Династия (Dynasty)

Люк съел еще один кусочек рыбы и взмахнул вилкой. — Затем мы приказали спрятавшимся за астероидами эскадронам выступить вперед, фактически отрезав им путь к отступлению. Это была небольшая авантюра, потому что наши звенья во время атаки не были задействованы в полную силу — треть из них была в укрытии. На самом деле я немного удивлен, что никто из повстанцев не понял, что в нашем строю не хватает большого количества TIE. — Неправда. Ты сказал, что они были в середине своего ночного цикла. То есть, вы их разбудили, а они, вероятно, были еще в полусонном состоянии, — сказала Анжалин, потягивая вино. Она посмотрела на Люка, свет заходящего солнца окрашивал его светлые волосы в медный цвет. — Да, но мы этого не знали, это было просто удачное предположение, — заметил Люк. — Ты говорил так, будто знал, — возразила Анжалин. — Отчет разведки, — предположил Люк. Анжалин сверкнула на него глазами поверх своего бокала. Он узнал все каким-то другим способом, и они оба это знали. Если бы она только могла понять, как… В конце концов, вполне возможно, что лорд Вейдер использовал свои силы, чтобы определить лучшее время для атаки, хотя со стороны Люка было бы странно не сказать ей об этом. Может быть, у Темного Лорда были свои шпионы в Восстании? Она не стала бы исключать этого. Улыбнувшись, она расслабилась, поедая свой ужин. У них были места прямо у стекла, в то время как другие столики стояли на возвышениях, которые поднимались все выше и выше по мере удаления от окон. На некоторых ярусах, разделяющих комнату, стояли наполненные живыми цветами огромные вазы. Здесь собралась элита галактики, которую обслуживал тщательно вышколенный персонал ресторана.

***

Трин отправил посуду в посудомоечную машину и оглянулся через плечо на переполненную кухню. Скоро ему нужно будет вернуться к столам, столик рядом с объектом должен был вот-вот освободиться, и нужно было быть настороже, чтобы не пропустить момент уборки. Он вздохнул: все зависело от времени. Сегодня вечером он занял место своего двоюродного брата, у того было такое же телосложение, как и у него, и благодаря небольшому количеству грима они выглядели совершенно одинаково. Вообще-то вся его семья выглядела очень похоже, что значительно облегчало работу их клана. Большинство из них были обучены просто сливаться с толпой и браться за тупую рутинную работу вроде этой, готовые поменяться с обученным убийцей, когда появится работа. И в обмен на небольшое актерское мастерство его неприметный кузен жил в роскоши. Только ему приходилось часто менять имя. Трин снова вздохнул. Всю настоящую работу делал он. В конце концов, именно он будет убегать, спасая свою жизнь меньше чем через час, после того как произведет смертельный выстрел. Нащупав рукой спрятанный бластер, он подошел к уборочному столу и взял одну из тележек.

***

Люк улыбнулся Анжалин, слушая ее рассказ о свадьбе Насталии. — Будет очень весело, церемония — это фактически четыре дня гуляний. Все ближайшие друзья гранд-моффа на планете должны спонсировать хотя бы одно мероприятие, и мы, как друзья Насталии, приглашены на все из них. — Похоже, нам будет, чем заняться. — Да. Мне придется взять с собой всех моих личных слуг, я надеюсь, что все будет в порядке, но я не смогу посещать столько мероприятий без них. — Ну, не знаю, может быть, нам стоит пропустить несколько. Они будут просто заполнены людьми, которых мы не знаем, и я не против провести больше времени, общаясь с тобой. Анжалин покраснела. Люк улыбнулся ей, а затем нахмурился, когда по Силе пробежала предупреждающая рябь. Он просканировал толпу, но не увидел ничего необычного. Столик за спиной Анжалин покидали, но это было нормально. Он оглядел зал, и его взгляд зацепился за официанта, неторопливо выходящего из кухни в сторону оставленного стола. Вот. Сила снова запульсировала, и вокруг мужчины закружились маленькие вихри опасности. Он был не тем, кем выглядел. Люк замер, раздумывая, что делать. И тут он понял, что опасность грозит не ему. Это Анжалин, этот человек пришел за ней. Люк попытался сообразить, что делать, поскольку не мог открыто защитить ее. Они не могли просто встать и уйти — они еще не закончили трапезу, и люди будут сплетничать. Он снова улыбнулся, и большая ваза, наполненная огромными живыми цветами, которая стояла на подставке между несколькими столиками позади, вдруг упала с громким грохотом. Официант скривился, в его глазах мелькнуло разочарование, и он повернулся, чтобы убрать беспорядок. Люк подождал минуту, а затем подтолкнул Силой сознание другого официанта. Тот послушно подошел к освободившемуся столику и стал его убирать. Люк пришел в себя и увидел, что Анжалин наблюдает за ним с легким любопытством. Люк посмотрел на свою тарелку, потом на нее. — Я не очень хочу есть десерт, а ты? — Немного, — сказала Анжалин, все еще наблюдая за ним. Люк посмотрел на нее, размышляя, стоит ли ему подтолкнуть ее Силой или нет. Он взглянул на официанта/наемного убийцу: тот смахнул последние испорченные цветы в корзину и встал. Мужчина взглянул на их столик и встретился глазами с глазами Люка. Оба быстро отвели глаза, плечи мужчины слегка напряглись. Анжалин заметила этот обмен и вдруг слегка побледнела. — Вообще-то, я не так уж голодна. Ты прав. И мы всегда сможем остановиться и перекусить, по дороге домой. — Она кивнула, сделав глубокий вдох. Люк улыбнулся, но внутри почувствовал беспокойство. Анья что-то знала, и он должен был выяснить, что именно, пока она не пострадала.

