История болезни

Светлое пальто приближалось. Вернее, это я приближалась к нему, окрылённая внезапной идеей. Такое часто случалось, и тогда я, толком не продумав план дальнейших действий, уже летела навстречу неизвестности, чтобы потом либо повернуть всё в свою пользу, либо красиво обломаться, подбадривая себя мыслью, что и не в такое дерьмо вляпывались, ей-богу. И сейчас как раз был один из таких случаев. Первой на меня посмотрела стоящая рядом с Леной девочка. Это послужило своеобразным катализатором, и я открыла рот. — Ой, здравствуйте, — я улыбнулась, глядя, как Лена поворачивается в мою сторону. — Как неожиданно вас здесь встретить. Новый участковый на секунду замерла, явно не готовая к встрече с каким-то там пациентом, которого она когда-то там осматривала, и который, на самом деле, вообще не в её компетенции. Однако красивое лицо тут же прояснилось, как только врач окинула меня взглядом с головы до ног. — Ксения, верно? — Лена нежно улыбнулась, отчего по моей спине прошёлся табун мурашек. — Здравствуй. Ты учишься здесь? — Ага, — я кинула небрежный взгляд на здание колледжа. — Третий курс. — Мила в этом году только поступила, — врач снова обняла девочку, что не давала мне покоя последние сутки, за плечи. Та натянуто улыбнулась. Я мысленно сравнивала их, бросая беглые взгляды от одной к другой, пытаясь найти схожесть в чертах лица. Голубые глаза и тёмные волосы девочки давали слабый проблеск надежды, но этого явно было недостаточно. — Если меня не подводит память, то ты должна сидеть дома до конца недели, а сегодня только вторник, — вернул меня с небес на землю укоризненный голос. «Твою ж…» — Рада бы, но с одним преподавателем невозможно договориться, а я и так задолжала ему конспект, — не моргнув глазом, соврала я. — Да и чувствую я себя отлично, — добавила, борясь с скребущим лёгкие кашлем. Лена покачала головой, на её лице играла лёгкая улыбка, всё ещё не потерявшая последние нотки укора. Я улыбнулась тоже. — Ладно, идите, не опоздайте на пару, — Лена тихонько подтолкнула стоящую рядом девочку в сторону входа в колледж. — Во сколько ты заканчиваешь? — В три часа, — отозвалась девочка. — Я ещё буду на работе. Сама дойдёшь? Та кивнула. Из короткого диалога, который я впитывала с успешностью губки, при этом делая вид, что мне очень интересно содержимое галереи моего телефона, я узнала пару вещей. Девочка — как там её звали? — точно живёт с Леной. Дом находится не так уж и далеко, судя по тому, что до него можно дойти пешком. А ещё в три часа кто-то будет караулить у входа, сам себе напоминая маньяка-сталкера. Неплохой план на день. — Ксюша, — я протянула руку девочке, пока мы шли к колледжу, огибая лужи на тротуаре. — Мила, — она неуверенно пожала мою руку небольшими ладошками. Я подавила в себе шутку про популярный детский мультик про фиолетовое нечто, свалившееся с луны, благоразумно рассудив, что это не лучший вариант для начала знакомства. — Первак, значит, — я приняла вид утомлённого жизнью старика. — А специальность какая? — Дизайн, — девочка отчего-то смутилась. Видимо, ей было непривычно такое пристальное внимание. — А ты?.. — Аналогично, — улыбнулась, довольная совпадением. Хороший знак. И как можно непринуждённее добавила. — Ну, если что, обращайся, мы своим обычно помогаем. Мы подходили к гардеробу, уже под завязку забитому студентами. Гомон учеников перекрывал голос низенькой гардеробщицы, пытающейся говорить по телефону. — Спасибо, наверное, — Мила неловко ответила на мою улыбку и, наконец, повесив куртку на чудом отыскавшийся свободный крючок, исчезла в коридоре. Я подошла к расписанию. Пары Милы и правда заканчивались к трём часам. А вот что касается моих, последнюю придётся пропустить… — Кто припёрся, ты глянь. Я обернулась и тут же угодила в объятия Полинки. — Без тебя скука смертная, — отрапортовала она и бросила взгляд на расписание. — Всё-таки хочешь найти бедного ребёнка? — Уже нашла, — ухмыльнулась я, стягивая куртку и вешая её на руку. В гардероб было не протолкнуться. — Она с нашей специальности, её зовут Мила и сегодня она заканчивает в три. Лицо Полины вытянулось. — Ты на ФСБ работаешь, что ли? — Раскусила