A Single Flower that Blooms in the Desert

Однажды, во время ужина Хуа Чэн заговорил о том, что не приходило Се Ляню в голову. — Гэгэ... я тут подумал кое о чём, — начал он немного нерешительно. Се Лянь отложил палочки для еды: — Да? О чём же? — спросил он, надеясь, что не рассердил и не расстроил Хуа Чэна. — Ну... — Хуа Чэн на мгновение замолчал. — Я знаю, что тебе всё ещё неприятны прикосновения, что я целиком и полностью понимаю! Но ты, кажется, не возражаешь когда я тебя обнимаю. Я просто хотел убедиться, что это действительно так, — объяснил он, — так как ты ничего не сказал... Слова Хуа Чэна навели Се Ляня на размышления. Он осознал, что действительно ничего не имеет против объятий, во всяком случае с Хуа Чэном. Но никто другой его не обнимал, так что нельзя было сказать наверняка. Не зная, как объяснить это без упоминания неприятной правды, Се Лянь не сразу нашёлся с ответом. — Я думаю... — вздохнув, сказал он, — объятия не вызывают у меня каких-то неприятных ассоциаций, потому что тот человек не обнимал меня. Однако это странно, — добавил он, снова вздыхая, — во время изнасилования, что он только ни делал со мной, но он... ни разу не обнял меня... — ...Ох... может быть, это просто не пришло ему в голову, — пробормотал Хуа Чэн. — Возможно, — ответил Се Лянь, снова вздыхая. Ему вовсе не хотелось зацикливаться на этих мыслях, в любом случае, учитывая всё остальное, что сделал с ним его похититель, так ли это важно, по какой причине он не стал его обнимать? В конце концов, Се Ляню нравилось, когда Хуа Чэн обнимал его и это было самое главное. Хуа Чэн предложил оставить эту тему, с чем Се Лянь быстро согласился, сосредоточиваясь на том чтобы спокойно поесть в тишине. — Ой! — внезапно сказал Се Лянь, кое-что вспомнив, — я совсем забыл! Я не сказал Фэн Синю с Му Цином о том, что начал ходить на терапию! — Ты уверен, что хочешь рассказать им? — осторожно спросил Хуа Чэн, — о таких вещах не обязательно объявлять во всеуслышание. — Я знаю, — сказал Се Лянь, — но я не хочу скрывать этого от них, ведь они много лет уговаривали меня. — Да, пожалуй, это было бы не слишком справедливо. Уверен, твои друзья порадуются за тебя, гэгэ, — ответил Хуа Чэн Се Лянь улыбнулся про себя: — Ага, я надеюсь. На следующее утро, Хуа Чэн связался с Фэн Синем и Му Цином, чтобы спросить их когда они смогут встретиться с Се Лянем. На этой неделе оба были заняты, но сказали, что будут свободны в воскресенье, на что Хуа Чэн ответил, что ему как раз нужно будет съездить по нескольким делам, но сначала он присоединится к ним за обедом. Однако, перед этим у Се Ляня была назначена ещё одна встреча с доктором Юй. Порадовавшись его успехам с душем, она напомнила ему не торопиться, чтобы снова не переусердствовать. После чего, доктор Юй поинтересовалась у своего пациента, какие домашние дела ему хотелось бы выбрать в качестве своей новой цели, но Се Ляню ничего не приходило на ум. За исключением всего, что касалось их близости с Хуа Чэном, но эту тему он всё ещё не был готов обсудить. Вместе с тем, Се Лянь сомневался: даже если он захочет поделиться такими вещами с доктором Юй, это может не устроить Хуа Чэна. Поэтому Се Лянь решил, что ещё не пришло время поднимать этот вопрос. Затем доктор Юй предложила ему попробовать выйти на улицу без сопровождения, как только он сможет до конца освоиться с этой мыслью. — Даже если всего лишь до конца улицы и обратно, — объяснила она, — или, если вы совсем не хотите делать это в одиночку, попросите господина Хуа пойти с вами, но не направлять вас без особой необходимости. Се Лянь задумался на несколько мгновений: — Я... я не знаю, готов ли к этому, — признался он. — Но я подумаю, — добавил он, улыбаясь, — я хочу однажды к этому прийти. — Приятно это слышать, — сказала доктор Юй, — конечно, не стоит торопиться. — Я понимаю, — ответил Се Лянь, — и не стану забегать вперед. Он