Полное Подчинение

      Два мечника метнулись в поле. Послышался остервенелый лязг клинков, взметая пыль, рыцарь и наёмник бились в полную свою мощь…       В шатре тем временем царила приятная и спокойная атмосфера. Мастер неспешно поглощал напитки, которые были на столе, полном разнообразных блюд. Старейшины, внешне очень походившие сейчас на грибы, с любопытством осматривали гостя и все расспрашивали его о всяком. Приятная, умеренная погода обеспечивала лёгкий ветерок, залетавший в шатер. Конечно, сидящие внутри ещё не подозревали, что перед ними никто иной, как Мастер Ядов, хотя и Аруск об этом не задумывался. Между тем, седовласый, прихрамывающий господин с клюкой из мрамора, сейчас готовился к кровавой расправе. — За вашу гостеприимность, прошу вас, примите мой скромный дар, — Мастер вынул несколько курительныех палочек.       Старики-грибы радостно приняли презент и передали его своему жрецу. Однако, в этом подарке не было никакого подвоха. Вскоре по деревне стал разноситься резкий смрад…       В поле близ поселения тем временем шла борьба. Для Аруска это было игрой, начинающейся на «а что будет, если», для Виктора же была поставлена чёткая цель — голова обидчика Великого Мастера. За эти годы член Шелковой Струны здорово окреп — хоть его движения и были грубы и резки, он свободно владел массивным оружием в своих руках и, кроме того, умело наделял это оружие «весом». Проявление такого «веса» заключалась в особых техниках, то облегчающих, то утяжеляющих меч. Техники эти не требовали долгого осуществления, что делало Виктора сильным противником на поле боя. Аруск же по-прежнему пользовался камнями мастера, его точность выросла, но удары оставались такими же по силе, как тогда, когда два мечника встретились в старой церкви. Вскоре зловоние дошло и до них. Оба остановились и повернулись в сторону селения. Виктор тут же заподозрил неладное и, наугад махнув на Аруска мечом, побежал в деревню. Однако, навстречу им уже шёл почтенный господин с клюкой из мрамора…       От Мастера шёл пренеприятный запах, что-то тяжёлое и тёмное подобно ауре окружало его, пока он, хромая, шёл в сторону бойцов. Взгляд Господина был направлен прямо на своего ученика, заметив это, Виктор испуганно продолжил свой путь к людям, оставленным им наедине с этим страшным человеком. — Бездарное убожество, — Мастер смотрел на беспомощного наёмника, робко съежившегося перед ним.       Запах был очень едкий, Аруск не до конца понимал, почему он исходит от Мастера и почему Мастер спокойно находится в нем. Ему и самому уже было дурно от такой вони. Мастер гневно вырвал меч из рук ученика и, схватив парнишку за горло, членораздельно произнес: — Ты-меня-позоришь. Я забираю твоё жалкое тело.       Хрипя, Аруск пытался ухватиться за своего Мастера. Мастер же произвёл какое-то движение свободной рукой и ударил виновника прямо в солнечное сплетение. Эта вонь звенела и гудела в голове наемного убийцы, застревала в носу и резала горло. Сил держаться не оставалось, уже в пелене он мог видеть уходящего куда-то своего Мастера и высокую, колючую траву поля, возвышавшуюся над ним.       Усталость. Брошенность. Ни шагу без мастера… Странные обрывки мыслей проносились в уходящем сознании теперь уже совсем не ученика, а изгоя и все никак не могли сложиться воедино. Во тьме Аруск чувствовал, но не слышал, как кто-то двигал его немеющее тело, затекшие конечности никак не поддавались и вынуждали носителя погрузиться в сон…       Темно. Черно и глухо. Постепенно это состояние рассеивалось, появилось размытое смазанное изображение чего-то тёплого, но пошевелить телом все ещё было невозможно. Похоже, это был огонь. И была ночь. Помимо языков пламени шевелилось что-то ещё — кто-то был с Аруском. Сейчас он не мог даже пошевелить головой, как будто из-за яда Мастера он стал калекой. Зрение постепенно приходило в норму, плечи стали немного слушаться хозяина. Он очнулся в неглубокой пещере и лежал, уставившись на человека по другую сторону костра. Человек, похоже, тоже на него смотрел. Насупившись он встал, подошёл и пнул Аруска по ребрам. Боль была глухая, что весьма разочаровало наёмника — а если это не пройдёт? Но сон снова сморил его… — Ты был прав, — донеслось сквозь мутное сознание мечника.       Снова открыть глаза Аруск смог через неопределённое количество времени — может день, а может и два. На этот раз силы восстановились и он ясно видел, что находится в какой-то маленькой комнатке, в которой, похоже, давно никто не бывал. Он встал и, хромая, прошёлся в помещении. Действительно, это был очень маленький домик из числа обычных деревенских, заброшенный. Из грязного, окутанного паутиной окна, виднелось подножие горы и несколько сосновых стволов. Аруск открыл тяжёлую дубовую дверь и вышел наружу. Чистый, леденящий воздух будто пробуждал сознание. Нащупав у себя карманы, мечник вынул из них несколько камней. Тут он вспомнил, что именно с ним произошло — меча-то больше нету. И похоже, Мастер отказался от своего ученика. Сейчас эта мысль прививала даже радость — наконец он мог быть свободен! Мелкая мховая травка ковром лежала под ногами, серое бескрайнее небо простиралось над головой… Этот день был прекрасен и Аруск впервые обратил внимание на подобные детали.       