органы. — Да? — спросил Люк, повернувшись лицом к адмиралу. — Боевые действия прекратились и войска оцепили базу, — доложил адмирал. — Однако, даже при беглом подсчете, похоже, что недостает значительного количества повстанцев. — Принцесса упоминала, что у них есть еще аванпост где-то на планете, — сказал Люк, вспомнив разговор, который он подслушал. — Вероятно, будет еще несколько очагов сопротивления, поскольку они рассредоточились, чтобы усложнить нам поиски. Пусть вниз отправят шагоходы, чтобы прочесать местность. — Как прикажете, — ответил адмирал. — Мне отозвать TIE? — Перехватчики, — приказал Люк. — Пусть бомбардировщики прочесывают планету, сбрасывая бомбы в случайных местах. Возможно, мы сможем напугать их. Пусть остальные звездные разрушители рассредоточатся, я не хочу, чтобы корабли Альянса прошли мимо нас. Уничтожайте любые корабли, которые попытаются сбежать. — Да, сэр, — сказал адмирал, улыбаясь. Ему понравилась эта идея. Люк кивнул с чувством удовлетворения, глядя вслед уходящему офицеру. Он сразу заметил, с каким уважением адмирал стал относиться к нему после возвращения с Органой. Наверняка он потребовал отчета от сержанта, командовавшего штурмовиками, которые вошли в стыковочный отсек, где прятались Органа и остальные. Вообще-то Люка не устраивало, что один из его подчиненных так его проверяет, но если это вызывало должное уважение, то на этот раз он мог и не обращать внимания. Однако в следующий раз… Он окинул взглядом мостик, а затем развернулся и принялся наблюдать, как шагоходы AT-AT отправляют вниз к Мод Эвин. Люк быстро пришел к выводу, что в его присутствии на мостике больше нет необходимости. Войска справятся с поисками, а адмирал мог отдать приказ об уничтожении любого убегающего корабля. Кроме того, он знал, что повстанцы приложат все усилия, чтобы остаться незамеченными, и поиски вполне могут занять несколько дней. А ему еще нужно было связаться с отцом и сообщить ему о поимке своей двойняшки. Скайуокер развернулся и пошел с мостика, развевая за собой черный плащ. Быстро добравшись до своей каюты, он увидел Гаррета, ожидавшего его в приемной. — Майор? — спросил Люк. — Сэр, — ответил Гаррет. — Пока вы были на планете, лорд Вейдер прислал сообщение. Он велел передать вам, что будет недоступен для связи до конца дня и большую часть вечера. — Черт, — констатировал Люк. Теперь он не только не сможет сообщить отцу хорошие новости, но и не знает, что делать. Он собирался спросить Вейдера, не стоит ли отправить Органу на Корускант прямо сейчас, учитывая ее талант к побегам и то обстоятельство, что они не собираются покидать этот район в течение некоторого времени. — Сэр? — спросил Гаррет, увидев разочарованное выражение лица Люка. — Могу ли я чем-нибудь помочь? — Нет, — ответил Люк, обдумывая, как лучше сформулировать свою следующую фразу. — Мне нужен совет, однако в этой ситуации есть деликатный нюанс. — Понятно, — ответил Гаррет. — Что-нибудь еще? — Нет, — сказал Люк, и Гаррет вышел из комнаты. Люк проводил Равенелла взглядом и ненадолго задумался, прежде чем принять решение. Его отец сказал, что в случае необходимости он может связаться с Палпатином. Учитывая ситуацию, это было лучшее, что можно было сделать. Подойдя к пульту связи, он быстро установил соединение с Императорским дворцом. Вернувшись в проекционный круг, Люк понял, что преклонять колени пока не стоит, поскольку никто и никогда не мог напрямую связаться с Императором. Все звонки к нему принимали помощники Палпатина. — Да? — спросил богато одетый мужчина в возрасте. В его каштановых волосах виднелись серебристые прядки. — Мне нужно как можно скорее поговорить с Императором, — сообщил Люк, зная, что мужчина его узнает. — Передайте ему, что дело очень важное и что лорд Вейдер в данный момент находится вне досягаемости. — Хорошо, мистер Скайуокер, — ответил Джемисон. — Что-нибудь еще? — Нет, — сказал Люк. — Тогда я передам ваше сообщение Императору, — сказал Джемисон, и связь прервалась. Зная, что, вероятно, потребуется некоторое время, прежде чем Палпатин свяжется с ним, Люк сделал еще один вызов на Тангиор VI. Хотя Вейдер не мог отвечать на звонки, Люк знал, что кто-то будет принимать сообщения. — Скайуокер, — сказал капитан Альфредо, узнав молодого человека с церемонии казни. — Лорда Вейдера сейчас здесь нет. — Я знаю. Передай ему, что пока все идет гладко и без сбоев, — приказал Люк, используя код, который Вейдер велел ему использовать, если у него будет что-то слишком деликатное, чтобы передавать это связному. — Я сообщу ему, как только он вернется, — ответил Альфредо.

