Династия (Dynasty)

— Кроме этого, не было ничего достойного упоминания, — сказал Люк, переводя взгляд с деда на отца. — Хорошо, — ответил Палпатин. — Главной целью этой миссии было подтверждение твоего титула и должности для всех во флоте. — Я говорил с Анжалин, — начал Люк после минутного молчания. — И мы хотели узнать, как долго нам придется ждать, прежде чем мы сможем пожениться. — Я хочу лично увидеться с юной леди, прежде чем принимать какие-либо решения по этому вопросу, — ответил Палпатин, глядя на Вейдера. — Твой отец сообщил мне о ее потенциале Силы выше среднего, и я должен сказать, что меня это заинтересовало. Я хочу, чтобы ты привел ее сюда на обед через три дня. После этого мы сможем решить, как долго вы должны ждать. — Спасибо, дедушка, — ответил Люк, поклонившись. — Если у вас больше ничего нет, то мне нужно встретиться с некоторыми придворными, — сказал Палпатин, после чего Люк и Вейдер вышли из тронного зала через второй вход. — Майор Равенелл связался со мной из Академии и сообщил, что разговаривал со своим кузеном и что молодой человек подумывает о том, чтобы стать твоим адъюнктом, — сообщил Вейдер. — Хорошо, — ответил Люк. — Надеюсь, он согласится на эту должность. Похоже, он подходит для этой работы, а сам факт, что Гаррет может поручиться за его преданность, является серьезным аргументом. — Это точно, — согласился Вейдер, когда они достигли скрытого прохода с турболифтом. — Если не возражаешь, я, пожалуй, пойду к Анье и позабочусь о том, чтобы у нее не было никаких дел через три дня, — сказал Люк, когда Вейдер открыл дверь. — Хорошо, — ответил Вейдер, исчезая в проходе, и дверь за ним закрылась.

***

— Господин Люк, — сказал охранник, открывший дверь, опознав посетителя. — Хенрик, — ответил Люк, входя в дом Винитерура. — Здесь все в порядке? — Да, милорд, — подтвердил Хенрик. — По крайней мере, основное оборудование установлено. Должно пройти немного времени, прежде чем прибудет окончательная система, и тогда мы сможем ее установить. — Хорошо, — сказал Люк, когда в прихожую вошел слуга. — Лорд Скайуокер, — сказал молодой человек, узнав посетителя. — Мисс Винитерур находится на террасе с господином и госпожой Винитерур. Прошу вас следовать за мной. Люк послушно последовал за слугой, хотя и знал дорогу. Выйдя на террасу, он улыбнулся, увидев Анью, сидящую с родителями за чаем. — Люк, — сказала Анжалин, когда увидела его, и встала. — Приятный сюрприз. — Надеюсь, я не помешал, — ответил Люк, прежде чем поцеловать Анью в щеку и подойти к ее отцу, чтобы пожать руку. — Мистер и миссис Винитерур. — Лорд Скайуокер, — вежливо ответил Рэндольф. — И нет, вы не помешали ничему важному. Люк открыл рот, чтобы ответить, когда на террасу с лаем вбежал Фифи, направляясь к Люку и бегая вокруг него кругами. Глядя на чивани, Люк подумал, что видит маленький хвостик, раскачивающийся из стороны в сторону, когда маленький зверек, наконец, направился к месту, где сидела Саша, протягивающая к нему руки. — Да, все верно, Фифи, — сказала Саша. — Это Люк, жених Анжалин, он скоро станет частью нашей семьи, и ты это знаешь. Какой ты умный мальчик. Люк сдержал улыбку при виде поведения женщины, чувствуя раздражение, исходящее и от Аньи, и от Рэндольфа. — Пожалуйста, присаживайся, — сказала Анья, указывая на пустой стул, и знаком приказала слугам принести еще одну чашку и тарелку. — Как прошла миссия? — Отлично, — ответил Люк, усаживаясь. — Хотя ничего такого, о чем стоило бы упомянуть. — Все поездки не могут быть увлекательными, — заметил Рэндольф. — Многие люди при дворе склонны забывать об этом. — В самом деле, — согласился Люк, принимая предложенную ему чашку. — Анжалин, — сказал он, обращаясь к ней. — Я пришел сюда, чтобы узнать, свободна ли ты на обед через три дня. — Да, — ответила ему Анжалин, ее глаза заблестели. — Что ты предлагаешь? — Вообще-то, не я, — ответил Люк с улыбкой, бросив короткий взгляд на Сашу, зная, что, чтобы он ни сказал, это скоро станет всеобщим достоянием при дворе. — Император хочет, чтобы мы отобедали с ним. — Император! — воскликнула Саша, подняв потрясенный взгляд. — О, Боже, милая. Что ты наденешь? Разве ты уже не надела все свои платья? И трех дней не хватит, чтобы портной пришел и сшил еще одно, по крайней мере, не такое, которое можно надеть на обед с Его Величеством. О, Боже! — У меня есть еще платье, — заверила свою маму Анья. — Помнишь пурпурное, с серебром и золотом? Оно идеально подойдет для этого случая. — Обед с Императором, — повторил Рэндольф, явно ошеломленный мыслью о том, что его дочери предстоит подобное, но, несомненно, довольный этим. — Вы часто так делаете? — продолжил он, глядя на Люка. — Время от времени, — ответил Люк. — Его Величество очень занят большую часть времени. — Могу себе представить, — ответил Рэндольф, гадая, чем же занят Император. — В конце концов, ему нужно управлять Империей. — Да, — просто сказал Люк, прежде чем повернуться к Анжалин. — Значит, я заеду за тобой за полчаса до обеда? — Да, это будет неплохо, — ответила Анжалин, пытаясь представить, на что будет похож обед с правителем Галактики. Она понятия не имела, чего ожидать, ведь она никогда не удостаивалась внимания Палпатина, пока не появилась при дворе вместе с Люком.