Вдруг со спины кто-то зашёл. Что-то холодное, как будто мокрое, коснулось шеи замечтавшегося и потащило назад. Виктор сурово смотрел на Аруска — чего-чего, а уж его наёмник ожидать возле себя не мог. — Планы изменились. Твоя голова пока останется при тебе.       Виктор держал кинжал у горла. Лезвие вплотную прилегало к плоти. — Но если ты сдохнешь раньше, мой замысел не сильно пострадает, — заключил член Шелковой Струны.       Затем, сменив кинжал на согнутую в локте руку, он вынул из кармана своей рыжей кожаной жилетки зеленоватый камень. — Жри.       Виктор планировал изучить то, что использовал его оппонент в бою. И очевидным он видел решение в скормлении врагу этих самых камней. — Я сам о нем ничего не знаю! — морщась, Аруск пытался высвободиться. — Неудивительно, он всего лишь избавился от бездарного ученика.       У Виктора была тяжёлая рука. Прекрасно владея распределением веса, он ловко заставил пленника раскрыть рот и затолкал ему этот небольшой камушек. Только вот глотать его Аруск не собирался и заставить его здесь было ещё труднее.       В доме было холодно, промозгло. Виктор вернулся с хворостом. Значит, чтобы заставить проглотить все камни, у него времени достаточно — такой неутешительный прогноз вывел для себя Аруск. Камень исцеления находился во рту, Виктор все ещё зажимал парню горло. — Ты же трус и явно не решишься на смерть, к чему тянуть время?       И в правду, руки слегка занемели, ноги устали. Тяжело вздохнув, Аруск прекратил упорство. Член гильдии молча отошёл, заняв позицию у выхода из домишка. Глотать камень — страшно. Низко. Но видимо придётся пережить? Аруск подошёл к ведру воды, стоявшему в комнате, и, вместе с водой, попытался вглотнуть и камень. Застревая, доставляя резь и сдавливание, камень с трудом был «съеден». Первые несколько минут наёмник все же ничего особенного не чувствовал, кроме, разве что, неприятного «послевкусия». Виктор, стоявший в дверях, царапал что-то на небольшом кусочке коры. Аруск же стремительным шагом направился к выходу, и, толкнув своего мучителя, свободно вышел на улицу, где все ещё была прекрасная погода. Идеальное состояние было уже не вернуть, но свежий ветерок приятно наполнял тело блаженством. Аруск понимал, что проглотил камень исцеления — значит, видимых эффектов быть не должно, а значит скрыть от Виктора действенность глотания камней будет просто. Мечник почувствовал, как в его теле что-то изменяется. Главное — не выдать сейчас себя. Перехватив руками сонные артерии, он попытался зажать их как следует. Но, пока зажимал, дверь скрипнула и по загривку разнесся удар. Виктор как следует вложился в этот удар, его противник оказался бесспорно повержен.       Ночью Аруск проснулся от потрескиваний. Открыв глаза, он понял, что излечился от ран. Это даже неплохо, хорошо, что его враг поставил над ним такой эксперимент — возможно, он даже вырыл себе этим могилу. Виктор сидел у костра, разведенного на земляном полу. Сыро, но так по-теплому комфортно было внутри этого заброшенного жилища. В костре трещали поленья. Сквозь треск слышались раскаты грома с улицы. Это место прекрасно подходило натуре Аруска. — У тебя остались ещё? — обратился он к Виктору. — Камни? Когда я вернулся, нашёл только два. Этот и ещё один… Что, работает? -… — Так как ты украл брошь? — Виктор взглянул на Аруска. — Где мой меч?       Шёлковая струна поднялся. — Ты, кажется, глухой?       Наёмник недовольно потупился. — Не все же как ты. Парашу чистил. Вернее, обувь. Ну, он и расплатился этой брошью, говорит, мол, не продавай её никому, оставь себе. Мне лет 5 было тогда, посмотрел — красивая — оставил. — Врешь, гнида. — Спроси своего мастера. Мой меня использовал, годы потрачены впустую. Так что не думай, что я теперь тебя боюсь.       Виктор подбросил в огонь веток и задумчиво умолк. Снаружи разошёлся ливень, резкий звенящий гром раздался совсем близко, над головой. — Ты бы это сделал? — неожиданно спросил Виктор, уткнувшись в костёр.       Аруск молчал. Он лежал на кровати и смотрел в бревенчатый подгнивший потолок. — Ты бы убил тех людей в деревне?       Мечник тяжело вздохнул. — Нет? — наконец последовал ответ. — Почему, по-твоему у меня отобрали даже моё оружие? — Верно… Чем же ты заинтересовал этого монстра? — Он просто собирал всех бездомных детей в округе.