***

Как только голограмма Скайуокера поблекла, Джемисон знаком подозвал к себе одного из своих помощников. — Контролируй вызовы, — приказал он. — Мне нужно передать сообщение Императору. С этими словами Джемисон вышел из комнаты и быстро направился в банкетный зал. Там в данный момент проходило одно из дневных собраний двора. Хотя обычно Император принимал сообщения, когда считал нужным, но, если звонили определенные люди, Палпатин хотел, чтобы его информировали немедленно. Недавно Скайуокер был включен в этот список избранных. А вот ответит ли Император на такой звонок немедленно — это уже другой вопрос. Джемисон расправил свой коричнево-красный наряд, приближаясь к придворным залам, зная, что, даже если бы он был только что отглажен, он все равно был бы неуместен. Достигнув дверей, он вздохнул, прежде чем войти в зал. Тихо пробираясь сквозь группы изысканно одетых людей, он направился к месту, где сидел Император. Приблизившись к возвышению, он остановился и замер в ожидании, увидев, что Палпатин занят разговором с Владимиром. — Да? — спросил Палпатин, заметив своего помощника. Джемисон поклонился и подошел к трону. — Ваше Величество, — сказал он, игнорируя Владимира. — Звонил Скайуокер. Он сказал, что дело очень важное и что лорд Вейдер сейчас вне зоны доступа. — Он звонил только что? — спросил Палпатин. — Да, Ваше Величество, — подтвердил Джемисон. Палпатин отпустил помощника взмахом руки, снова обратив свое внимание на рыжеволосого придворного. — Мне нужно разобраться с этим сейчас. — Конечно, Ваше Величество, — спокойно ответил Владимир, но Палпатин уловил за его словами неприязнь и любопытство. Император некоторое время смотрел на него, а затем поднялся и направился обратно в свой тронный зал. Попутно размышляя, что могло так внезапно понадобиться его молодому внуку.

***

— Ваше Величество, — сказал Люк, опустившись на колени в проекционном круге перед увеличенным изображением лица Палпатина. — Скайуокер, — ответил Палпатин. — Из-за чего возникла проблема? — Я захватил Органу, — сообщил Люк. — Живую? — Да. — Превосходно, — удовлетворенно констатировал Палпатин. — База повстанцев была уничтожена? — Мы захватили саму базу, — пояснил Люк. — Однако значительное число повстанцев разбежалось по окрестностям. Мои войска прочесывают болота прямо сейчас, но поиски могут занять некоторое время. Я хотел спросить, что делать с Органой, учитывая ее талант к побегам. — Х-м-м-м, — сказал Палпатин, задумавшись. — Ее можно доставить сюда, но для этого придется послать с ней кого-то, кому можно доверять, чтобы она не ускользнула. — Майор Равенелл, — мгновенно ответил Люк. — Помощник лорда Вейдера? — Да, — подтвердил Люк. — Он знает правду обо мне. — Хорошо, — сказал Палпатин. — Пусть он доставит Органу на Корускант. Я рассчитываю, что она будет там в ближайшее время. — Да, Ваше Величество, — ответил Люк, прежде чем связь прервалась. Люк поднялся на ноги и вызвал Гаррета, который прибыл через несколько минут. — Сэр? — спросил Гаррет, входя в комнату. — Органа будет отправлена на Корускант через несколько часов, — сообщил Люк майору. — Ты должен отправиться с ней и убедиться, что ей не удастся повторить трюк с побегом. — Сэр? — спросил Гаррет, и Люк почувствовал нерешительность мужчины. С одной стороны, Гаррет знал, что Люк был выше его по положению, но с другой стороны, у него был приказ лорда Вейдера оставаться со Скайуокером на протяжении всей миссии. — Император изменил твой приказ, — сказал Люк. — Это более важно. Органа — моя сестра, Гаррет, хотя она еще не знает об этом. Ее нужно доставить на Корускант, пока она снова не сбежала.