***

Люк сидел в гостиной, ожидая, пока Анья спустится из гардеробной. Через стол от него сидела Саша, ее мать, и улыбалась, болтала с ним. — Знаете, лорд Скайуокер, Анжалин хочет выглядеть идеально к сегодняшнему обеду. И вы действительно пришли немного раньше. Люк кивнул, когда Фифи, выбрав момент, соскочил с колен и убежал в другую комнату. — О, Боже, почему Фифи это сделал? — удивилась Саша. — Обычно он любит находиться в одной комнате с гостями. — Фифи вернулся, держа во рту красный мячик, и рысью подбежал к Люку, бросив мячик у его ног. У Саши хватило манер прочитать нотацию своему маленькому питомцу. — Фифи! Лорд Скайуокер не хочет играть в мяч! Вернись сюда и сядь, как хороший мальчик! Люк подался вперед, на его губах заиграла озорная улыбка. Он вытянул один палец и помахал им вверх-вниз. Мяч начал подпрыгивать сам по себе, отчего Саша потеряла дар речи. Фифи был в восторге, и когда Люк указал на дальнюю стену и мяч поскакал в ту сторону, маленький меховой шарик пустился в погоню. Молодой лорд ситхов заставлял красный мяч отскакивать в разные стороны, от мебели и по воздуху, иногда переворачиваясь в полете, что приводило Фифи в неописуемый восторг. — Итак, — сказал Люк, не обращая внимания на Фифи и мяч, который продолжал летать по воздуху, — я слышал, что мистер Вашу уволил главу своей службы безопасности. — О да, — отвлеченно сказала Саша, не сводя глаз с Фифи и его выходок, — это большой скандал. Он пытается представить все так, будто у мужчины возникли семейные проблемы и ему пришлось уволиться, но слухи все равно поползли. Некоторые из самых неприятных слухов указывают на отношения этого человека и миссис Вашу. — Какой позор, — ответил Люк, когда вошел мистер Винитерур. Пожилой джентльмен остановился, ошеломленный видом Фифи, пытавшегося схватить кружащийся в воздухе красный шар. Он пришел в себя и поспешил занять свободное кресло рядом с лордом Скайуокером. Мистер Винитерур сообщил: — Она спустится через минуту. — Хорошо, — ответил Люк, — Я не хотел опоздать. Мистер Винитерур прочистил горло. — Конечно, нет. — Он устремил взгляд на Фифи, который теперь гонялся за мячом, катая его по полу по странным траекториям. — Хорошо, во сколько вы вернетесь? Люк пожал плечами: — Не знаю. Думаю, не раньше трех часов дня. Это зависит от того, о чем Его Величество хочет поговорить. Но если это займет больше времени, я сообщу. — Люк посмотрел в сторону коридора. — А, вот и она. Повернувшись, они увидели, что в коридоре появилась Анжалин, потрясающе выглядевшая в своем пурпурном платье с золотой и серебряной отделкой. Люк встал, чтобы поприветствовать ее.

