Луноликая

Выбранные Сюмбюлем-агой наложницы пробыли у Султана до глубокой ночи. Екатерина вернулась в спальню, когда её белокурая подруга уже видела десятый сон, но это не помешало девушке проявить свою привычную наглость. Она начала трепать подругу то за плечо, то за руку, активно пытаясь разбудить. - Юлия, - попытки стали более настойчивыми. – Юлия, проснись же! - Ух, новоиспечённая госпожа? Прошу помилуйте, - иронично отреагировала недовольная блондинка. – хочешь посвятить меня в то, что уже стала Султаншей и завоевала весь мир? - Данный проект пока в разработке… - Что ж, значит, казнить меня ты не в состоянии, и я могу ещё поспать. – девушка готовилась вновь прикрыть веки и перевернуться на бок, но Екатерина не позволила. - Да, соберись же ты наконец! Мне нужно рассказать тебе кое-что очень важное. - Господи, - проделав над собой колоссальные усилия, Юлия разлепила веки и приподнялась на локти. – это не могло подождать до утра? - Тогда бы я просто не уснула. Слушай, празднование прошло замечательно, я видела Султана Сулеймана! К слову, он оказался менее страшным, чем я его себе представляла… Так, о чём это я? Ах, да! В общем, в конце вечера ко мне подошёл этот… Сапюль-ага. Сказал, что я понравилась падишаху и завтра пойду в его покои! Можешь себе представить? - Не то, чтобы очень охотно… - Эх, да ну тебя! Рассказала бы стене – получила бы и то больше ответной реакции. - Увы, не могу плясать от радости, люди же спят. Завидую им… может имена для ваших с Султаном внуков мы лучше обсудим завтра? - Хорошо, – Екатерина несколько успокоилась и почувствовала, как к ней подобно подруге пришла усталость. Довольная сложившимися обстоятельствами, она укуталась в тёплое одеяло. - но всё-таки лучше с начала для детей. Подруги заснули, находясь в одной комнате, но перед встречей с царством морфея грезили совершенно о разном. Утро проходило спокойно, если не учитывать бесконечную болтовню Екатерины о предстоящем вечере. Ей было интересно абсолютно всё, она строила какие-то феерические предположения о том, как будет одета, насколько шикарные покои у Султана и отделаны ли они белым золотом. На все эти безумства Юлии оставалось лишь утвердительно кивать головой, приводя себя в порядок и собираясь на занятие вместе с остальными наложницами. Бело-голубое платье было успешно зашито и уже надето на девушку, а обыкновенно распущенные полосы собраны сзади и зафиксированы заколками. За проведение девушек на занятия отвечала Нигяр Калфа. Она-то и зашла в комнату, отдавая чёткие указания. - Дамы, строимся! Сюмбюль-ага уже вас заждался, - никого даже не удивило, что Юлия не осталась без внимания и на этот раз. – Бешеная, спешу огорчить. Заполнить свою дурную голову знаниями вновь не удастся. - Это ещё почему? Я вела себя вполне нормально. - Не моя прихоть. Госпожа требует к себе. На секундочку сердце девушки заколотилось быстрее. Но лишь на одну секундочку… У неё не возникло других предположений кроме того, которое она озвучила. - Госпожа? То есть Махидевран Султан? - Какая тебе Махидевран Султан?! И думать забудь, - отрезала Калфа. – тебя Хюррем Султан видеть пожелала. Она сейчас в саду. Проводим девушек к Сюмбюлю-аге, и я отведу тебя. От чего-то Юлия поймала себя на досаде, узнав имя госпожи. Она и представить не могла, что же такого Хюррем Султан от неё понадобилось. А вообще-то, представлять особого желания у неё и не возникло. Хотелось лишь покончить с этим как можно скорее. Оказавшись в саду, девушка, при всём скептическом настрое к этому месту, не сумела скрыть восхищение его красотой. Среди бескрайнего моря зелени встречались самые разнообразные классы невиданных растений. Изящные деревья с тонкими веточками, цветы любых оттенков радуги – всё это воссоздавало в памяти образы Эдема, проиллюстрированные в редких книгах. Следующей