Не лилия

В этот раз она оказалась в районе уже не столь благополучном, хотя и всё ещё далёком от гетто. Прошлась по улочке, провожаемая взглядами, и возле маленького магазинчика свернула во двор. Там, на лавочке, сидел пожилой мужчина в традиционной одежде. – Здравствуй, дедушка Тора, – не доходя пяти шагов, молодая женщина глубоко поклонилась. Старик посмотрел на это с интересом. – А, малышка Кику, – наконец, ответил он, и только после этого женщина выпрямилась, – давненько тебя не видели в этих краях. Кажется, с тех пор, как пропал без вести Мори-доно? «Всё знает, старый чёрт», – подумала Кику с чем-то, похожим на благоговейное восхищение в перемешку с ужасом. – «И ничего от него не скроешь». – Тебуро-то-сан очень переживал об утрате наследника. Беспокоился о семье. «Дедушка Торо» вдруг рассмеялся сухим, скрипучим смехом. – “Об утрате наследника” – это ты хорошо сказала. И жениха тебе искать начал, как только нормы приличия позволили, – старик взглянул исподлобья остро и внимательно. – Но пропасть без вести от Тебуро можно было только с его ведома… Выпьешь чая со стариком? – внезапно сменил он тему. – Давно не говорили с тобой. – Конечно, дедушка. Молодая женщина вынесла им из дома чай с кипятком и чашками, и Кику сама заварила его по всем правилам, сама разлила. Оба они хорошо умели говорить «о погоде», не переходя к серьёзным темам, но пытаясь просчитать собеседника. Правда, тут молодой женщине пришлось напрячь воспоминания об опыте обеих её личностей, чтобы и вежливость соблюсти, и сделать негласное заявление о намерениях, но не слишком прогнуться. Когда пришло время переходить к серьёзным разговорам, Кику лишь мимолётно пожаловалась на то, что семья Курода не помнит добра, сделанного им. В этот раз она не так тщательно замазывала ссадину на щеке, так что старик Тора прекрасно понял, о чём она. Кстати, говоря о добре, Кику не шутила: в настоящее время семья Курода считалась одной из самых богатых, а ведь пока был жив Огай, не были и в первой десятке. Отец её супруга, пока Кику не стала совершеннолетней, использовал деньги Огая, чтобы развить свой бизнес. Всё окупилось, и он вернул ровно столько, сколько взял, но фактом было, что он не получил бы больше, если бы не эти средства. – С опасными людьми твой муж сейчас ведёт дела, – невзначай отметил старик. – И он обидел их. Кику с пониманием кивнула. – Я не хочу чужого, дедушка Тора, – сказала женщина. – Пусть эти люди взыщут долги с семьи Курода, это справедливо. Прошу лишь о том, чтобы это было по справедливости. Легко обидеть женщину с ребёнком. Тора усмехнулся. – Что же ты не обратишься к своему защитнику? – Где это видано, чтобы покровитель приносил лишние проблемы тому, кому помогает? – Ох, малышка Кику, – рассмеялся старик, проницательно посмотрев на неё, – так вот ты какая! Женщина скромно опустила глаза. – Тебе повезло, малышка Кику, – заметил он, успокоившись. – Тебуро был без ума от твоего родного отца настолько, что добился согласия породниться. И тебе немало этой любви перепало. Тебуро готов был поставить тебя выше, чем собственного сына, да так и сделал, хоть это и было неразумно. Но если бы порода Огая не была так сильна, тебе было бы трудно устоять против Мори. – Я понимаю, – согласилась женщина. – Но я не стану единственной слабостью брата. – Конечно, нет, – показал в кривой усмешке зубы старик. – Ты выросла умной девочкой, значит, должна понимать, что от слабостей сын Тебуро будет избавляться. Помолчали. Кику размышляла о том, насколько было очевидным её желание не зависеть от Мори, не переходить ему дорогу при всей её привязанности. Может, в прошлом она была не так уж и не права, когда игнорировала намёк на встречу, предпочитая откупаться? Но теперь уже поздно – Огай не отступится от своего, это такая наследственная черта, и неважно, что Мори поменял имя с фамилией местами, когда заметал следы. Это