***

Анжалин сосредоточенно ковырялась в своем мясном блюде, пытаясь понять, что происходит. Люк и Император говорили только о несущественных вещах. Но время от времени они смотрели друг на друга, так же как Люк иногда смотрел на лорда Вейдера. Мог ли Люк разговаривать с не-ситхом, если хотел сказать ему что-то мысленно? Но это не имело смысла. Он никогда не разговаривал так с ней. И если бы он и лорд Вейдер обладали такой способностью, то они бы не тратили столько времени на личные встречи с Императором. Если только это не было сложно, или что-то в этом роде. Ей не хватало информации. Стол был убран, и перед ними поставили десерт. Слуги отошли, а Император махнул рукой. — Вон. И слуги, и императорская гвардия быстро исчезли. Анжалин сделала маленький глоток вина, внезапно занервничав еще больше, чем прежде. — Не волнуйся, дитя. Я не кусаюсь, — прохрипел Император. — Только не говори придворным. Боюсь, я должен продолжать их дурачить. — Анжалин осмелилась улыбнуться, а старик продолжил. — Я хотел поговорить с тобой без посторонних глаз. Ты знаешь, что ты обручена с храбрым молодым человеком? — Да, Ваше Величество, — сказала Анжалин, улыбаясь. Она очень гордилась Люком. — А знаешь, насколько храбрым? Мы не хотели, чтобы он женился по крайней мере еще двадцать лет. Но он действительно попросил. Мы с лордом Вейдером почти расстроились из-за этого, но все же приняли его доводы. Анжалин моргнула, скрывая удивление. Люку пришлось просить Императора жениться на ней? Но почему? Император тяжело вздохнул. — При всем их предполагаемом интеллекте, я иногда удивляюсь умственным способностям всего моего двора. Ни один из них даже не задумался о том, что значит, что Люк — лорд ситхов. Или насколько тесно он связан с лордом Вейдером и как это повлияет на его будущее. По идее, они должны хотя бы попытаться понять, почему я терплю их обоих при своем дворе, ведь они так опасны и их трудно контролировать. Люк тихо засмеялся. — Нас не так уж трудно контролировать, Ваше Величество. Вы это знаете. Император сухо усмехнулся в ответ. — Да, я знаю. Даже притом, что я дал вам гораздо больше свободы действий, чем кому-либо другому. Но половина из них думает, что мне с трудом удается держать лорда Вейдера на поводке, и удивляется, как мне это удается. Люк улыбнулся и подмигнул Анжалин. Император хмыкнул, сдвигая свои старые кости. — Хочешь знать, как я ими управляю, дитя? Анжалин сглотнула. — Да, Ваше Величество? — Все очень просто. В молодости у меня был роман. Рот Анжалин приоткрылся от удивления и растерянности. «У него был роман?» — подумала она, — «Но я никогда не слышала об этом!» — Это было еще когда я был сенатором, видишь ли. В Старой Республике, до того, как был установлен Новый Порядок и родилась моя Империя. — О, — прошептала Анжалин, все еще пытаясь понять, к чему все это. — Она родила мне сына. Конечно, это был бы настоящий скандал, если бы кто-нибудь узнал, поэтому я отправил ребенка на другую планету. — У вас есть сын? — пискнула Анжалин, мгновенно поняв, что это означает — наследник. Затем ее осенило. — Но кто… — Да. Я до сих пор не знаю, как ему удалось вырасти таким высоким — должно быть, это наследственность его матери. И у него довольно интересные способности, ты не находишь? — Вполне, — ответила она дрожащим голосом, а затем ее глаза стали еще больше. Она посмотрела на Люка. — О… — прошептала она. Затем она посмотрела на свои руки. — О… Боже… — Ее мысли понеслись по кругу. «Люк станет Императором, Его Величество имеет в виду это, так? Люк кивает мне, значит, так. И я выйду за него замуж. О, Боже, я буду Императрицей. О… Но я пока никому не могу сказать. Даже отцу, и особенно матери… и… и… и… Они действительно начнут говорить обо мне и наблюдать за мной, когда узнают. Все будут помнить все, что я когда-либо делала, или все, что я делаю. Они будут вспоминать, когда узнают, и пересматривать все. Я должна быть идеальной. Императрица… о, Боже». — Я уверен, что ты справишься с этой задачей, — сухо ответил Император. — Но, как я уже говорил, мой сын никогда не будет носить мое имя. Мы с его матерью не были женаты, видишь ли. Но родители Люка были, поэтому он скоро сменит имя. Мы еще не решили, когда именно. Я почти расстроен, что династия не будет названа в мою честь, но я знаю, что в истории все равно будут помнить, не так ли? — Конечно, — вежливо сказала Анжалин, пытаясь взять себя в руки. И тут ее осенило: Император знал, о чем она думает. Люк часто отвечал на ее мысли, когда они оставались наедине. Неужели Император только что сделал то же самое? Люк говорил, что сила передается по наследству. Она повернулась к Императору, удивляясь. Он только улыбнулся и кивнул. Затем отпил вина. — Я знаю, что вы с Люком хотите пожениться поскорее. Нетерпение молодости. Но мне нужно решить, когда объявление о связи Люка с лордом Вейдером произведет наибольший эффект. Сейчас мои придворные начинают сомневаться, насколько прочен союз между двумя ситхами. Я хочу, чтобы они думали об этом, проверяли, насколько крепок союз между ними. Это займет их. Поэтому ты будешь хорошо, очень хорошо молчать о том, что тебе известно. Анжалин склонила голову: — Как пожелаете, Ваше Величество. — Хорошая девочка. — Император повернулся к Люку: — Она одна из самых умных, надо отдать тебе должное. Теперь мне нужно работать. Можешь остаться и закончить, если хочешь, внук. — Император встал и медленно вышел.

