Жасмин для Танабаты

Шли часы. Баюши не возвращался. Кеншин следил за временем по удлиняющимся теням, провожал тускнеющий за окном день - привалился к стене, положил больную руку на согнутые колени. И ждал. По ту сторону дверей нервничала охрана. Время от времени доносились обрывки разговоров, а в них не раз и не два мелькало его боязливо произнесенное имя. Перед закатом принесли воды - вернее, просто втолкнули в комнату кувшин, не отрывая от Кеншина глаз. При иных обстоятельствах подобная осторожность позабавила бы, однако сейчас он едва ли обратил внимание на визитеров, утонув в тине смятения и раздумий. ...Значит, у Баюши есть к нему счет... Что ж… Даже с поправкой на коварство Сендзо и жестокость Ямато Кеншин не мог винить старика в желании отомститься виновнику всех его горестей. Однако это отнюдь не означало, будто он готов покорно принять смерть. Мягко говоря, двойственная ситуация. Он знал, его слова попали в цель: оказавшись лицом к лицу с израненным, бессознательным врагом, Баюши не смог убить. Тоже мне - легендарный демон. Забавно: полученные по пути из Киото раны сослужили добрую службу, сохранив ему жизнь. Что ж - возможно, желание казнить у Баюши поутихло, вот только вряд ли старик готов отпустить его на все четыре стороны. Тем паче если у них с Ямато есть общие дела - уж кто-кто, а последний изложил свои намерения четче не придумаешь. Он бы снова пришел за ним в Киото, рано или поздно. И что потом? Итак, снова тот же вопрос: что же имеет Ямато за доставку груза, не считая мести за Шишио? Кеншин вздохнул. Выпадет шанс - он спросит. В конце концов, вполне вероятно, что Баюши захочет закончить начатую беседу до того, как примет окончательное решение. В любом случае, сейчас стоило подумать о более насущных и простых вопросах. Он выпил воду - медленно, не желая, чтобы его сразу же вывернуло наизнанку. Часть сохранил, чтобы смыть засохшую корку с ран. Дело было нелегкое и крайне болезненное - приходилось пользоваться травмированной рукой. Нанесенная кунаем Йошиды рана была небольшой, но глубокой, и края ее воспаленно краснели на фоне белизны остальной кожи. Инфекция. Ничего удивительного с учетом прошедшего с момента ранения времени. Он невесело улыбнулся. Только что сделанное открытие не особо напрягло: ситуация в ближайшее время в любом случае изменится, так что воспаление едва ли ухудшит положение вещей. Либо Баюши вернется убить его, либо, если старик передумает, это сделает Ямато - и вот тогда-то господин полицейский и узнает, почем пленник готов продать собственную жизнь. ...Или его найдет Онивабан. По логике, едва оказавшись в Киото, Каору немедленно кинется в Аойю и попросит помочь с поисками. Он никак не мог решить, как к этому относиться - с одной стороны, ситуация менялась слишком быстро, чтобы не волноваться за друзей. Сам Баюши уже знал, что они тут. От мысли, что Каору, Яхико... или кто-нибудь еще из близких ему людей могли попасть в беду при попытке вызволить его из плена, начинало сосать под ложечкой. С другой стороны, он не мог не признать, что возможное участие Онивабана вселяло надежду. Если он собственными силами в ближайшее время не сбежит от вооруженной охраны - что маловероятно, то без помощи не обойтись хотя, признавая это, пришлось наступить на горло собственной гордости. Значит, либо-либо. В настоящий момент Кеншин своими силами ничего не мог изменить - он просто терпеливо ждал, сберегая имеющиеся силы. *** Сломанный нос Сендзо наконец-то обрел более-менее нормальный цвет, теперь даже синяк почти не бросался в глаза, особенно по сравнению с дочерна разбитым подбородком, куда ему влепили ножкой стула. Да уж, Кеншин отнюдь не склонен нежничать - этот полный ярости взгляд фиолетовых глаз осчастливит торговца не одной неделей бессонницы. Однако же, будучи по природе своей человеком незлобливым, он не мог не признать, что гнев этот более чем заслужен, к тому же все неприятности и неудобства с лихвой покрывал обещанный гонорар: Сендзо мог усердно торговать цветами и шелком целый год, и все равно не заработал сумму, которую отвалил ему Баюши. Накануне, производя окончательный расчет, он поинтересовался у последнего о судьбе Кеншина - врожденное любопытство плюс смятенный вид вошедшего в комнату старика... - словом, не смог удержаться от вопроса. Ответ оказался ожидаемым: ни