Вызов принят!

Любовь, а не немецкая философия служит объяснением этого мира. Оскар Уайльд

Мне рассказали, как это было. Это было страшно. Сэмми нервничал. Осада началась вроде бы благополучно. Шестов обстреливали из пластиковых окон со второго этажа. Несколько ребят полегли сразу. Но вот дверь спилили и проникли внутрь. На лестнице уже поджидали Головорезы с автоматами. Годарт перестал нервничать. Он вошёл в раж. Орудуя старым пистолетом с облупленной ручкой, он обгонял Шестов. Джо косился в его сторону и не мог сосредоточиться на бое. Как будто тупое чувство, эта девчачья интуиция, подсказывало, что что-то должно произойти. Всё складывалось слишком просто. И вот Сэм обогнал командира. Вот он выбил дверь в одну из комнат, где как раз сидел старая шестёрка головорезовской власти. Неформал никак не думал, что его уже ждут. Дверь хлопнула о стену. Дорогая картина в стеклянной рамке упала и разбилась. Грянули выстрелы. Сэма ранило в ногу около паха. Он согнулся, взвыл и осел. Джо не успел прибежать на помощь, команду уже теснили к выходу. И бравый отряд Шестов позорно сбежал. Миссис Ивасаки от души соболезновала нам, но особой чувственности не проявила. Жизнь для меня как будто остановилась. Я не верил в смерть лучшего друга. Я знал, что мы ещё увидимся. Из-за такой необдуманной вылазки дела Красного Шеста тоже встали. Надо было умять скандал в коттеджном посёлке. Пришлось задействовать мэра, чтобы тот помог справиться с бастующими горожанами. Они требовали, чтобы все подозрительные, «почти жилые» дома были снесены, а их гангстеры-хозяева выехали прочь. Постепенно всё затихло. Я вновь слонялся без дела. Мысли проедали кровоточащие дыры в измученном теле. Нашлась работка. Я собирал долги с приятелей миссис Ивасаки. Уже три дня я сидел в съёмной двухкомнатной квартире и принимал гостей. Должник проходил через мрачную переднюю с охраной, через гостиную с одной только кривой люстрой на потолке. Голыми стенами и древним ковром, без единого намёка на мебель и прочие составляющие уюта. Дальше спальня. Там стол с толстым блокнотом, мешок для денег и я. По бокам два крупных парня. В промежутках между должниками я болтал с этими ребятами. Несмотря на серьёзные морды, они были очень даже милыми и добродушными. Появился один из должников. Высокий стройный азиат средних лет с мужским длинным кошельком. Он испуганно глянул на меня и остановился поодаль. — Сэр, простите… — обратился он ко мне. Я уже вошёл во вкус: — Простил. В чём дело? — повисла пауза. Минуты две мы молчали. — Не стесняйся, мы подождём. Но как захочешь — приступай к делу. — Я принёс только часть долга. Школьники разорили мой магазин — пробрались посреди ночи и разворовали. — Ладно, через неделю донеси остальное, — смиловался я, махнув рукой. Он передал мне тощую пачку денег. — Будь добр, укрась это место своим отсутствием. Шевели булками! Или ты хочешь остаться с этими красавцами? После этой фразы любой должник ретировался и спешил выйти вон из ненавистной квартиры. Так я проработал неделю. Потом нас с Джо, слонявшихся в тоске и печали, вызвали в штаб Красного Шеста. Нас было трое. Я, Джонатан и какой-то хрен из ФБР. Этот самый хрен уже много лет убеждал товарищей, что не надо злить мафию, но над ним только смеялись. И теперь представилась возможность насолить товарищам и Головорезам — помочь нам пройти за секретную дверь. Пошевелив чёрными редкими усиками, хрен провёл особой карточкой, и дверь отъехала в сторону. Мы уже прослушали инструкцию. Идём по очереди. ФБРовец скрылся, перед этим отдав карту боксёру, дверь закрылась. Джо проделал тоже самое, отдал карту мне. И вот вошёл я. Крыса на моём плече обеспокоенно поджала лапы. Теперь, когда Сэмми нет рядом, я таскаю отъевшееся животное повсюду, чтобы одиночество не нападало из-за угла. Я сунулся внутрь. Дверь за мной закрылась. Обитое металлом маленькое помещение, плиточный пол и динамик на стене. Ага, умная система пропуска. Слышал о таких. Неверный ответ равен смерти. Вот