это только период

Солдат хмурится, приоткрывает рот, будто хочет что-то сказать, и только после заинтересованного кивка Земо решается: -Почему.. Гельмут вскидывает брови, и он продолжает, всё ещё не уверенно, будто боясь. -Почему ты не навредил мне? Барон улыбается кончиками губ. Солдат знает, что это означает - люди улыбаются, когда им весело, или хорошо. Солдату хорошо не бывает, но, полагает он - это нечто похожее на то странное чувство, которое он испытывает когда стоит у окна в чужом доме и молча смотрит на улицу, усыпанную снегом. Но никому не может быть с ним хорошо. -Зачем же мне тебе вредить, Солдат? Зимний кидает колючий взгляд, но барон даже не морщится - только улыбается снисходительно. -Все вредили. Кураторы. Клиенты. Техники. Гельмут всматривается внимательно в его зрачки, и прикладывает все усилия чтобы не сьёжиться - на него будто смотрит сама Смерть. -Так почему ты не вредишь тоже? -голос Солдата тихий, ломкий, будто он боится, что прямо сейчас из ниоткуда вырастет Александр Пирс и швырнёт его в криокамеру. Барон улыбается слабо, разводит руками и признаётся: -Не могу. Актив ничего не отвечает, только смотрит на него недоверчиво исподлобья. Земо обаятельно улыбается и сменяет тему, предлагая выпить.

***

Находясь в Риге, в таком почему-то знакомом доме, Баки не обращает внимания, когда после взгляда в окно его спальни что-то скребётся в подсознании. Он не Солдат. Не убийца. - повторяет это, как мантру у себя в голове. Но всё равно он почему-то падает в ощущения бесконечной защищённости и тихого счастья, когда с недовольной миной отхлёбывает вишнёвого чая. Всё, что было у Солдата - останется у Солдата. У него новая жизнь, и Призрак туда не входит. А ещё он почему-то ощущает неясную тревогу когда видит барона Земо на полу, вырубленного ударом щита в висок. Баки молчит об этом. Но он привычно ставит бокал любимого виски барона на столик, и укладывает на диван и проверяет его самочувствие натренированными движениями, будто только это он и делал. Баки не желает вспоминать. Но что-то внутри колыхается при виде Гельмута Земо.