что-то на неловком

— у тебя слюна сейчас закапает. рот хотя бы прикрой. тэхён что-то невнятно мычит и тяжело сглатывает, послушно смыкая облизанные влажные губы, когда видит, как у чонгука, терпеливо стоящего в очереди, вместе с друзьями, дёргается его заострённое кошачье ухо, а длинный лоснящийся хвост плавно оборачивается вокруг ноги хозяина и лениво взмахивает напоследок своим белоснежным кончиком. тэхён, вообще-то, просто растекается влюблённой лужицей за обеденным столом от этой умилительной картины и едва слышно скулит, чувствуя, как начинают зудеть покрасневшие дёсны и потихоньку удлиняться верхние клыки, от желания вцепиться ими в загорелую шею и прокусить манящую смуглую кожу насквозь. сжать крепко челюсти до тонкого, просящего писка или сдавить до хриплого омежьего рыка и алых прищуренных глаз. хотя, как на самом деле повёл бы себя после подобной слишком собственнической выходки чонгук, как бы он выглядел, будучи повязанным и затраханным, распластанным на животе с его узлом в растянутой и задранной кверху текущей заднице, альфе остаётся только догадываться. — тэхён, блять, я серьёзно. я тебе слюнявчик куплю, если не прекратишь, — чимин кривится, глядя на отупевшее и совершенно необременённое никакими мыслительными процессами лицо своего зависшего друга и, под шумок, крадёт из его тарелки салатный лист. — ты что-то сказал? альфа переводит рассеянный взгляд на чимина. — я спросил, когда ты нормально познакомишься со своим котом? — эм… ну… — тэхён неловко улыбается. — наверное, никогда? смотреть на то, как чонгук сверкает своей клыкастой улыбкой направо и налево, недовольно поджимает чёрные уши к голове и яростно размахивает хвостом, когда чем-то сильно раздражён и возмущён, тэхён и издалека может. пока может, конечно, потому что коснуться этого распушённого тёмного хвоста, провести кончиками пальцев до самого его основания и осторожно зарыться в белые волосы у загривка, чтобы потом аккуратно и успокаивающе почесать за мягким треугольным ухом в такие моменты хочется просто до ломоты в руках и предательской вздыбленной ширинки. чонгук слишком невероятный, а подойти к такому омеге и нормально с ним познакомиться, у альфы духа не хватает. — как думаешь, он чувствительный под хвостом? — спрашивает отрешённо тэхён и провожает тоскливым взглядом чужую широкую спину. — мне кажется, что да. тем более, ну… он же омега. они все там очень чувствительные. и вот на этом моменте чонгук будто застывает. альфа, впрочем, испуганно застывает вместе с ним - как и чимин, который давится салатом и громко закашливается. он видит, какой напряжённой вдруг становится чужая поза и как бархатистые, даже на вид, чёрные уши резко поворачиваются в его сторону. кончик длинного гладкого хвоста немного дёргается и с головой выдаёт нервозность своего хозяина, потому что в следующую секунду начинает буквально лупить его по крепкому бедру. чонгук медленно оборачивается, а тэхён перестаёт дышать, чувствуя, как стремительно пунцовеют щёки и ладони противно потеют от волнения и стыда, потому что чёрные круглые глаза ошарашенно смотрят прямо на него.