такая математика. Впереди была ещё одна железная дверь. Я схватился за ручку в надежде открыть, как сбоку грянуло пламя. Я с криком отскочил в сторону, а Честер описалась от неожиданности. Но я на неё не обиделся. Пламя опалило часть длинного торчащего чуба. Я поторопился и подстригся. А мог стать стейком. Переведя дух, я остановился посередине комнаты. Приятный, но холодный, безразличный ко всему женский голос поинтересовался на английском: — Почему идёт война? — Потому, что стриптизёры не летают в космос, — ответил я старой доброй поговоркой про Космонавтов и Шестов, которой часто шутят в среде мафии. Помню, тогда мне было десять. Охранник Академии, коренастый дядя Ваня, часто допускался на собеседования и собрания, когда кто-то из глав не мог явиться. Ему доверяли за простой нрав и туповатую доброту. Он взял меня с собой на каникулах на какое-то собрание. Я тогда ещё не был знаком с Джо. Можно представить потрясение мальчишки, оказавшегося за одним столом с главами мафии и их правыми руками. Все они, эти главы, были разные и вызывали у меня дикий восторг. Холодные неприступные женщины улыбались мне, но в этих улыбках не было тепла. Молодые парни, прячущие под дорогими пиджаками пистолеты, подмигивали мне и вновь делали вид, что слушают монотонное бормотание собеседников. Бывалые старики глядели сквозь меня, как бы вспоминая свои давно ушедшие годы. Но один из взрослых вообще сразил моё воображение наповал, естественно, не в очень хорошем смысле. Он был невероятно толстым, занимал практически треть всего длинного стола. А маленькому мальчику он казался огромным вдвойне! Ему было всего тридцать лет, а он уже ненавидел мир. Маленькие глазки, заплывшие жиром, смотрели на всех с нескрываемой злобой. Второй подбородок, покрытый прыщиками, сотрясался каждый раз, когда мужчина что-то говорил. На собрании все были солидными и опасными. И жирный нашёл жертву по интеллекту. Меня. С тех пор я ненавижу жирных. — А это что за сопля? — начал он. — А как же государственные тайны? А вдруг он вырастет шпионом?! Уведите мальчишку отсюда! Мне стало обидно, и я обозвал чудище, что с его поразительной внешностью сделать было не сложно. Дядя Ваня, сидевший рядом со мной, загоготал, прикрывая лицо руками. Дамы захихикали, с их лиц исчезла вся суровость, а мужчины заржали. Толстяк трижды сменился в лице, вскочил и бросился за мной. Я заверещал, ныряя под стол и лавируя между аккуратными дамскими ножками. Меня так и не поймал тот толстяк. Дядя Ваня встал на мою защиту всем своим необъятным телом, состоящим из сплошных мышц. Я сидел под его назидательной опекой до конца собрания. Оказалось, толстяк был Шестом, и тем самым объяснилась его неприязнь ко мне. И кто-то в шутку вспомнил поговорку: «Стриптизёры в космос не летают, оттого у них и разногласия». Тем временем послышался положительный ответ, дверь отъехала в сторону. За ней улыбался боксёр, скрестив руки на могучей груди. ФБРовец то и дело смотрел на дорогие наручные часы. Честер слегка успокоилась и перестала бомбардировать моё плечо какашками. — Рад, что ты догадался, — молвил Джо, направившись куда-то в сторону, вглубь серого, чернеющего в своей глубине металлического лабиринта. Давно я не видел улыбки своего друга, пожалуй, с момента нашего путешествия в детском городке. Да, он улыбался последний раз в вертолёте. — И не превратился в шашлык. Шутник Джо Барбаро вновь вошёл во вкус и стал оправдывать своё звание. Он рассказал, что лабиринт закручивается квадратной холодной утробой под участком Красного Шеста и ведёт в секретную комнату. Джо и хрен немного ушли вперёд, когда я зазевался с крысой на плече. Я испуганно бросился следом. Спутники уже растворились во мраке. Чернота будто бы обволакивала всё тело, заставляя его покрываться мурашками то ли от холода, то ли от пугающей неизвестности. По себе знаю, как настоящий мафиози, что семейные секреты до добра не доводят, особенно в преддверии войны. Я был уверен, что она настанет совсем