действительно не хотел чтобы все опять пошло вкривь и вкось теперь, когда он наконец-то идет верным курсом. Теперь он знал как важно следить за своим темпом. Поэтому Се Лянь придержал эту мысль в голове, до момента пока не наберется достаточной уверенности, чтобы попробовать. Кроме этого, он почти ничего не обсудил с доктором Юй. Се Лянь всё ещё не был готов рассказать ей о попытке самоубийства, а это означало, что их темы были довольно ограничены теперь, когда они наметили основную работу. Се Ляню снова показалось, что он растрачивает её время понапрасну, но ему больше нечего было добавить на этом конкретном сеансе. Тем не менее, он всё же назначил следующую встречу, потому что знал, что беседы с доктором Юй помогали ему — очень помогали. Се Лянь уже понял, что одни сеансы бывают менее продуктивны чем другие, поэтому старался не корить себя. Он делал успехи. Медленно. Неловко. Но он всё равно продвигался вперёд. *** С Фэн Синем и Му Цином они решили встретиться в недавно открывшемся кафе неподалеку, в котором, судя по всему, специализировались на маньтоу, предлагая на выбор более чем пятьдесят различных вариантов начинок. — Нет, ну десяток вариантов это уже перебор, честно, — прокомментировал Хуа Чэн, когда Фэн Синь предложил сходить туда. Поскольку Се Лянь любил паровые булочки, ему не терпелось попробовать самые необычные из них. Когда они с Хуа Чэном прибыли, Фэн Синь с Му Цином уже устроились за столиком, располагавшемся, по-видимому, в самой удаленной и тихой зоне. — Ох, ничего себе, тут действительно более пятидесяти начинок на выбор, — заметил Му Цин, открывая меню. — ...Фу, кто, мать твою, мог додуматься положить ананасы в маньтоу?! Или МАЙОНЕЗ?! — ...Ты сам выбрал это место, так что теперь не жалуйся, — напомнил ему Хуа Чэн, — какую булочку ты хочешь, гэгэ? — спросил он Се Ляня, прежде чем Му Цин успел что-то добавить. — Хм... — Се Лянь на мгновение задумался, — сложно сказать. Прочитаешь мне какие есть варианты? — Конечно, — сказал Хуа Чэн, прочистив горло, — говядина, свинина, бекон и яйцо, паста из красной фасоли, острая лапша, каштан... мм, еще ананас, клубника, лосось, курица, сыр, корень лотоса, осьминог, карри, баранина... тебе по вкусу что-нибудь из этого? Если Се Ляню позволяли средства (и желудок) он, вероятно, перепробовал бы почти все варианты, которые зачитал Хуа Чэн. Но он знал, что должен выбрать только что-то одно, поэтому некоторое время обдумывал свой выбор. — На самом деле, мне понравился лосось, пожалуй, его и выберу, — решил он. Хуа Чэну потребовалось немного больше времени, чтобы определиться с выбором, он решил попробовать маньтоу с корнями лотоса. Фэн Синь с Му Цином, к этому моменту уже успели заказать острую лапшу для Фэн Синя и паровую булочку с клубникой для Му Цина. — Ну и чем это лучше ананаса? — спросил Фэн Синь, на что Му Цин ответил своим фирменным «Заткнись!». Пока они находились в ожидании своей еды с напитками, Се Лянь решил поделиться новостями. — Итак... я хочу вам, ребята, кое-что рассказать, — застенчиво начал он. — Что? Я надеюсь вы не помолвлены? — в ужасе спросил Фэн Синь. — Ой перестань, он не стал бы так торопить события! — возразил Му Цин, — во всяком случае, надеюсь, что нет... — Нет-нет, ничего такого, — сказал Се Лянь, неловко рассмеявшись, — на самом деле, Хуа Чэн здесь совершенно ни при чём. Фэн Синь и Му Цин оба глубоко выдохнули с облегчением. — Ну, тогда в чём же дело? — спросил Му Цин более спокойным тоном, — рассказывай. Се Лянь глубоко вздохнул: — Итак, эм... после нашего последнего разговора... я, э-э, наконец-то... наконец-то начал ходить к психотерапевту. Я бы сказал вам раньше, но я сомневался что не брошу и боялся в конечном итоге разочаровать вас. Я хожу уже несколько недель, — продолжил он, жалея, что не видит выражения их лиц. — И я нахожу это полезным. Так что... да... Его голос затих, так как он не мог