замеченной деталью стал установленный посреди сада шатёр. Слепнувшая от солнца наложница прищурилась, дабы увидеть сидящих внутри людей. Разумеется, первым делом нельзя было не заприметить яркую в своём образе рыжеволосую госпожу. Хюррем Султан расположилась в шатре в сопровождении двоих служанок, а рядом сидел и заинтересованно разглядывал драгоценные камушки её, хоть, и старший, но ещё довольно маленький сын – Мехмед. Не доходя несколько метров Нигяр оставила девушку и сказала ей подойти ближе одной. Юлии всё меньше нравился данный расклад. Когда она всё-таки подошла, Хюррем почти сразу заметила её и оценивающе оглядела с ног до головы. - Мне сказали, что ты прибыла из России? – женщина сразу перешла к делу, не затягивая с приветствиями. - Так, госпожа. - Скорее всего, у тебя сильный характер. Назови полное имя и возраст. Из какой ты семьи? - Юлия. Девятнадцать лет. Я из Раскольниковых. - Хм, - Хюррем не удалось сдержаться, и она всё-таки несколько неприязненно скривила лицо. – никогда не слышала. - Мы не очень знатный род, госпожа. – девушка не собиралась реагировать с той же неприязнью. Она сохраняла спокойствие и ждала, когда от неё отстанут. - И всё-таки есть в тебе что-то… своё? Какое-то родное. Полагаю, неспроста я заметила тебя вчера за обедом. Внезапно Хюррем Султан перевела взгляд в сторону, после чего он тут же переменился, а на миг из него даже исчезло высокомерие. Свойственное всем смертным любопытство заставило Юлию посмотреть в ту же сторону, что и госпожа. Теперь глаза обеих были прикованы к случайно оказавшейся в это же время в саду Махидевран Султан, сыну которой уж очень не хотелось сидеть без дела, и он уговорил маму выйти на прогулку. Завидев Мехмеда, желающий с кем-нибудь поиграть Мустафа устремился к шатру. Матери ничего не оставалось, кроме как последовать за сыном. - Братик! Братик! – радостно восклицал шехзаде, привлекая всеобщее внимание. - Мустафа! – отозвался Мехмед. Встреча была так близка. Мустафа уже практически оказался в шатре, когда мать настигла его и остановила, придержав за рукав. - Мустафа, ну сколько можно тебе говорить? Просила же никогда не убегать от меня! - От чего вы так строги с ним? – Хюррем просто не могла оставить ситуацию без своего комментария. – Он всего лишь ребёнок. Детям положено быть непоседливыми. - И всё-таки наследник Султана Сулеймана должен уметь сдерживаться. – особый акцент был сделан на слове «наследник». Юлия сумела второй раз наблюдать улыбку на лице госпожи. Только вот… на сей раз улыбка была не искренней. - Тогда пускай Мустафа поучится этому у второго наследника. Мир не перевернётся если мальчики немного пообщаются. Они давно не виделись и соскучились друг по другу. Может и вы желаете присесть? – Хюррем не рассматривала варианта отказа. Уж слишком ей хотелось лишний раз покрасоваться перед соперницей. - Хорошо, - спокойно протянула женщина, неохотно проходя в шатёр. – Мустафа, можешь поиграть с Мехмедом. Теперь, видя обеих жён Сулеймана сидящими рядом, Юлия ещё сильнее восхитилась красотой и утончённостью Махидевран, которая помимо прочего держала себя куда достойнее, нежели Хюррем Султан. «Нет, - подумала девушка. – Султана точно в детстве уронили…» - Ах да, что касаемо тебя, - Юлия и думать забыла, что явилась сюда на разговор с госпожой, потому слегка дёрнулась от обращения Хюррем. Помимо блондинки эта фраза также привлекла внимание и Махидевран, которая только теперь заметила присутствие девушки и приковала к ней свой пронзительный взгляд. – для чего, собственно, я тебя вызвала. Видишь ли, мои шехзаде растут не по дням, а по часам. Одна служанка уже перестаёт справляться с ними, теперь мне нужна вторая. Она должна быть ответственна и трудолюбива. И, конечно, добра, ведь ей будут доверены дети самого Султана Сулеймана, - на