***

Майор Равенелл шел по коридору центра заключения на борту звездного разрушителя «Опустошение» к камере принцессы, сопровождаемый отрядом штурмовиков. Он вздохнул про себя. Он обязался лично проверять принцессу Лею по крайней мере три раза в день через случайные промежутки времени, надеясь предотвратить любые происшествия во время перелета назад на Корускант. Хотя он не разговаривал с принцессой, но кое-что услышал из того, что она сказала, когда ей принесли еду. Гаррет скривился, вспомнив о ее родстве с Темным Лордом. Она была гораздо хуже, чем Скайуокер. Она была настолько настроена против Империи, что он не понимал, зачем лорду Вейдеру вообще нужно было оставлять ее в живых. Он подошел к ее камере и отступил назад, чтобы сопровождавший его штурмовик ввел код, открывающий дверь. — Опять ты? — Она сидела на койке, прислонившись к дальней стене. — Неужели тебе нечем заняться? Он махнул рукой охраннику, который нес поднос с едой. Солдат поставил новый поднос и поднял с пола нетронутый старый. Гаррет взглянул на него и вздохнул. — Я не буду есть, там наркотики, — заявила невысокая девушка. — Так же, как и в еде на ваших фабриках. — Гаррету стало интересно, о чем она говорит. Она вздохнула и продолжила. — Разве вы не знаете? Империя накачивает своих рабочих на фабриках наркотиками. Это делает их более производительными и управляемыми. Равенелл уставился на нее. Это было просто нелепо, явно пропаганда повстанцев. — Неужели ты не способен говорить? — спросила она. — Или тебе нужны приказы Вейдера? Ты ведь его адъюнкт, да? Он коротко кивнул, затем повернулся и вышел. Дверь с лязгом захлопнулась за ним.

***

— Адмирал, за последние три часа прочесывание ничего не дало, а шагоходы продолжают испытывать трудности на раскисшей земле. Как долго еще мы будем продолжать в том же духе? — Передача с поверхности показывала зрелого мужчину, слегка покачивающегося взад-вперед, по мере движения шагохода. Адмирал вздохнул. Всю ночь шагоходы то и дело увязали в грязи, и каждый раз их приходилось с трудом вытаскивать. Низкий кустарник и высокая трава на поверхности эффективно маскировали многочисленные грязевые ямы, усеивающие залитую водой местность. — Генерал, план зачистки рассчитан еще на шесть часов патрулирования. Тогда мы оценим ситуацию. — Хорошо. Но прошу учесть, что через двенадцать часов я не смогу обеспечить достаточное количество шагоходов для эффективной зачистки. Каждый раз, когда шагоход тормозит, пытаясь освободиться, нагрузка на двигатели возрастает. Они начинают ломаться. — Конечно. Спасибо, генерал. — Адмирал отключил связь. Он повернулся и увидел Скайуокера, вошедшего на мостик. Молодой человек переоделся в темно-синий наряд, украшенный бледно-голубыми драгоценными камнями, подчеркивающими шею и манжеты. Адмирал слегка поклонился. — Сэр, наземные силы сообщают, что грязь продолжает мешать их работе и вызывает механические поломки. При таких темпах их эффективность снизится примерно через двенадцать часов. — Понятно, — ответил Скайуокер, заметно задумавшись. — Продолжайте патрулирование по плану до конца. Если к тому времени мы не обнаружим больше скрытых групп, мы изменим стратегию. — Да, сэр.

***

Лея вышла из шаттла вслед за молчащим майором Равенеллом. Кандалы врезались ей в запястья, и она с тоской подумала о хорошем горячем душе. В камере заключения не было никаких удобств. Но она направлялась прямо в камеру пыток, а то и хуже. Она не знала, что может быть хуже, но от Империи нельзя было ожидать ничего хорошего. Майор молча прошел через люк шаттла и спустился по трапу. Лея последовала за ним, моргая от резкого солнечного света. Она огляделась, ожидая увидеть дюжину штурмовиков в белой броне, уже готовых утащить ее в местные камеры для допросов. Они находились на посадочной площадке в саду, вокруг были только охранники в зелено-черных ливреях. С одной стороны сверкал фонтан, вокруг цветущих клумб петляли дорожки. Она подняла голову и увидела сверкающий охранный щит дома. И транспорты всех марок и размеров, пересекающие линию горизонта. Она узнала пейзаж. Корускант. Ее привезли на Корускант. Она покрутилась на месте, пытаясь сориентироваться, используя знания тех пор, когда она в последний раз была на этой планете в качестве сенатора. Ее привезли в замок Вейдера. — О нет, — прошептала она, чувствуя, как умирает последняя надежда. — Меня здесь не найдут. — Никто даже не знал, как выглядит замок Вейдера изнутри, не говоря уже о том, как пробить его защиту. Майор обернулся у подножия трапа. Он посмотрел на нее почти с жалостью, но его голос звучал холодно. — Если вы последуете за мной, я отведу вас в вашу комнату. Она двинулась за ним, у нее не было выбора. Двое охранников шли рядом с ней, держа ее за руки и увлекая за собой, если она замедляла шаг. Они вошли в здание и пошли по длинным коридорам. Солнечный свет струился сквозь окна и искрился на каменных статуях, выстроившихся вдоль стен. Тяжелые гобелены и ковры ручной работы заглушали их шаги. Они подошли к широкой двери, с каждой стороны которой стояло по одному охраннику. Майор кивнул, и один из охранников ввел код на панели управления, открыв дверь. Лея напряглась в ожидании, внезапно ужаснувшись тому, что Темный Лорд мог приготовить для нее. Имперский офицер вошел в комнату, и Лея неохотно двинулась следом. Гостиная. Совершенно нормальная, уютная гостиная. Изящная деревянная мебель компактно расположилась вокруг низкого столика, а большие окна, обрамленные кружевными занавесками, выходили на оживленный городской пейзаж. Комната была со вкусом оформлена в светло-розовых тонах с цветочным узором, повторяющимся в гобеленах и обивке мебели. Когда офицер прочистил горло, Лея поняла, что засмотрелась. — Ваша спальня и ванная находятся там. Я должен предупредить вас, что комната прослушивается, а двери и окна имеют двойную защиту и постоянно охраняются. Кроме того, скоро придут слуги, чтобы снять с вас мерки. Вы не можете ходить в этом. — Его взгляд переместился на ее грязный комбинезон. — Простите, но я забыла свой гардероб, когда меня схватили, — огрызнулась в ответ Лея, стараясь держать себя в руках. Не стоило давать имперцу понять, как ей сейчас не по себе. Он улыбнулся ей и поклонился. — Как скажете. — И с этими словами он ушел.