***

Трин зарычал от досады. Они рано ушли, а он так и не смог сделать точный выстрел. Диас убрал стол рядом с мишенью, и все потому, что какой-то неуклюжий клиент сбил ту вазу. Никто из сидевших рядом с цветами не признался в этом, все вели себя так, будто это сделал кто-то другой. Конечно, он мог бы выстрелить в цель, когда она выходила за дверь, но Скайуокер стоял на пути. А в его инструкциях четко говорилось, что он не должен подвергать блондина опасности. Малейшая царапина, и они потеряют свой гонорар.

***

— Анья, — тихо сказал Люк в личном автомобиле, когда они отъехали от ресторана, — кто за тобой охотится? Анжалин вздрогнула, вспомнив, как Ра’чеалла угрожала ей во дворце. — Никто, Люк, а что? — невинно спросила она. — Ты ужасная лгунья, — ответил Люк, потянувшись, чтобы взять ее за руку. Анжалин опустила голову, но ничего не сказала. — Анья, пожалуйста, скажи мне. Я не смогу защитить тебя, если ты не скажешь мне. — Люку хотелось прощупать ее, вырвать информацию из ее разума. Но он заставил себя сначала спросить ее, он хотел знать, доверяет ли она ему. — Ра’чеалла, — прошептала Анья. — Она сказала мне держаться от тебя подальше. — Да, я знаю. Ты говорила мне, — сказал Люк, не позволяя Анжалин остановиться, пытаясь заставить ее продолжать говорить. — Она сказала, что остановит меня, если придется, — Анжалин сглотнула. — Отец всегда говорил, что двор опасен. Но я никогда не думала, что кто-то будет преследовать меня. Я просто женщина, у меня нет большой власти. Люк усмехнулся и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. — Нет, имеешь, — поддразнил он. Она подняла на него глаза, удивленная и смущенная. — Ты, моя красавица, обладаешь достаточной властью, чтобы уговорить меня взять тебя на свадьбу пораньше. Мы можем отправиться завтра вечером, если хочешь. Мы приедем раньше, но Насталия, скорее всего, не будет против. — Но… — прошептала Анжалин. — Никаких но. Вдали отсюда тебе будет безопаснее. Просто не выходи завтра, и мы отправимся в путь, не успеешь оглянуться. Анжалин с надеждой улыбнулась. — Мой отец захочет узнать почему. — Дела. Мне пришлось выехать раньше. — Мистер Джерклин пригласил меня завтра на прогулку, — сказала Анья. — Но я отменю. — Хорошо. Этот человек в любом случае должен научиться отступать. Мне придется придумать способ навсегда избавить тебя от него, как считаешь? — Люк с наигранной мукой вздохнул. Анжалин хихикнула, хорошее настроение вернулось. — Да, пожалуйста. И поскорее.

