Герой кости и монет

Разумеется, не опробовав свою магию, я никак не мог идти дальше. По словам магистра, этот мир полон опасностей, монстров и обмана. Пусть он говорил это с иронией, я не привык пропускать подобные слова мимо ушей. В Новом Лондоне закон не спасёт тебя от ножа или грабежа. Но что спасёт, так это старое доброе насилие. К сожалению, оказалось, что никаким стоящим оружием я не могу владеть. Что-то про несовместимость или нарушение. Единственное, что я понял, так это невозможность размахивать чем-то, кроме своих рук. Конечно, был револьвер, который плевал на все законы и продолжал верно служить мне, но его хватит лишь на два выстрела. Хотя я сделал лишь три… Полагаться на него не приходилось, но я всё же продолжал носить его в кармане пальто. Револьвер был чем-то большим, чем просто оружием. Как и шляпа, он был самым близким… существом, которого я мог бы назвать «родственником». Попрактиковаться в поднятии нежити мне предложили на лугу, неподалёку от города. «Недалеко», правда, оказалось синонимом трёх километров утомительной ходьбы, под конец которой хотелось упасть на траву и закрыть глаза. Может, быть мёртвым не такая уж и плохая идея. В компаньоны и проводники мне дали того самого двухметрового бугая, который встретил меня после поисков шляпы. Как оказалось, он был облачён не в балахон, а в подобие изодранного пончо или очень мешковатого плаща. Под ним скрывались грязный, потрёпанный временем доспех и обмотанные бинтами конечности. Поначалу казалось, что он до жути медленный, неповоротливый, но каким-то образом он всегда умудрялся оказываться впереди меня. Его скорости и выносливости я мог только позавидовать. И почему-то я не сомневался, что дойди дело до боя, он легко сможет защитить хрупкого и беззащитного меня. Луг был сразу за дремучим лесом. Залитый высокой травой и солнцем. Никогда не узнаешь, что там, под всей этой зеленью. Встав на окраине и вдохнув полной грудью, попутно чуть не подавившись резким порывом ветра, я примерно понял, что мне нужно делать. Первым делом — найти труп, но в условиях этой долины это не проблема. Тут невозможно и шага сделать не наступив на чьи-то останки. Во-вторых — нужно сконцентрироваться на трупе. И хотя это одна из тех фраз, которые можно услышать от «профессиональных» учителей жизни и прочего рода шарлатанов, но это действительно важный пункт. В-третьих — произнести заклинание. Возможно, в будущем я смогу обходится без этого, но пока мой уровень позволяет только кричать на весь луг. И вот, если следовать всем трём этапам, передо мной должны появиться живые мертвецы, а полоска манны сократится на пять единиц. Так и вышло, вскоре после оглашённого заклинания, землю на небольшом холмике, где я стоял, разорвали костяные руки. Три скелета, или — как говорил мой обновлённый список отряда — костяной воин. Выглядели они скверно: ржавая броня, сломанное оружие и остатки земли между рёбер. Хотя мне ли жаловаться, когда я сам не мог даже меча поднять без больной вспышки. Забавный факт о «Поднятие Нежити I» — заклинание может поднять максимум пять мертвецов и требует пять единиц манны. Но расход манны не зависит от количества нежити, то есть подними вы одного скелета, потратите энергии как на пятерых. И это не говоря о том, что такое низкое заклинание ограниченно по глубине. Вряд ли мне удастся поднять древнего дракона из самой преисподни. Но в любом случае — три грязные груды костей это уже что-то. Даже мой проводник одобрительно кивнул, опершись о дерево. Или он уже успел заснуть, пока я тут возился? Покопавшись в командах нежити и поставив их на сопровождение и защиту, мы двинулись дальше. Манны ещё хватало на семь заклинаний, но с каждым использованием я заметно слабел. Ноги начинали дрожать, учащалось дыхание и грудь сжимало всё сильнее. Было физически больно пользоваться магией. Но, возможно, двадцать скелетов позади меня того стоили. Следующей проблемой был мой уровень. По словам Магистра, без его повышения я долго не протяну. Я могу себя защитить с револьвером в руках, как я делал это в Новом Лондоне, но, как и там, меня легко могут убить, обокрасть и сделать в моём отношении много чего ещё плохого. А проклятие, что не даёт мне даже прикоснуться к настоящему оружию, делает ситуацию ещё хуже. Помри я тут, никогда не увижу дома, никогда не смогу выбраться из этого чёртового цирка… Но те самые скелеты, покрытые вековым налётом земли и ржавчины, отныне мои длинные руки. Именно им отводится роль моего меча и щита. Стоило мне отдать им команду поиска противников, как они будто сорвались цепи, разбредаясь по всему лугу. Кого они ищут? Кого угодно, кто не часть моего отряда. Так что бугай-проводник в полной безопасности. Мне оставалось лишь… сесть на холмик и наблюдать за происходящим. Ветер бил с востока, то плавный и ласкающий, то взмывающий, словно птица, он не мог определится. Но я с радостью поддавался его ласкам. Прохладные прикосновения скользили по щекам, вызывая невольную улыбку. Пожалуй, чем этот мир превосходит мой, так это природой. Деревья, что сливались в одну пёструю стену леса, казались невероятно древними, словно они тут стояли со времён основания мира. Эти толстые рельефные стволы, пышная листва, что погружала весь лес в тень… И всё это под чистым голубым небом, где, словно замки, парили облака. Это был вид свободы, безграничного простора и дикой красоты. Возможно, тут не так уж и плохо?..