***

Скайуокер вздохнул, глядя на данные. Последние два часа он провел в медитации, пытаясь с помощью Силы определить местонахождение последней группы повстанцев. Он знал, что они там, внизу, просто не мог понять, где именно. А АТ-АТ начали выходить из строя. — Адмирал, — он немного сузил область, возможно, этого будет достаточно. — Используйте турболазеры трех звездных разрушителей, чтобы взорвать все скальные выступы в этих секторах на поверхности планеты. Пусть оставшиеся исправные шагоходы установят периметр здесь. — Он указал на карту. — Да, сэр. Люк чувствовал, что тот начинает думать, что здесь больше нет повстанцев, что они зря тратят время. Скайуокер поморщился, снова взглянув на показания приборов. Звук выстрелов турболазеров был едва слышен. Он знал, что повстанцы там, адмирал просто должен был выполнить его приказ.

***

— Сэр! — сообщил один из операторов на мостике. — Группа крестокрылов только что вышла из укрытия у последней возвышенности, в которую мы ударили! Скайуокер улыбнулся, глядя в обзорный экран мостика. На это ушел час, но они наконец-то выбили повстанцев. — Адмирал, — мягко сказал он, — поднимите перехватчики. Я не хочу, чтобы они ушли. — Да, сэр, — сказал адмирал, молча удивляясь тому, откуда Скайуокер узнал о них. — Сэр, — добавил оператор, — Повстанцы только что подняли транспорт. Люк посмотрел на адмирала и кивнул. Тот сказал: — Сбейте его.

***

Лея подняла стул и швырнула его в стену. Он отскочил и упал на пол, не пострадав. — Черт! — выругалась она. Она бегло осмотрела свои комнаты и быстро обнаружила, что здесь все не такое, каким кажется. Гобелены на стенах были искусно сделаны из нервущейся ткани и надежно закреплены. Мебель была не деревянной, а из какого-то прочного материала, а крупные предметы крепились болтами. Простыни и занавески были сделаны из более прочной ткани, и она не могла снять их ни с кровати, ни с карнизов. Картины на стенах и статуя в углу также были прикручены. Самым близким к оружию предметом у нее оставались несколько флаконов душистого мыла, немного косметики и несколько полотенец. И новый комбинезон, который лежал в спальне. Лея вздохнула и пошла принимать горячий душ, о котором так мечтала. По крайней мере, это было лучше, чем подвергаться пыткам. Даже если она знала, что какой-то имперец, вероятно, наблюдает за ней.