скоро. Лично мне было бы спокойней, если бы передо мной, совсем рядом, маячила огромная спина боксёра. Странновато. Честер уселась ближе к шее, обнюхивая моё ухо. Почему же не слышно тяжёлых шагов Джо? Внезапно мною завладела паника — вдруг я останусь здесь навсегда?! Схватив крысу рукой, чтобы та не упала, бросился вперёд. Не было ни стен, ни препятствий. Как будто я попал в иной мир, где есть только холодный пол и больше ничего. Вдруг кто-то схватил меня за шиворот и притянул к себе. Барбаро! — Пришли, — молвило это чудо. Честер укусила меня за палец. — Неплохой лабиринт, а? — Я чуть не навалил, — честно признался я, пересаживая питомицу обратно. — Как можно ориентироваться в полной темноте? — Тот хрен из ФБР участвовал в строительстве. Представляешь, он сам рыл для нас могилу. Но пока не говорит, что в тайной комнате… — Чучело прошлого Господина, — сейчас шутка звучала, словно предположение. Вдруг Джо крикнул: «Шесты!», и свет зажёгся. Признаться, я струхнул и приготовился обороняться от толпы японцев. Но никого вокруг не было. Мы оказались в просторной комнате, тоже серой, тоже холодной. Но с последней дверью. Мужик из ФБР открыл её с помощью длинного кода. Мы очутились в новой комнате. Маленькой, с картой на стене. Но даже с такой примитивной декорацией было уютно и покойно. Жаль только, всю идиллию портила большущая бомба на железной подставке, а над ней, в потолке, закрытый люк. Сама бомба была серой, круглой, как бочка, с синими иероглифами. Она внушала неподдельный ужас. Спина покрылась мурашками — не хотел бы я поссориться с создателем этой штучки. — Это было сюрпризом для Космоса. Шесты хотели направить бомбу на Петербург, чтобы стереть его вместе со школой, — ФБРовец скривил губы в подобие улыбки. Мы с Барбаро с ужасом переглянулись. — Но теперь япошки испугались. Поняли, что их уберут следом. Узкоглазые засранцы. Честное слово, я больше русских люблю!  — И что теперь делать с этой хернёй? — Джо озвучил вопрос, мучавший всех в этой комнате. — На свалку нельзя, горожанам не понравится. — Мы ничего не сможем сделать, — вздохнул спутник, пошевелив усиками. — Тронем её — бум! Сдвинем — бум! Попытаемся отключить? Да, бум. — Как оптимистично, — не удержался я от сарказма. — Получается, Головорезы и ФБР всё равно её запустят? Чёрт возьми, тут должен править Красный Шест! — Эти ребята уже не играют особой роли, — оскалился Джо. — Миссис Ивасаки настроила их на более менее мирный лад, но они всё равно готовы ринуться в бой. Но она не может препятствовать ФБР и Головорезам. — Всё один хер! — как ни странно, это была Александра. Оказалось, она следовала за нами вместе с другим агентом ФБР, тоже подставным. Девушка подошла к нам, а Джо от неожиданности и крутого нрава замахнулся над ней кулаком. За что получил в кадык. Пока боксёр корчился на полу, пытаясь не задохнуться, девушка подошла ко мне и дёрнула бровью в напускном удивлении: — А ты далеко зашёл. Не думала, что миссис Ивасаки пустит тебя сюда. Ты же пацан, а тебе доверяют судьбу половины России. — Ладно — он, но что ты тут делаешь? — огрызнулся Барбаро, придя в себя. Поднялся, пытаясь не растерять остатки достоинства. — Может, ты крыса? — Крыса тут только он, — Саша указала на меня, обидевшись, — и его… крыса, да. А я для папы стараюсь. Мы поговорили через посредников. Он попросил тебе помочь. Кажется, он действительно верит тебе, Арти. — Это, конечно, здорово, — вмешался наш усатый спутник. — Но что делать с бомбой? Я представить не могу, когда её пустят. — За бомбу не волнуйтесь, — Саша самодовольно хмыкнула. — Отцу есть, чем ответить. И если вы, парни, хотите понять, что творится среди глав, вам надо поторопиться! Сегодня проходит собрание боссов. Я знаю, где. Я собиралась туда одна. Всё-таки девочка, внимания не привлеку, но вы тоже можете быть полезными. Чуть-чуть. Отправились на встречу не сразу. До неё всё равно оставалось несколько часов. Саша прояснила ситуацию: какой-то важный павлин из Красного Шеста