Поговори со мной

Раннее утро опустилось на Москву. Яркие лучи весеннего солнца освещали улицы столицы, её длинные проспекты и площади, выполненные с русским размахом. Утром Александра пробудилась со слезами на глазах. Путы кошмарного сна, который девушка отказывалась вспоминать, завлекали в своё царство разум русоволосой красавицы. Вспоминая падение собственного тела в ледяной мрак Москвы-реки с высокого каменного моста, Саша мелко дрожала, ладонями стирая слезы с впалых щёк. Заметив, что широкая постель была пуста, она оглянулась, прислушиваясь. В огромной квартире стояла тишина, нарушаемая негромкими словами диктора из телевизора, которого Космос слушал по утрам во время традиционного кофепития. Завернув обнаженное тело в огромный махровый халат мужа, девушка вышла в огромный широкий коридор-холл, заглядывая в комнаты. Парадная гостиная с винтажной мебелью из красного дерева соединялась с просторной кухней высокой барной стойкой, за которой восседал брюнет. Далее по коридору были кабинет и гостевая спальня, большущая ванная комната с окном, вид из которой открывался на набережную. — Проснулась, малышка моя, — Космос улыбнулся, оставляя чашечку из коллекции императорского фарфора. Он уже был в костюме, готовый к работе в офисе, — Как спалось? — Ужасно, — девушка нахмурила светлые брови, руками оплетая крепкую шею мужчины. Тот обнял русоволосую за тонкую талию, губами опускаясь на шею и личико, что вмиг покрылось румянцем. — Что такое? — Кошмар приснился. Они разговаривали шёпотом, соприкасаясь носами. Женские ладони путались в мужских темных волосах, что пахли хвоей. Уткнувшись лицом в мужскую шею, Саша успокаивалась, ощущая, как горит кожа под прикосновениями мужских рук. — Сань, — он слегка отклонился, доставая из внутреннего кармана дорогого пиджака кольцо, что было выброшено девушкой в кабинете офиса на Цветном, — Забери его обратно, оно по праву принадлежит тебе. Мы не разводимся ведь. Покрутив в ладонях золотое колечко, которое было усыпано крошкой дорогого изумруда, она оставила украшение на блюдце чашки, выбираясь из тёплых объятий мужа. Холмогоров внимательно следил за женой, что крутилась у плиты, заваривая себе травяной чай. В квартире повеяло запахом южных трав, и Холомогорову это утро запомнилось именно таким. Тихим, спокойным, где нет места разборкам и ссорам. Где он любим собственной прелестной женой, в которой не чает души. В котором пахнет чабрецом. Осознав, что ответа он не дождётся, мужчина огладил невидимые складки пиджака, встав из-за стола. — Я поеду в офис, солнце, — он хотел уже было покинуть квартиру, как передумал. Обняв нежно невысокое тельце жены, что была ниже его на добрые тридцать сантиметров, он быстро оставил на бледной коже мокрый след от поцелуя. — Люблю тебя. Вернусь к пяти. Если что, звони! Девушка тяжело выдохнула, услышав, как хлопнула тяжёлая входная дверь. В воздухе витал аромат мужского парфюма, который Кос купил себе где-то в Европе. Взяв в руки холодный метал розового золота, Саша задумчиво оглядела кольцо. Обручальные кольца были выполнены на заказ известным английским ювелиром, которого Пчёлкин притащил в Москву специально к свадьбе друзей. Широкий ободок золота холодил шелковую кожу, блестя в утренних лучах осколками любимого драгоценного камня Александры. После свадьбы она практически не носила роскошное украшение, предпочитая ему помолвочное кольцо с голубоватым бриллиантом в несколько десятков карат. Оно больше нравилось девушке, было ей действительно по душе. Оно привлекала внимание прохожих и официанток в ресторанах, приводило в восторг Людочку и любых представительниц прекрасного пола. Сверкая камнем в свете лучей, оно ясно давало понять: сердце девушки занято непростым человеком. Ведь в тяжёлые девяностые мало кто мог купить своей возлюбленной подобный подарок. Опустившись в шикарное кресло, девушка наслаждалась видом морозного утра. На фоне всё ещё шептал телевизор, который Холмогоров в мыслях забыл выключить. На кофейном столике разбросана была кипа бумаг, на которых то и дело виднелись какие-то чертежи и заметки, сделанные голубами чернилами. Взяв в руки отчёт мастеров о стройке семейного особняка, Саша взволнованно вздохнула. После аварии строительством занималась лишь она, посещая будущий