***

Фл’анн посмотрел на заказ одежды, сузив глаза и взъерошив шерсть. Ходили слухи, что принцесса Лея из повстанцев попала в плен и вчера была доставлена в замок Вейдера, а не в центр заключения Императорского дворца. И вот срочный заказ на одежду для нескольких красивых дневных платьев, которые нужно было отправить в замок Вейдера. Мерки были присланы вчера вечером, вместо того чтобы вызвать портного для снятия мерок. Фл’анн еще раз взглянул на мерки и взял с полки шаблоны. Да, они будут точно ее размера, если он правильно помнил ее еще с тех времен, когда она была сенатором. Ему лучше сказать своему начальнику. Не глупому человеку, вся жизнь которого была занята последней модой и расцветкой, а другому своему начальнику. Мастер Ван Каллен мог знать, как выжить в качестве портного в эти неспокойные времена, но он не был гением, когда дело касалось настоящей политики. Другой начальник Фл’анна был тем, кому он передавал каждый интересный кусочек знаний. Фл’анн гордился тем, что он шпион. Все хорошие ботаны были шпионами, а он имел отличную возможность подслушивать все интересные придворные сплетни. Кто-то удивился бы, узнав, как легко установить подслушивающие устройства во время визитов к многочисленным клиентам портного. Фл’анн не знал, кто получает все собранные им данные, но знал, что они поступают в его клан для продажи и распространения. Иногда он задумывался, не продают ли они информацию Восстанию. Он не знал, какую роль его клан играет в гражданской войне, но собирался подчиняться решению главы клана. Подчинение вождю поддерживало жизнь его клана на протяжении веков, и он не собирался нарушать традицию.

***

Палпатин жестом отослал придворных из тронного зала и откинулся на спинку своего трона, наблюдая за их уходом. Как только они вышли из помещения, он потянулся к Темной стороне и прощупал незащищенный разум своей внучки. Гнев и желание уничтожить, которые он там обнаружил, вызвали у него улыбку. Возможно, для нее еще не слишком поздно. Но эта мысль быстро покинула разум Императора, когда он увидел остальные мысли Леи. Хотя она испытывала сильный гнев, он был направлен на Империю, на него и на Вейдера. Присмотревшись, Палпатин обнаружил, что значительная часть ненависти направлена на ее брата-близнеца. Знание о ее истинном происхождении должно стать для нее полным шоком. Однако именно понимание того, что это будет неприятным знанием, заставило его собственный гнев вскипеть. Бейл Органа позаботился о том, чтобы забить разум своей приемной дочери мусором и идеалами джедаев, хотя ее совершенно не обучали пользоваться Силой. Годы лжи и воспитания гнева на Империю и все, за что она выступала, практически гарантировали, что она никогда не встанет на путь Темной стороны. Конечно, возможность обратить ее оставалась почти всегда, но для того, чтобы это удалось, потребуются тщательные манипуляции и время. Ни он, ни его сын не испытывали желания этим заниматься. Хотя Палпатин знал, что Вейдер попытается, но он сомневался, что его Темный Лорд зайдет так далеко, как может потребоваться. У него уже был перспективный наследник в лице Люка, а Лея могла только все усложнить. Единственная реальная польза, которую она могла принести — это выйти замуж, чтобы приобрести более крепкие связи для трона. Тем более, что в случае обращения о ней стало бы известно. Реакция двора и всех остальных имперцев была непредсказуемой. Но Палпатин знал, что Вейдер попытается. Хотя бы для того, чтобы сорвать планы своей покойной жены и бывшего наставника и вернуть себе то, что принадлежало ему по праву. Палпатин снова улыбнулся, вспомнив о ненависти Леи к Люку. Казалось, что оба близнеца взаимно недолюбливают друг друга. Он не раз чувствовал недовольство своего внука существованием сестры, и поначалу юноша даже воспринимал ее как угрозу. Тот факт, что он захватил ее живой, а не убил, показал, что он знает границы дозволенного. Данный факт радовал Палпатина. Он доказывал, что Люк полностью адаптировался к своей новой жизни. Пройдет совсем немного времени, и он завершит свое обучение и станет одним из лидеров Империи. Жаль, что вернуть его сестру будет не так просто.

