Этих двоих вместе не сажать!

Арсению не понадобилось много времени на сборы. Когда живёшь даже не на два города, а сразу на всю Россию, путешествие от Москвы до Питера и обратно почти перестаёт отличаться от вылазки с ночёвкой в соседний квартал. Пакетик с "мыльно-рыльными" принадлежностями, чистое бельё, полотенце, запасные джинсы, пара футболок, упаковка шоколадных конфет или чипсов и бутылка воды, - всё это умещается в один рюкзак. Приехав на вокзал примерно за полчаса до отправления поезда, Попов зашёл в привокзальный МакДональдс и купил сезонный бургер со стаканчиком кофе. - Как же Шаст не хотел меня отпускать... - хрусткая бумага послушно смялась в пальцах, - на какое-то мгновение мне показалось, что он заплакать готов. Ерунда, конечно... Послезавтра вечером я уже снова должен быть здесь - в Москве. Даже соскучиться не успеет, как следует. - Ты ещё не уехала, а я уже начал умирать от одиночества... Арс вздрогнул, поворачивая голову на решительный юношеский голос. Парень и девушка (двадцать-двадцать два - не больше) стояли возле входа, намертво забыв про стаканчики с кофе в руках. - Так, ты поэтому работу прогулял? - девушка по-матерински строго нахмурилась и положила на плечо кавалера узкую ладонь. - Меня бы не отпустили... Я же не знал, что ты... - Опоздаю на поезд? - Ага... А почему ты опоздала? - А ты подумай... "Она сделала это специально..." - Арсений отложил едва откушенный бургер и подпёр голову руками. - "Ты ещё не уехала, а я уже начал умирать от одиночества..." Парочка прочно взялась за руки и двинулась к выходу. Влюблённые выглядели так, будто постигли некую тайну мироздания. - Послезавтра мне возвращаться сюда снова... Мой поезд отходит через десять минут... - Арсений достал билет и медленно разорвал его. - И я, только что, располосовал кругленькую сумму за место в СВ. Я - придурок, и мне это нравится. Воображение нарисовало жизнерадостную картинку того, как обрадуется Антон, когда Арс без предупреждения возникнет на его пороге. Ирина вновь оказалась пунктуальной, как самолёт. Договорились о встрече в 14:00 - в 13:59 в квартире Шастуна уже коротко пиликнул звонок. Антон открыл дверь и посторонился, впуская девушку внутрь. Она с порога потянулась поцеловать его, но Шаст ловко увернулся, подставив щёку вместо губ: - Привет. Проходи... Давай мне пальто - я повешу. Закончив с верхней одеждой, Антон проскользнул в комнату. Ирина стояла у полки возле телевизора, с интересом разглядывая безделушки, выставленные на ней стройным рядом. - А зачем тебе столько котиков? Собираешь? - Это подарки... Чай или кофе? - Вообще-то, я вино купила. Хорошее, испанское... - Ира протянула парню пакет, но тот не спешил его взять. - Ир, извини, конечно, но я вчера так перебрал, что сегодня усугублять не хотелось бы... А то спиться недолго. И потом... Наш разговор от меня трезвого рассудка требует. Впрочем, если хочешь, тебе открою. Просто компанию в распитии не составлю, без обид. - А, вот, открой! - Кузнецова глянула на него с вызовом. - Я эту бутылку не любоваться выбирала. - Окей, пошли на кухню. Через пять минут Ирина уже потягивала вино, наблюдая за тем, как Антон режет на блюдце яблоки, груши и раскладывает виноград. На плите закипал чайник. - Ты какой-то странный... - наконец, не выдержала она. - Что-то случилось? - Можно и так сказать... - Шастун подвинул на середину блюдце с фруктами. - Ну, говори уже! - девушка схватила с тарелки кусочек груши. - В общем... Ты - классная девчонка, правда! Очень. Но... - Так... Понятно! - Ира издала негромкий смешок. - Не пришлась, да? - Подожди... Я не об этом. Просто, сейчас... - Антош, вот, только, давай без этого идиотского "дело не в тебе, дело во мне..." усю-сю, мусю-сю... Мне не шестнадцать лет, я не собираюсь впадать в истерику. Скажу честно: ты мне приглянулся. Но я не так уж горячо влюбилась, чтобы месяц в подушку рыдать. Не понравилась тебе - досадно. Не более. Сейчас допью вино и уйду. Больше не увидимся. - Ирина, подожди, говорю же... Мне не нужно, чтобы ты уходила. - А, вот, сейчас - озадачил. - Выслушай, ладно? И, да, я отдаю себе отчёт, что могу получить по морде. - Всё интереснее и интереснее... Налей-ка мне ещё, а потом расскажешь, за что