The Sands of Khatra

- Да, - задумчиво протянул Хранитель, убирая книгу со своих ног и качая черные бархатные карты. В его тонких паучьих конечностях они смотрелись как заложники, а тонкие сверкающие во мраке фаланги медленно перемещались по серебряному срезу, открывая и закрывая обзор на тяжелый взгляд золотого солнца на обложке. В его руке осталось всего пять карт. - Что ж, не обижайтесь, но я ждал от вас меньших успехов, - проговорил он, поднимаясь со своего кресла. Его голос исказился, когда он окинул вас своими блеклыми глазами, словно присматриваясь заново. Он искал то, что упустил до начала истории. Вы не понимаете, что происходит и почему эту историю он решился прервать на самом интересном месте. История почти закончилась, а он неторопливо отошел к столу, растянул маленький широкий веер карт, рубашкой к поверхности стола. Ему были видны значения оставшихся карт. Вы собрались встать с места, но грозный ворон разразился страшным криком. Незаметно опустилась очень густая мгла на эту древнюю и, несомненно, мертвую библиотеку. - Сидите! – лениво кивнул он, даже не посмотрев на вас. Закатив глаза, в вашей голове промелькнули все саркастические нотки Джейсона Колчека. История становится частью вас, потому что история будоражит какие-то очень странные ощущения, отзываясь то болью, наблюдая за ранениями героев, то фантомным чувством счастья где-то между ребер от поддержки Салима. – Вам ни к чему вставать, я лишь только хотел подвести промежуточный итог… И только! - Промежуточный? У вас осталось всего пять карт – это скорее конец истории, а не «промежуточный итог». - О, - заговорщически вытянул Хранитель, когда его лицо исказила странная гримаса кровожадности. – Вы обрели любимчика среди героев? - Я?.. Нет. - Вы уверены в этом? Потому что я даже могу назвать его имя, - веселился мужчина, порхая у своего огромного стола. Ваше боковое зрение вдруг различило небольшое движение в глубинах массивной библиотеки, поэтому пришлось повернуть голову. Сердце выпрыгнуло из груди, когда обезображенный бледный облик пожилой женщины завис над книжной полкой, тупо удерживая переплет. Ее пустые глазницы ничего не выражали, а только пялились на одну и ту же страницу. Она была грустной, насколько может быть грустным умерший человек. - … льно, потому что мы всегда выбираем себе любимчиков. Те или иные герои, которые вызывают у нас бурю в сердце, и мы готовы вновь и вновь смотреть на их подвиги, - мужчина уставился на вас прямым взглядом, оказываясь слишком близко, - или же снова оправдывать зверства. - Я знаю, что вы делаете. - Я думал, это очевидно – рассказываю и храню истории! – улыбался мужчина, вдруг переплетая руки на груди и опираясь о стол. Он явно хотел поболтать. - Вы стараетесь меня напугать или спутать, - ваше терпение было на грани, но историю очень хотелось закончить, поэтому приходилось сдерживать неожиданно объявившееся раздражение. Хранитель знает, что некоторые герои отчего-то запали в вашу душу и сердце, и каждый выбор карты мог привести их к гибели, или спасению. Он не зря сейчас решил прервать историю, потому что слишком гладко все идет. Он сам сказал! - Действительно? Вы так считаете, - он словно бы и огорчился таким мнением очередной заблудшей души. Но вы уже точно знаете, вы не впервые здесь, и Хранитель уже проворачивал этот фокус. Верно, ведь выбор, в конечном счете, делает не он, а вы! - Вы сами сказали, что «ожидали от меня меньших успехов»! Я двигаюсь верно. - Похвально, - мужчина пару раз демонстративно хлопнул в ладоши, создавая странные овации, от которых внутрь закралось ощущение, что все идет не слишком гладко, и предыдущие события могут здорово испортить концовку. Так сказать – последствия выбора. – Я рад, что вы слушаете, что я говорю! Вы действительно прошли к главе, где вы все же встретитесь с грозной Матерью всех Богов – Тиамат. Но понравится ли вам эта встреча? Однако, другие все же закончили истории с… б`ольшими потерями. Кстати, к потерям! Он поднял маленький колокольчик на палочке – серебряный, сверкающий в льющемся благодарном свете луны, что заглядывала своими страдающими глазами прямо в огромные окна этого мистического, опасного места, где обитал сам дьявол. - Как жаль, что свет, который источают прекрасные души – гаснет, - он опустил колокольчик на зажжённую свечу. Огонь истончился и погас, оставляя после себя тугую ленту дыма, что морской волной изгибался и вился. Из глубины его библиотеки вдруг донесся жалобный плач, от которого все внутри