***

Стоя рядом с Люком на дневном собрании двора, Анжалин не могла перестать думать о том, что она узнала всего час назад. Она станет Императрицей! — Все будет хорошо, — тихо успокоил ее Люк. — Просто все это так неожиданно, — ответила Анья. — Я перешла из низших эшелонов двора в невесты Императорского принца и, возможно, Императора. Это огромный шаг для любого. — Я знаю, — ответил Люк, проверяя все вокруг, чтобы убедиться, что поблизости нет никого, кто мог бы подслушать, о чем они говорят. — Но я знаю, что ты справишься, как и Вейдер с Палпатином, иначе они никогда бы не дали мне разрешения на помолвку. Анья слегка вздрогнула, услышав это. Она была безмерно рада, что ее так высоко оценили три самых могущественных человека в Империи. Но ответственность пугала не меньше. Уловив дрожь в Силе, Люк поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ра’чеалла смотрит на его любимую. Сделав вид, что ничего не заметил, он проследил за тем, как она удалилась в одну из боковых комнат. Посмотрев в сторону отца, он увидел, что тот тоже заметил инцидент, а вместе с ним и Анжалин. — Люк? — спросила Анья. — Думаю, мне нужно поговорить с Ра’чеаллой, — сказал Люк. — Посмотрим, смогу ли я раз и навсегда избавить тебя от нее. — Хорошо, — ответила Анья. — Я останусь в этой комнате, а твой отец будет рядом. — Хорошо, — сказал Люк, сжимая ее руку и направляясь к дверному проему, в котором исчезла Ра’чеалла. «Люк?» — мысленно спросил Вейдер. — «Что ты собираешься делать?» «Поговорить с ней», — ответил Люк, осмотрев комнату, в которую только что вошел, и увидев Ра’чеаллу в дальнем конце. — «Я не буду специально раздражать ее, но я хочу, чтобы она держалась подальше от Аньи». «Хорошо», — ответил Вейдер. Люк останавливался, разговаривая с людьми, пока двигался по залу, и заметил, что Ра’чеалла быстро обратила внимание на его присутствие. Наконец он встретился с ней глазами, улыбнулся и указал на двери, ведущие в сады дворца. Сначала она выглядела озадаченной, но потом ее лицо просветлело, когда она поняла, что он имеет в виду. Улыбаясь ему, она кивнула головой, одновременно отвлекаясь от разговора, который вела, а затем направилась к дверям и вышла наружу. Выждав некоторое время, Люк подошел к дверям и вышел вслед за ней. Элизабет улыбнулась про себя, глядя, как он уходит, и отправилась на поиски Анжалин. Войдя в главную комнату, она увидела искомую девушку, беседующую с ее отцом. — Элизабет, — сказал Владимир, увидев подошедшую к ним дочь. — Отец, — ответила Элизабет, а затем повернулась к Анжалин. — Ты знаешь, что лорд Скайуокер сейчас находится снаружи с Ра’чеаллой? Наедине? — Да, — ответила Анья, про себя улыбнувшись краткому удивлению, промелькнувшему на лице собеседницы. Она слишком хорошо знала игры Элизабет, чтобы ввязываться в них. — Ему нужно поговорить с ней о чем-то без посторонних ушей. — О, — ответил Владимир, видя, как его дочь открывает идеальную возможность подобраться к Скайуокеру, только для того, чтобы невеста лорда ситхов тут же закрыла ее. — Я слышал, что вы виделись с Императором сегодня днем, — продолжил он, выпытывая информацию. — Да, видела, — подтвердила Анжалин, зная, что может говорить об этом. — Мы с Люком обедали с ним. — Вы ели за столом Императора?! — воскликнула Элизабет, внезапно поняв, почему собеседница одета более нарядно, чем обычно. — Да, — ответила Анья с улыбкой. — Это было интересно. — Что вы обсуждали? — спросил Владимир, одновременно подавляя ревность, которая, как он чувствовал, растекалась по его венам. То, что Скайуокер ужинал с Императором, он мог понять, особенно теперь, когда его сила и статус были раскрыты, но Анжалин Винитерур?! Она была настолько ниже его, что это было не смешно. Это он должен был обедать с Его Величеством, а не она! — Почему бы вам не спросить об этом Императора? — предложила Анья.

***

— Люк, — сказала Ра’чеалла, когда Люк подошел к ней, показывая, что им следует углубиться в сады. — Как ты? — Прекрасно, — ответил Люк, увидев идеальную возможность затронуть тему, о которой он хотел поговорить, продолжая сканировать местность. — Учитывая то, что помолвка прошла так хорошо, и все такое. Теперь люди знают, что я ситх, у меня будет красивая жена, и я получаю должное уважение, которого заслуживаю. — О, — прокомментировала Ра’чеалла, обдумывая его слова. — Скажи мне, насколько вы с Анжалин близки? — Мы понимаем друг друга, — ответил Люк, зная, что не может упомянуть слово «любовь», хотя это, вероятно, единственное, что могло бы отвадить дочь Бьюкенена от него, поскольку все остальное она воспримет как отговорку. Почувствовав, как она просияла от его слов, он застонал про себя. — И она идеально подходит мне по статусу. Лучше и быть не может, хотя это не совсем так. — Что ты имеешь в виду? — спросила Ра’чеалла, когда в ней вспыхнула надежда. — Разве может быть лучше? — Похоже, кому-то не нравится Анжалин и то, что она со мной, — начал Люк, но остановился и повернулся к ней лицом, желая посмотреть на ее лицо. — За ней охотился убийца. — Убийца?! — воскликнула Ра’чеалла, притворяясь испуганной, хотя про себя она проклинала Трина за неуклюжесть. — Какой ужас! — Да, — согласился Люк. — Я не позволю никакому убийце ничего у меня отнять. Кажется, он отступил после инцидента с Рафаэлем, но если я когда-нибудь узнаю, кто его нанял, они пожалеют, что эта мысль вообще пришла им в голову, — говоря это, он почувствовал, как девушка перед ним слегка вздрогнула, но не подала виду. — Никто не имеет права делать такие вещи со мной, иначе они станут примером для всех. — Да, так и должно быть, — на словах согласилась Ра’чеалла, хотя внутри у нее все клокотало. Именно так Люк должен был говорить о ней! Это к ней никто не должен приближаться, потому что это они должны быть вместе. — Никто не должен приближаться к тому, что принадлежит тебе. — Безусловно, — сказал Люк, даже удивляясь, как Ра’чеалла могла так безоговорочно заставить себя поверить, что то, чего она хочет, — это то, как все должно быть. — Ты случайно не слышала слухов, которые могли бы дать мне зацепку для поиска того, кто нанял убийцу? Есть идеи, кто бы это мог быть? — Нет, — солгала Ра’чеалла. — Хорошо, я просто проверял, — ответил Люк. — В конце концов, после того, как у меня появилась такая, как Анжалин, которой я могу доверять, что она будет слушаться меня в дальнейшем, я не хочу начинать искать кого-то еще. Возможно, пройдут годы, прежде чем я найду подходящую женщину, потому что сейчас я не вижу никого, кто бы мне подошел. — Никого? — спросила Ра’чеалла, чувствуя себя так, словно весь мир ушел у нее из-под ног. — Никого, — сказал Люк, оглядываясь в сторону дворца. — Спасибо, что уделила мне время, но я должен вернуться, пока меня не хватились. Увидимся позже. — До скорого, — ответила Ра’чеалла, глядя вслед уходящему Люку и опускаясь на ближайшую скамейку.