я буду тебя бить. - Без проблем... - Шаст схватил бутылку. - Короче, я предлагаю тебе встречаться не по-настоящему. Фиктивно. - Чего?! - Кузнецова опешила, не донеся до рта виноградину. - Того. Мы просто будем делать вид пары, ты будешь появляться со мной на всяких фото и видео, на вечеринках, на съёмках и концертах... В общем, где попрошу. Там мы будем обниматься, целоваться и всячески друг друга любить НА КАМЕРУ. И только на неё. В обычной жизни - по разные стороны. Разумеется, всё это будет не бесплатно. В накладе не останешься, плюс - всегда можешь намекнуть мне по поводу какой-нибудь подружки, которая очень хочет попасть на съёмки "Импровизации". Она туда попадёт. В первый ряд. Теперь можешь бить. - Очень хочется, но погожу... Мечтаю услышать объяснения, зачем тебе это понадобилось. - Есть Стас, от которого зависит моё будущее, и который мечтает о том, чтобы мы с тобой были вместе, и есть обстоятельства, через которые я не могу переступить, чтобы исполнить его мечты. - У тебя есть кто-то ещё? - Ир, просто обстоятельства. Если тебя не устраивает такое объяснение, мне больше нечего сказать. Пошли меня. Девушка глубоко задумалась. С одной стороны, предложение Шастуна было крайне неожиданным и немного обидным, а с другой... Мало ли, что за этим скрывается. Может, он только выглядит крутым, а на самом деле страшно закомплексован? Вон, как сопротивлялся, когда она его целовала, а ведь пьяный был. Ведь, может же быть у человека какая-то психотравма, из-за которой он боится женщин и отношений с ними? Вдруг, именно ей суждено его вылечить? Надо соглашаться. Сначала фиктивно, а там, глядишь, и... И потом, деньги лишние не помешают. - А я не буду давать тебе пощёчину! - озвучила она решение, протягивая руку за третьим бокалом. - Я согласна... А, что так смотришь? По крайней мере, хоть повеселюсь. - Ты это серьёзно сейчас? - Вполне. - Ну, хорошо... Тогда давай обговорим детали... - Антон впервые выдавил из себя робкую улыбку. Много времени инструкции не заняли, хоть и пришлось некоторые вещи объяснять не по одному разу. - Мы можем порепетировать прощание? - застегнув сапоги, выпрямилась Кузнецова. - Антон, ничего личного, просто, хоть оценишь мои актёрские способности опытным взглядом. А то, вон, облажаюсь в нужный момент и останусь виновата. - Ладно, уговорила, как ты хочешь это репетировать? - Простимся так, как будем прощаться на камеру, в случае чего... - Окей, я тебя целую и говорю что-то вроде "пока, радость моя"? - Ну, да... А я тебе - "пока, зая". - Всё, поехали... Из подъезда долго никто не выходил, а позвонить в домофон и испортить сюрприз Арсению совершенно не хотелось. Одно дело, если Антон просто нажмёт кнопку домофона, уже зная, кто сейчас поднимется к двери, и совсем другое - появиться неожиданно, как воплощение мечты. Ведь Шаст уверен, что Попов уже второй час трясётся в поезде. Наконец, тяжёлая железная дверь призывно запела, выпуская наружу девочку лет четырнадцати со очаровательным щенком корги на шлейке. - Как зовут твою прелесть?! - невольно вырвалось у Арса, и он тут же выругал себя за несдержанность. Впрочем, девочка то ли не узнала его, то ли оказалась слишком воспитанной: - Саймон... - вполголоса пробормотала она и поспешила на площадку. Мужчина заскочил в подъезд и взлетел на лестницу, игнорируя лифт. На этаже Антона ему пришлось невольно замереть. Дверь в квартиру была приоткрыта, и в проёме стоял стройный женский силуэт. "Упс, не ушла ещё... Как-то долго..." - пронеслось в голове. Попов отступает на шаг, решая переждать этажом ниже, но, внезапно, замирает, как вкопанный... - Пока, радость моя... - До скорого, зайка... Тёмные силуэты сблизились в явном поцелуе. Арсений смотрит на парочку, понимая, что вокруг него снова исчез весь звук, а в глазах потемнело, словно кто-то огромный и невидимый щёлкнул гигантским рубильником. Дверь захлопывается, Ирина поворачивается лицом к лестничной клетке и видит Арсения, замершего посередине пролёта: - О, привет! В гости пришёл? Антон как раз освободился! Арс даже не находит в себе силы ей ответить. Он молча разворачивается и бросается вниз. В три раза быстрее, чем прибежал. Молодая женщина озадаченно смотрит ему вслед и пожимает плечами.