встречается с крысой — не в обиду мне — из Космоса, с ФБР и Головорезами. Откровенно говоря, компания хоть куда. Туда же пойдёт наш приятель с очаровательными усиками. И мы. Сашку берёт с собой павлин из Шеста, как самую знаменитую предательницу в мафии на сегодняшний день. Он правда думает, что она до сих пор в ссоре с отцом. Было решено, что мы с Джонатаном совсем готовы к настоящим играм мафии. Джо отыскал остальным членам команды новые пистолеты, а я взял свой, подаренный на день рождения. Когда Александра накрасилась и привела себя в порядок, она позвала меня к себе: — Всё будет проходить в бизнес-отеле. Видел стеклянную многоэтажку в центральном районе? Они будут заседать на десятом этаже. Какой план? — и их взгляды, Саши и подошедшего Джонатана, обратились на меня. Они ждали чего-то умного. Я стал рассуждать. Александра будет сидеть в зале. Просто подорвать его уже не получится. К тому же, там же и наш усатый мужик. Значит, стоит проникнуть туда. Но как? — В детстве я хотел стать официантом, — признался я, переваривая в мозгу зарождающийся план. — Моя мечта исполнится сегодня. Вот я приду туда с пистолетом в роли официанта. Вот я войду в кабинет с выпивкой. И что дальше? — Дальше я перережу глотку Красному, а ты расстреляешь всех остальных, — кивнула девушка. Джо опешил: — Их будет десять человек! Кого вы успеете убить? Они вооружённые парни. Лучше не так. — Да, есть идея получше! — прошлый план накрылся новым, более кровожадным и гениальным своими мыслями. — Я оболью Сашу вином и выйду из кабинета. Она побежит в туалет, замываться, а ты в это время появишься оттуда с автоматом и расстреляешь всех. — А усатый? — усомнился боксёр моей креативности. — Залезет под стол. Камеры возьмёт на себя он же. А как быть с другими? Ведь за дверью другие бизнесмены… нам нужен кто-то ещё. Жаль, что Сэма пока нет. Барбаро вздохнул, но не стал утверждать, что неформала больше нет с нами. Я ведь знал, что малыш Сэмми остался в живых. — Саша, — обратился я к любимой. — Ты выбежишь за дверь. Надень какое-нибудь очень дорогое платье. Обо всём остальном — позже. В комнате меня ожидал сюрприз. Я сбегал в душ перед делом и возвращался из общей душевой через коридор. Вошёл в спальню. Ничего… но как будто что-то изменилось. Какое-то странное чувство возникло на сердце. Подошёл к крысиной клетке. Честер лениво, почти устало подползла к прутьям и понюхала воздух. Она как-то похудела, учитывая, насколько жирной она была несколько часов назад. Мгновенная крысиная диета оказалась простой. Шесть маленьких отвратительных крысят розового цвета, без глаз, похожие на червяков, лежали в куче тряпок. Такие страшненькие, противные. Если это мои внуки — то я не знаю, как жить дальше. Насколько я знаю, срок беременности у крыс составляет примерно двадцать пять дней. А живёт Честер со мной месяц. Возникает вопрос: когда?! А самое главное — от кого? Не знаю, чем друзья занимались, пока меня не было дома, но кто-то точно ответит за шесть новых питомцев. Стекляшка была красивой. Синие окна сливались в одну сплошную полоску и отражали заходящее солнце. Снова похолодало, лил дождь. Осень полноправно вступила в этот мир, не забыв захватить холодрыгой ещё и Японию. Мимо проносились велосипедисты и молодёжь на мотоциклах. Их тут очень много. Декоративные деревья сбрасывали ещё зелёные листья. Мы с Джо зашли через чёрный ход. Даже тут нам помогли свои люди, которые против войны. Мы зашли через чёрный ход: я и Джонатан. Охранник как раз отошёл покурить, поэтому мы юркнули незаметно за его спиной. Я, Джо и пулемёт Томсона. Он покоился в чехле от скрипки и привлекал внимания намного меньше, чем мог бы. Чёрный ход вёл к рабочим помещениям, парковке и складу с инвентарём. Рабочие копошились на подземной парковке, крася цветные стрелки на стенах, были на нижних этажах здания, где кухня и обнищавшее население на своих конференциях. Чем выше, тем престижнее и богаче. Я надел на мой костюм бежевый фартук официанта, прицепил чужой