Тень жизни

      «Два месяца прошло с той роковой ночи, когда мы сразились с Королевой Теней в Расщелине, а я всё никак не мог собраться с мыслями.       Сегодня большой день, но её рядом нет. Квили погибла в ту ночь, а меня оставили в живых. Сегодня мы должны были сыграть свадьбу, но вместо праздника жизни мне достался триумф смерти.       В этот день я проснулся рано и сразу покинул гостиницу «Каравелла» города Аластарю Мои ноги сами несли меня в ту сторону, куда я больше всего боялся попасть. Но именно там мне надлежало быть в этот день, ведь там я впервые встретил её.       В порту Аластара было немноголюдно, а крайняя правая пристань и вовсе пустовала. За исключением одного человека. Я не сразу увидел его, но, подойдя поближе, заметил силуэт, сидящий на том же месте, где я когда-то встретил Квили.       На мгновение мной завладела туманная надежда, и мои ноги быстро повели меня к последнему причалу. Но, чем ближе я подходил, тем больше угасала овладевшая мной иллюзия. Довольно скоро я понял, что силуэт принадлежит мужчине, и ещё через несколько шагов узнал его, разглядев его спину и затылок.       Он, как и я, не мог не оказаться здесь в этот день. Может быть, у него на это было больше прав, чем у меня.       - Привет, Марвин, - не очень громко сказал я, подойдя к нему со спины.       - Что ты здесь делаешь, Фалкон?       В своих руках он держал чёрную лилию и неотрывно смотрел на горизонт, как это делала она. Он мне казался таким невозмутимым в тот момент, хотя я и знал, что его душа, подобно моей, разрывается на части.       - Я пришёл сюда за тем же, зачем и ты, - спокойно ответил я, - Сегодня двадцать третье число первого месяца весны. Сегодня её День Рождения.       - Разве теперь это имеет значение? – со сдавленной злобой в голосе спросил он, - Её больше нет.       - Если мы с тобой пришли сюда сегодня, то это имеет значение для нас обоих.       Он издал глубокий вздох и замолчал. Лишь тогда я обратил внимание на мешок, привязанный к древку копья, лежавшего рядом. Мне тут же бросилась в глаза горная сталь – я не мог перепутать оружие Рамальда.       - Не нужно этого делать, Марвин, - пытался я его вразумить.       - Не трудись, Фалкон, - ответил он, - Ты виноват в том, что мы пошли туда, но ты не виновен в её смерти. Теперь это только между мной и Азраилом. У меня не осталось выбора, и я пришёл сюда, чтобы попрощаться       С этими словами Марвин осторожно бросил лилию в воду и встал, протянув руку к своему походному мешку.       - Марв, мы оба её потеряли в тот день, - не отступал я, - Мне также тяжело, и я понимаю твою боль.       - Это уже не имеет значения.       Марвин быстрым шагом прошёл мимо меня. Я хотел его остановить. Хотел сказать что-то вслед, но не смог. Да и, наверное, никто бы не смог заставить его остановиться – таков был Марвин.       Я провожал его взглядом, не отрываясь от алых пятен на лезвии копья Рамальда, пока мой собеседник не скрылся за поворотом с причала. После этого мои глаза устремились в море. Оно было таким спокойным и бескрайним, что я не смог более сдерживать свою печаль.       Упав на колени на краю причала, я едва слышно прошептал:       - Квили… Мне так тебя не хватает…»       2 года спустя.       Город Гринд – небольшой городок на границе Равнин и Королевства Теней. Он раньше принадлежал к области нашей страны, объединённой вокруг Веласкеса. Но теперь Веласкес захвачен Королевой Сафити вместе с практически всей прилегающей территорией, за исключением небольшого кусочка земли, где и находился Гринд.       С окончания двухлетней войны он перешёл под контроль Фарвола, но крайне слабо подчинялся законам Равнин. Оттого он так сильно привлекал разных наёмников и охотников за удачей. Именно в этом городе два месяца назад был подписан мирный договор между Равнинами и Королевством Теней. Такой “тихий и спокойный” городок.       Я оказался в Гринде случайно. После моего прощания с Марвином в Аластаре я нанялся в военный отряд. На следующий же день мы выдвинулись из столицы на фронт, где заняли позицию возле Веласкеса. Тогда война только набирала обороты.       Приближалось лето, а в эту пору бои всегда самые жаркие. Несколько месяцев я не видел врага в лицо, но мне попадались лагеря с раненными, которые рассказывали мне об ужасах, происходящих на фронте. Бесчисленная армия теней атаковала по всем направлениям, нанося поражение за поражением силам Равнин на Западе, Южным Королевствам на Юге, объединённым войскам горцев и варангов на Севере, и даже уничтожили некоторые племена варваров в Диких Землях на Востоке, заняв принадлежавшие им территории.       Наш отряд был приквартирован к королевской гвардии, поэтому мы не вступали в бой до зимы, когда отбили отчаянную попытку теней осадить Веласкес. В ту пору в войне возникло небольшое затишье. Король Эредар и Лорды Равнин приняли решение переждать зиму. Это было роковой ошибкой       С первыми днями весны армия теней ударила с новыми силами, уже завершив военные компании на Востоке и Юге, нацелив основной удар на Веласкес. Осада была кровавой с обеих сторон, но победа осталась за тенями. Веласкес пал, и силы Равнин отошли к границам Фарвола и Киртила.       Зимой завершилась война теней на Севере. На нашем же фронте всю холодную пору велись лишь мелкие сражения, и ни одна из сторон не продвигалась вперёд. Самопровозглашённое Королевство Теней добилось своих целей, и в первые дни весны был подписан мирный договор. Война закончилась.       С завершением конфликта мой отряд распустили, и я остался скитаться по границе ещё некоторое время. Не знаю, что именно я хотел там найти, но ноги привели меня в Гринд в один очень значимый день. Может быть, я хотел найти отчаянный отряд наёмников, чтобы продолжить свою личную вендетту, а может, я рассчитывал случайно встретить там Марвина и сохранить свою последнюю связь с Квили.       Как бы то не было, я шёл по улицам города Гринд в один из последних дней весны. В тот вечер город был аномально безлюдным даже для позднего времени. Это довольно просто объяснялось статуей Короля Эредара на главной площади, которую пронзили мечом из "сапфировой" стали.       