придумать, что еще сказать. Его друзья некоторое время молчали. — Серьезно?! — Это здорово, Профессор! Се Лянь не смог сдержать улыбки. Он был уверен, что друзья тоже улыбались ему в ответ. — Спасибо, ребята, — сказал Се Лянь, чувствуя себя спокойнее и увереннее, — мой психотерапевт правда очень помогает мне, и... — Ваши напитки, господа, — прервал официант, заставив Се Ляня замолчать. — Я очень рад, что ты всё же решился, — сказал Фэн Синь, как только официант ушел, — однако, мы не хотели на тебя давить. Правда. — Я знаю, — ответил Се Лянь. — Благодаря вам я принял взвешенное решение. Вы, все трое, помогли мне понять, что мне действительно необходимо с кем-то поговорить. И я очень благодарен вам за это. — Знаешь, ты можешь гордиться собой, — сказал ему Му Цин, — это большой шаг вперед. Се Лянь снова улыбнулся: — Да, и вправду, — тихо сказал он, помешивая свой кофе, — так и есть. Он услышал, как Хуа Чэн тихо усмехнулся рядом с ним: — По крайней мере в этом мы сходимся во взглядах, — заметил он. — Гэгэ прошел длинный путь за такой короткий промежуток времени. Конечно, некоторым проблемам уже немало лет, но... вы поняли, что я имею в виду. — Как много ты рассказал? — спросил Му Цин, — в смысле... о твоем прошлом. Се Лянь сделал глоток кофе: — Ну... немного. Я все еще в процессе. Но я смог рассказать ей, о том что меня из... что меня похитили, — ответил он. Он все еще не мог заставить себя произнести это слово. Оно по-прежнему оказывало на него слишком большое влияние. Даже в разговоре с самыми лучшими друзьями, которые знали о том, что с ним случилось. Се Лянь ощутил горький привкус во рту, и дело было не только в кофе, который он пил. — Это хорошо, — сказал Фэн Синь, — э-э, ну, не в смысле что тебе, э-э, пришлось сказать ей, а в смысле что ты смог... ты меня понял. — Да, — ответил Се Лянь, — я знал, что должен был, иначе всё это было бы бесполезно. Так что... теперь ещё один человек знает, о случившемся. — Я уверен, ты свыкнешься с этими беседами, — сказал Му Цин, — таким образом, ты... о, наша еда... На этом они закончили разговор и сосредоточились на еде. Се Лянь так и не распробовал маньтоу с лососем. Нельзя было назвать её невкусной, но и вкусной тоже. Но он всё равно съел её целиком, так как не любил переводить еду впустую. По крайней мере, остальным, похоже, понравились их паровые булочки. После обеда Хуа Чэн уехал по своим делам. Се Лянь, на самом деле, больше не планировал никуда идти с Му Цином и Фэн Синем, ему уже хотелось вернуться домой. — Вы не хотите немного пройтись? — предположил Фэн Синь, — сегодня такой хороший день и я заметил здесь неподалеку парк. — Мне нравится твоя идея, — ответил Му Цин. — Что думаешь, Профессор? — спросил он. Се Лянь подумал, что это, вероятно, и есть тот самый парк, в котором они гуляли с Хуа Чэном. — Хорошо, — ответил он, по какой-то причине ему не хотелось отказывать своим друзьям, — только ненадолго. — Конечно, мы не хотим переутомить тебя, — сказал Фэн Синь. — Я знаю. Но я совсем не против с вами прогуляться, — сказал Се Лянь, благодарный за то, что они, кажется, поняли что он устал. По дороге в парк, они почти не разговаривали, Фэн Синь направлял Се Ляня слегка придерживая его под руку, а Му Цин шёл позади них. Когда они добрались туда, то сели на скамейку, Се Лянь был почти уверен, что на ту же самую скамейку, на которой он сидел с Хуа Чэном. Минут через пять Фэн Синь нерешительно проговорил: — К слову, Профессор... — Да? — с любопытством спросил Се Лянь. — Это может показаться странным, — сказал Фэн Синь, — но может быть тебе, э-э... нужно что-нибудь? Не забывай, что мы оба всегда готовы прийти тебе на помощь. Я знаю, что у тебя есть Хуа Чэн и всё такое, но мы с Му Цином подумали, может быть ты не во всём можешь ему доверится. Так что... если вдруг мы тебе понадобимся, мы рядом. Мы всегда будем рядом. Се Лянь почувствовал, что