***

— Ра’чеалла, — сказал Бьюкенен, когда слуга унес их десертные тарелки. — Пойдем со мной. Ра’чеалла поднялась на ноги и молча последовала за отцом в его кабинет. Всякий раз, когда он приглашал ее к себе и вел в эту комнату, она знала, что попала в беду. Он всегда отчитывал ее в своем кабинете, так как это было единственное место, куда слуги не заходили, кроме как по необходимости. Войдя в комнату, она села в одно из двух мягких кресел и стала ждать, когда отец заговорит. — Что я говорил тебе о Скайуокере? — спросил Бьюкенен, закрывая дверь в комнату. — Ты знаешь, что не должна больше с ним общаться, ты знаешь, что я с ним разговаривал, и все же ты меня не слушаешься. — Я не… — начала Ра’чеалла. — Говорю я, — прервал Бьюкенен. — Твоя сегодняшняя реакция при виде Скайуокера с мисс Винитерур — лучшее доказательство того, что ты не отказалась от своих чувств к нему. — Если что и доказало, так это то, что Люк — важная персона, — сказала Ра’чеалла, зная, что у нее будут неприятности, но не понимая, почему ее отец так себя ведет. — Император позволил ему воспользоваться своей ложей! — Я не хочу, чтобы ты с ним общалась, — сердито бросил Бьюкенен. — При дворе все вращается вокруг власти, а не любви. При дворе никто не женится по любви. Все дело в статусе — по крайней мере, я учил тебя этому. — Но у Люка есть статус, — возразила Ра’чеалла. — Иначе, почему бы Император позволил ему пользоваться своей ложей? Он знал, что пресса будет говорить об этом. Несомненно, это делается для того, чтобы распространить информацию о важности Люка. — Я не хочу больше слышать имя Люк в этом доме, ты должна называть его Скайуокером, это ясно? — приказал Бьюкенен и дождался неохотного кивка. — Что касается того, что делает Палпатин, у меня нет никаких предположений. Однако Императора нельзя недооценивать. Это не первый раз, когда он делает то, что кажется одним, но конечные результаты совершенно другие. Какими бы они ни были, ты не должна общаться со Скайуокером. — Но… — И ты не будешь появляться при дворе в течение недели, — продолжил Бьюкенен. — Но я уже обещала людям, что встречусь с ними, — ответила Ра’чеалла, ища способ обойти приказ отца. — Тогда отмени, — сказал Бьюкенен и посмотрел на свою дочь, когда она открыла рот, чтобы возразить. — Тебе все понятно, юная леди? — Да, отец, — наконец произнесла Ра’чеалла с замиранием сердца. Бьюкенен вздохнул, глядя, как она выходит из комнаты. Он понятия не имел, какую игру затеял Палпатин в отношении Скайуокера, и это ему совсем не нравилось. Он привык к тому, что при дворе все находится под более или менее строгим контролем. В самом деле, если бы Ра’чеалла не была так увлечена Скайуокером, он бы контролировал ситуацию, поскольку не был бы вовлечен в нее лично. Ра’чеалла, казалось, была полна решимости, несмотря на все, чему он учил и что говорил ей, быть со Скайуокером, и теперь он мог пострадать, если молодой человек действительно окажется кем-то важным.

***

Ра’чеалла со всей силы ударила кулаком по стене, войдя в свои комнаты. Вечер начинался как вполне приятный визит в Королевскую симфонию, пока она не увидела эту девицу со своим мужчиной. Но почему ее отец не видит Люка таким, какой он есть? Ведь вечеринка и события сегодняшнего вечера показали его значимость. Так почему? По крайней мере, Анжалин скоро перестанет мешать ей. Возможно, когда ее не станет, Ра’чеалла сможет убедить отца подпустить ее к Люку. По крайней мере, это оставит Люка свободным до тех пор, пока его не признают тем, кем он был, и тогда ее отец сразу же отреагирует и позволит ей заполучить его. В конце концов, как только что сказал Бьюкенен, главное при дворе — статус. Поэтому, когда статус Люка станет известен, это откроет ей путь к ее любви. Ра’чеалла улыбнулась про себя, включая комм и связываясь с убийцей: немного хороших новостей перед сном, и она сможет спокойно уснуть. — Ну что? — спросила она, когда перед ней появилось миниатюрное голо лица убийцы. — Она мертва? — Нет, — нервно ответил Трин. — Произошел… непредвиденный сбой. — Она поняла? — спросила Ра’чеалла с нарастающим гневом. — Нет, — сказал Трин. — Просто я был занят, когда они вышли из ресторана, где ужинали, и я не мог убить ее на выходе. Я не стал стрелять из-за того, что на пути выстрела оказался Скайуокер. — Сделай это поскорее, — прорычала Ра’чеалла. — Иначе я найду кого-нибудь другого. — Я могу это сделать, — возмущенно заявил Трин. — Мне просто нужно время, чтобы сделать все как надо, особенно если вы не хотите, чтобы Скайуокер пострадал в процессе.