ничего не меняло в его характере, точно таком же, как у отца. А если он поймёт, что наличие любимой сестры делает его слишком слабым, не замедлит и сам избавиться. И горевать по ней после будет очень искренне. В такой ситуации выход оставался один: получить максимальную пользу от их взаимной тяги друг другу, при этом не позволяя Мори приблизиться слишком близко. Стать такой престижной и приятной во всех смыслах прихотью, которая при этом ни на что не влияет. А после приложить усилия, чтобы обезопасить себя… и Осаму. Это было знакомо, так она делала с самого детства. – Я принял решение, – прервал молчание Тора. Кику подняла голову, встретившись взглядом с умными глазами. Черты лица старика заострились, сделав его похожим на хищную птицу. Женщина склонила голову. – Я передам твои слова партнёрам твоего мужа. Свою плату они возьмут сами, и ты не будешь мешать. Не беспокойся, – Тора усмехнулся, – вдову с ребёнком не обидят. А когда освободишься, представь меня всё-таки своему семейному врачу. В моём возрасте уже пора подумать о здоровье. – Благодарю вас, дедушка Тора, – только и ответила женщина. А что тут ещё можно было сказать? Поработать посредником, каким старик согласился побыть для самой Кику, – самое малое, что с неё могли спросить. Это необременительно и можно обернуть как услугу братцу, оказанную ради взаимной выгоды. Зато сама просьба многое говорила о положении Мори. Вряд ли старик захотел бы встречу с кем-то… неперспективным.

***

Домой Кику вернулась уставшая. Осаму к этому моменту уже поужинал, супруг не вернулся из командировки, так что женщина сидела с бокалом вина, и ничто не мешало её размышлениям. Как же раздражало, что, будучи фактически наследницей огромного состояния, она при этом не могла сама решать свои проблемы. Всё, что она делала, так это полагалась на милость окружающих её мужчин. Милость Мори, любезно позаботившегося о её комфорте, хотя – она была уверена – братца не затруднило бы вернуть себе причитающееся по праву. Милость старика Торы, известного посредника между кланами якудза и очень уважаемого ими. В конце концов, в перспективе она должна была начать полагаться на сына. Кику поджала губы. Ей нужна была собственная сила. Деньги могли выручить поначалу, именно это она и собиралась себе вернуть. Позаботиться, чтобы супруг не утянул их на дно, и перенаправить гнев якудза на его семью. В том, что клан Курода чистеньким не остался, Кику не сомневалась. Да и очень удачно, по здравому размышлению, всё для них сложилось. Но после того, как Кику освободится от бремени, нужны будут не только финансы, но и связи. Конечно, именно их восстановлением она сейчас занята, встречаясь то с одним, то с другим старым знакомым, но это всё было наследие приёмного отца. К тому же, женщина была не намерена проводить жизнь в планировании светских приёмов. Кику это не особо нравилось даже до получения новых воспоминаний, а теперь она и вовсе мечтала реализовать себя в чём-то другом. Женщина допила вино и запросила отчёт о том, как провёл свой день Осаму. Пора было исполнять обещания. И укреплять связи с собственным ребёнком. Как и ожидалось, отзывы о мальчике были сплошь положительными. Кику кивнула – это то, что она ожидала от правильной мотивации. Она, конечно, проверит, каким образом были достигнуты такие успехи, но сегодня безоговорочно приняла бы всё, кроме подкупа, сделанного ради облегчения жизни. – Добрый вечер, Осаму. Взъерошенный мальчик сидел на своей кровати, подогнув одну ногу, а вторую согнув в колене. В руках он держал одну из книг, что Кику оставила ему на столе прошлым вечером. Вторая книга тоже лежала на кровати, в ногах. Кику чуть заметно улыбнулась и похвалила себя за то, что предоставила мальчику возможность выбора. Увидев её, сын отложил книгу и поспешил встать: – Добрый вечер, матушка. Присядешь? – и быстро стрельнул глазами в сторону