готов расплакаться: — Спасибо, ребята, — тихо сказал он, — но сейчас в моей жизни всё хорошо, правда. На этот раз, это не пустые слова, я действительно имею ввиду именно это. Кроме того, я всецело доверяю Хуа Чэну и осознаю, что если я хочу обрести независимость, мне нужно перестать полагаться на других людей, — признался он, чувствуя укол вины. — Сейчас, последнее что мне нужно — это просить о помощи кого-то ещё. Дело не в том, что я не хочу этого, но... — Это вполне разумно, — сказал Му Цин, — мы просто хотели донести нашу позицию, учитывая, что произошло в нашу последнюю встречу. — Я понял, — кивнул Се Лянь, — как бы то ни было, это я перешёл все границы. Я должен извиниться... — Нет! — рявкнул Фэн Синь, заставив Се Лянь вздрогнуть, — мы не хотим от тебя НИКАКИХ извинений НИ ЗА ЧТО. Мы оба. Понятно? Се Лянь почему-то рассмеялся: — Хорошо-хорошо, — сказал он, — не буду. — Вот и отлично, — проворчал Фэн Синь. Се Лянь был искренне, бесконечно благодарен своим друзьям за то, что они понимали его и были так терпеливы с ним. Он был обязан им большим, чем они могли себе представить, особенно учитывая, что они буквально спасли ему жизнь. Все трое ещё немного отдохнули, прежде чем отправиться обратно домой к Хуа Чэну. У Се Ляня были запасные ключи, так что им не нужно было ждать возвращения хозяина дома. Так как Се Лянь сильно вымотался, он решил ненадолго прилечь и заодно дать Фэн Синю с Му Цином немного личного пространства. *** Се Лянь даже не заметил как уснул. Он понятия не имел, как долго проспал, и надеялся, что не слишком обременил своих друзей. Он зевнул, потянулся и встал с кровати. Затем, схватив свою трость, Се Лянь направился в гостиную, откуда доносились голоса, поэтому он остановился, чтобы прислушаться. — ...для него, — говорил Фэн Синь. — Я знаю, — ответил Хуа Чэн, — послушай, если мы можем хоть в чем-то сойтись во мнениях, так это в том, что все одинаково желаем ему самого лучшего и хотим, чтобы он чувствовал себя в безопасности. Клянусь, несмотря на мои чувства, я обещаю, скорее навредить себе, чем когда-либо причинить боль ему. Се Лянь на мгновение замер. Они явно говорили о нём... Он знал, что подслушивать нехорошо, но он не смог побороть это искушение. — Хотели бы мы тебе поверить, — сказал Му Цин, — но я надеюсь, ты понимаешь наш скептицизм. — Безусловно, — сказал Хуа Чэн, — черт возьми, я бы заподозрил неладное, если бы вы не подвергали меня сомнениям. — Хоть в этом мы солидарны друг с другом, — заметил Фэн Синь. — И да, — вздохнул Хуа Чэн, — я прекрасно знаю, как сомнительно всё это выглядит. Поверьте, мне это известно. — Эх... я думаю, ты уже давно осуществил бы свои намерения, если бы они у тебя были, — сказал Фэн Синь, — так что... мы верим тебе. Пока что. — Относительно, — добавил Му Цин, — не целиком и полностью. — Другого я и не ожидал, — сухо рассмеялся Хуа Чэн, — и я... — Ну, зато я целиком тебе доверяю, — нервно вмешался Се Лянь, заходя в комнату. — Гэгэ! — Профессор! — Простите, — пробормотал Се Лянь, — я не хотел вас перебивать, но... — Нет-нет, ничего страшного, — быстро сказал Хуа Чэн, — ты в порядке, гэгэ? — Ага, всё хорошо, — ответил Се Лянь, — просто я заснул... — Ну, я думаю, теперь, когда ты проснулся, мы можем быть свободны, — сказал Фэн Синь, — мы пойдем. — Конечно, — ответил Хуа Чэн, — вы, ребята, можете идти, если хотите. Се Лянь попрощался со своими друзьями перед их уходом, ещё раз мысленно благодарив их за то, что они оба оставались на его стороне. Кроме того, рядом с ним был Хуа Чэн, которому он действительно смог целиком и полностью довериться. Его непроизвольные реакции на прикосновения не были связаны с ним, он знал, что случится тоже самое, будь на месте Хуа Чэна кто угодно. Даже Фэн Синь или Му Цин. Се Лянь с нетерпением ждал своего следующего сеанса терапии и надеялся, что сможет рассказать доктору Юй немного больше о себе...