подтянулось от жалости к существу, что где-то там страдает. У вас внутри появилось ужасающее ощущение, что погасшие свечи и призраки историй, блуждающие между стеллажей – нечто связанное вместе. Или Хранитель вновь морочит вашу беспокойную голову. Ваши взгляды с бледным библиотекарем пересеклись, и тот улыбнулся почти ласковой улыбкой. – О нет! Я не мучаю этих несчастных, обрывая их жизнь тушением огня. Странные мысли иногда посещают моих гостей, но эта – самая частая. Он посмотрел на свои книги. - Это всего лишь осознание того, что чья-то история закончилась. Иногда, конец, который мы не желали, вызывает в нас сильные эмоции… Но, - он оживился, - вернемся к промежуточным итогам! – он потрогал невесомую дорожку дыма, тянущегося к потолку. – Не вините себя в смерти капрала Мервина – у него совсем другая история, возможно, даже не в этой жизни. Эта смерть – неизбежна. - Про него слишком мало сказано и выбора на него не было, так что никакой вины. - Да? – оскалился мужчина, подходя ближе, а вместе с ним к вам подтянулся и мертвенный холод, липкий, как лихорадочный пот от страшного сна. – А что на счет Джоуи? Такой отважный, молодой… Ему еще жить и жить! Не думаете, что он мог бы спастись? А если и нет, то наши отважные солдаты не уверены в том, что зараза не изменяет тело. В Африке известны случаи, когда шаманы поднимали мертвецов, повелевая ими. - Так это была свеча Джоуи? – вы с недоверием подтянулись, поворачиваясь в своем кресле. Блеск глаз, который отразился от свечей показал вам, что эти сомнения, страх и внутренне огорчение питает это существо в человеческой шкуре. Он словно бы стал моложе, и даже цвет его мертвенного лица вновь стал отдавать человеческими красками. Вы уже бросили догадки о том, кто это на самом деле такой. – Он действительно умер. Но выбора у меня не было. Как его можно было спасти?! - Множество путей вели от главной развилки в начале пути Джейсона. Он положился на удачу фонарика. Было ли это разумно? Или же наоборот, бездумный поступок, полагающийся только на удачу. В месте, которое покинули Боги, удача – самая ненадежная штука. - Но я не узнаю, какой выбор правильный, да? Напомню, я выбираю карты вслепую, - вы грозно отвернулись от мужчины, испытывая раздражение. Смерть Джоуи была самая болезненная, она принесла страдания и подорвала веру в то, что они все вообще смогут рассчитывать на свободу. - То есть, вы полагаетесь на интуицию или так, как велит сердце, - улыбался он. – Наверное, благодаря вам, у Джейсона Колчека есть очень много шансов выжить. Ведь так он до сих пор вообще жив. Хорошая интуиция очень часто не уступает логике и уму. Вы раздраженно молчали, потому что Хранитель откровенно манипулировал вами, подтасовывая все обстоятельства так, чтобы ваши выборы приводили к очередным ловушкам. Грозный ворон хотел разразиться тирадой, но только забулькал и перешагнул по своей жердочке туда-сюда. Вас даже уже не отвлекали появляющиеся мрачные фантомы в углах этой библиотеки. Раньше вы этого не замечали, а сейчас, словно бы эти мертвые рожи совсем перестали скрываться или же обращать на вас внимание, и выползли из всех углов. - Чего не сказать о бедной Клариссе, - Хранитель покачал головой, и неожиданно убрал свой инструмент в сторону. Ровную поверхность стола освещали уже шесть свечей. - Испытать на себе ревность… Которая порой бывает так ослепительна и безжалостна. - Ее же убили демоны? Кто-то из них. Хранитель с тихим вздохом уселся напротив вас, разгладив складки на безупречной одежде. Он сложил бледные руки у себя на коленях, переплетая тонкие пальцы, и уставился в холодный камин. - Верно. Этого было не избежать, и бедная доктор Стоукс пережила многие часы мучений, прежде чем ее нашли Джейсон и Салим. Знаете, чем страшна ревность? – он принялся тасовать маленькую колоду из пяти карт, беззастенчиво уставившись на вас, склоняя свою голову на бок. - Убивает любовь, я так понимаю? Или я уже ничего не понимаю… - Не торопитесь, время еще есть разобраться со всем этим. Но ревность… Стремление обладать становится настолько сильным, что вы готовы забрать свободу у другого человека, лишь бы заполучить желаемое. А иногда, это может быть и жизнь – своя и чужая. Бедные Ромео и Джульетта, которые стремились обладать друг другом вопреки всему… - А при чем здесь они? - Я думаю, вы скоро узнаете, - улыбнулся Хранитель, оживляясь. Вы не успели понять, когда в ваших холодных пальцах оказался сделанный выбор. Карта сверкала своими красками, и история продолжается.