протяжении этих слов Юлия внимательно наблюдала за лицом Махидевран, которое несколько скривилось на последней фразе. – От чего-то материнское сердце указало мне на тебя. Что скажешь? Справишься с этой задачей? Девушка пропустила мимо ушей половину из сказанного Хюррем. На протяжении всей речи они с Махидевран принимали участие в довольно странной игре, негласным правилом которой было: посмотреть на второго участника так, чтобы успеть отвезти глаза до того, как он и сам посмотрит на тебя. Разница была лишь в том, что во взгляде Юлии читался дикий ребяческий интерес к высшей особе, а вот во взгляде Махидевран ничего кроме пронзительного холода. - Простите, - отозвалась блондинка. – но, по-моему, те качества, что вы описали, не совсем мне присущи. Вряд ли я сумею достойно выполнять эти важные обязанности. - Неужели? И какое же из перечисленных качеств у тебя отсутствует? - А какое вам больше всего нужно? Юлия прикусила язык тут же, как слова были выпущены наружу. И когда она уже научится в начале думать, а только потом говорить? Она было хотела пожалеть о сказанном, но заметив, что ранее серьёзная Махидевран теперь если сдерживает смех, сделала вывод, что всё сказано верно, несмотря на нахмуренные брови Хюррем. - Так значит? Это отказ? - Как я смею? Мне слишком дорога голова. - Не бойся, я тебя не казню, - интонация явно указывала на существование подвоха. – но я тебе это запомню. А теперь ступай. Больше не хочу тебя видеть. Забыв удостоить госпожу прощальным взглядом, девушка развернулась и направилась во дворец. Вернувшись в комнату, Юлия решила воспользоваться возможностью и первым делом поделиться произошедшим последних дней со своим дневником, но вместо этого пришла в ужас, не обнаружив его под матрасом. Дрожащими руками она перевернула вверх дном всю постель. Бесполезно. Его просто не было. - Не это ищешь? – всё время поисков около входа в комнату стояла Екатерина, которая не была замечена из-за открытой двери. В руках она держала маленькую книжечку с отсыревшими страничками. - Отдай, это не твоё! – Юлия буквально телепортировалась к девушке и вырвала дневник из её рук. Прижав сокровенную вещь к груди, блондинка стремительно направилась к постели, чуть ли не вслух молясь о том, чтобы подруга ничего не прочла. - И кто же такая эта Маргарита? – Юлия остановилась. Всё тело охватил озноб. – Ты столько понаписала о ней. - Ты не имела права читать это! – в этот момент девушка напоминала льва, защищающего свой прайд. Казалось, ещё немного и она буквально разорвёт подругу на куски. Но вскоре Юлии удалось упокоиться, и она добавила уже тише. – Никому не скажешь? - Поверь, если бы я захотела, то содержание этого дневника уже стало бы известно всей комнате. - Ладно… - Юлии нужно было время, чтобы собраться с мыслями. – Давай присядем. Девушки расположились на постелях напротив друг друга. Проделав огромное количество глубоких вдохов, затянувшихся на несколько минут, Юлия всё же сумела начать свой рассказ. - То, что ты услышишь, может повергнуть тебя в шок. Но ты сама напросилась, я бы никогда не завела эту тему первая. – взгляд Екатерины ясно давал понять, что её в принципе мало чего удивляет в этой жизни. А вот любопытство уже разрывало. – Моя семья никогда не могла похвастаться заоблачными доходами, потому родители были безумно счастливы, когда меня удалось устроить пусть даже и в обыкновенную сельскую христианскую школу. Я не испытывала восторга от этого места, но жаловаться было непозволительно. Отец прибывал в убеждении, что если я получу образование, это сумеет повысить общий статус семьи. Приходилось прилежно учиться. Не скажу, что науки давались мне тяжко, но учителя… Знаешь, когда тебя обучают в основном одни монахи… это очень давит. Тебе всё время напоминают, какая ты порочная, ничтожная и вообще… должна гореть