дом, что был почти готов, каждый день, не забывая вечерами рассказывать обо всём мужу. Холмогоров за несколько месяцев ни разу не посетил элитный жилой комплекс на Рублёвке, чувствуя вину перед русоволосой за это. Однако невидимые силы не позволяли мужчине покинуть Москву, заставляя каждый раз меня маршрут в другую сторону. Внезапный звонок в дверь отрезвил Холмогорову от мыслей. Подумав о том, что это забывчивый супруг оставил дома важную какую-то вещь, она встала с кресла, откинув бумаги на столик. Лежащий в прихожей заряженный пистолет вмиг потеплел в женской ладони, ощущаясь приятной тяжестью. После нескольких покушений девушку научили стрелять, и она соврёт, если скажет, что новое занятие было ей не по душе. Распахнув высокую дверь, русоволосая замерла, не ожидая увидеть незванного гостя. — Ты? — Привет, — мужчина зашёл в квартиру, замечая оружие в руках у девушки. Хмыкнув, он поправил пальто, ощущая, как неприятно тянет в районе солнечного сплетения. Душа ныла, — Я не надолго. — Чай, кофе? — Потанцуем, — девушка улыбнулась, удаляясь на кухню. Пока гремела посуда и вскипал чайник, мужчина собирался с мыслями. В их квартире бригадир был впервые. Светлые стены цвета персика, старинные широкие кресла, обитые шелком и бархатом, мебель из красного дерева, полки с подлинными рукописями-книгами, которые Холмогорова коллекционировала ещё до замужества, аккуратно выставляя те в ряд. Всё убранство квартиры буквально кричало не только о том, что хозяева-люди безумно богатые и влиятельные, но ещё и интеллигенты, увлекающиеся литературой и живописью. На стенах висели картины Айвазовского и Шишкина, на мольберте в углу гостиной виднелся чей-то портрет, который только начали писать. Передав Виктору чашечку с кофе, Александра улыбнулась гостю, опускаясь в своё излюбленное кресло, с которого открывался неописуемой красоты вид на живущую своей жизнью Москву. — Ты просто так или что-то случилось? — Чей портрет пишешь? Саша взглянула на свою работу, пожимая плечами. — Космоса. Это ему подарком будет на день рождения. — Саш… Витя опустил взгляд голубых глаз, внимательно всматриваясь в темную жидкость напитка так, будто там было что-то интересное. Ему вдруг стало до безобразия стыдно перед женой лучшего друга, хоть он был ни в чем не виноват. В последнее время Холмогоров пускался на работе во все тяжкие, пока его супруга в счастливом неведении была дома. Людочка заглядывала в кабинет к Космосу всё чаще и чаще… — Вить, пожалуйста, не заставляй меня волноваться. Он, подумав о том, что друг ещё успеет поссориться с женой, решил не лезть не в своё дело. Решил промолчать. Почему-то он был уверен, что Космос расскажет сам, тем самым окончательно разрушив и без того хрупкий брак. — Я рад, что Вы помирились. — Ты приехал только за этим? — Я приехал, чтобы сказать тебе, что всегда буду рядом с тобой. Если что-то произойдёт, я оставлю всё и всех, если только ты попросишь. Девушка со звоном опустила чашку на стол, поджимая губы. В душе заскреблись кошки, точившие свои коготки о живое нутро девичьей души. Она так чертовски сильно хотела обнять его, поцеловать и сбежать подальше от столицы. Туда, где нет бригады, Космоса, бандитизма и вечных предательств. От осознания того, что эта мечта так и останется мечтой, кружилась голова, а слёзы застилали глаза. После той аварии прошло уже несколько месяцев, но внутри девушки теплились воспоминания о счастливых двух днях, проведённых в огромном особняке Виктора. Те дни она в тайне называла самыми счастливыми в своей жизни, рассказывая госпоже Беловой о том, как ей было хорошо и сладко. Как хочется отмотать время назад, вернуться к нему домой и забыться. — Я люблю тебя, Александра Холмогорова. И буду любить всегда, даже под холодной землей в гробу. Услышав произнесенное, блондинка замерла, затаив дыхание. В легких не осталось ни намёка на кислород, а маска равнодушия пала к его ногам. — Вить, — Саша подошла к мужчине, заглядывая ему в глаза, — Мы чувствуем одинаковое, вот только обстоятельства сильнее нас. Я всё ещё жена твоего друга. — Мы будем вместе, чего бы мне это не стоило, — он взял ее за руку, мягко поглаживая пальчики. Девушка опустила низко голову, золотистые пряди, с которыми играли лучи холодного солнца, покрыли большую часть