***

Спустя пару часов я был на десятом уровне. Моё удивление было сравнимо шоку. Так быстро? Или это наоборот медленно? Просматривая настройки отряда, я заметил, что мне доступен список всех, кого убили мои скелеты. В основном это какие-то похожие на кроликов создания, округлые, с крупными передними зубами. Вторыми по количеству смертей были шары… в прямом смысле, оранжевые и, судя по всему, очень зубастые. Все останки скелеты начали сносить к моему холму. Выходила приличная кучка, с которой я не имел понятия, что делать. Возможно теперь вопрос продовольствия будет решён для некромантов, судя по такому количеству мяса. — Не будь дураком, — женский голос, в унисон с ветром шепнул мне на ухо, — скорми это своему черепу. Оттенок голоса напомнил мне ту даму, что помогла мне найти шляпу в городе, но, обернувшись, я никого не нашёл. Что за чертовщина?! Хм, скормить черепу… Взяв один из ошмётков оранжевого шара, я погрузил его в сияющий светом изумруд. [ПОЛУЧЕНО: Кожа Оранжевого Шара]! «Но ничего не произошло» — поначалу подумал я, только оказывается нужно было продолжать скармливать черепу обрывки кожи, пока не высветится оповещение об открытие нового вида черепа. Кожаный Череп? На вид он был комичнее некуда, но сторонний бонус был приятен. +10 поглощению урона от падения. Отлично, теперь я могу со спокойной совестью ломать себе ноги, зная, что сломаны они будут лишь на 90%. Следом на корм моему черепу шли шкуры, зубы, мясо и всё, до чего могли добраться мои руки, вплоть до травы. Все они открывали какие-то несуразные вариации моего… оружия (?). Но я всё же попрошу свою нежить сразу ударить меня чем-то тяжёлым, если я соберусь со всей серьёзностью использовать Меховой Череп. Но даже запустив в кристалл всё, что можно, у меня оставалась внушительная кучка трупов. Что же мне с ними делать? Только если…