Из этого материала ковали своё оружие воины из тайной группировки, образовавшейся во время войны. Она служила правительнице Королевства Теней - Сафити. Так называла себя колдунья, призвавшая армию теней в наш мир.       Тайная группировка, или лучше сказать орден, носила имя "Сапфировые клинки" и наводила ужас на города и деревни вдоль границ своего государства. Клинки отличались тем, что действовали точно и стремительно, поражая все намеченные цели, с минимальными сопутствующими жертвами как для себя, так и для врагов. Хотя орден и умел прекрасно запугивать противника, их основной задачей было устранение отдельных лиц. За период войны несколько десятков выдающихся офицеров и Лорд Веласкеса, Кристиан, встретили свою смерть от "сапфирового" меча. Во многом орден способствовал победе своей Королевы и преждевременному завершению конфликта.       "Сапфировые клинки" всегда действовали куда менее кроваво, чем регулярная армия теней, но они значительно эффективнее справлялись с ослаблением и уничтожением военной силы противника. Отличительным знаком Клинков было то, что они выставляли свою работу напоказ. За день до штурма Веласкеса на главной площади города пронзили статую Лорда Кристиана, и в полночь правителя города настигла смерть. С первыми лучами солнца его тело нашли возле той самой статуи, и, одновременно с этим, армия теней начала наступление. Таким же методом орден предупредил жителей Гринда - это их визитная карточка.       Приближаясь к главной площади, я ещё издали увидел сияющий меч, пробивший статую насквозь. Подойдя вплотную, я обратил внимание на то, что лезвие было великолепно заточено и вошло в камень, ка в масло, не оставив каких-либо трещин. Грозное и смертоносное оружие.       Отведя взгляд от "сапфирового" меча, я бегло оглядел площадь - ни души. До полуночи оставалось ещё чуть менее двух часов, а именно в это время Клинки наносят удар, но улицы уже пустовали. Все прилавки, стоящие по периметру прямоугольной площади, были накрыты или заколочены. Свет в окнах, пересекающихся здесь двух центральных улиц, не горел. На главной площади был только я, в компании пронзённой статуи.       Она в несколько раз превышала Короля ростом, что не свойственно такому маленькому города, но не передавала и половины величия Эредара. Статуя изображала его намного более молодым, чем было на тот период, но именно таковым наш лидер запечатлился в сознании своего народа.       В те времена Эредак, как и простой солдат, имел короткую стрижку, но позволял себе отпускать небольшую бороду. Он никогда не носил шлема, за что его многие осуждали, но Королю не было до этого дела, ведь таков его дух - не скрывать своего лица перед любой опасностью.       В последнее время именно статуи Короля становились мишенью "Сапфировых клинков", отчего среди простого люда пошла молва о том, что на Эредара готовится покушение. Кто-то считает эту угрозу реальной, но я придерживаюсь мнения, что это не более чем провокация. Клинки никогда не заходили на территорию Равнин дальше пограничных городов. Особенно после окончания войны.       После службы на границе я завёл множество знакомых среди наёмников. От них мне не раз приходилось слышать о том, что "сапфировые" мечи на чёрном рынке стоят целое состояние. Однако на площади не было ни одного желающего вытащить клинок из статуи. И на то есть причины.       "Сапфировые клинки" всегда возвращают своё оружие. Если кому-нибудь удавалось украсть такой меч или убить Клинка, возымев редкую драгоценность, то этих людей непременно находили. "Сапфировые клинки" не знали пощади и неизменно казнили всех воров и мародёров.       Возможно, раньше я бы смог рискнуть и, забрав этот меч из статуи, встретиться лицом к лицу с мистическими убийцами. Но после смерти Квили я потерял желание следовать за своей детской мечтой. Без неё это не имело значения. Без неё я остался один.       Со дня нашей безрассудной миссии прошло два года и семьдесят два дня. За это время армия теней получила огромное влияние в мире, одержав множество побед в войнах с живыми. Власти Равнин, Южных Королевств, Северных племён и Восточной Империи признали появление нового независимого Королевства Теней, закрепив их границы, а Королеву Сафити утвердили его полноправным монархом.       Теперь в её власти находится обширная территория, не уступающая по размерам Восточной Империи. Королеве Теней удалось добиться также и высокого веса на политической арене и наладить торговлю с Югом и Востоком. Военная мощь её державы была одной из самых крупных в мире, а народ фанатично подчинялся своей Госпоже, проявляя невероятное единство всей страны. Ни одно государство не могло противостоять этой силе, и всем приходилось считаться с мнением Королевы Сафити.       Прошло немногим больше двух лет, но, как она и гласила в тот роковой день, пришёл новый порядок.       Оставив статую Короля Эредара нетронутой, я медленно пошёл дальше по центральной улице, вдоль неосвещённых окон. В потёмках я достиг разветвляющейся дороги и повернул направо, где увидел единственный в округе свет.       Это была небольшая таверна в два этажа, из которой раздавался шум. Я бы не обратил на него внимания, но чётко различил в нём жалобный крик человека, страдающего от пыток. Прежний я громогласно заговорил во мне, заставив меня подойти к дубовым дверям таверны. Моя рука плавно опустилась на гладкую ручку, и я машинально потянул её на себя.       В лицо мне сразу ударил яркий свет, и мой нос уловил мощный запах хмеля. Хотя весь город и затаился на эту ночь, некоторые заведения никогда не пустеют. В таверне было около тридцати человек, и пятеро из них стояли в дальнем левом углу, измываясь над каким-то стариком.       Прямо напротив входа стояла барная стойка, за которой орудовал хозяин заведения. В стороны таверны уходили столики, предназначенные для клиентов. В дальнем правом углу находилась старая лестница, ведущая на второй этаж.       Казалось, никто в таверне не обращал внимания на старика, которого пытали пять человек. Он долго и отчаянно сопротивлялся, но его мучители были безжалостны. Его били кастетами и прикладывали раскалённое железо к его коже. От криков старика я невольно опустил руку на рукоять меча м сделал шаг в их направлении.       