***

— Интересно, насколько они действительно дружны, — размышлял Бьюкенен, наблюдая, как Скайуокер идет к Вейдеру под руку с Анжалин. — В самом деле, — согласился Владимир, глядя на них. — Из того, что мы знаем о Темном Лорде, их отношения будут полностью направлены на его выгоду, хотя возможно, он и не будет делать этого явно, просто для того, чтобы заставить Скайуокера действовать заодно. — Если это так, то ослабить и разорвать привязанность со стороны Скайуокера должно быть легко, — сказал Бьюкенен. — Все, что потребуется, это небольшое доказательство того, что, несмотря на то, что происходит, его используют как инструмент. Однако самым сложным будет заставить его увидеть это. Вейдер, в конце концов, научил его всему, что он знает о путях ситхов. Преданность Вейдеру должна была быть одним из них. — Преданность может быть подорвана жаждой власти и осознанием того, что тебя используют, — возразил Владимир. — Было бы интересно проверить на прочность эти узы и посмотреть, что из этого выйдет. Немного расшевелить ситуацию. — Согласен, — ответил Бьюкенен. — Однако мы должны быть очень осторожны. Мы понятия не имеем, как велики способности Скайуокера. Мы знаем, что он может создавать молнии, но что еще? Может ли он читать мысли, как Вейдер, или то, что он сделал с Джерклином, — это все, на что он способен? Возможно, это последнее, и он надеется, что его небольшая демонстрация силы заставит людей поверить, что он может делать все то же самое, что и Вейдер. — Верно, — задумчиво ответил Владимир. — Мы раньше никогда не видели, чтобы Вейдер делал этот трюк с молнией. Возможно, он считает, что это ниже его достоинства по сравнению с другими вещами, которые он может делать. Хотя это было довольно эффективно при убийстве Джерклина. — Я предлагаю постепенно проверить воду, — сказал Бьюкенен. — Посмотрим, насколько она нагрелась, и посмотрим, насколько мы намокнем от небольшого напора.

***

Владимир смотрел, как молодой ситх идет через сады. Он огляделся, получив сигнал от одного из своих сторонников, что Бьюкенена нигде не видно. Затем улыбнулся и непринужденно подошел к Скайуокеру. «В конце концов», — подумал он про себя, — «лучший способ выяснить, насколько этот ситх предан своему учителю, — это посмотреть, не заключит ли он со мной союз». — Он ждал этой возможности уже несколько дней. — Доброе утро, Скайуокер. Приятный день, не так ли? — В такой контролируемой среде, как этот сад, это всегда так, — ответил молодой ситх. — Да. Это так. Очень удобно. — Владимир сделал паузу, и они оба, по молчаливому согласию, отошли подальше от остальной толпы. — Лорд Скайуокер, я хотел поговорить с вами о чрезвычайно деликатном деле. Не найдется ли у вас времени прийти на ужин? Сегодня вечером? Я так понимаю, что лорда Вейдера нет на планете, так что никто не будет ожидать вас в замке Вейдера. Два голубых глаза смотрели на Владимира, что-то взвешивая. — Нет. Меня не ждут. И у меня нет никаких дел, которые я не мог бы отложить на потом. Я буду только рад. — О, спасибо. До скорого? — сказал Владимир, поклонившись. Он рассчитывал оказаться на полпути через сады, прежде чем Бьюкенен заметит, что он разговаривал со Скайуокером. — До встречи.

***

Люк тонко улыбнулся, в то время как аэрокар несся по небу к резиденции Владимира. Сам дом находился дальше по берегу небольшого моря, которое он мог наблюдать из окна своей спальни. В любом другом мире этот дом считался бы дворцом, но здесь он был одним из многих. Скайуокер вздохнул, наблюдая через тонированное окно, как машина подъезжает к парадной двери. Он поговорил с дедушкой об этой встрече. Указания были просты — просто посмотреть, на что отважится пойти Владимир. Дверь открылась, и Скайуокер вышел, бесшумно и быстро, с изящной легкостью поднявшись по лестнице к главной двери. Медлить не стоило, он хотел создать впечатление, что эта встреча — общий секрет, даже если к утру шпионы из нескольких семей доложат о ней полудюжине человек. Его сразу же проводили в столовую, где был накрыт великолепный стол, и его ждал Владимир. — Лорд Скайуокер, я рад, что вы смогли приехать. Я взял на себя смелость пригласить нескольких моих самых близких друзей, чтобы, скажем так, отвлечь внимание. Владимир провел Скайуокера в смежную комнату, где несколько его приближенных потягивали напитки перед ужином. Люк кивнул им, узнав в них приспешников Владимира. Эти люди были настолько связаны с высокопоставленным придворным, что не смели и подумать о предательстве. От этого зависели их судьбы и жизни. И это делало их идеальными для сегодняшнего вечера. Они придадут вес словам Владимира и, как он выразился, помогут отвлечь случайные любопытные взгляды. Они послужили предлогом для сегодняшних приготовлений к приему гостей, которые были настолько близки к тайной встрече, насколько это вообще возможно в мире, пропитанном шпионами и интригами. — Может, перекусим? — спросил Владимир у молодого лорда. — Да, пожалуйста.