бейдж. Барбаро переоделся в уборщика, взял тележку, спрятал в инвентаре извлечённый пулемёт. Мы поднялись на грузовом лифте на нужный этаж. Милые коридоры с персидскими коврами ещё двадцатого века, люстра из хрусталя из Германии, добротные двери из сибирского дерева, мебель из Европы… Я подошёл к бару и пристроился к кучке страдающих бездельем официантов. Те обрадовались «новенькому», и мы разговорились. Незаметно косился на обстановку. Бизнесмены в дорогих костюмах уже сидели на персиковых пуфиках и потягивали золотистый коньяк. Барбаро скрылся в нужном кабинете со своей тележкой. Время медленно шло. Часы мерно тикали, иногда затихая под хохотом бизнесменов. Но вот стрелки часов сошлись. Мужчины поднялись, поправили брюки на торчащих животах и вошли в кабинет. Насколько я знаю, Джо закатил тележку в туалет и сам же спрятался там. Наш усатый помощник подослал людей, и те поставили на экраны на посту охраны уже готовую запись. Бизнесмены всё также сидят на пуфиках, а официанты жмутся у бара. Они говорят и шевелятся. И это будет продолжаться вечно. Мимо прошла Саша в умопомрачающем белом платье с кружевными цветами и внушающим декольте. Она даже не посмотрела на меня, так как держала под руку Красного. Я отвернулся, чтобы тот не узнал меня. — Давайте я отнесу, — не дождавшись ответа, я отобрал аккуратную тележку с дорогим спиртным и пожаловал в кабинет. Просторный, с огромным окном на всю стену. Широкий стол, а за ним расселись уже знакомые нам бизнесмены. Они не обратили на меня внимания. Я же крыса, я скользкое незаметное создание. — И что теперь? Мы не можем сидеть сложа руки, пока русские заводят себе защитников! Противные крысы! — сказал кто-то. Усатый поддержал: — Ещё и ОʼКрипс сбежал! Он резал Космонавтов всю свою жизнь, ещё парнем начал убивать…, а что теперь? Я с безразличным видом открывал бутылки и разливал спиртное по стаканам. Очередь дошла до главного Красного, сегодняшней звезды, и его молоденькой подружки. Я начал с него. Медленно, дрожащими руками. — Что ты думаешь, Саша? — спросил он. Солидный статный пожилой азиат с нависшими бровями. — Твой отец — что он предпримет? Девушка пожала плечами, сославшись на то, что отец уже слишком стар для мудрых решений. Тут я уронил наполненный стакан прямо на неё. Александра взвизгнула, вскочила и пихнула меня в грудь. Прокатился дружный мужицкий гогот. Она выбежала из кабинета, как будто вытирая слёзы. Я испуганно стал извиняться и оправдываться, надеясь, что меня не убьют. Красный хохотал громче всех. Мужчина махнул на меня и приказал выйти вон. Все были в слишком приподнятом настроении, чтобы ругать нерадивого официанта. Сердце бешено колотилось в груди. Я вышел и последовал в туалет за Сашей. Она стояла перед зеркалом и замывала пятно. — Невероятная актёрская игра! — улыбнулся я. — Станиславский? — Я чуть не родила там! — девушка повернулась с вытаращенными глазами. — Коннор, ты отпетый бандюган! Даже глазом не моргнул! Раздалась длинная очередь выстрелов, по которым без труда можно было угадать пулемёт Томсона. Сашенька побледнела, невольно приблизившись ко мне в поисках защиты. Несмотря на образ сильной и независимой противной девчонки, она оставалась девушкой. Мы выбежали из туалета. Охрана пронеслась мимо всех кабинетов и комнат, нас и с маленькими пистолетиками обступила главный кабинет, где Джо уже проверял трупы. Всего их было пять — охранников. Остальные только справлялись с толпой перепуганных людей, которые уносили их, словно море, к выходам. Настала моя очередь приходить брату на помощь. Я вытащил из-под фартука пистолет, схватил Сашу и приставил его к чудным вьющимся тёмным волосам. Девушка состроила обиженную мордашку. Я окликнул охрану. Те повернулись, с их лиц вдруг спала вся решительность. У меня в заложницах была «та самая подружка богатого бандита». — А теперь выпустите моего друга. Они послушно отошли от двери. Джо выглянул из-за неё с удивлённой мордой, вытащил пулемёт, а потом высунулся собственной