Все взгляды внезапно обратились ко мне и были они отнюдь не дружелюбными. Тут до меня дошло, что на мом плаще герб короля, а моё оружие - стандартный пехотный меч Равнинной армии. В этом городе не чтят представителей закона и военных, а именно таковым, пусть и бывшим, я и являлся. Воцарилась тишина, разбавляемая моими шагами к барной стойке и стонами старика.       Я плавно убрал руку с меча и, остановившись положил её на столешницу перед хозяином таверны. Он сильнее всех прочих прожигал меня взглядом, явно опасаясь, что я могу создать неприятности для его заведения.       - Что Вам угодно? - обратился он ко мне с притворной вежливостью.       Бросив коротки взгляд на компанию в углу, я посмотрел прямо в глаза на хозяина таверны. Проделав старый трюк, которому меня обучил Молчун, я перевернул ладонь - в ней оказалась серебряная монета с изображением Короля Эредара.       - Только отдохнуть в тепле, - ответил я, протягивая монету собеседнику, - Надеюсь, я попал в нужное место.       - Безусловно, - молниеносно проговорил бармен, подозрительность которого бесследно исчезла, едва он увидел деньги.       Со своей фирменной улыбкой владелец заведения наполнил элем деревянную кружку, объёмом в пинту, и, пожелав мне приятного вечера, пододвинул её к моей ладони, с которой ловко забрал серебряную монету. С этого момента внимание ко мне начало ослабевать, и я спокойно сел за барной стойкой, опустив пальцы левой руки на предложенную мне кружку. Я не притронулся к элю, но для вида приложил сосуд к губам, стараясь слиться с обстановкой.       Через пару минут интерес ко мне исчерпался, и таверна продолжила жить своей жизнью. Среди посетителей данного заведения было много наёмников, разбойников и парочка местных завсегдатаев. Охотников за наживой в этих людях выдавало их снаряжение, характерная одежда и наколки на руках, которые они демонстративно оголяли.       В таверне возобновились её привычные разговоры, создавая соответствующий поток шума. Продолжилась и застывшая в углу сцена, на которую я искоса поглядывал.       Старик долго сопротивлялся, удостаивая своих мучителей лишь стонами, а они отчаянно желали получить от него что-то ещё. Я хотел помочь этому человеку, но моё вмешательство в данный момент могло только усугубить ситуацию.       Прошло ещё около двух минут, но это время тянулось для меня намного дольше. В конце концов старик сдался и прошептал что-то на ухо одному из людей, пытавших его. Он, выслушав жертву, махнул рукой своим товарищам, и те, схватив пленного под руки, потащили его в сторону выхода.       В этот момент я поставил кружку на стойку, и встав со стула и направился к центру таверны, оказавшись на пути этой компании. Они пытались обойти меня, но я отшагнул в сторону, вновь преградив им дорогу.       - Прочь с дороги! - повысив голос, сказал тот из них, кто, по-видимому, был в их шайке главным.       Меня обдало сильным запахом хмеля, и я невольно сделал полшага назад.       - Отпустите его, - холодно сказал я, замерев на месте.       - Этого не будет, - грозно поддержал второй своего товарища, - Уйди с дороги и останешься цел.       Этот был самым буйным из них и, нервно сжимая в своей руке кинжал, не сводил с меня глаз. Всего я насчитал у этой компании лишь два кинжала и три кастета на пятерых человек. Это оружие едва ли могло пробить мою кольчугу, скрываемую под накидкой. К тому же, эти ребята не создавали впечатление опытных воинов. Особенно, в таком состоянии.       - Что он вам сделал? - спросил я, демонстративно опустив руку на своё оружие.       Мой голос звучал так же спокойно и уверенно, но внутри я испытывал волнение настолько, что мне пришлось впиться в свой меч пальцами, чтобы не выдать себя.       Не смотря на то, что на моих собеседников слова практически не оказали влияния, их услышали другие. Хозяин таверны, наверное, оставался единственным трезвым человеком в данном заведении и не желал разжигать конфликт. По крайней мере, не в его помещении.       - Давайте все успокоимся! - выкрикивал он, перепрыгнув через барную стойку, и, встав между мной и этой компанией, добавил, - Не нужно затевать конфликт.       Удостоверившись, что его посетители не собираются лезть в драку, он повернулся ко мне. Это был невысокий человек и смотрел он на меня снизу-вверх взглядом опытного торговца, которым он одаряет своих клиентов из-за барной стойки.       - За этим человеком идут тени, - сказал он мне, - Он нужен "Сапфировым клинкам". Они угрожают всему городу, если мы не отдадим его им.       Вступать в конфронтацию мне не хотелось, но и оставить старика на растерзание теней я не мог. Поэтому я, сменив тон на более деликатный и вежливый, попытался пойти на компромисс.       - Отпустите его. Я сам поговорю со стариком и, если потребуется, лично передам его "Сапфировым клинкам"...       Самый буйный из этой шайки не дождался, когда я договорю, и резко рванул в мою сторону, замахнувшись кинжалом. Трезвый человек ни за что не стал бы так широко бить столь коротким оружием, но мне повезло, что этот был в стельку пьян. Я встретил соперника на замахе ударом рукояти своего меча, резко вытащив его из ножен. Я попал точно в солнечное сплетение, и мой противник повалился на колени, сдавленно кашляя. Прежде чем он успел опомниться, второй удар, пришедший ему в правый висок, вырубил его.       Хозяин таверны тут же ретировался к барной стойке, а остальные члены компании ошарашенно переглянулись. Эффект, произведённый на них моими действиями в бою, продержался несколько секунд, но страх перед "Сапфировыми клинками" вновь взял над ними верх.       Отпустив старика, они достали своё оружие и медленно направились в мою сторону, осторожно меня окружая. Я принял изготовку к бою, выставив меч вперёд и внимательно следил глазами за своими противниками. Один против четырёх - я вновь нашёл неравную схватку.       Но меня это не пугало. Я сражался как человек, которому нечего терять, а, следовательно, и бояться нечего. Это чувство возникло у меня после разговора с Марвином в порту Аластара и с тех пор не покидало меня на протяжении всей войны.       