***

Небольшая группа мужчин сидела в удобных креслах, с напитками после ужина в руках, в комнате с видом на море. Красный свет заходящего солнца окрашивал комнату. — Лорд Скайуокер, — начал Владимир тоном человека, меняющего тему разговора на что-то неприятное, — я попросил вас прийти сегодня вечером, чтобы мы могли поговорить о будущем. Точнее, о будущем Империи. Люк молчал, отставив свой напиток и наклонившись вперед в своем кресле. Владимир воспринял это как знак продолжать. — Сегодня я видел Императора на его троне, и, как бы больно мне ни было об этом думать, этот человек стар. Очень стар, и, несмотря ни на что, он не может жить вечно. В связи с этим возникает вопрос, что дальше? Или, точнее, кто следующий? Люк вздохнул. — Скорее всего, лорд Вейдер, — мягко ответил он. — Да. Я знаю, — сказал Владимир. — Что удивительно, у этого человека нет союзников, кроме вас, и, по умолчанию, вашего будущего тестя. Люк пожал плечами, как будто этот спор был старым, и он уже много раз его обсуждал. — У Императора мало союзников, но у него есть власть. Лорд Вейдер решил строить свою власть на себе, а не на других. — Люк слегка улыбнулся: — Твоя собственная сила не может предать тебя. Владимир пожал плечами: — Да, я это понимаю. Но ваша помощь была бы неоценима в его борьбе за трон. Император не назвал наследника, но никто не будет настолько глуп, чтобы пойти против вас обоих вместе. — Да, я знаю это. К чему вы клоните? — спросил лорд Скайуокер. Люк попытался изобразить человека, который легко может раздражиться, но пока был доволен тем, что услышал. Пока что. — Только это. Что вы получаете от союза с лордом Вейдером? Глаза Люка стали очень холодными. — Он обучил меня. Владимир махнул рукой, в то время как его приближенные нервно зашевелились. Они не хотели находиться в одной комнате с разгневанным лордом ситхов. — Я знаю это. И я знаю, что за это вы всегда будете испытывать к нему чувство преданности. Ходят слухи, что он нашел вас в довольно бедственном положении, и он должно быть увидел ваш потенциал и предпринял шаги, чтобы исправить это — на благо Империи. — К чему вы клоните? — ответил Люк, снова беря свой бокал и сделав глоток. Владимир кивнул, явно пытаясь придумать, как лучше продолжить. — Но, лорд Скайуокер, меня интересует, что вы рассчитываете получить, когда лорд Вейдер займет трон. Если он похож на нашего Императора, он не всегда будет помнить о вашей работе на его благо. Ваш союз для него будет значить не больше, чем мода прошлого года. Вам придется снова и снова доказывать ему свою состоятельность, как это пришлось делать самому лорду Вейдеру. Люк сменил позу, делая вид, что обдумывает слова Владимира, но внутри был весьма удивлен. Придворный использовал неверную информацию, но приводил очень веские аргументы. Если бы между лордом Скайуокером и лордом Вейдером все было так, как кажется, то Люк был бы весьма заинтересован… — Что вы предлагаете, Владимир? — прошептал Люк. Тот откинулся в кресле. — Не так много, прямо сейчас. Вам стоит обдумать это. Но я подумал, что в наших интересах будет, если мы иногда будем работать вместе. Для нашей взаимной выгоды. — Почему вы? И почему не кто-то другой? — спросил Люк, понимая, что только глупец заключит союз с первым, кто предложит. — У меня сильное положение при дворе, большая группа союзников, с которыми можно работать, и дефицит надоедливых дочерей, — ответил Владимир с легкой улыбкой на губах. Мало кто при дворе не обратил внимания на то, как Ра’чеалла вела себя с молодым ситхом последние несколько месяцев. Люк едко улыбнулся. — Да, вы, по крайней мере, способны приструнить свою собственную. — Укол был метким, и несколько молчавших мужчин явно подавили смех. — Но я должен подумать об этом, оценить последствия. Владимир махнул рукой: — О нет, милорд. Я не намерен ничего предпринимать против вашего наставника. Я говорю о других делах. В конце концов, он не вмешивается в каждый вопрос при дворе. — Молодой ситх услышал, как Владимир мысленно прошептал: «Во всяком случае, никаких действий против лорда Вейдера пока не планируется». Люк кивнул, и разговор перешел на другие темы.

***

Бьюкенен кипел, глядя на отчет шпиона. Он действовал недостаточно быстро! И вот Владимир успел передать первое слово, первое предложение Скайуокеру. Этот человек был там, почти наедине с ситхом. Он мог оценить его действия без наблюдения Бьюкенена, и теперь Владимир знал о ситуации между двумя ситхами больше, чем он. Бьюкенен отложил датакарту, пытаясь составить план. Лучше всего было бы пригласить Скайуокера на такой же ужин при первой же возможности. Но планировать нужно было тщательно, он не хотел видеть там свою дочь. Она может наделать глупостей и как-то разозлить молодого человека. Он вздохнул, глядя в потолок. Последние несколько дней его дочь провела в своей комнате, заливаясь слезами. И никому не сказала, из-за чего. Женщины. Они были для него загадкой. Но, если повезет, она смогла преодолеть свою одержимость Скайуокером.