***

— Ты уверена, Анья? — спросил Люк, глядя на нее. — Да, — ответила Анжалин. — Я буду все время оглядываться через плечо и не смогу расслабиться. — Хорошо, — сказал Люк. — Никакого десерта. Думаю, тогда мы отправляемся к тебе домой. — Опустив перегородку, отделявшую их от водителя, Люк быстро сообщил слуге пункт назначения. — Надеюсь, тебе понравились музыка и ужин, — продолжил Люк, когда перегородка снова поднялась. — Да, — подтвердила Анжалин, улыбаясь. — Это был прекрасный вечер до самого конца. — Я свяжусь с Насталией и сообщу ей о наших новых планах, а потом заеду за тобой завтра около семи вечера, — сообщил ей Люк, а затем его голос приобрел дразнящий тон. — Постарайся не брать с собой слишком много слуг. — Посмотрим, как все пройдет, — ответила Анжалин, сжимая его руку.

***

— Да, отец? — спросил Вейдер, входя в личные покои Императора, куда его вызвали. — Необходимо решить, как далеко мы готовы зайти с мисс Винитерур, — сказал Палпатин, повернувшись лицом к сыну. — В голонете уже есть сообщения о событиях сегодняшнего вечера, и с нашей стороны было бы разумно иметь ответ, если юный Люк решит, что хочет сделать последний шаг. — Я не думал, что все это произойдет так быстро, — ответил Вейдер, садясь в кресло. — Я думал, что у нас есть еще несколько лет. Позволить ему жениться — значит посвятить еще одного человека во все наши тайны. И к тому же женщину. — Да, — согласился Палпатин. — Скайуокеры и женщины до сих пор не очень хорошо сочетались. Однако я чувствую, что в этот раз все будет по-другому, а если нет, то стоит подумать и о ребенке. В случае чего, мисс Винитерур даст хотя бы его. — Да, но она же станет и первой Императрицей, — сказал Вейдер, гадая, какова будет реакция Анжалин на эту новость, если Люк зайдет так далеко. — Я лично ничего не имею против этой молодой леди, более того, я считаю, что из всех молодых женщин при дворе она подходит лучше всего, меня беспокоят ее родители. Особенно мать. — С этим ничего нельзя поделать, — сказал Палпатин. — Однако я думаю, что она стоит этой цены. — Да, — согласился Вейдер, думая о чувствах Люка к молодой девушке; в памяти против воли всплыли воспоминания о любви, которую он когда-то разделил с Амидалой. Однако сейчас обстоятельства были совершенно иными, и не было никакой очевидной причины, по которой Анжалин могла бы отвернуться от Люка так же, как Амидала отвернулась от него. — Если он попросит, я думаю, ему следует разрешить вступить с ней в брак, особенно с учетом того, как проявляется Сила. — Тогда решено, — постановил Палпатин. — Однако он должен сам попросить, мы не должны ему говорить. Люк не станет просто так спрашивать, зная, что мы запланировали для него до того, как она появилась на сцене, он должен серьезно подойти к задаванию этого вопроса.