слова, только взгляд. Не твое, дескать, дело, такие вопросы задавать. Что ж, все яснее ясного: теперь жизнь и смерть бродяги не его собачье дело. Вот ведь стыдоба. Он как раз зажигал свечи, когда раздался нежданный стук в дверь. Сендзо распрямился, сдвинув брови: только Йошида и его люди знали о месте его нынешнего обитания, однако они должны были появиться попозже. Значит, таки отыскали? Он прихватил лежащий подле футона шинай и крадучись приблизился к двери. - Кто там? Откликнувшийся голос был знакомым и совершенно неожиданным: он оторопело выслушал невнятное бормотанье, отпер дверь и выглянул, присматриваясь к двум мужчинам, стоящим за порогом. Аки и Хиро. Вот уж кого-кого не ждал... Торговец с подозрением приподнял бровь. - Я даже не столько рад вашему освобождению, сколь удивлен, каким образом вы пронюхали про это место, - приятно улыбнулся он. - Уговор? О... Значит, стоит ожидать в ближайшее время и визита полиции? - За нами нет хвоста, Сендзо-сан, - буркнул в ответ Хиро, чей голос - хвала небесам - наконец-то приобрел нормальное звучание. Сендзо из этой парочки всегда предпочитал вести переговоры с Хиро - тот был куда более уравновешенным и адекватным. – Уж извините... полиция представляет, где вы можете находиться, в общих чертах, конечно. Едва мы упомянули Киото, нас отпустили. - Отпустили только за упоминание, что я где-то в огромном городе? - сухо уточнил Сендзо. - Ясно, - он подошел к дверям и всмотрелся во тьму, ища непрошенных гостей. Никого не обнаружив, со вздохом обернулся к визитерам: - Вот что... Пока вас никто не заметил, заходите-ка внутрь, - и гостеприимно повернулся, с улыбочкой следя, как они нерешительно мнутся, словно два беспризорника, чувствующих недовольство и старательно натягивающих на себя виноватые маски. Он им поверил - в их поведении ничего не тревожило, а уж актерами они всегда были никудышными. Конечно, непонятно, почему их отпустили на все четыре стороны за клочок столь бесполезной информации. Наверняка все не так просто... Он на миг подумал, что без Ямато тут тоже не обошлось, но сразу отверг эту идею: Ямато мог бы недрогнувшей рукой перерезать им глотки, а вот дергать за разные ниточки, вытаскивая на волю, едва ли бы стал. Может, есть еще кто-то, кто смог надавить на нужные кнопки и вызволить их из лап полиции? Торговец вернулся к своему занятию, продолжая зажигать свечи, однако же не опуская заброшенного на плечо шиная. - Надо понимать, вы ищите Йошиду-куна. Он порадуется вашему освобождению, когда вернется - у него нынче дела в Киото. Коль скоро вы смогли добраться незамеченными, заходите и обождите его. - А как насчет наших денежек? Аки. Как всегда, угрюмый. - Они уже у Йошиды, - терпеливо ответствовал он. - Вы же знаете договоренности - он с вами расплачивается, а не я. Торговец зажег третью свечку и едва не подпрыгнул от еще одного негромкого стука в дверь. Он прищурил глаза: а это что за незваный гость аккурат за первыми двумя? Ручку подергали. Спустя мгновение дверь рухнула вовнутрь. За ней стоял кто-то гибкий и тонкий с обнаженным танто в руках; темные глаза внимательно осмотрели комнату и вонзились в Сендзо; короткий замах - и металлические дуги со свистом рассекли воздух. Сендзо остолбенел, бессмысленно щупая пальцами рукоять шиная. Кто-то хочет меня убить? Когда он сообразил, что неплохо бы защитить собственную жизнь, было уже слишком поздно - хорошо еще, что Хиро успел и сшиб его с ног как раз вовремя, поэтому сюрикен пролетел мимо. Аки с рычанием рванулся вперед к убийце - тот нырнул в дверь навстречу. Удар об пол вышиб из Сендзо дух, он захрипел, придавленный Хиро, слыша лязганье стали об сталь - Аки отразил выпад без всяких усилий. Больше всего сейчас беспокоила именно дверь: краем глаза он заметил, что налетчик явился не один, следом воздвиглись еще двое. Самое смешное, что в голове крутилась одинокая мысль: вот мне и вторую дверь сломали. Хиро поднялся, вздернул его на ноги, схватив за кимоно, и оттолкнул к дальней стенке; шагнул вперед с каменным спокойствием и мечом наголо. Сендзо наконец-то очнулся - уже осмысленно выхватил из-за спины шинай. Как раз в этот миг первый нападающий голой рукой остановил меч Аки, крутанул клинок вверх и вонзил острие своего танто тому в горло. Кровь фонтаном хлестнула из открытой раны, Хиро ахнул, глядя на бескостно стекшее