***

— Бьюкенен пригласил тебя на обед? — недоверчиво повторила Анжалин. — Да, — с улыбкой ответил Люк, жестом показывая Марку, чтобы тот принес им еще коктейля, который они пили. — Это было… неожиданно в каком-то смысле. Я имею в виду, я знал, что другие будут пытаться сделать то же самое, как только Владимир начнет, но я не ожидал, что Бьюкенен будет вторым. — Когда ты будешь обедать с ним? — с любопытством спросила Анья. — Завтра в полдень, — сообщил ей Люк. — Как раз перед тем, как отец вернется домой. — Похоже, тот уже близко, — заметила Анья, а затем ее глаза расширились. — Завтра? Да, он позаботился о том, чтобы Ра’чеаллы там не было. — Да? — спросил Люк, пока Марк наполнял их бокалы. — Откуда ты знаешь? — Элизабет рассказывала мне, что собирается пойти на новую художественную выставку в Королевский музей и что она идет с Ра’чеаллой, — ответила Анжалин. — Похоже, Бьюкенен достал для Ра’чеаллы два билета. — И правда, подозрительно, — признал Люк, улыбаясь своей невесте. — Наверное, не хочет опозориться, если она сделает что-то, что не следует. Или он думает, что если ее не будет рядом, я ничего не замечу. — Возможно, он надеется, что ты все это забудешь, — добавила Анья. — В любом случае, что мне ответить на их вопросы? В конце концов, когда Владимиру или Бьюкенену нужна информация, которую они не могут получить и не могут спросить у тебя, они приходят ко мне в надежде, что я просто выложу все начистоту. — Лучше, чтобы они так думали, — задумчиво ответил Люк. — Возможно, нам стоит поддерживать этот образ, тогда ты сможешь подбрасывать им информацию, в которую мы с отцом хотим, чтобы они поверили. — Спасибо, — поддразнила Анья, послав ему насмешливый взгляд. — Хотя будет забавно проверить, насколько они поверят. — Это может быть лишь небольшое замечание, — объяснил Люк, улыбаясь ей. — Например, сказать, что определенный вечер с одним из них показался мне очень интересным. Представь это так, что я никогда не рассказываю тебе подробности, а просто говорю, нравится мне это или нет. — Ладно, — ответила Анья, которой понравился этот новый подход к работе двора. Ее собственный отец никогда не вникал в подобные дела, и хотя она знала о подобных событиях при дворе, она никогда не знала подробностей. — Так что было позавчера вечером с Владимиром? Это дало тебе пищу для размышлений? — Мне понравилось, — сказал Люк. — Мне очень понравилось. Тем более что дедушка велел мне подыграть Владимиру и другим высокопоставленным придворным, чтобы узнать, что они задумали в отношении текущих событий и будущего. — А как насчет нижестоящих придворных? — спросила Анья. — Они вряд ли будут так сильно углубляться в интриги, как Владимир, Бьюкенен и компания, — ответил Люк. — Кроме того, мне нужно поддерживать имидж, что я стремлюсь подняться как можно выше в отношении своего будущего. А еще я не хочу, чтобы создавалось впечатление, что я слишком активно пытаюсь изменить нынешний союз. — Понятно, — ответила Анжалин, отпивая глоток коктейля и глядя через сады Вейдера на море. — Как дела у тебя дома? — спросил Люк после минутного молчания. — Все в порядке с безопасностью и всем остальным? — Да, — сказала Анья. — Ваши люди очень помогли в обеспечении более плотной охраны и я смогла расслабиться, — сказав это, она улыбнулась нескольким охранникам, которые проходили мимо. — Но мне хотелось бы узнать, теперь, когда Ра’чеалла, кажется, остановилась, ты действительно веришь, что появятся другие убийцы? — В данный момент нет, — ответил Люк, уловив страх в ее ауре, когда она затронула эту тему. — Ра’чеалла, похоже, поняла намек: на это указывает ее отсутствие на придворных собраниях в последнее время и то, как она избегает нас обоих. Однако никогда нельзя быть уверенным. Судя по тому, что она сделала до сих пор, она может попытаться снова, хотя сейчас это кажется маловероятным. Когда выяснится, что Вейдер — мой отец, а затем, что Палпатин — мой дед, могут возникнуть некоторые проблемы. Но я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности в это время. — Хорошо, — сказала Анья. — И если о твоем родстве с Вейдером станет известно на нашей свадьбе, мы все равно уже уедем на медовый месяц. — Верно, — согласился Люк. — К тому времени, когда мы вернемся, все уже уляжется. И раз уж мы об этом заговорили, не знаешь, когда Насталия и Натаниэль вернутся из медового месяца? — Еще неделя или две, — ответила Анья. — Хотя точно не знаю. — Ну, что ж, посмотрим.