***

Долина Дредхолма когда-то была северо-западной провинцией Мелромарка, процветающей и бесконечно прекрасной. Но всё это было обращено в прах во время Похода против жизни. Повелитель Мёртвых сделал Дредхолм своим замком, оставив на долине вечное проклятие и превратив её в пристанище нежити. И даже когда Повелитель был сражён храбрыми героями, это место не восстановилось. Многие пытались заселить долину вновь, но находили лишь смерть и последующую вечность в служении некромантам, последователям Повелителя Мёртвых. Только крепость Форд смогла запереть мертвецов, не дав им пройти дальше в земли Королевства. За многие годы тот непримечательный форт разросся во внушительный город, куда со всего мира стекались искатели приключений и наживы. Именно эти авантюристы и рыцари гарнизона каждый день ходят в долину, чтобы хоть немного сократить численность нежити и добыть давно забытые артефакты. Стража всегда была наготове пресечь любые попытки некромантов или мёртвых проникнуть в земли Мелромарка. В отличие от ополчения, что занималось проверками в других уголках королевства, здесь торговцев и приключенцев досматривали рыцари, из числа тех, кто был слишком стар или слишком молод, чтобы спустится в долину. Но даже так, они были профессионалами своего дела. И не удивительно, что, когда на дороге показались два путника, стоящая на воротах стража напряглась. Первым заметили высокого, словно скала, воина, это было понятно по его здоровому мечу и крепкой броне, что скрывалась драной накидкой. Вместо шлема был капюшон и какая-то странная железная маска на всё лицо. «Прокажённый» — сразу подумали рыцари. Закинув здоровый мешок за спину, он двигался за куда более низким человеком в широкой шляпе и странном костюме. Но как не крути, на вид обычный торгаш. В такой час повозок почти не проходило, поэтому парочка странников подошла прямо к капитану стражи. Усатый, с мрачным, измученным службой лицом, он был воплощением старого рыцаря. Ему давно стоило отправится на покой, но тот твёрдо решил встретить смерть в латах. — Кто вы? — строго окинув пришедших взглядом, спросил капитан. — Я раньше вас здесь не видел, — усатый стражник точно не смог бы забыть таких чудаков. — Что у вас в мешке? Первым заговорил человек в шляпе, одарив хмурого стражника приветливой улыбкой. — Приветствую. Я странствующий торговец с запада, Эдмунд Зор, а это мой телохранитель… Гор, — незнакомец поклонился, сохраняя свою доброжелательность. — Мы направляемся на восток и решили остановится тут, чтобы продать пойманных зверьков, девать их нам всё равно некуда, — развёл он руками. — Торговец значит… — прищурился усатый стражник. — Покажи, что в мешке. — Разумеется, — Эдмунд подозвал громилу стать позади себя и дал любопытным рыцарям взглянуть на забитый трупами кролеперов обрывок балахона. — Случаем не знаете, за сколько их можно продать? — Пять медняков за шкурку, думаю, — беззаботно ответил один из молодых оруженосцев, который совсем не разделял подозрительности старого капитана, — но может лучше… — Заткнись, — буркнул на него усатый стражник и, опять взглянув на незнакомцев, неохотно кивнул, — проходите. Благодарно улыбнувшись, Эдмунд и его телохранитель довольно зашагали дальше, ступив на окутанные дымом, шумом и гамом улицы города Форд. Из каждой щели кто-то предлагал купить еду, оружие или лекарства. Очевидно, что это самое важное для авантюристов, только что вернувшихся из мёртвой долины. «Тут более хаотично, чем я себе представлял» — подумал про себя Альфред, взявший личину странника издалека. Оставив свою нежить бродить по лугу, они с Гором взяли всё, что смогли унести, и решили воспользоваться этим как прикрытием для проникновения в город. Очевидно было, что тут подобное охотно скупают, иначе авантюристы бы жили на улице без гроша в кармане. Опасения быстро пропали, так как кроме ворот и самого форта, город никто не патрулировал. Главная улица, на которую и вышел владелец Черепа со своим телохранителем, была забита вооружёнными искателями наживы, что толпились у лавок, ларьков с закусками и у одного из множества борделей. Воздух пропитался дымом и запахом жаренного мяса. Кажется, тушки тех монстров без дела не лежат. Но стоило Альфреду попытаться продать свою добычу в одну из лавок, как его тут же послали самыми сильными словами этого мира. Только горьким опытом выслушивания ругани, он понял, что это стоило нести особому скупщику. Ситуацию поиска усложнял тот факт, что владелец осквернённого Черепа ничего не мог прочитать. Вывески, надписи на стенах всё казалось набором каких-то иероглифов. Гор, проводник и телохранитель, не проронил и слова за всё время. Казалось, он полностью немой, но стоило отчаявшемуся Альфреду попросить помощи, как громила тут же указал ему направление. Пусть Гор не мог и слова произнести, но понимал он всё отлично, и в навигации, даже в незнакомом городе, ему не было равных. Наконец, в узком переулке, уводящем с главной улицы, завиднелась неизвестная деревянная вывеска. Вырезанный монстр-дикобраз с характерными крестиками вместо глаз. Обычно в таких местах скупали останки монстров и потом уже перепродавали их. Ожидать состояния от пары шкурок тут не приходилось, но, держа в голове слова стража о примерной цене и вооружившись собственным лживым обаянием, Альфред кое-как выручил за мешок два с половиной серебряника. Большая часть пришла как раз от ещё свежих игл местного дикобраза, чей яд неплохо стоил у алхимиков. Но начинающий герой никак не мог этого пока знать, и просто обрадовался горстке монет. Правда много это или мало, ему ещё предстояло выяснить.