красивого личика. По щекам потекли ручейки горячих слёз, что падали на пол, разбиваясь о мрамор. Витя почувствовал, как начинает жечь в груди при виде женских слез. Как и у любого другого мужчины они вызывали самый банальный страх и незнание того, как в такие моменты себя надо вести. Однако слёзы Холмогоровой по кусочкам разбивали его, заставляя биться в мучительной агонии, желая подарить хоть целый мир, исполнить любое пожелание, лишь бы капли не текли по впалым щекам, покрытым румянцем, а пухлые губы не дрожали, не слышались всхлипы. — Не стоит таких жертв, Вить. Тебе уже пора. Она отвернулась, обняв себя за плечи. Они подрагивали, покрытые махровой тканью бардового цвета. Халат пах дорогим парфюмом Коса и сигаретами, которые тот курил с постоянной периодичностью. Пчёлкин притянул Холмогорову к себе за талию, укладывая подбородок в ямку меж ключицей и шеей. Вдыхая сладковатый аромат геля для душа, он в умиротворении прикрыл глаза, вмиг ощутив себя самым счастливым человеком в этом мире. Разделять объятия с Александрой казалось настоящим подарком судьбы. Ласково проглаживая талию, он чувствовал, как успокаивалась русоволосая, переставая дрожать. Говорить отчего-то не хотелось. Саша одним движением убрала мужские ладони с тонкой талии, вырываясь из объятий. — Тебе пора, — вторила она, идя по направлению к прихожей. Мужчина, оставив мягкий поцелуй на румяной щеке, улыбнулся девушке, сверкая огоньками голубых глаз. Поблагодарив за вкусный кофе, он оставил русоволосую наедине с пустотой квартирой, заходя в просторный лифт. Холмогорова закрыла дверь, дрожащими руками поворачивая многочисленны замки. Зажав ладонями рот, блондинка опустилась на пол, дрожа в наступающем приступе истерики. Подавляя в себе крики боли, что терзали сердце юной девушки, она вспоминала прикосновения Вити, его чарующую улыбку и глаза, которые подсвечивались гирляндами при взгляде на неё. Она вспомнила перебинтованного мужа, его необычайную нежность и пакетики белого порошка, вновь недавно найденные в кармашке его пиджака. *** Холмогоров вернулся домой часом позже, чем обещал. Заинтриговав девушку неожиданным сюрпризом, он усадил её в новый джип, вручая букет розовых пионов. Саша засияла улыбкой, с робостью поблагодарила его и уткнулась в нежные лепестки цветов, что распространяли по салону автомобиля чарующий аромат. Вскоре девушка поняла, что их путь лежал на Рублёвку. За окном проносилась столица. Улицы полнились прохожими и автомобилями, чьи хозяева яро нажимали на клаксон, желая поскорее добраться домой. По набережным гуляли парочки, держась за руки. На бульварах москвичи выгуливали домашних животных, весело о чём-то переговаривались. Здания горели россыпью горевших окон, в очертаниях которых виднелись силуэты людей. Наблюдая за жизнью города, Саша чувствовала нестерпимое желание покинуть его, оставить в одинаковых днях очередной весны столицу, поехать в любимейший Ленинград, в котором девушка не чаяла души. Вскоре чёрный мерседес подъехал к высоким воротам частного дома. Их дома. Покинув салон авто, девушка прижала к себе букет, обнимая его руками, вмиг покрасневшими от мартовского холода. Особняк выглядел так, словно его нарисовал талантливый художник, который совершенно точно имел представление о роскоши и богатстве. Три этажа возвышались над землей, выполненные в стиле итальянской виллы в Тоскане, на которой Холмогоровы провели свой медовый месяц. Девушка восхищенно осмотрела особняк, чувствуя, как от переполнявших эмоций перехватывает дыхание. — Кос? Мужчина подмигнув супруге, открыл центральную дверь дома, пропуская русоволосую вперёд себя. В доме уже была расставлена старинная мебель, на стенах висели картины и ремонт был полностью закончен. Ярко улыбаясь, Саша прошлась по холлу и гостиной, осматривая семейные владения. Космос, притянув тельце жены поближе к себе, оставил на лебединой шее несколько горячих поцелуев. Девушка, выронив роскошный букет, залилась задорным смехом, что колокольчиками зазвенел в тишине особняка в тот момент, когда Холмогоров поднял жену на руки, закружив. — С новосельем, госпожа Холмогорова, — шепнул он, накрывая пухлые губы девушки своими. Растворяясь в сладком поцелуе, Холмогоров хотел кричать от счастья. Наконец, их совместное гнездышко было