***

— Сотрудничество? — спросил Люк, откинувшись в мягком кресле и сделав глоток предобеденного напитка. Было забавно, что Бьюкенен начал обсуждение еще до самой трапезы. Вероятно, он хотел убедиться, что их совместное времяпрепровождение не будет прервано возвращением Вейдера до того, как он скажет то, что хотел. — А я-то думал, что вы хотите иметь со мной как можно меньше дел. По крайней мере, именно такое впечатление вы произвели во время нашего… разговора, скажем так, во дворе. — Ну… а, — начал Бьюкенен. — Это было совсем другое дело и совсем другие обстоятельства. — Да, другие обстоятельства, — повторил Люк с ноткой сарказма в голосе. — Кстати, где ваша дочь? Она бы уже была здесь, если бы была дома, несмотря ни на что. Люк спрятал улыбку за своим бокалом, наблюдая за тем, как Бьюкенен быстро сглотнул. Он заставит этого человека заплатить за свое неуважение. Бьюкенен думал, что он просто забудет все, что было сказано и сделано между ними, но очень быстро убедился в обратном. Пусть он немного помучается мыслью, что он отправится к Владимиру вместо него, это, несомненно, вызовет у Бьюкенена всплеск хорошего поведения, по крайней мере, на некоторое время, и, возможно, даже отдалит этих двух «друзей» друг от друга. Затем, когда мужчина заплатит за свою дерзость, он сможет отыграться на втором вместе с некоторыми другими высокопоставленными и влиятельными придворными. — Она сейчас гуляет с Элизабет, — ответил Бьюкенен, ища способ вернуть разговор к той теме, которую он хотел обсудить, пока Скайуокер еще больше не отвлекся от сути и не поставил его в неловкое положение перед другими сторонниками в комнате. — Они хотели кое-что посмотреть в музее. В любом случае, я просто хотел узнать, может быть, вы хотя бы рассмотрите наше предложение. В конце концов, всегда лучше иметь несколько союзников при дворе, чтобы, если один из них откажется от своих обещаний или окажется не таким, как вы ожидали, вы могли добиться желаемого с помощью другой стороны. — Безусловно, — согласился Люк, решив немного отступить и посмотреть, что именно задумал Бьюкенен и как это соотносится с идеями Владимира. — Хотя, пока что, я не вижу необходимости обращаться к кому-то еще, кроме лорда Вейдера, чтобы получить то, что мне нужно. Мое обучение, в конце концов, открыло мне множество дверей, а значит, и множество вариантов для выбора. Возможно, в ближайшем будущем мне не понадобятся союзники. — А что, если вы хотите чего-то, чего не можете получить? — надавил Бьюкенен, увидев открывшуюся возможность. — Довольно рискованно делать ставку на одного человека, независимо от того, что он для вас сделал или обещает сделать. Если лорд Вейдер передумает, по любой причине, которую он сочтет нужной, вы можете остаться ни с чем. — Не думаю, что это случится в ближайшее время, — заметил Люк. — Никто не знает, что ждет нас в будущем, — ответил Бьюкенен. — Он может однажды увидеть в вас угрозу, соперника, поскольку вы единственный живой человек, который может использовать и понимать силу, которой он так легко манипулирует. Это может стать информацией, которую он захочет скрыть. — Возможно, — наконец сказал Люк, позволяя Бьюкенену и его приближенным увериться в том, что он серьезно обдумывает эту идею и что это новая мысль, которую он раньше не слышал. — Господин, — сказал один из слуг, войдя в комнату и получив разрешение говорить. — Обед готов. — Почему бы нам не перейти к столу, господа? — предложил Бьюкенен, поднимаясь на ноги. — Там мы сможем обсудить дальнейшие дела.

***

— Хорошо пообедал? — спросил Палпатин, как только Люк вошел в тронный зал и кивнул своему отцу, который только что вернулся. — Было интересно, — ответил Люк. — Хотя и очень похоже на обед с Владимиром. — Он зашел так же далеко, предлагая отделиться от лорда Вейдера, как Владимир? — осведомился Палпатин. — Нет, — ответил Люк, улыбаясь отцу. — Я не думаю, что он рискнет зайти так далеко. Учитывая ситуацию с Ра’чеаллой и то, как он обращался со мной до раскрытия моих способностей, о чем я ему напомнил. — Хорошо, — сказал Палпатин. — Пусть знает свое место. — Ты собираешься столкнуть их друг с другом? — спросил Вейдер, вспомнив, как его сын любит эти политические игры. — Если можно, — ответил Люк, глядя на своего деда. — Было бы интересно посмотреть, насколько сильно они хотели бы нас разделить и как быстро. Ты говорил, что ищешь подходящий момент, чтобы объявить при дворе о наших с отцом отношениях, дедушка, как насчет того, когда они фактически предложат мне открыто предать свою верность? — Х-м-м-м, — тихо сказал Палпатин, немного подумав над этим вопросом. — Это будет хорошим уроком для моих придворных, особенно если они изначально не смогут проверить информацию. Я подумаю над этим. — А пока я попросил Анжалин сделать вид, что она не знает, что я планирую сделать, — начал Люк. — Но чтобы она тут и там намекала, что у меня был интересный или познавательный вечер в доме такого-то и такого-то. Просто чтобы они поверили, что я действительно заинтересован. — Тебе нравится плести эти сети, — заметил Вейдер, даже испытывая некоторую гордость за то, как легко его сыну удается манипулировать придворными и обводить их вокруг пальца. Люк просто улыбнулся, глядя на своего отца. Следующие несколько месяцев будут полны сюрпризов и развлечений. По правде говоря, ему никогда не нравился никто из придворных и будет весело наблюдать, как они спорят о нем и о том, что, по их мнению, он может дать им, если им удастся заставить его отвернуться от Вейдера. Они видели в нем человека, способного выдать все способности и слабости старшего Темного Лорда.