***

— Вот мы и приехали, — сказал Люк, когда спидер замедлил ход и остановился. Он вышел и быстро подошел к другой стороне спидера, открыв дверь для Аньи. Помогая ей выйти, он попросил водителя подождать, а сам повел Анью к двери ее дома. Но как только они вышли из поля зрения водителя, он остановился. — Я хотел бы поблагодарить тебя за почти идеальный вечер, — сказал Люк, мысленно возвращаясь к разговору с отцом прямо перед тем, как он покинул замок, чтобы заехать за Анжалин. — Есть еще кое-что, что я должен сказать, прежде чем мы войдем в твой дом. — Да? — спросила Анжалин, глядя на него и понимая, что сказанное сейчас имеет большое значение. — Сначала ты должна пообещать мне, что никому не расскажешь, — начал Люк. — Лорд Вейдер позволил мне рассказать все только в том случае, если ты дашь мне слово, что не проболтаешься ни единой душе. — Я обещаю, — тут же ответила Анжалин, ее сердце забилось быстрее, когда она поняла, что сейчас узнает то, о чем не знает никто другой. — Хорошо, — сказал Люк, еще раз просканировав местность, чтобы убедиться, что поблизости больше никого нет. — То, что я собираюсь тебе рассказать, касается моих отношений с лордом Вейдером. Я знаю, что о наших отношениях ходят самые разные слухи, но до сих пор никто не угадал правильно. Видишь ли, лорд Вейдер… он… лорд Вейдер — мой отец. Анжалин застыла на месте, когда до нее дошел смысл сказанного. Люк был сыном Вейдера! Не удивительно, что ничего не было известно о его прошлом. Если бы люди узнали, кто он такой, то на его жизнь наверняка было бы совершено не одно покушение, ведь у Вейдера было много врагов, которые только и ждали возможности навредить ему. А потом была вечеринка по случаю дня рождения. Они с Насталией знали, что за этим стоит нечто большее, чем просто решение Вейдера отпраздновать день рождения своего протеже — оказалось, он праздновал день рождения своего сына. Но они и предположить не могли подобного. Быстро посчитав в уме, Анжалин поняла, что Люк должен был родиться примерно в то время, когда Вейдер впервые появился при дворе. Так почему же Люк появился только недавно? Может быть, это было сделано из соображений безопасности, чтобы никто не узнал о его родстве с Вейдером? Какова бы ни была причина, она никогда не подозревала, что Люк — сын Вейдера. Она знала, что он важен, но не настолько. Внезапно ей в голову пришла новая мысль. Вейдер был ситхом и поэтому обладал особыми способностями, непонятными окружающим, неужели у Люка тоже есть такие способности? — Люк, значит ли это, что ты… — начала Анжалин и остановилась, когда Люк приложил палец к ее губам. — Ш-ш-ш, — сказал Люк, зная, что ему пока нельзя рассказывать ей о своих способностях, его дедушка сказал ему подождать, пока не появится удобный случай. Поэтому он не мог рассказать ей, по крайней мере, словами. — Не надо. Не спрашивай то, о чем я не могу тебе рассказать. Анжалин внимательно изучила его лицо в поисках ответа и получила его, когда их глаза встретились. Хотя он ничего не сказал, она поняла, что не ошиблась. Теперь, когда она задумалась об этом, все стало понятно. То, как он победил убийцу, пытавшегося убить его несколько месяцев назад, то, что он так успешно выполнял задания, то, как он узнал, что это был цикл сна повстанцев, и то, как он вычислил убийцу сегодня вечером. Несомненно, упавшая ваза тоже его рук дело. Кивнув головой в знак понимания, она улыбнулась ему. Люк улыбнулся ей в ответ, затем поднял руку и коснулся ее лица, наклонился вперед и поцеловал ее в губы. Все прочие мысли мгновенно вылетели из головы Анжалин, когда она вернула поцелуй и почувствовала, как растет ее любовь к этому мужчине. После их разговора о Ра’чеалле несколько дней назад она поняла, что