готово, и он втихаря уже перевёз немного их с женой вещей на Рублевку, полностью обставляя особняк. От былого холода супруги, казалось, не осталось ни следа, а большего для счастья Косу и не надо было. — И Вас, господин Космос. Они засмеялись, вновь растворяясь в поцелуе, кружащем голову. Сидя за кухонным островком, супруги распивали шампанское из глиняных чашек, ведь про бокалы Холмогоров напрочь забыл. Закуской служили бутербродики с икрой и крабовый салат, сделанный девушкой на скорую руку. Кутаясь в тёплые свитера, они держались за руки, весело что-то обсуждая. Оказалось у них так много тем для разговора. В них в самих было столько ниточек, связывающих их. — Я безумно счастлив, что у нас всё получилось, — брюнет улыбнулся, и в голубых глазах Саша увидела искреннее раскаяние. — Забудь. Всё будет хорошо, — ободряюще улыбнувшись, Холмогорова отпила из чашки, подмигивая супругу. Если бы молодая женщина знала, как она ошибётся, радости на миловидном лице было бы куда меньше… Ночь выдалась неспокойной. Александра проснулась от дикого грохота. В сумраке ночи тяжело было что-то разглядеть, но кровать пустовала, а общее одеяло валялось комом на полу. Перепугавшись, девушка опустила ступни в тёплые тапочки, идя на поиски мужа. На третьем этаже царствовала пустота, а вот на втором супруги столкнулись лицом к лицу. Увидев мужа, Александра в ужасе отшатнулась. Мужчина был абсолютно невменяем, голубые глаза горели сумасшествием, он огромной скалой навис над ней, и девушка ощутила, как падает сердце в пятки, судорожно дрожа. — Кос? — Где мой кокс? Он был в пиджаке, сейчас его там нет. Где он? — Холмогоров взревел, показательно замахиваясь. Мужская ладонь опустилась на нежную кожу девичьей щеки. Холмогорова отшатнулась, держась за болезненное место, всхлипывая. Слёзы градом покатились по лицу, плечи мелко задрожали. — Я не знаю, — шепнула она, — правда не знаю. — Сука. Он зло окатил ее ледяным взглядом, небрежно отталкивая от себя. Девичье тело уперлось в холодный камень стены парадной гостиной. Было решено бежать. Русоволосая взметнулась по лестнице на третий этаж, закрываясь в их общей спальне. Снизу раздался грохот и невнятный шум, а после злой ор супруга. Быстро нажимая кнопки новой нокии, Саша в страхе оглядывалась на дверь, моля о быстром спасении. — Алло? — хриплый шёпот раздался на том конце совсем тихо и сонно. — Вить, Витя. — Саша? Что случилось? — Пчёлкин встрепенулся, услышав дрожащий голос Холмогоровой. Он уже был готов ринуться ей на помощь, вскакивая с тёплой постели, — Не молчи, ну же! — У Коса ломка, он наркоту ищет. Мне страшно, Вить, очень, — всхлипывая, она натягивала на себя темный свитер, видя, как дрожат руки. — Я приеду сейчас. Только скажи где ты? — В нашем доме на Рублёвке. Она в очередной раз сбежала. Космос, опустошивший бутылку дорогого алкоголя, закрылся в своём кабинете, не желая контактировать с супругой. Схватив пальто, девушка запрыгнула в сапожки на невысоком каблучке, тихо прикрывая высокие двери. За спиной возвышался грозным замком их дом, навек ставший для неё коробкой памяти и золотистой клеткой, в которую чуть было не закрыли нежную русоволосую девушку. Всхлипнув, Саша скользнула в салон серебристого вольво, кидаясь Виктору на шею. Тот нежно обнял Холмогорову, успокаивающе проглаживая по золотым локонам. Вытерев слёзы, он опустился нежным поцелуем на её щеки, проникая девушке внутри вен. Вцепившись в мужскую руку, Саша ласково опустилась поцелуями на мягкую кожу, чуть погрубевшую от мороза. — Я выгнала тебя сегодня утром потому что боялась не сдержаться. Но сейчас всё, что мне нужно- это ты. Забери меня, пожалуйста, и никому больше не отдавай. Он, очарованный её словами, сверкал голубыми глазами, крепче сжимая нежную ладошку в своей. Тепло улыбнувшись так, как он улыбался только ей, Виктор завёл автомобиль, ощущая себе властителем мира сего. День кончался так, как не кончался никогда. Эти двадцать четыре часа так много поменяли в жизни сразу троих людей, что Саша невольно вздрогнула в мыслях о завтра. Бывает так, что в один лишь миг ты меняешься, становясь совершенно другим человеком. Так произошло и с ней. Она в одночасье переменила свой взгляд на эту странную штуку, зовущуюся жизнью, выбрав наконец одного. Раз и навсегда.