***

— Подготовьте мой шаттл, — приказал Вейдер в тот момент, когда «Экзекутор» вышел из гиперпространства над Корускантом. — Да, милорд, — отозвался адмирал Нельсон и отправился выполнять приказ. Вейдер нахмурился за маской, и посмотрел через обзорный экран на планету внизу. Когда он узнал о пленении своей дочери, он немедленно покинул прием, заявив, что у него есть дела, связанные с Альянсом. Он надеялся вернуться раньше Леи, но послал инструкции своим подчиненным на случай, если не успеет вернуться вовремя. Просканировав планету внизу, он убедился, что так и следовало поступить: похоже, Гаррет прибыл с Органой раньше него. Темный Лорд повернулся и покинул мостик, направившись к главному стыковочному отсеку «Экзекутора». Он мог только надеяться, что Органа не прибыла сюда слишком рано. Вздохнув, он отогнал эту мысль в сторону и стал думать о том, что ему делать. Узнав о существовании своей дочери и ее убеждениях, он решил, что лучшим выходом из ситуации будет рассказать ей правду об их родстве и о ее родстве с Люком. Шок от того, что она узнает правду, на некоторое время заставит ее встряхнуться, как в свое время Люка. Однако разница заключалась в том, что в случае с Люком ему было на что опереться. Из мыслей своего сына Вейдер знал, как сильно мальчик всегда тосковал по отцу. Использовать это, чтобы показать ему правду, было чрезвычайно просто, несмотря на то, что его так долго воспитывал его враг. Но Кеноби и Ларс совершили с Люком роковую ошибку: они били его. Насколько он знал, Бейл Органа не обращался с Леей подобным образом. Единственное, что Вейдер мог использовать в отношении нее, это то, что ей лгали и использовали ее. Хотя в последнее она, скорее всего, не поверит, и если ей промыли мозги, как он думал, то она, вероятно, посчитает, что первое было сделано для ее собственной защиты. Испытывая отвращение к этой мысли, Вейдер вошел в стыковочный отсек и быстро направился к своему шаттлу. — Во дворец, милорд? — спросил Вэн, когда Вейдер поднялся по трапу шаттла. — Нет, — ответил Вейдер. — В мой замок. — Как прикажете.

***

Люк продолжил сидеть, когда адмирал вошел в его покои и направился к нему. — Ну что? — осведомился он. — Аванпост уничтожен, сэр, — сообщил ему адмирал. — Все их корабли тоже уничтожены, и только один крестокрыл проскочил мимо нас и ушел в гиперпространство. — Хорошо, — ответил Люк. Пожалуй, даже к лучшему, что одному удалось уйти. Благодаря этому Альянс поверит в новость о том, что здесь произошло — ведь они не верили в новости о победах Империи, которые передавались по голонету. — Кому-нибудь из пленных известно о существовании на планете другого аванпоста? — Нет, сэр, — ответил адмирал. — Мы допросили нескольких повстанцев и от каждого получили один и тот же отрицательный ответ. Люк кивнул головой. Последние несколько часов он провел в медитации и сканировании планеты в поисках любых других признаков разумной жизни и ничего не обнаружил. Это означало, что его миссия выполнена и он может возвращаться домой. При мысли о том, что Лея тоже будет там, он чуть не вздрогнул. Теперь ему предстояло узнать, что Вейдер планирует сделать с его сестрой-близнецом. — Как только все отряды вернутся, возьмите курс на Корускант, — приказал Люк. — Как прикажете, сэр.

***

— Было ли слышно что-нибудь еще с базы после того сообщения? — спросила Мон Мотма, глядя на генерала Риекана. — Нет, мэм, — ответил генерал Риекан. — Сообщение о чрезвычайной ситуации, предупреждающее нас о том, что база Бета находится под атакой имперцев — это последнее сообщение, которое мы получили от них. Мы даже не знаем, что именно произошло. — Отчего же? — спросил адмирал Дл’ос, вздыбив шерсть на плечах. — Как правило, база успевает сообщить нам о происходящем до того, как связь прервется. — Не в этот раз, — сказал генерал Риекан. — Похоже, случившееся было не только неожиданным, но и произошло чрезвычайно быстро. Вот полученная нами запись. — Подавшись вперед, Риекан вставил датачип, который держал в руках, в голоплеер. — База Бета — Дому, — внезапно нарушил тишину комнаты испуганный голос. — База Бета — Дому. — База Бета, это Дом, — сказал более спокойный женский голос сквозь помехи, доносящиеся с другого конца. — Что случилось? — Имперская атака, — сказал первый голос. — Повторяю, мы находимся под имперской атакой. — Что происходит? — поинтересовался женский голос. — Какую схему атаки они используют? — Ни одну из известных нам, — ответил голос, и вдруг на заднем плане послышались крики. — Берегись! — крикнул один голос. — Уходите! — сказал другой на ломаном бейсике. — Взрыв! Под огнем! — Имперцы на базе? — спросил женский голос. — Я… — начал голос, но был прерван криком, когда на заднем плане раздался громкий грохот, а затем помехи усилились. — База Бета, вы там? База Бета, пожалуйста, ответьте. Генерал Риекан протянул руку вперед и выключил запись. — Остальное — это просто повторяющиеся попытки восстановить контакт с базой. Все они провалились. — Именно поэтому мы здесь, — сказала Мон Мотма. — Принцесса Органа была ответственной за эту базу. Из имеющегося у нее опыта противостояния имперцам можно с уверенностью сказать, что если бы существовал способ выиграть битву или понести минимальные потери, она бы воспользовалась этим способом. — Однако судя по молчанию, это полное поражение, — сказал генерал Кса’Сстреш, шевельнувшись, отчего от его полированной чешуи отразился свет. — Мы не можем быть уверены, — ответила Мон Мотма, хотя и знала, что ситуация выглядит не лучшим образом. — Мы получили сообщение несколько дней назад. Нам нужно решить, посылать помощь или нет. — Лично я считаю, что нам следует разузнать побольше, прежде чем предпринимать какие-либо действия, — сказал адмирал Дл’ос. — Мы понятия не имеем, о каких имперских силах идет речь, и находятся ли они еще на орбите вокруг Мод Эвина. — Время может стоить нам любых выживших, которые еще остались, — возразил генерал Додонна. — Верно, — согласился генерал Кса’Сстреш. — Но если мы будем действовать без разведки, мы легко можем потерять гораздо больше людей. — Голосуем, — сказала Мон Мотма, глядя на молчащих членов Высшего совета. — Все, кто считает, что мы должны подождать, поднимите руки. — Похоже, мы подождем, — отметил генерал Кса’Сстреш, когда большинство подняли руки. — Да, — ответил Мон Мотма. — Генерал Рагорш, я хочу, чтобы вы предупредили всех наших шпионов, что нам нужна информация о том, что произошло на Мод Эвине, как можно быстрее. — Да, мэм.