В ту ночь, в таверне, оно вновь активизировалась, предав мне сил в драке. Первым меня атаковал тот мужик, чего зашёл ко мне за спину. Я рискнул и пошёл на опережение, ударив его локтем с разворота в челюсть. Моего соперника пошатнуло, и он едва устоял на ногах. Мне не составило проблем повалить его на пол резкой подсечкой, после чего я тут же повернулся обратно к первому противнику.       Он уже успел отойти немного назад, но мой меч всё-таки дотянуться до него. Я не хотел никого убивать, поэтому ударил лезвием плашмя, попав по левой ключице. Главарь банды взвыл от боли и стал пятиться назад, показательно бросив кинжал на пол таверны. Оставшиеся его товарищи последовали его примеру, и я с облегчением опустил меч, внутренне празднуя победу.       Меня пригрела мысль, что я всё ещё способен одолеть пару разбойников без проблем, не смотря на то, что уже давно не брался за меч. С чувством собственной важности прошёл между ними к обессилившему старику и, взяв его за руку, попытался поднять его с пола.       - Я заберу этого человека и уйду, - спокойно сказал я, отдёрнув старика в сторону выхода.       Но он сильно сопротивлялся моим действиям, и, теряя время, я заметил, как половина посетителей таверны повставали со своих мест и медленно пошли в мою сторону, на ходу обнажая оружие. Ситуация накалялась, и мне пришлось ускориться в надежде выбраться живым из этого заведения.       Я схватил старика за шиворот и буквально силой тащил его к выходу. Сначала я решил, что ему тяжело идти из-за ран, но его сопротивление усиливалось с каждой секундой. Едва я подтащил его на два метра к дверям, как старик впился зубами мне в палец.       - Да что с тобой? - воскликнул я, невольно отпустив пленника и отдёрнув руку, - Они же убьют тебя!       Потряхивая свою кисть от боли, я непроизвольно взглянул в глаза старика, полные отчаяния. Я отчётливого видел в них сильную скорбь, горящую в огне не менее сильного стыда. Он не желал быть спасённым и чурался меня, отползая обратно к своим мучителям.       - Это то, что я заслужил, - негромко, но отчётливо ответил старик, - Я предал своих товарищей и свою страну. Мне нет прощения. А это, - сказал он, обведя рукой вокруг себя и указав на своих пленителей, - Это моя расплата.       В его голосе звучала полная уверенность в своих словах, и мне было его не переубедить. Осторожно подняв меч перед собой лезвием вниз, я медленно убрал его в ножны, показывая тем самым окружившим меня посетителям таверны, что не желаю продолжать наше противостояние. Никто не помешал мне спокойно добраться до выхода и благополучно покинуть данное заведение.       Едва оказавшись на улице, я вздохнул с облегчением, и по моему телу пробежала дрожь. Шум в таверне возобновился, и никто не вышел вслед за мной. Прождав с пару минут, я убедился, что в этом заведении всё продолжает идти своим чередом, словно меня и не было, и смог вновь совладать с самим собой.       Повинуясь моему желанию оказаться как можно дальше от этого места, ноги резко понесли меня в произвольном направлении. Но едва я отдалился от таверны, как пульсирующая боль в пальце напомнила мне о старике, усиливаясь с каждым моим шагом. В тот момент в моей голове зазвучал голос Квили, являвшийся мне лишь в самые тяжёлые дни этой беспощадной войны.       Она говорила мне о том, что я не должен был отпускать этого бедного старца. Что я его бросил. И у неё было право так говорить, ведь я чувствовал тоже самое и раскаивался перед ней.       Лилиан погибла больше двух лет назад, но её голос по-прежнему оставался в моей памяти неизменным. Прошло так много времени, но её власть надо мной не ослабевала. Скорее всего, этого никогда не случится.       Мои ноги неосознанно вели меня из таверны той же дорогой, которой я к ней пришёл. Весь путь я не переставал вести внутренний диалог с Квили. Её советы, её жесты, её характер - до чего же точны они были в моей памяти, но с каждым днём их доподлинность ослабевала в мелочах. Больше всего я боялся, что когда-нибудь Лилиан вовсе перестанет звучать в моих мыслях, или её образ окончательно переменится, и она перестанет быть той самой девушкой, которую я встретил в порту Аластара.       Мой разговор с совестью оборвался, когда я вдруг увидел ту самую статую Короля Эредара, стоявшей в ста шагах впереди меня. Именно здесь жители Гринда должны были передать пленника "Сапфировым клинкам".       - Так вот чего ты от меня хочешь, - тихо сказал я с лёгкой улыбкой и пошёл дальше.       Однако не успел я ступить и пяти шагов, как почувствовал на себе чей-то враждебный взгляд. Моё чутьё ещё никогда меня не подводило, и я стал замедлять движения. Ощущение слежки лишь усиливалось, и мои глаза своевольно обежали по ближайшим переулкам. Замедляясь всё сильнее, я остановился и стал снимать походный мешок со спины, якобы проверяя свои припасы. Взглядом я продолжал искать своего незримого противника в тени, не выдавая собственного замысла.       Простояв на месте около минуты, я готовился уже двинуться дальше, закидывая походный мешок обратно на спину. Надев одну лямку, я вдруг уловил взглядом резкое и бесшумное движение в переулке справа и немного позади меня.       Моя рука медленно и незаметно опустилась к мечу, в то время, как я плавно стал одевать вторую лямку. Незримый противник подходил ближе, в то время как мои глаза разглядели его тень. Я поджидал, заманивая соперника в западню, и осторожно вынимал меч из ножен.       Вот он был уже в двух шагах от меня. В одном шаге. Раз! И я резко развернулся, ударив противника мечом, а мой мешок повалился на землю. Мою внезапную атаку твёрдо встретило сияющее лезвие, отливающее голубым и синим цветами. Такой удар отразить было крайне сложно, и хоть этот воин и пошатнулся, но он проявил высокий уровень мастерства в фехтовании.       Мой противник был высокого роста и хорошо сложен. На нём красовалась лёгкая броня в тёмных тонах с чёрными одеждами, сливая его с мраком ночи. Воин стоял в твёрдой боевой стойке, крепко сжимая свой сапфировый меч. Именно тогда я впервые подумал, как они прячут такие клинки в темноте.       - "Сапфировые клинки", значит? - сказал я с лёгкой насмешкой, - Впервые вижу воина из числа ваших.       - Наших, как правило, только раз и видят, - ответил он, явно удовлетворившись тем, что я узнал его орден.       