ей очень повезло, что она действительно заинтересовала его. Теперь, когда она знала правду о том, кто он такой, она поняла, что у нее есть еще больше причин быть благодарной. Люк мог заполучить кого угодно, но он был с ней. — Я люблю тебя, — выразила свои чувства Анжалин, когда их губы разошлись. — И я люблю тебя, — ответил Люк, зная, как непросто было Анжалин произнести эти три маленьких слова. Мгновение они стояли молча, затем Люк взял ее за руку и повел к двери. Дойдя до нее, он открыл ее, и они вошли. Из комнаты тут же вышел слуга, чтобы сообщить Рэндольфу об их возвращении. — Помни, оставайся дома, а я приеду за тобой в семь, — сказал Люк и поцеловал ее в щеку. — Обязательно, — пообещала Анжалин. — Анжалин, мистер Скайуокер, — сказал Рэндольф, входя в комнату. — Надеюсь, вы хорошо провели вечер. Пресса уже говорит об этом. — И правда, — сказала Саша, входя следом за мужем с Фифи на руках. — Вы прекрасно выглядите сегодня, мистер Скайуокер. — Спасибо, миссис Винитерур, — ответил Люк, когда Анжалин неловко шевельнулась. — И вам добрый вечер, мистер Винитерур. Я надеялся, что смогу поговорить с вами. — Конечно, — сказал Рэндольф. — Я уже сообщил об этом Анжалин, — начал Люк, улыбаясь ей. — Похоже, из-за дел мне придется улететь завтра вечером, а не на следующей неделе, чтобы отправиться в систему Т’Зесса. — Значит, Анжалин тоже придется уехать, — заключил Рэндольф, зная, что у его дочери на следующий вечер назначено свидание с Рафаэлем. На мгновение он задумался, не подстроил ли это Скайуокер, но потом отбросил эту мысль: лорд Вейдер не согласился бы на такое. — Хорошо, если она сможет подготовиться вовремя, то я не против. — Спасибо, — сказал Люк, видя, как Анья вздохнула с облегчением. — В таком случае, мне пора идти. Как только он это сказал, Фифи залаял и попытался вырваться из рук Саши. — Нет, Фифи, — приструнила Саша зверька. — Ты поранишься. — Фифи снова залаял, продолжая сопротивляться. — Я думаю, он хочет поздороваться с вами, мистер Скайуокер. — Мама! — начала Анжалин, зная, что сейчас произойдет. — Он только испачкает шерстью одежду Люка. — Нет, не испачкает, — ответила Саша, придвигаясь к Люку. — Фифи не линяет. — Мама, — начала Анжалин, а затем вздохнула, зная, что ее мать упряма как камень, когда дело касается ее любимца. — Все в порядке, — сказал Люк, уловив раздражение в глазах Рэндольфа, который явно возмущался поведением своей жены в отношении Фифи, не меньше, чем Анжалин. Люк протянул руку и погладил мохнатого чивани, одновременно используя Силу, чтобы успокоить его и заставить замолчать. Увидев, как Фифи затих от прикосновения Люка, Саша послала Анжалин взгляд «я же тебе говорила». Анжалин покачала головой в тот момент, когда ее мать отвернулась, догадываясь, что произошло на самом деле. — Думаю, мне лучше уйти, — сказал Люк, когда Саша снова встала рядом с мужем. — Это был прекрасный вечер, моя дорогая, — продолжил Люк, взяв руку Аньи и поцеловал ее, подмигнув ей. — Тогда увидимся завтра. — До свидания, — ответила Анжалин и повернулась лицом к матери, как только дверь закрылась. — Мама, я уже просила тебя не выводить Фифи, когда приходят гости. — Ты слишком много волнуешься, дорогая, — ответила Саша, опуская Фифи на пол. — Он безобиден. — Но то, как ты ведешь себя с ним, отнюдь нет, — сказал Рэндольф, повернувшись к жене. — Я хочу, чтобы ты перестала суетиться вокруг него, как ты постоянно делаешь, когда у нас гости. Это неприлично. — После этого он снова обратил свое внимание на дочь. — Я думаю, тебе лучше сразу же связаться с Рафаэлем и сообщить ему о том, что твои планы изменились. — Да, отец, — согласилась Анжалин, довольная тем, что смогла избежать еще одного скучного вечера с Джерклином.