***

— Как давно она прибыла? — спросил Вейдер у Марка, как только спустился по трапу шаттла. — Органа прибыла вчера вечером, милорд, — ответил Марк, вставая рядом со своим хозяином. — Все было сделано так, как вы приказали. Мятежница пыталась сломать двигающиеся предметы мебели, но прекратила, как только увидела бесполезность своих усилий. Также позвонил портной и сказал, что первый из ее нарядов должен быть готов уже сегодня днем. — Хорошо, — констатировал Вейдер, входя в дом и направляясь к комнате дочери. — Никогда больше не называй ее мятежницей или Органой. — Как пожелаете, — ответил Марк и взял пакет, протянутый ему другим слугой. — Здесь то, что вы просили. — Отлично, — ответил Вейдер, принимая пакет. — Пока больше ничего не нужно. Поклонившись, Марк удалился. Дойдя до двери в комнату Леи, Вейдер остановился и проверил комнату с помощью Силы. Увидев, что она беспокоится о том, что он с ней сделает, и ее растерянность от происходящего, Вейдер улыбнулся и знаком велел охраннику открыть дверь. Лея подняла голову, услышав звук открывающейся двери, понимая, что еще слишком рано для обеда. — Вейдер, — прошипела она, увидев его. — Органа, — ответил Вейдер. — Надеюсь, ваша комната пришлась вам по вкусу? — Что ты задумал? — спросила Лея. Она не понимала, что происходит и ей это совсем не нравилось. — Вы, повстанцы, никогда ничем не довольны, — заметил Вейдер. — Это та игра, в которую ты играл со Скайуокером? — неожиданно спросила Лея, указывая на комнату. Она успела о многом подумать, проведя большую часть ночи, лежа без сна на предоставленной ей мягкой кровати. — Ну, если так, то я могу сказать, что это не сработает. — Я знаю, — ледяным тоном ответил Вейдер. — И нет, Люк не поэтому решил присоединиться ко мне. Это произошло по другим причинам, которые касаются и тебя. — Я не предам Альянс, — заявила Лея. — И я никогда не присоединюсь к вам. Я скорее предпочту умереть! Что бы ты ни сделал со Скайуокером, на меня это не подействует. Меня научили противостоять манипуляциям; Скайуокер же был ничего не понимающим мальчишкой. И ты воспользовался этим, используя его невинность, чтобы превратить его в монстра. Вейдер в два шага преодолел расстояние между ними и ударил ее тыльной стороной ладони по лицу. Лея вскрикнула, когда ее швырнуло через всю комнату, и она ударилась о стоящий там маленький столик. Она вскрикнула во второй раз, когда острый угол стола жестоко впился ей в спину. — Ты не знаешь, о чем говоришь, — прорычал Вейдер, подавшись вперед так, чтобы возвышаться над ней, свет из окна отбрасывал его тень на ее маленькую фигуру. В его ярости проступило наслаждение, когда он уловил мелкую дрожь, пробежавшую по ее телу при виде нависшей над ней подавляющей фигуры. — Ты будешь проявлять уважение, говоря о Люке. Лея усилием воли заставила себя перестать дрожать, пытаясь осмыслить то, что только что произошло, и что она только что услышала. Никогда в своей жизни она не слышала и не видела, чтобы Вейдер проявлял столько эмоций. Конечно, он убивал офицеров и других людей за то, что они его подвели, но всегда это делалось так холодно, без всяких эмоций. С другой стороны, в его голосе звучали гнев и ярость… И был еще Скайуокер. Лея знала, что он живет с Вейдером, и все такое, но гнев, который Вейдер только что проявил, когда она оскорбила Скайуокера, ясно доказывал, что она попала в слабое место. Казалось, что Темный Лорд серьезно заботился о молодом человеке. Она слышала о покушении на Скайуокера, чтобы добраться до Вейдера, поэтому знала, что он, по крайней мере, должен беспокоиться о его безопасности, но это? Лея невольно задумалась, правдивы ли слухи, которые она