Сложная задача, дано: Ли Феликс, Хан Джисон

Аудитория полна студентами, и даже дышать трудно от такой толпы. Феликс рисует клубочки и восьмерки в конце тетради в ожидании начала лекции. Справа сидит Чанбин, слева — Чан, а перед ним и повернувшись сейчас к нему — Хенджин. Они болтают снова, попугаи-неразлучники, и Феликс улавливает имена Чонина и Сынмина в их разговоре. Он находит их чуть впереди и правее, они сидят так близко, что соприкасаются коленями. До Феликса не сразу доходит, что не так. Не так то, что Чонина не должно быть на этой лекции вообще: это не его поток. Значит, он здесь ради Сынмина? Феликс искренне улыбается, думая об этих двоих. И еще о Чане и Хенджине, которые сидят теперь держась за руки. Совсем не палевно, совсем. — Все по парам, а мы без пары, — говорит он Чанбину. — Это намек на что-то? — Только на то, что нам срочно нужно найти кого-нибудь. — Да к черту это все. — Эй. — Феликс накрывает ладонь Чанбина своей. — Что за хандра? Чанбин не отвечает. Входит профессор, и начинается лекция. Хенджин отворачивается, и Чан напоследок касается его затылка — как раз под резинкой, собирающей волосы в маленький хвостик. *** — Так что случилось, бро? Чанбин поднимает на него непонимающий взгляд, откусывая большой кусок круассана. — Почему ты сказал, типа: «Да к черту это все»? — Потому что я не хочу, чтобы у меня был партнер просто чтобы был. Должна быть любовь, или сильная симпатия, или что-то вроде. Согласен? — Пожалуй. Но в то же время одиночество — отстой. — Зато… не встречаешься — не расстанешься. Минхо падает на стул рядом с Чанбином. — Правда, Минхо? — спрашивает тот. — С чего ты взял, что я расстаюсь? — Я просто ляпнул. А ты что… — Нет. У нас все прекрасно. Джисон на удивление отзывчивый любовник, и… — Двигайтесь, — перебивает его Хенджин, пытаясь всунуть к маленькому столику еще пару стульев для себя и Чана. — Сынмина не будет? — спрашивает Феликс. — Он пошел с Чонином на лекцию, которую слушал два года назад. Вот это любовь. Даже завидно. Чан хмыкает, и Хенджин улыбается ему. Парочка неразлучников и Минхо напротив заставляет Феликса снова и снова возвращаться мыслями к Джисону и совсем немного сожалеть, что так его и не поцеловал, когда была возможность.