***

Скайуокер сидел на своей кровати, скрестив ноги под собой, и пытался медитировать. По его спине сбежали маленькие струйки пота. Он вздохнул и откинулся назад. Проведя рукой по светлым волосам, юноша встал, чтобы ополоснуть лицо в мраморной раковине в своей личной ванной. Он не мог медитировать, его мысли все время крутились вокруг того, что он собирается сказать отцу, когда тот вернется. Люк собирался попросить отца о раннем отъезде. Он был так уверен в себе, когда говорил Анье, что защитит ее, но что, если отец откажется? Люк отчаянно хотел, чтобы она была в безопасности. Он не мог перестать думать о том, что случилось бы, если бы убийца преуспел. Этот человек, вероятно, был частью группы, большинство убийц при дворе были хотя бы частично объединены в группы. Завтра за ней может охотиться кто-то другой. А если отец откажет, и Анжалин придется пойти на свидание с этим никчемным мистером Джерклином? Тот бы просто ошарашенно сидел, глядя на ее смерть. Люк принялся расхаживать по комнате. Его отец должен был согласиться, должен был. Люк не мог даже подумать, что случится, если он скажет «нет». Люк ломал голову, пытаясь придумать, как лучше попросить отца. Ему нужно увезти Анью отсюда, это было совершенно ясно. Она будет в опасности, если останется. Он не мог быть с ней все время при дворе — если уж на то пошло, он должен был возвращаться домой по ночам. Но свадьба состоится через неделю, а что потом? Он должен был придумать что-то еще. Он упал обратно на кровать и уставился в потолок. Он даже не мог мыслить здраво, как он вообще мог планировать, что делать? Дверь в его комнату открылась и закрылась, и Люк почувствовал присутствие отца. — Тебе повезло, что здесь не осталось ни одного джедая. Ты проецируешь свои чувства на полпланеты. К счастью, я могу определить, что тебе не угрожает опасность, иначе я бы спешил сюда напрасно, — поддразнил его лорд Вейдер насмешливо серьезным тоном. — Отец, я не знаю, что делать, — начал Люк. — Это очевидно. Ты обеспокоен. В чем дело? — Мне нужно уехать на свадьбу завтра вечером. — Люк сел, расправляя плечи. Он посмотрел на своего отца, одетого в зеленые шелковые брюки и рубашку. — Почему? — спросил Вейдер, усаживаясь в одно из мягких кресел у кровати. — Я обещал Анжалин, что защищу ее, а здесь, при дворе, я не смогу этого сделать. Лорд Вейдер вздохнул. — И почему ты ей это обещал? — Потому что она в опасности по моей вине. Ну, в основном по моей. Ра’чеалла наняла убийцу, чтобы расправиться с ней, и если бы меня там не было, она была бы уже мертва. Если она улетит с планеты со мной, я смогу присмотреть за ней. — В конце концов, ей придется вернуться, — спокойно возразил Вейдер. — Я знаю. — Люк вздохнул. — Я не знаю, что делать. Я хочу, чтобы она была в безопасности. Каждый раз, когда я думаю о том, что она может пострадать, мне становится не по себе. И каждый раз, когда я пытаюсь медитировать, чтобы успокоиться, я только больше накручиваю себя. Я не хочу потерять ее из-за удара клинка убийцы. Это кажется таким неправильным. — Люк невесело усмехнулся. — Сила предупредила меня, что за ней охотится убийца. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что предупреждение предназначалось не мне. На самом деле, я провел весь вечер, ставя себя между ним и ею. Очевидно, у него были инструкции не причинять мне вреда. Вейдер сжал губы, укрепляя свои щиты. Его отец был прав, все было гораздо серьезнее, чем он думал. Сила начала предупреждать его о жене только перед самой свадьбой. Люк продолжил, не обращая внимания на реакцию отца. — Если бы я мог, я бы перевез ее сюда. Мне было бы спокойнее, зная, что она в безопасности. Но я не могу этого сделать, мельница слухов сойдет с ума, и ее репутация будет разрушена. И я бы попросту предупредил Ра’чеаллу, но по-моему, ей изначально не свойственно здравомыслие. Я попытался просканировать ее отсюда, когда вернулся сегодня вечером, и все, что я могу получить, это ощущение, что она не остановится. Ее отец достаточно зол на нее, он даже готов оскорбить меня, лишь бы заставить ее подчиниться, — Люк покачал головой. — Как будто мне нужна женщина, которая не следует отцовским указаниям. Если она ослушается отца, то ослушается и меня, когда… ну, позже. Люк вздохнул. — Так что, можно? Вейдер повернулся к своему сыну, который задумчиво смотрел в окно. — Чего именно ты хочешь? — Улететь пораньше, — ответил Люк. — И совет, поскольку я слишком запутался, чтобы разобраться во всем самостоятельно. — Да, ты можешь уехать пораньше. Я пошлю за майором Равенеллом, чтобы он все устроил. Что касается остального, тебе нужно поговорить с дедом. Я оденусь, и мы отправимся во дворец.