слышала. — Нет, — сказал Вейдер. — Я забочусь о нем, потому что Люк — мой сын. — Сын! — вскрикнула Лея, когда смысл слов Вейдера дошел до нее. Скайуокер был сыном Вейдера! — Но… он собирался присоединиться к Альянсу, — пробормотала Лея. — И… Татуин. — Его спрятали от меня, — пояснил Вейдер, чувствуя, как гнев по этому поводу вновь переполняет его. Посмотрев на дочь, он увидел, что она уже встала на ноги. — Жаль, что он столкнулся с тобой, — ответила Лея. — Что ты знаешь о своих родителях? — внезапно спросил Вейдер. — Моих родителях? — повторила Лея, застигнутая врасплох внезапной сменой темы. — Да, — ответил Вейдер, уловив промелькнувший в ее сознании образ Бейла и его жены. — Нет, не Органы, а твоих настоящих родителей. — Почему я должна тебе говорить? — спросила Лея, взяв себя в руки. — Я так понимаю, ты не знаешь правды, — заметил Вейдер. — Правды? — спросила Лея. — Ты имеешь в виду настоящую правду или свою версию? — Настоящую правду, — ответил Вейдер, улыбаясь за своей маской и чувствуя, как она пытается понять, к чему ведет разговор. — Скажи мне, кто был твоим биологическим отцом? — Мой отец… — начала Лея, но тут ее глаза расширились, когда она поняла, к чему клонит Вейдер. — О, нет. Это со мной не сработает. Это то, что ты сделал с Люком? Притворился его отцом? — Я его отец, — резко заявил Вейдер. — Как и твой отец, — с этими словами Вейдер разорвал пакет, который держал в руках, и достал специальный датапад и два шприца. Лея рассмеялась. — Ты действительно думаешь, что я поверю в это? Ты, должно быть, глупее, чем я думала. Вейдер почувствовал, как в нем снова поднимается гнев, но тут же подавил его, вонзив один из шприцов через ткань на руке в плоть под ней. Он молча наблюдал за Леей, когда шприц наполнялся красной жидкостью. Вытащив его, он быстро залечил маленькую ранку Силой, а затем ввел содержимое шприца в датапад. Вызвав программу ДНК, он протянул второй шприц дочери. — Тебе не обязательно мне верить, — пояснил Вейдер. — ДНК докажет это. Лея почувствовала, как от ее лица отхлынула кровь, когда она поняла, что он настроен серьезно. Но это не могло быть правдой, ведь так? Вейдер не мог быть ее отцом! Должно быть, он узнал с помощью своей магии ситхов, что она не помнит своего отца, и теперь использует это против нее. Возможно, именно так он поступил со Скайуокером. Ей было все равно, даже если он утверждал, что это правда. Что мешало ему солгать? Однако внезапно ей пришла в голову другая мысль. Что, если воспоминание о том, как Скайуокер выхватил бластер из ее руки, не было галлюцинацией, вызванной оглушающим зарядом? Вейдер слегка приподнял голову, услышав эту мысль. Что сделал Люк? Придется выяснить это позже. Однако сейчас он должен был убедить Органу в правдивости своих слов. Видя, что она не собирается брать шприц, он шагнул вперед и ввел его ей в руку, прежде чем она успела среагировать. Опустив глаза, Лея увидела, как шприц наполняется ее кровью, и попыталась вырваться. Однако хватка Вейдера была слишком крепкой, и она могла только смотреть, как он вытаскивает из нее иглу и вводит ее в специальный вход на датападе. Видя, какие кнопки он нажимает, Лея захотела убежать. Что-то внутри нее понимало, что все, что должно произойти, плохо. Когда программа ДНК проанализировала два образца крови и вывела результаты, она задохнулась. Это не могло быть правдой! Этого просто не могло быть! — Ты… ты подделал это, — наконец заикаясь, произнесла Лея, когда Вейдер отпустил ее и отошел назад. Вейдер вздохнул про себя, положив датапад на стол. — Проверь его, если хочешь, ты обнаружишь, что он показывает только правду… дочь. — С этими словами Вейдер развернулся и вышел из комнаты.