на пол тело - Сендзо даже с ужасом подумал, что лицезрение смерти собственного брата приведет к тому, что мечник сейчас выронит свое оружие, отдав их обоих в руки безжалостных головорезов. Ничего подобного - Хиро продолжал методично обороняться сразу от двоих атакующих с мастерством, какое Сендзо и во сне не снилось. Коли Аки с Хиро проиграют - а приходилось признать, что именно так и случится - то Сендзо Каранаи и подавно ничего не светило. - Сендзо-сан, - рявкнул Хиро, - бегите! Дважды повторять не было нужды: белый, как бумага, торговец сиганул к задней двери. Если удача улыбнется, то Хиро сможет задержать их достаточно, чтобы удрать сквозь ведущую в переулок калитку. Конечно, он непременно оплачет смерть соратника - однако для того, чтобы оплакивать кого-то, неплохо сначала выжить самому. Он завернул за угол коридора и помчался к главным воротам... и с трудом подавил визг, когда между ним и свободой выросло еще четверо - они учли все, включая побег. Торговец резко затормозил, с трудом не столкнувшись с первым, решительно шагнувшим в его сторону. За спиной раздался шум падающего тела - без сомнения, Хиро мертв. Значит, пути назад нет. Скорее всего, он и сам умрет прямо здесь и сейчас. Погодите... - но человек, закрывший ему дорогу, не вооружен! Сендзо вскинул шинай, целя сопернику в лицо: один меткий - главное, меткий - удар, и он сможет прорваться. Для хорошего выпада он слишком паниковал - человек без труда уклонился, схватил Сендзо за кисть и заломил руку за спину. Шинай выпал из пальцев, когда торговца дернули вперед, впечатав прямо в стену. Удар, невыносимая боль сломанного запястья... Он сполз на землю, но упасть ему не дали: руки ловко захлестнули вокруг горла шнур и дернули вверх. Торговец, скуля, скреб по горлу целой рукой, силясь подцепить удавку. Из дома продолжали нестись звуки боя. Странно. А потом вдруг наступила тишина. - Пусти его. Приказ был холодным и не терпящим неповиновения. Пауза. Теперь тишину нарушал сип Сендзо. Удавка исчезла, торговец плюхнулся на траву трястись от только что пережитого страха. Кто-то пришел и спас ему жизнь - он оглянулся в поисках обладателя голоса, и увидел еще одного мужчину в нескольких шагах отсюда. Новоприбывший был ему незнаком: высокий, с ног до головы в черном, с темными волосами. На щеке кровил свежий порез - однако это была единственная рана. Вернее - единственная царапина у того, кто только что проложил себе путь через весь дом. А значит, он невероятно умел. Пристальный взгляд на дрожащего в траве торговца и снова на того, к кому был обращен приказ. Сендзо понятия не имел, кто он таков. Тот же, кто едва не стал его убийцей, по-видимому, был прекрасно об этом осведомлен: - Шиномори Аоши, что ты сделал с моими людьми? Шиномори Аоши? О... Он знал это имя! - Только то, что было необходимо. Понятия не имею, что вы хотите от этого человека, но у меня к нему претензии поважнее. Даю тебе единственный шанс уйти. Шиномори Аоши. Тот, кто помог Баттосаю победить Шишио Макото - Баюши столько о нем говорил. ...Претензии поважней? Ох ты... Похоже, это совсем даже не спасение. Сендзо попробовал подняться на колени. Сердце гулко заколотилось в груди, когда его недавний противник кинулся на главу Онивабан. Все произошло очень быстро: Аоши уклонился от удара и махнул одним кодачи, протыкая сопернику плечо - тот хрюкнул от боли, останавливая сталь вскинутой рукой, в ответ Аоши мгновенно перехватил меч и ударил его рукоятью под подбородок. Сендзо наконец-то смог подняться - аккурат в тот миг, когда несостоявшийся убийца упал. - Вы его не убили? - похоронным голосом спросил цветочник, немедленно пожалев о своих словах: зеленые глаза стрельнули в его направлении. - Сендзо Каранаи, - голос был холоден. Аоши стряхнул кровь с меча и продолжил: - Где Химура Баттосай? Калитка. Открытая. Совсем рядом. Сендзо развернулся и кинулся наутек. Удивительно - Аоши даже не шелохнулся... Удивляться пришлось недолго: перебинтованная рука вынырнула непосредственно из мрака, схватила его, завизжавшего, за шиворот и резким рывком сшибла с ног. - Салютик, друг-цветочник, - осклабился Сагара Саноске, блеснув зубами в каких-то дюймах от лица торговца. - Помнишь меня? Теперь оставалось только одно, что он, человек не самого храброго десятка, с радостью и выбрал. Сендзо Каранаи хлопнулся в обморок.