***

Люк прошел через широкую гостиную и улыбнулся Гаррету, который направлялся в кабинет отца. — Привет, Гаррет. Отец в своем кабинете. — Да, мне сказали, — ответил Гаррет, недоумевая, зачем его вызвали. — Я получил сообщение от «Суждения» — завтра начнется погрузка твоего гардероба, все должно быть готово к твоей поездке в конце этой недели. — О, да. Насчет этого — мне нужно уехать завтра вечером. — Завтра вечером? — уточнил майор, пытаясь скрыть беспокойство. — Да. Я сказал Анжалин, что заеду за ней и ее слугами завтра в семь вечера. Организуй все, ладно? — Конечно, — ответил Гаррет, в голове крутились мысли. Как он мог успеть сделать все к завтрашнему дню? А ведь в ближайшие несколько дней ему нужно было сделать еще тонну дел для лорда Вейдера — через три дня Темный Лорд отправлялся на своем корабле на очередное задание. — Это не будет проблемой? — спросил Люк, изучая застывшее лицо майора. — Нет, это можно сделать, — ответил Гаррет, просчитывая все в голове. Он кивнул, понимая, что сегодня ему не удастся заснуть. — Я могу надавить на корускантского начальника дока, чтобы «Суждение» заправили пораньше. Но что я должен сказать ему? Какова причина раннего отбытия? — Я бы не стал называть причину, Гаррет, — Люк нахмурился. Он знал, что никто никогда не спрашивал его отца, почему он что-то делает. Равенелл вздохнул. Он надеялся, что руководство дока не вздумает придираться и отказываться заправлять корабль, но на их уговоры уйдет больше времени. Ему будет очень трудно подготовить все необходимое. — Сэр, — начал Гаррет, надеясь, что это сработает, — могу я как-нибудь получить временного помощника для некоторых менее важных работ? — Возможно. Спроси моего отца, — сказал Люк. Затем молодой человек остановился, задумавшись. — Вообще-то, пожалуй, мне стоит попросить его о своем собственном адъюнкте. Для тебя одного здесь действительно слишком много работы. — Люк посмотрел на Гаррета: — Кого бы ты мог порекомендовать в помощники? Майор остановился, задумавшись. — Нет, у меня нет… Вообще-то, есть. Мой двоюродный брат скоро закончит академию. Я знаю, что его родители не в восторге от перспективы его участия в боевых действиях, но он твердо решил служить Империи. Возможно, я мог бы навести кое-какие справки? — После того, как я спрошу отца. И мы должны будем провести его полную проверку, конечно, — сказал Люк. — Но тебе лучше пройти в кабинет, отец ждет. — Да, сэр.

***

Люк стоял перед своим дедом в пустом тронном зале. Он нервно облизнул губы, ожидая. Отец не стал уточнять, зачем ему нужно поговорить с дедом, сказав лишь, что Люк должен рассказать тому все, что он рассказал ему. Люк только что закончил и ждал ответа старика. — И что же ты хочешь сделать, юный Скайуокер? — спросил Император, задумчиво прикрыв глаза. — Точно не знаю, — честно ответил Люк. — Я знаю, что мои возможности ограничены. У меня есть обязанности. Эти обязанности на первом месте. Но я хочу, чтобы она была в безопасности. И я не вижу четкого пути, мои эмоции затуманивают мой взгляд. — Хм. Да. Садись на пол, — сказал Император, и Люк тут же опустился вниз. — А теперь, юноша. Я хочу, чтобы ты помедитировал над тем, что будет, если ты ничего не будешь делать, а эта женщина отправится на свадьбу через неделю. Люк закрыл глаза и осторожно потянулся к Силе. Он почувствовал, что ее легче нащупать, чем раньше, и понял, что сила его деда влияет на Силу вокруг него. Он погрузился в нее, наблюдая внутренним взором за грядущими видениями. Анжалин в луже крови на террасе своего дома. Джерклин, отступающий назад и оглядывающийся в поисках угрозы, но не замечающий убийцу, выскользнувшего через черный вход. Что-то внутри Люка оборвалось, но он сдержался. Этого не должно было случиться. Но он все же углубился в эту возможность, чтобы посмотреть, куда она приведет. Годы одиночества. Он знал, что что-то упустил, что-то важное. И в конце всего этого - черноволосая девушка, которая боялась его, но была готова выйти за него замуж ради власти. И черноволосый, голубоглазый ребенок, обладающий лишь половиной той Силы, что была у него. Ее едва хватало, чтобы удержать трон. Время снова ускорилось, и Люк мельком увидел других своих потомков — одних сильных в Силе, других слабее. Видение померкло. Люк поднял голову и увидел, что его отец и дед смотрят на него. Он тяжело сглотнул, облизнув пересохшие губы. — Я хочу жениться на ней, дедушка. Я знаю, что мне, возможно, придется подождать, но я знаю, что хочу жениться на ней. А не на ком-то другом. Двое старших мужчин посмотрели друг на друга, встретившись взглядами. Они видели видение Люка, и им пришлась не по душе возможность иметь слабого наследника. — Хорошо, — сказал Император. — Ты можешь спросить молодую леди. Но пока не назначайте дату. Люк поклонился, не вставая с места. — Да, Ваше Величество.