меня, — я протиснулась сквозь толпу и бросила рюкзак на свободный подоконник в коридоре. И рассказала подруге про «неожиданную» встречу у колледжа. — Теперь нужно хорошо подумать, что с этим можно сделать… — Предположим, что эта девочка действительно ей дочка, — размышляла я, водя в чашке с растворимым кофе пластиковой ложкой. Мы с Полинкой сидели в столовой, успев занять свободный столик до того, как нагрянет толпа вечно голодных студентов. Подруга молча слушала. — Как бы, и что с того? Я подружусь с ней и буду чаще видеть моё Солнце, — я откинулась на спинку стула. — То есть, ты хочешь использовать Милу для того, чтобы подобраться ближе к этому врачу, — уточнила Полинка, наставив на меня вилку. — Да. — Ксюх, ты маньяк. Или одержимая, одно из двух, — подруга потянулась ко мне, чтобы постучать меня по лбу. — Только о Лене своей и твердишь, хоть что-нибудь другое в этой башке копошится? Я отмахнулась, смеясь. Ну, одержимая, ну и что? В столовую зашли первокурсники, и я цепко ухватилась взглядом за знакомую фигурку с цветастым рюкзаком. Совесть молчала. Мила была единственным звеном, соединяющим меня с Леной, и я не собиралась упускать этот шанс. Пары тянулись мучительно медленно. Минуты будто специально текли в три раза дольше, заставляя меня постоянно поглядывать на экран телефона с белыми цифрами на нём. Полинка видела мою нервозность и тихонько посмеивалась, успевая при этом конспектировать лекцию по истории искусств. Толстенькая преподша монотонно бубнила материал, уткнувшись в книжку и не пропуская ни единого слова, включая «потрясающий художник, своими работами заставляющий сердце зрителя трепетать» и «его картины будто дышат, а с пейзажей до нас доносится лёгкий ветерок». Вертела я все эти эпитеты и метафоры на известном месте, подумала я, постукивая по тетрадке ручкой. На листе была записана минимальная информация — имя, годы жизни и пара названий картин. Поля украшали небольшие почеркушки той же ручкой. Долгожданный звонок. Я едва не вскочила с места, но преподаватель всё так же монотонно остановила зашевелившихся студентов. — Молодые люди, я ещё не закончила. Зато я закончила, хотелось огрызнуться, но я стиснула зубы, сдерживая поток негатива, и сжала тонкую ручку в пальцах. Рожай быстрее, женщина. — Запишите домашнее задание… «Быстрее, быстрее…» — бесилась язва внутри меня. Кое-как накарябав тему для разбора дома, я захлопнула тетрадь и кинула её в рюкзак. На часах было 15:05. — Ну, всё, понеслась, родимая, — фыркнула Полина, едва мы вышли из аудитории, и я ускорила шаг. — Сваливаешь? — Ага. — И зачем приходила… — Тебя порадовать, — ухмыльнулась я и, невесомо чмокнув подругу в висок, сбежала вниз по широкой лестнице, на ходу надевая так и не сданную в гардероб куртку. «А если их отпустили пораньше? А вдруг она захочет пройтись с подругами? А если… Аааааа!» Бешеный рой мыслей в моей голове мешал трезво оценить ситуацию. Проскользнув мимо преподавателей, я вышла из колледжа и, наконец, остановилась, часто вдыхая прохладный воздух. Подождём минут десять. Из колледжа выходили студенты. Поодиночке, парами, чаще — группами. Я сунула в ухо наушник и выудила из рюкзака пачку сигарет. — Саушкина, ну можно же было хотя бы отойти на пару шагов от родного колледжа, — окликнул меня один из преподавателей, тоже вышедший следом за студентами. — Артур Александрович, не на территории же? — я улыбнулась, окидывая взглядом главный вход. С этим преподом у меня были хорошие отношения, хоть он ничего у нас и не вёл. Пару раз помогла его группе и вуаля — завязалось подобие дружбы. — Не на территории. — Смотри у меня, — руководитель группы скульпторов в шутку погрозил мне пальцем и поплотнее запахнул тёмное пальто, направляясь к своей машине. Я проводила его взглядом. Молодой, красивый. Мы с Полинкой ненавязчиво сохли по нему первый-второй курс, но, сами понимая, что затея это проигрышная, ограничились периодическими оценивающими взглядами в его сторону. Да-а, хорош, зараза. Но сейчас на первом месте у меня было нечто иное… Зазевавшись, я едва не пропустила стайку первокурсников, вышедших из колледжа. Среди них я чётко разглядела разноцветный рюкзак