***

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Этот мерзкий хряк из лавки меня ободрал! Этих жалких двух монет хватило лишь на одну комнату и обед в трактире! Конечно, я ожидал, что продал на куда меньшую сумму, чем могло бы быть, но не настолько же… Сидя у барной стойки и рассказывая о случившимся, я встретил лишь дружный смех. Я отдал тот мешок за сущие гроши… — Эх, с кем не бывает, я как-то продал клык оборотня за пять серебряных монет, — утешал меня сидящий рядом торговец, — пять серебряных! Я то думал, это обычный клык волка, а оказалось… он стоил все сорок серебряников, — досажено вещая, он запил горечь элем и продолжил. — Это был мой первый год странствий, я был туп и молод. — А ты бы сколько дал за тот мешок? — поинтересовался я, ковыряя вилкой какое-то запечённое мясо. — Ну… — торговец задумался, загибая пальцы и считая про себя. — За всё, точно, семь серебряных, может, добавил бы двадцать пять медных. Шипы сейчас в большой цене, алхимики за них рвать и метать готовы. Меня пронзила натуральная, огненная злость, оставив с перекошенным лицом на пару секунд, пока моя рука вдавила вилку глубоко в кусок мяса, выдавливая из него кровь. Пять серебряников! Я потерял дар речи и мог лишь бормотать что-то неразборчивое, но точно не доброе. Деньги важны, будь ты в этом или другом мире. Только они смогут купить тебе комфорт, тепло и, в конечном счёте, счастье. Терять прибыль я не любил, думаю, как и любой человек. Особенно сейчас, когда от наличия монет зависело, буду ли я спать на улице или же в кровати. Но была ли это вина того сморщенного скупщика потрохов? Как бы не кричало моё негодование, нет. Он поступил правильно, воспользовался незнанием новичка и оставил того злобно кусать локти. Стоит признать, это исключительно моя вина. Я ничего не знал об этом городе и, пожалуй, не мог знать. И тут полностью осознал один простой факт — я снова на дне. В кармане пара медных монет, из знакомых — гниющие трупы, и никакой информации. Снова там, где я начинал свою жизнь в Новом Лондоне. От этой мысли стало дурно настолько, что это заметил мой собеседник, который так увлечённо рассказывал о своей поездке в столицу. Выходит, всё, что я таким трудом нажил своим потом и кровью, голодом и трудолюбием… это всё растворилось? Я остался ни с чем… один в этом чёртовом месте, где я и слова не могу разобрать! И всё из-за этих некромантов, больных разложившихся ублюдков. Это они виноваты! Если бы не они, я сейчас сидел бы в уютном кресле, пил горячий шоколад и смотрел бы фильмы. Это была моя жизнь, жизнь, которую я хотел и к которой стремился. И всё это было разбито вмиг. Но у меня есть выбор, как и в Новом Лондоне. Свобода. Это то, чему меня научило то место, оно показало мне, что есть множество выходов, если ты готов закрыть глаза на жертвы. И что теперь? Неужели я позволю прозябать себе в захолустной таверне, попивая какую-то ослиную мочу, и забуду о своей мечте — жизнь в комфорте и спокойствии? Эта цель стоила крови и пота в моём мире, в этом мире ничего не поменялось. В тот вечер я понял, что окажусь ли я через год в роскошном доме на берегу моря или же на задворках трущоб, зависит исключительно от меня. Я возрожу свою мечту, снова отстрою разрушенное, и кто знает… Может, я смогу вернуться?