Don't lie to me, Miss Holmes

Прочитав записку, я медленно сползла по стене на пол. В голове мелькали разные чувства и эмоции, но подавляющим было, естественно, радость. На лице засияла глупая улыбка, а феминистские мысли о том, что все мужики - козлы, бабники и на уме у них только одно, совсем улетучились. Сейчас на полу сидела не тридцатилетняя гроза преступности всея Лос-Анджелеса, а девочка-подросток, которую впервые поцеловал понравившейся ей мальчик. Щеки пылали от детского возбуждения, руки немного потрясывались, а грудь так и наливалась теплом. Хотелось обнять весь мир, забраться на высокую гору и прокричать: "Шеннон, я тебя люб..." Сердце немного екнуло. Достаточно ли эти чувства сильны, чтобы признаваться в любви после практически недельного знакомства? Да, он перевернул мой мир, мою жизнь. Он все поставил с ног на голову своим появлением. Он пробудил во мне милую и умеющую любить девушку, но... Но неожиданно в моей голове снова всплыла эта строчка: Cause I am not what you found/Потому что я не то, что тебе нужно. Зачем ему я? Со всеми моими недостатками, скверным характером, ужасной ревнивостью, да еще и не самой модельной внешностью. Любовь? Могут ли любить такие, как он, - перетрахавшие полмира, ежедневно купающиеся в лучах славы и потонувшие в море фанатской любви? Наверное, дурацкая влюбленность настолько сильно застилает пеленой мои глаза, что я слепо в это верю. Внутри меня теплится огонек надежды, что я наконец встретила своего прекрасного принца на бело-голубом байке. Пусть не блондина, и не с голубыми глазами, но, черт возьми, я в нем тону каждый раз, когда он ко мне прикасается. Я не могу представить эти одинокие три недели без него - моего мягкого, теплого и нежного кусочка счастья. В моей голове никогда не было столько ванильных мыслей, как за последние дни. Господи, неужели я сошла с ума или просто так... влюбилась? Спустя три недели я снова возвращаюсь в город Ангелов. Честно говоря, никакой новой и особо полезной информации на этом гребаном симпозиуме я не получила, но больше всего меня поразила пафосность сего мероприятия. Нас заселили в шикарный отель практически в центре города, кормили исключительно изысканными блюдами французской кухни и даже пару раз водили в оперу, но все остальное время мы сидели в залах заседания и дискутировали. Темы были самые разнообразные: начиная от "почему резко возросла детская преступность" и заканчивая "как повысить облик полицейского в глазах граждан". Меня очень сильно смущали те люди, которые перед нами выступали: в основном это были политики, мало разбирающиеся даже в уголовном кодексе, и некоторые военные, освящающие обстановку в мире и обществе в целом. Если я когда-нибудь скажу вам, что это было интересно, то, знайте, я вру. Половина (а было нас больше ста человек) практически спали уже на второй день этих лекций. На самом деле, я прекрасно их понимаю, все эти люди - такие же детективы и следователи, как и я. Все оставили какие-то важные дела и прилетели по велению начальства. Я слышала в коридорах и на кофе-паузах недовольное шипение и гнусавые стоны. Все эти дни я приходила в отель за полночь и была совершенно не в силах устраивать еще и свою личную жизнь. Однако на следующее утро, после того как я получила букет с запиской, мне позвонил Лето и деликатно попытался узнать ответ, но мне удалось повернуть разговор в другое русло. Я не знала, что ему ответить, а точнее просто трусила сказать "да". Шеннон же в свою очередь меня не торопил и говорил, что будет ждать, сколько я этого пожелаю. Радует, что в Лос-Анджелес наконец-то приехал Джаред и теперь вся группа занята съемками клипа, поэтому особо домогаться до меня Лето было некогда. Пару раз мне звонила Беннигтон, рассказывая о своих блестящих умозаключениях по поводу моего дела, однако я попросила ее ничего не предпринимать и действовать только в крайних случаях. Несколько ее идей мне, кстати, показались интересными, порой она бывает довольно сносна, если не видеть декольте с упругим четвертым размером. Спускаясь по трапу самолета, я думала о своей мягкой и уютной кроватке и Касе, которого оставила на попечение Шеннону, но что-то мне подсказывало, что кот остался голоден. Забрав чемодан, я уже уныло брела к стоянке такси, как увидела знакомый черный Шевроле, возле которого стоял улыбающийся мужчина, надевший солнцезащитные очки не смотря на поздний вечер. Усмехнувшись, я побрела к нему, скрипя колесиками по асфальту. Лето пошел мне навстречу и, резво подхватив за талию, поднял над землей, целуя в губы. Обвив руки вокруг его шеи, я прижалась к нему еще сильнее, желая больше никогда не отпускать. Его запах снова затуманил мне голову, заставляя глубже проваливаться в бездну влюбленности. Он поставил меня на пол, уткнувшись своим лбом о мой, улыбаясь во все тридцать два белоснежных зуба. - Я скучала, - прошептала я, снова прильнув к его губам. В груди все сжималось в огромный ком, заставляя сердце с грохотом ударяться о ребра. Его губы были такими мягкими и сладкими, что я не могла от них оторваться хотя бы на мгновение, утопая в нем все глубже. - Я тоже, - прохрипел он, проводя ладонями по моей пояснице. - Я тоже безумно скучал. - Знаешь, я ведь определилась с ответом, - сказала я, опустив глаза. - Интересно его услышать, - ухмыльнулся он, прикусив нижнюю губу. - В общем, Лето, - начала я, немного от него отстранившись, - я не знаю, что ты со мной сделал, или как ты это сделал, я даже не хочу этого знать, но не проходило и дня, чтобы я о тебе не думала. Мне казалось это каким-то наваждением, и я надеялась, что все пройдет, скоро я о тебе забуду, но нет... - я снова подошла к нему и, взяв его лицо в ладони, продолжила, глядя прямо в глаза, - я по уши... По уши, блять, в тебя влюбилась. Он рассмеялся, закинув голову назад, и, схватив меня за талию, снова поднял в воздухе, подарив счастливый поцелуй в губы. - Это значит "да"? - спросил он, не опуская меня на землю. Я только собралась громко крикнуть свой единственный ответ, как в кармане зазвенел телефон. Закатив глаза, Лето опустил меня на землю, а я, прокляв звонящего самыми страшными словами, провела пальцев по экрану. - Да? - раздраженно кинула я. - Холмс, это Беннингтон, - в трубке послышался встревоженный голос Мэгги. - Ты уже прилетела? - Да, я в аэропорту, - ответила я. - Бульвар Сансэт. Убит Адам Максвелл.