Милы. Перваки дошли до перехода, и девочка отделилась от них, переходя дорогу. Остальные пошли дальше. Фортуна сегодня явно на моей стороне. Мысленно дав себе пинка, я рванула следом, на ходу поджигая сигарету. Успев перейти дорогу на зеленый, я поравнялась с Милой. — Привет, — радостно сообщила я, обращая на себя внимание девочки. — Ой, привет, — и опять эта неловкая улыбка. Я настолько сильно её пугаю? — Как пары? — я вытащила наушник, и он повис на проводке, зацепившись за ворот футболки. — Нормально вроде, — Мила пробежалась по мне глазами, задержалась на сигарете, но быстро отвела взгляд. — Только домашки много задали. — На первом курсе всегда так, — с видом опытного кивнула я. В руках девочки я разглядела большую чёрную папку. Закончила работу, домой тащит. К тканевой лямке был приколот металлический значок, по типу тех, какими был увешан весь её рюкзак. Конфетка на булавке поблёскивала в лучах снова вышедшего солнца. Надо было поддержать диалог. — Что по композиции проходите? Стилизацию ещё не начинали? — Пока нет. А это сложно? — Не особо, если к делу творчески подойдёшь. — А в чём заключается задание? Радуясь, что Мила сама была расположена к разговору, я пустилась в подробные объяснения, стараясь заинтересовать девочку, время от времени прерываясь на затяжку. Мы проходили улицу за улицей. Заметив, что Мила косится на сигарету, я осторожно выдала: — Если ты категорически против, я перестану курить при тебе. — Нет-нет, — девочка замахала руками, явно смутившись. — Мне, по большей части, всё равно. Но, когда живёшь с врачом, начинаешь перенимать некоторые привычки. — Это да, — мразь внутри меня хищно оскалилась, радуясь, что разговор удалось перевести в нужное русло. — Наверное, круто иметь маму-врача. Мила внезапно рассмеялась. — Лена мне не мама, — девочка улыбнулась, отчего на щеках появились небольшие ямочки. — Мама живёт в другом городе, а я приехала к тёте, чтобы тут учиться. В моей голове что-то взорвалось. С треском. С конфетти. Со звуком вылетевшей пробки из бутылки шампанского. — А-а-а, — глубокомысленно протянула я, делая вид, что мне, в принципе, пофиг. На самом деле я боролась с желанием радостно проорать что-нибудь на всю улицу, как ребёнок, который, наконец-то, получил то, чего так долго хотел. Как будто Мила сказала, что Лена тоже по уши втрескалась в незнакомую сестру своего пациента. — Ну, я тупенькая немножко, извини. — Да ничего, ты же не знала… Ой, ты меня провожаешь, что ли? Я подвисла на этом вопросе, понимая, что не придумала заранее оправдание, почему я, собственно, тащусь за девочкой. — Я живу в том же направлении, но, если тебе некомфортно моё общество, я свалю прямо сейчас, — широко улыбнулась я. Настроение подскочило вверх. Мила промямлила что-то невразумительное, что она вроде бы не против и ничего такого не имела в виду, но я уже не слушала девочку, бодро шагая рядом с ней по улице. Даже кашель прошёл. Мне хотелось прямо сейчас достать телефон, в наушниках которого до сих пор что-то играло, и написать Полинке, посмеяться над её скептицизмом, с которым она относилась к моей затее, рассказать ей про маленькую, казалось, победу. Но я оттягивала этот момент. Ровно до того времени, как Мила остановилась около поворота во двор. — Мне туда, — девочка поправила лямку рюкзака на плече. — Пока? — Давай, — я бесстрашно протянула ей руку ладонью вперёд, и Мила, поколебавшись, с негромким хлопком приложила свою ладонь к моей. Я смотрела, как первокурсница уходит в глубину двора, потихоньку растворяясь между деревьев и цветастых игровых площадок. Вытащив из телефона наушники, я открыла социальную сеть и нашла диалог с Полиной. — Я чёртов джентльмен удачи, — записала я на голосовое и перевела дух, потому что воздуха вокруг меня в последние пару минут было чертовски много. — Эта конфетка ей не дочка, а племяшка. Теперь я точно не отступлюсь. «Маньяк» — отозвался телефон, но мне уже было всё равно. «Конфетка… Неплохо для прозвища, — думала я, заново подключая наушники и пролистывая плейлист в поисках подходящей песни. — И значок подходящий…» Сворачивая за угол, я чётко уловила взглядом, в каком именно подъезде скрылась Мила.