персоной. — Слушай, мужик, — попросил он одного из охранников, подав кусок альбомного листа с нарисованным на нём моим символом, крысой с монетой в лапах. — Передай полицейским, как приедут. Усатый помер, Крыса. — Ты совсем с ума сошёл?! — невольно ужаснулся я, чуть не выпустив Сашу от злости. — Это не я! — стал оправдываться боксёр, подойдя ко мне. — Один из мужиков вытащил пистолет и стал стрелять, зацепил нашего. Ладно, пошли отсюда! Мы спокойно проехали на лифте до первого этажа. Там, в дальнем конце залы, пробежали полицейские. Хоть усатый и мёртв, а позаботился о нас. Чёрный ход свободен в течение пятнадцати минут после выстрелов. Полиция Японии не хочет жертв среди мирных. Полиция не хочет войны. Вдруг я увидел знакомую морду нашего солидного врага из Красного Шеста. Вытирая пот со лба, он выбежал из соседнего лифта и, скрывая окровавленную руку, засеменил к тому же чёрному выходу, на подземную стоянку. Джо и Саша переглянулись. Виновник торжества остался жив. Мы пошли следом. Внизу Красного поджидала машина. Она выехала с парковки и помчалась куда-то, с трудом сохраняя дозволенную скорость. Наш арендованный фургончик поехал следом. Так, не привлекая внимания, через полчаса мы перебрались через выезд из города и притормозили около частного сектора. Красный уже давно понял, что мы преследуем его. Мужчина выскочил из машины и забежал в свой солидный двухэтажный коттедж. Выбежала охрана, мы всех расстреляли. Саша увязалась за нами. Вошли в дом беспрепятственно. Красный не ожидал гостей сегодня. Зачем приставлять к себе армию, если ты, как бы, отошёл от дел? Внутри их было двое. Один не успел даже слова сказать, как умер от изящной Сашиной ручки с идеальным маникюром. Джо восхищённо присвистнул: «Классная у тебя подружка. Она будет в семье настоящим мужиком!». Второй страж поступил мудро: бросил пистолет и громогласно сообщил, что сдаётся. Молодой, вот и умный. Парня выпустили на волю, и тот убежал восвояси. Было тихо. Красный где-то прятался. Моё сердце взволнованно колотилось в груди. Мне не поверили после, но я чувствовал, что Сэмми где-то рядом. Так и оказалось. Мой ненаглядный любимый неформал был пристёгнут ремнями к специальной кровати в спальне. Он посапывал в беззаботном сне, свернув голову с высоким ирокезом набок. Он привык так спать. — Дружище! — я опустился на кровать и посмотрел на это чудо, не веря своим глазам. Оно дышало и, кажется, слегка улыбалось. Такое беззащитное, обросшее щетиной. — Ты кретин, Сэмми. Я так скучал. В спальню ввалился Джо, вышибая двери своей мощной тушей. Он так и замер на входе, с приготовленным пулемётом. Его лицо вдруг как-то подобрело. Он умилился. — Живой? — я кивнул. — Должно быть, его хотели продать подороже. Всё-таки Космонавт и с таким званием… — Он мне больше всех понравился, — улыбнулась Саша, не удержавшись от очередной шуточки. Боксёр послал в её сторону снисходительный смешок. На глаза усиленно пытались навернуться слёзы, но я втягивал их обратно. Мой лучший друг жив, но нельзя нежиться в счастье. Остался Красный, враг и помеха в дружбе Шестов и Космонавтов. Джо обмотал неформала одеялом и взял на руки. Голого, со сплошным бинтом от впалого живота до тощих бёдер. Нашли врага сразу. Он тихонько сидел за дорогим столом из цельного дерева в своём кабинете. Он ждал нас. Он ждал смерти. — Я слышал о тебе, Крыса, — молвил он, поднимая на меня уже стареющие узкие тёмные глаза. Он не терял самообладания. — Многообещающий молодой человек. — Зачем вам это? Зачем вам война? — спросил я, когда подошла Саша. Джо уже топал к выходу с Сэмом на руках. — А зачем тебе мир? — он улыбнулся Александре, а не мне. — ФБР — славные ребята. Им не нужны конкуренты. — Они убрали бы и вас! У них уже есть одни подтиралы, Головорезы, зачем им ещё одна головная боль? — Пусть так. Но войны уже не избежать. — Посмотрим. Это сказала Саша. Она же и убила его, вытащив из-под моей рубашки пистолет. Моя будущая жена. Будущая мать моих детей. Как мило.