Словно дожидаясь лишь этих слов, Клинок резко оттолкнул мой меч в сторону и пошёл в наступление. Я не ошибся - он был искусным воином, а его удары отточены до самого незначительного движения.       Едва отражая его выпады, я неизменно пятился назад, получая всё новые и новые порезы или уколы. Удар верхом, в район шеи - я попытался контратаковать, но мой противник изящно отвёл меч влево и резким движением своего клинка вправо задел мою правую ногу, чуть выше колена.       Я и на пике своего мастерства с трудом смог бы составить конкуренцию этому воину, а сейчас мои навыки несколько ослабли. Однако, жизнь в рядах солдат и наёмников научила меня паре полезных трюков, которые не раз выручали меня на войне. В тот момент мне был крайне необходим один из них.       Нарочно ошибившись в обороне, я подпустил Клинка почти вплотную. Наши мечи были отведены в сторону, влево от меня, и мы в упор смотрели друг другу в глаза. Я тут же попытался ударить противника локтем правой руки в челюсть, чтобы не дать ему меня перехитрить.       Клинок подал немного назад и, увернувшись, сразу поймал меня под руку, после чего протолкнул её, двинув меня по инерции. Я оказался развёрнутым спиной к врагу.       Воин незамедлительно воспользовался ситуацией и, сбросив мой меч, направил лезвие своего клинка прямо к моему горлу. Быстрые рефлексы спасли меня на этот раз - неосознанно подняв вверх правую руку, в которой я держал оружие, я подставил рукоять меня на пути клинка противника, чудом сохранив свою голову на плечах.       Клинок не растерялся и, схватив меня левой рукой за горло, прижал к себе и обездвижил мою голову, постепенно притягивая к ней свой меч. Не смотря на крайнюю опасность для жизни, мой план удался - я оказался вплотную к противнику. Но действовать нужно было очень быстро       Ситуация складывалось плачевна для меня, и я не знал, что случится раньше - я потеряю сознание от удушения, или Клинок перережет мне горло. И мне надлежало оказаться быстрее, если я хотел остаться в числе живых.       Мой соперник не чувствовал усталости и не испытывал боли, что укрепляло его преимущество в нашей схватке. Не знаю, сколько бы я смог протянуть, но, к счастью, не пришлось этого испытывать. Свободной левой рукой я быстро вытащил закреплённый на поясе кинжал и резко вонзил его в ногу Клинка.       Хватка моего противника ослабла, и я смог вздохнуть полной грудью. Не замедлившись, моя рука сразу вытащила кинжал и с большей силой ударила чуть выше первой раны, в район бедра. Клинок слегка завалился на левый бок.       Воспользовавшись слабостью своего противника, я резко отбросил его меч и ударил по его переносице затылком. Клинок отпрянул назад и ещё сильнее прогнулся от зияющей раны на ноге. Схватив меч двумя руками, я ударил соперника с разворота. Он проявил необычайную ловкость, успев сблокировать атаку, но в тот момент ноги его пошатнулись, и Клинок упал на каменную дорогу.       Сразу было заметно, что этого воина учились сражаться до последнего. Как только Клинок повалился на землю, он тут же опёрся на левую руку и приподнялся, пытаясь продолжить поединок. Но мой меч был уже у его горла.       - Видимо, я не попадаю в число тех, кто "обычно" видит ваших, - слегка запыхавшись, проговорил я с улыбкой.       Клинок, признав своё поражение, осторожно положил меч на дорогу. И в мирном жесте выставил руки вперёд. Я слегка наклонил голову в ответ, приняв капитуляцию противника, и медленно пододвинул к себе его оружие ногой. Мой соперник молчал и не шевелился, видимо, ожидая как я поступлю.       В его глазах я видел пустоту, которая живёт во взгляде каждой тени. В них не было ни страха, ни гнева, ни раскаяния - эти чувства не знакомы мёртвым. Я не знал, как именно распорядиться пленным, но что-то где-то мне подсказывало, что он ничего мне не расскажет.       Ведя зрительный контакт с Клинком, я осторожно вернул свой меч в ножны и поднял с земли его оружие. Сапфировое лезвие вблизи выглядело ещё поразительнее, чем в статуе Эредара. Оно имело очень ровную форму и красиво переливалось синими красками - самое элегантное оружие, которое я видел. Не смотря на скудный эфес и невзрачную обмотанную рукоять, этот клинок вполне заслуживал быть в руке Короля.       - И как мне с тобой поступить? - спросил я своего сражённого противника, переведя взгляд с меча на него.       - Как хочешь, - раздался грозный, отчасти знакомый голос позади меня.       Моя небольшая эйфория от победы разом исчезла. Всего меня окутало лишь одно чувство, добравшееся до самых отдалённых уголков моей души - ужас. Лишь раз в жизни я ощущал такое - при встрече с Первым Рыцарем, Тёмный Ангелом Азраилом. Я знал, что именно его увижу, если развернусь, но не мог этого сделать.       Его аура приковала меня к месту и лишила дара речи. Словно под дурманом я едва мог контролировать свои слова и движения, как и в ту роковую ночь. Тогда я бежал, поддавшись ужасу, а должен был умереть за неё.       В ту ночь Марвин сбежал вместе со мной. Нас обоих снедало чувство стыда, и он не смог с ним жить. Скорее всего, Марв нашёл Тёмного Ангела - он всегда шёл к своей цели до конца. И, видимо, в конце пути его ждала смерть от той же руки, что забрала у нас Квили. Я думал, что в тот день пришёл мой черёд, и видел в этом самый логичный конец своей истории.       Не знаю, сколько я безмолвно стоял в ожидании смерти - время замерло для меня в ту минуту. Мои ноги очень медленно перемещались по мощёной дороге, шаг за шагом поворачивая меня к Рыцарю Смерти. Хотя мне и удалось с большим усилием развернуться, но мой взгляд тут же упал вниз, на ноги Тёмного Ангела, и я не видел его лица.       Стоя перед ним как провинившийся ребёнок, я чувствовал, как ужас отступает. Во мне разгорались злость и страх, который только укреплял первое чувство. Гнев наполнял меня так же быстро, как это делал отступающий в данный момент ужас, и мой взгляд стал подниматься вверх.       Я видел ту самую чёрную непробиваемую броню, тот же меч, рассекающий любой металл, как масло, и тот же щит с гербом его Королевы, обделанный шипами по контуру. И, наконец, его шлем цилиндрической формы с выемкой, повторяющей контуры его лица, и разрезами для глаз. Его неизменно украшали малые загнутые крылья, ответвляющиеся в стороны, и небольшое кольцо на закругленной верхушке, представляющее собой разбитый нимб. Я смотрел в его глаза и жаждал его смерти.       - Поразительно, - вдруг сказал он, - Очень немногие могут сопротивляться моей силе, но у тебя это получилось.       Я не ответил. Злость разрывала меня, и моя рука сильнее сжала рукоять сапфирового меча. Я представлял, как пронзаю его насквозь, отрубаю ему голову и потрошу на мелкие куски его тело. Но я знал, что не смогу причинить ему никакого вреда.       - Я догадываюсь, о чём ты думаешь, Фалкон, - продолжил Азраил, - Ты жаждешь вонзить свой меч мне в сердце, не так ли? Именно так я убил её.       Я чувствовал в его голосе насмешку, и от этого гнев только усиливался. По-прежнему, не сказав ни единого слова, я с трудом удержал свою злость, смотря прямо в глаза Рыцарю Смерти.       - Да! Я чувствую твой гнев! - теперь уже с явной насмешкой говорил Тёмный Ангел, - Это могущественное чувство, и я знаю, что ты хочешь им воспользоваться. Я вижу это в твоих глазах, - он промолчал с полминуты, пристально смотря на меня, - Да... Это так. А что если я дам тебе шанс отомстить за неё? - Азраил развёл руки в стороны, и его кираса исчезла, - Давай! Сделай это!       Я знал, что был какой-то подвох, но не думал в тот момент. Ни секунды не колеблясь, я вонзил сапфировое лезвие в грудь Тёмного Ангела. Туда, где должно быть сердце. Но Азраил не почувствовал моего удара - он лишь рассмеялся.       - Неужели ты этого не ждал? - насмешливо спросил Рыцарь Смерти, - Как же ты хотел убить меня, если я бессмертен?       Я резко вытащил свой меч и увидел, как его рана резко затянулась. Он был здесь, прямо передо мной, но я не мог его убить - я не знал как. Беспомощно стоя перед ним и слыша его смех, я поддался второму порыву гнева и опять пронзил своего врага. Потом ещё раз. И ещё. В ответ Азраил оттолкнул меня с такой силой, что я отлетел к памятнику Эредара, врезавшись спиной в постамент.       - Ты хороший боец, Фалкон, - сказал Тёмный Ангел, медленно шагая в мою сторону, - Ты долго не упражнялся, но смог одолеть одного из моих Клинков. А ведь они у меня профессиональные убийцы. Вот он, - Рыцарь смерти повернулся и указал пальцем на раненного мною воина, - Подавал большие надежды, и ему пророчили большое будущее в ордене. А теперь посмотри на него - его судьба в твоих руках, - Азраил многозначительно посмотрел на меня и спросил, - Что ты выберешь, Фалкон: жизнь или смерть.       Я бросил взгляд на Клинка - он смотрел на меня своими пустыми глазами, и в них читалось полное безразличие к происходящему. Этот воин уже давно готов отдать жизнь за своих господ. Вот что такое безвольное подчинение теней.       - Жизнь, - коротко ответил я, поднявшись на ноги.       - Он хотел убить тебя, не зная, кто ты и зачем пришёл, и не стал бы щадить тебя на твоём месте, - сказал Азраили, смотря то на меня, то на Клинка, - И почему же ты оставляешь ему жизнь.       - Солдату должно погибать на поле боя, - ответил я, - Я не желаю, чтобы он умер как раненный зверь.       - Он не солдат, а убийца, - покачал головой Тёмный Ангел, - Законы чести ему не знакомы.       - Всё-равно, - отрезал я, - Воину не к лицу погибать смертью труса.       - Что ж... - протянул Азраил, - Это твой выбор.       Рыцарь Смерти щёлкнул пальцами, и из темноты вышли два Клинка с носилками. Они подошли к своему боевому товарищу и, наложив жгут на раненную ногу, осторожно его погрузили. Когда Клинка уносили, я поймал на себе его пустой взгляд, но увидел в нём что-то похожее на благодарность, и это меня озадачило.       - Сильный и милосердный, - проговорил Азраил, увидев, как я смотрю на Клинка, - Ты мог бы далеко пойти, Фалкон. Жаль, что ты так бесцельно проживаешь свою жизнь.       - Что ты пытаешься этим сказать? - спросил я, чувствуя, как злость вновь овладевает мной.       Только тогда я увидел в его руке сапфировый меч вместо чёрной сабли. Я не заметил, когда Тёмный Ангел взял его. Видимо, в тот момент, когда швырнул меня к постаменту.       - Отличное оружие, - заключил Азраил, прокрутив меч в руке, - Хочешь таким обладать? Я вижу для тебя большие перспективы в "Сапфировых клинках".       - Я не понимаю, - в смятении сказал я, - Почему ты зовёшь меня в свой орден?       Он подошёл ко мне и протянул сапфировый меч рукоятью вперёд. Хотя моя рука инстинктивно дёрнулась к клинку, я отрицательно покачал головой.       - Видишь ли... - начал Азраил, но тут же отвлёкся на шум, доносящийся с дороги, ведущей к таверне, в которой я недавно находился, - Похоже, у местных жителей для меня подарок. Продолжим этот разговор немного позже, Фалкон.       Рыцарь Смерти повернулся лицом к толпе, показавшейся из-за поворота, и медленно пошёл в её сторону. Я сразу разглядел в этой группе пленника и узнал людей, пытавших его в таверне. Картина обрела для меня смысл.       - Зачем тебе старик? - спросил я Азраила вдогонку.       - Зачем? - с лёгким изумлением переспросил он, - Ты давно уже должен был это понять. Этот старик является важным звеном в цепи на нашем пути к Королю.       - К Королю Эредару? - с едва скрываемым ужасом выдавил я из себя.       Тёмный Ангел не ответил, а лишь улыбнулся и, развернувшись, продолжил движение навстречу толпе. Я не хотел верить в очевидное. Война закончилась полгода назад, и Королева Теней получила то, что хотела. Но почему тени продолжают сражаться? Почему "Сапфировые клинки" хотят убить Короля?       Я не мог представить себе Равнины без Эредара. Он был символом всех достижений нашей страны, всех её побед в мире и на войне, всех перемен в лучшую сторону. Без Эредара Лорды разделят власть между собой и погрузят страну в междоусобицу. У Короля нет наследника и некому законно перенять его трон. Его смерти нельзя было допустить.       Азраил подошёл к толпе, и горожане застыли в нескольких метрах от него, беспомощно переглядываясь друг с другом. Никто из них не мог заговорить с Тёмным Ангелом, и каждый пытался перекинуть эту обязанность на другого.       - Я жду, - грозно и протяжно сказал Азраил.       Толпа вздрогнула от этих слов, и горожане вновь стали испуганно переглядываться. Их ужас только усилился, когда из тени переулков одновременно появились около дюжины Клинков.       - Вот! - выкрикнул громче, чем было нужно, один из горожан, вытолкнув старика вперёд, - Это его Вы искали.       - Безусловно, - мягко ответил Рыцарь Смерти, жестом указав Клинкам на пленника, - Это тот самый человек.       Воины Азраила вдвоём подошли к старику и, взяв его под руки, отвели за спину своему командиру. Всё это время толпа замерла в ожидании, и все опасливо поглядывали на Тёмного Ангела.       - Это всё? - с трудом выдавил из себя другой местный житель, - Теперь вы пощадите наш город?       - Таков был уговор, - спокойно сказал Азраил, - А я всегда держу своё слово.       После своих слов Тёмный Ангел слегка кивнул горожанам в знак того, что они свободны. Толпа тут же развернулась и направилась прочь. Местные жители небыстрыми нервными шагами отдалились от площади метров на двадцать, и резко разбежались в разные стороны, толкаясь и стараясь как можно быстрее исчезнуть из поля зрения Рыцаря Смерти.       Когда последний из них скрылся за поворотом, Азраил повернулся к пленном. Старик покорно стоял перед ним, опустив глаза вниз. Было видно, что он полностью покорился судьбе. Тёмный Ангел положил руку ему на плечо и, что-то сказав на ухо, повёл его в мою сторону.       Я недоумевающе смотрел на них, когда они подошли. Азраил, поймав мой взгляд, отпустил старика, и тот самостоятельно опустился на колени. Пленник в этот момент имел вид жертвы на алтаре.       - Что это значит?       - Видишь ли, Фалкон, - Азраил бросил быстрый взгляд на старика и пристально посмотрел на меня, - Я наблюдал за твоей жизнью после нашей встречи в Расщелине. Собрал сведения, следил за твоими успехами и неудачами и старался собрать твою жизнь по кусочкам, - он явно ждал какой-нибудь реакции, но я молчал, поэтому Рыцарь Смерти продолжил без моих комментариев, - И дело в том, что ты живёшь без цели. Без роли в истории, в которую мы оба оказались вовлечены. Но я также наблюдал и за другим Свидетелем. Так вас двоих называет моя Госпожа. И знаешь, что я увидел? - он сделал многозначительную паузу, - Этот молодой человек... Как же его имя?       Азраил приложил два пальца ко лбу и слегка наклонил голову вперёд, пытаясь вспомнить. Я практически не сомневался в том, что Марвин встретился с Тёмным Ангелом, а после слов рыцаря Смерти моя уверенность только закрепилась.       - Марвин, - холодно дал я ответ Азраилу.       - Точно! Марвин! - возликовал он, - Твой друг нашёл себе очень интересную цель - убить меня. И, могу с уверенностью сказать, что подготовился он крайне серьёзно и, не будь я бессмертен, мог бы добиться желаемого.       - Он жив?       - Боюсь, что нет, - с тоской сказал Азраил, - Но он достойно прожил свою жизнь и бился за то, во что верил. Умереть за любовь, на мой взгляд, самая благородная смерть.       Я невольно скривил губы. Смерть Марвина не была для меня шокирующей новостью, но слова Рыцаря Смерти вновь напомнили мне о Квили. Злость снова наполнила меня, но я прекрасно понимал, что не смогу добиться большего, чем Марв. Я завидовал ему в тот момент - он смог сделать для неё больше, чем я.       - Но мы отвлеклись, - быстро сменил тему Азраил, заметив мою задумчивость, и положил руку на плечо пленника, - Ты спрашивал, зачем мне старик. Я сказал, что он является важным звеном, но не уточнил, что важным звеном не моего плана.       - Зачем ты рассказываешь это мне?       - Буду с тобой откровенен, Фалкон, - с пугающей улыбкой сказал Тёмный Ангел, - Я не очень заинтересован в смерти Короля Эредара, но мной движут приказы моей Госпожи в данном вопросе. Однако есть способ дать Королю продолжить своё правление, и мне выполнить поручение моей Королевы.       - И что же ты предлагаешь?       - Я хочу, чтобы ты убил старика.       Я усмехнулся. Предложение Азраила было таким нелепым, что меня порывало сказать что-то более несуразное, но, взглянув в лицо Рыцаря Смерти, я понял, что он говорит серьёзно. Однако я не представлял, зачем ему понадобилось просить об этом меня.       - Ты с ума сошёл? - возмутился я, - Я не палач и не стану им.       Тут старик вцепился руками в мою левую ногу, и я испуганно посмотрел на него сверху вниз.       - Пожалуйста, - умолял он меня, - Сделайте то, что просит этот господин. Я слаб и стар... я не хочу умирать предателем.       В тот момент мне удалось лучше разглядеть пленника. Он был значительно старше, чем мне показалось в таверне. Его лицо выдавало в нём признаки тяжёлой болезни, и смерть уже поджидала свою очередную жертву. Это был обречённый человек.       Под тяжестью умоляющего взгляда старика я невольно потянулся к мечу. Я стал медленно вынимать оружие из ножен, осознавая, какой грех собираюсь взять на свою душу, но жажда прервать страдания этого человека пересиливала всё.       Вытащив меч наполовину, я отдёрнул ногу, и старик беспомощно склонился предо мной. И вот я уже держал клинок двумя руками над головой, и тяжело дыша, готовился обрушить его на старика, как вдруг услышал крик Квили.       - Стой!       Я испуганно обернулся и стал бегать повсюду глазами в надежде увидеть её, пока не осознал, что этот крик звучал лишь в моей голове. Она бы не позволила мне сделать этого, и я не мог, да и не хотел поступать вопреки её воли. Опустив меч, я тяжело вздохнул и быстрым движением вернул его в ножны.       - Прости, - тихо сказал я старику и поднял глаза на Азраила, - Я не могу этого сделать.       - Ах, да, - тут же с новой злорадной улыбкой произнёс Азраил, - Твоя подружка бы не позволила тебе сделать это, не так ли? Понимаю. Это, конечно, сложно, но я думаю, что смогу найти вариант, устраивающий нас троих. Ты не убьёшь старика, я не нарушу приказ, а наш друг не умрёт предателем. Я могу это устроить, но мне понадобится кое-что взамен за мою доброту.       С этими словами тон Рыцаря Смерти резко изменился. Он стал говорить, как торговец, предлагающий подпольную сделку.       - И что же тебе нужно от меня? - спросил я, стараясь выразить безразличие в голосе, но всё же загорелся интересом к перемене Азраила.       - Понимаешь ли, Фалкон, - начал он, - На людей часто вешают ярлыки: кто он, зачем он живёт, кому служит, сколько стоит его жизнь и так далее, - его голос звучал ровно и спокойно, но в нём чувствовались нотки волнения, которому важно то, что он говорит, - Многие считают, что именно эти ярлыки и определяют нас, но только не я. Я вижу в людях идею, их персонажа, их роль и потенциал...       - К чему всё это? - перебил я Тёмного Ангела, поймав на себе его обозлённый взгляд оратора, которого отвлекают во время определяющей речи, - Переходи ближе к сути.       - Невежливо перебивать других, Фалкон, - спокойно продолжил Азраил, - Чтобы понять моё предложение тебе придётся дослушать меня до конца. Я верю, что человек сам выбирает свой путь в жизнь и идёт по нему, не взирая ни на что. Шаг за шагом он движется к своей цели, сокрушая преграды. В этом и есть сила людей - они борются за свои идеи до конца, - тут его голос стал более опечаленным и усталым, - Однако, бывают и такие случаи, когда кто-то или что-то ломает волю человека, тем самым ломая его самого. И я считаю, что ты сломан, Фалкон. И, скорее всего, именно я сломал тебя.       Я крепко сжал кулаки и поджал нижнюю губу. Слова Тёмного Ангела были справедливы, но я не мог слушать их без отвращения. Может быть, это было потому, что я ненавидел его, а, может, потому, что я понимал, о чём он говорит, и думал так же.       - Тут я согласен с тобой, Азраил, - медленно с трудом выдавил из себя я, после чего ускорился, - Ты сломал меня, но когда-нибудь я найду способ оплатить тебе за это. Именно в тот день я обрету свою цель и свою роль в этой истории.       Тёмный Ангел искренне улыбнулся, услышав эти слова, и опустил взгляд на пленника. Старик всё так же покорно сидел на коленях, склонившись к земле, и продолжал дрожать от ауры Рыцаря Смерти. Азраил подал ему руку и помог подняться на ноги.       - Думаю, что мы найдём общий язык, Фалкон, - сказал он, переводя взгляд на меня, - Я могу дать тебе роль, которую ты ищешь. В "Сапфировых клинках" высоко ценят хороших воинов, а живой может стать для нас ценным приобретением. У тебя уже была неплохая репутация в ордене, а теперь ты показал себя в бою на глазах у меня и тридцати Клинков. И я хочу, чтобы ты присоединился к нашей организации. Стал Клинком.       Предложение Азраила немного шокировало меня, когда он только озвучил его, но к тому моменту, как Тёмный Ангел его повторил, я успел немного обдумать эти слова. К сожалению, я так и не понимал, чего Рыцарь Смерти хотел добиться. Мне казалось в тот момент, что его мучила совесть, или он решил, что я настолько отчаялся и буду сражаться за своих врагов. В чём-то он был прав.       - Зачем тебе это? - спросил я, пытаясь добраться до истины, - Зачем тебе на службе человек, который пытался убить тебя и твою Королеву?       - Как я и говорил, - спокойно ответил Азраил, - Я вижу в людях их потенциал и считаю, что твоя роль в нашей истории будет значительной. Но сейчас ты ищешь не моей причины, а своего оправдания. Тебе ведь нужно рассчитаться с совестью, не так ли? Чтож... - он задумался на пару секунд и продолжил, - Я могу дать тебе и это. Причину согласиться. Только в самом гнезде своих врагов ты сможешь найти способ их уничтожить.       Может быть, в тот день я действительно был в отчаянии. Может быть, я не видел скрытых мотивов Азраила, но что-то подталкивало меня принять предложение Тёмного Ангела. В тот момент я больше всего жаждал услышать слова Квили, которые остановят меня. Но, к моему удивлению, в моей голове послышался голос Марвина, и он призывал меня к мести. Я должен продолжить его дело - я должен отомстить за неё.       - Что от меня требуется? - спокойно спросил я, преодолев внутренние разногласия.       - Только твоё согласие, - слегка удивившись столь быстрому решению, ответил Азраил, - Ты согласен служить ордену "Сапфировые клинки" и принести им клятву верности за свободу для этого старика и твою возможность найти свою роль в грядущей битве.       - Да, я согласен, - ответил я, изменив свою судьбу в тот день.       - Прекрасно, - довольно сказал Азраил и повернулся к своим Клинкам, - Ребята, мы собираемся в дорогу.       Клинки развернулись и в считанные секунды скрылись в тени. Азраил проводил взглядом своих подчинённых и вновь обратился ко мне.       - Тебя ждут великие свершения, Фалкон. "Сапфировые клинки" помогут тебе раскрыть свой потенциал, и, может быть, ты сослужишь нам хорошую службу.       Тёмный Ангел уже успел двинуться с места вслед за Клинками, но я остановил его волновавшим меня вопросом.       - А что будет со стариком?       Азраил резко развернулся с выражением лица человека, вспомнившего что-то очень важное. Не успел я и слова сказать, как Рыцарь Смерти взмахом сапфирового меча перерезал горло старику.       Я хотел вскрикнуть, но ком встал поперёк горла. Беспомощно выставив руки, я смотрел, как старик бездыханно упал на землю и ещё несколько секунд бился в конвульсиях, пока жизнь окончательно не покинула его глаза. Он, наконец, нашёл свой покой.       - Если кто-то спросит меня, - сказал Азраил с видом человека, не причастного к происходящему, - Это сделал ты.       Я, немного отойдя от шока, посмотрел на Рыцаря Смерти. Он был невозмутим и неподвижно стоял с окровавленным мечом в руках, ожидая моей реакции. Я кивнул в знак того, что я понял его условия, и Тёмный Ангел вновь протянул мне Сапфировый меч.       - Теперь старик свободен, - сказал он и, покосившись на мёртвое тело пленника, добавил, - Добро пожаловать в орден "Сапфировые клинки".       Я взялся за рукоять меня и выставил лезвие вперёд. Кровь стекала по нему вниз к эфесу, и я не мог оторвать глаз от этого зрелища. Азраил ухмыльнулся и, повернувшись обратно, пошёл в тот направлении, куда скрылись Клинки.       - И ещё одна вещь, которую тебе следует знать, Фалкон, - продолжил он, не оборачиваясь, - Сделки, заключённые со мной нерушимы.       Ещё несколько секунд я смотрел то на кровавое лезвие, то на старика, переводя взгляд с одного на другое. Я знал, что ввязался в очень тёмные дела, и мен придётся видеть ужасные вещи, вроде смерти этого бедного человека, но не мог найти иного пути.       - Спи спокойно, патриот Равнин, - сказал я тихо, опустив меч и остановив свой взгляд на старике, - Придёт время, и я отомщу ему. Отомщу за всех.       Только среди "Сапфировых клинков" я мог подобраться к Азраилу. Только там у меня был шанс сделать то, что завещал мне Марвин.