кровати, на пошедшее волнами покрывало. Вероятно, оценивал, согласится ли мама на такое или же это тоже будет слишком неприличным. Кику села. Достаточно близко, чтобы разговор можно было расценивать как доверительный, но всё ещё так, чтобы они не касались друг друга. – Как прошёл твой день? – начала она светскую беседу. Осаму закусил губу, но тут же опомнился и скопировал мамину вежливую улыбку. Кику слегка прищурилась. На самом деле, она просто искала общие темы для разговора, но, похоже, мальчик воспринял это как очередной экзамен. Что ж, она не видела ничего плохого в том, что сын потренируется с ней тому, как вести себя в обществе. Так что они обсудили погоду, уроки и мнение Осаму об узнанном в самых подходящих для этого словах. – Гораздо лучше, чем раньше, – справедливо похвалила мальчика Кику, а потом указала на книгу: – Тебе понравился мой подарок? Можно отвечать честно, а не вежливо. Осаму бросил на неё быстрый взгляд, полный сомнения, потом на книгу и снова на Кику. – Энциклопедия о том, как устроен мозг, интересная, – признался он. – Оказывается, есть так много того, что мы должны уметь контролировать, но не можем! Но книжка со сказками скучная, я слишком взрослый, чтобы такое читать, – с лёгким пренебрежением закончил он. Мальчик не смотрел на неё, как будто нисколько не беспокоился, но язык тела выдавал его. Он ждал её реакции. – Интересный выбор, Осаму. Возможно, ты пошёл в своего дядюшку Мори, который стал врачом, – едва заметно улыбнулась Кику и похвалила себя за то, что сегодня нашла другую книжку. – Хотя даже взрослые читают сказки, если они им нравятся. – Даже ты? – изумился ребёнок. – Иногда. Но если тебе нравится что-то другое, то попробуй эту, – Кику протянула ему книгу в бумажной обёртке. Раньше она сама очень любила истории о знаменитом детективе, расследующем дело с помощью дедуктивного метода. Только почему-то автор, название и имена героев отличались от тех, что ей помнились, но консультант в книжном с большим удовольствием помог ей найти нужное. Кику не слишком удивилась различиям. Мало ли, что было в её памяти о другой жизни ошибочным. Само наличие тех воспоминаний было странным, чтобы зацикливаться на мелочах. Осаму к новому подарку отнёсся двойственно. С одной стороны, он явно был рад тому, что мама сдержала обещание и проводит с ним время, с другой – опасался, что там очередная сказка. – Обязательно прочитаю, мама, – Осаму сверкнул хитрым взглядом и придумал, как перевести неудобную для него тему. – Ты никогда не рассказывала мне о дядюшке Мори. Он приходил к нам, когда я был маленьким? Почему он не навещает нас, как дедушка с бабушкой? Кику в задумчивости провела подушечками пальцев по губам. Как так вышло, что сын ничего не знает о семье своей матери? Родню со стороны Курода он знал неплохо, так почему же?.. Это нужно было исправить. – Что ж, это долгий рассказ, а вечер поздний. Почему бы тебе не приготовиться ко сну, чтобы после я могла начать? С постели мальчик слетел быстро, едва осознал, что получит свою первую в жизни не-сказку перед сном от мамы. Уже через несколько минут он стоял в пижаме, переминаясь с одной босой ноги на другую. Кику похлопала ладонью по кровати, и он очень быстро ввинтился под одеяло. – Очень хорошо, – сказала женщина. – Первое, что тебе нужно знать, это то, что твоя мама родилась не в Японии… Когда Осаму уснул, Кику накинула на него одеяло и вышла. Теперь мальчик будет готов к встрече с Мори, которого Кику описала очень неоднозначно. Акцент был сделан на то, что дядюшка Осаму очень умён, а потому опасен. Осаму порадовал её сознательным вопросом, может ли Мори отобрать у них имущество Огаев. По закону – мог лишь часть, что всё равно было бы ощутимо. Но Мори никогда бы не удовольствовался малым. Он забрал бы всё, если захотел. Осаму сосредоточенно кивнул, услышав это, и, кажется, воспринял как личный вызов.