в аду. – Юлия ненадолго прервалась. Екатерина до сих пор не понимала, к чему она клонит. – Но там был ещё один человек. Женщина, что обучала нас грамоте. Именно она стала для меня чем-то… в общем вроде… - Ты полюбила её? – догадалась подруга. – Тем самым чувством каким мужчина любит женщину, а женщина мужчину? Тем же, каким я люблю Султана Сулеймана? - Да, брось, ты не любишь Султана. - Нет, люблю! Я больше жизни его люблю! Просто, только теперь поняла, что с первого взгляда его полюбила. - Хорошо, пусть так, - умилилась девушка. – тогда да. Так, как ты любишь Султана Сулеймана. Но я долго не смела рассказывать о своей любви. Всё, что мне оставалось – продолжать посещать занятия, строя из себя прилежную ученицу. Хотя… получалось плохо. Я стала дико раздражительной. Постоянно срывалась, особенно на мать, за что до сих пор корю себя. Но обучение окончилось, и нам с той женщиной суждено было расстаться. Тогда-то я и решилась… - Значит, ты призналась ей? Ого! И что же было дальше? - Нечего хорошего. Оказалось, что у неё был муж, от которого она ничего не утаила. Вместе они пошли к моему отцу… Боже, видела бы ты его лицо, когда ему стало обо всём известно! Он посчитал, что теперь семья опозорена и всё по моей вине. Конечно, зачем ему нужна такая… неправильная дочь? Вот он и сказал, что отказывается признавать меня и больше не считает своим ребёнком. - Какой ужас… а что потом? - А потом я оказалась здесь. - Да, теперь мне ясно почему ты вела себя так… своеобразно. - Ты ещё хочешь со мной дружить? - Шутишь?! Ещё больше, чем прежде! – Екатерина обняла подругу так, что та рисковала задохнуться. - В добавок, теперь я уверена, что ты не станешь пытаться завлечь моего Сулеймана. - А ты всё о том же…! - Эй, вообще-то это очень важно! - А кто спорит? - Да, лучше не спорь. Кстати, ты обещала подобрать имена для моих внуков. Жду предложения. Спальня заполнилась звонким смехом юных наложниц.

***

Поздним вечером того же дня Махидевран Султан позволила Гюльшах помочь себе переодеться и причесать волосы. Как правило, в такое время женщина уже начинала готовиться ко сну, но не сегодня, ведь у неё появился внезапный повод заглянуть к Сулейману. А для кого ещё во дворце она могла так суетиться и прихорашиваться? Хотя, хорошо выглядеть уже успело войти в привычку госпожи. Дело было не срочное, но затягивать с ним Махидевран всё-таки не хотела. Мустафа уже достаточно подрос, и заботливая мать решила, что пора бы мальчику приступить к изучению иностранных языков. Теперь она направлялась в покои Султана с просьбой подобрать для сына достойного учителя. К сожалению, женщина заранее не догадывалась, какой сюрприз ожидал её у дверей. Заприметив госпожу, суровые стражники выпрямились и придвинулись друг к другу более плотно, дабы заблокировать вход своими телами. - Мне нужно увидеть Султана Сулеймана. - уверенно, но мягко озвучила Махидевран. - К нему нельзя. – холодно отозвался один из стражников. - Почему же? Повелитель занят? – наивно полагала женщина. - Велено никого не впускать. - Если занят, то я могу подождать. Когда он освободится? - Не скоро. Из-за дверей раздались звуки звонкого смеха. Отчётливо слышалось два голоса: один из которых принадлежал самому Султану, а второй же явно был женским… Осознав, чем же так сильно занят повелитель, Махидевран изменилась в лице. Не сказав больше ни слова стражникам, женщина развернулась и стремительно зашагала. На душе не осталось ничего, помимо желания как можно скорее вернуться в свои покои, пока никто из недоброжелателей не застал её в состоянии слабости. Надо было держаться. Держаться, хотя бы до тех пор, пока за госпожой не закроется дверь её спальни. Но боль, причинённая очередной изменой любимого, оказалась сильнее обычной хрупкой женщины. По щеке Махидевран скатилась первая слеза.