Защитник

      Молодой парень с растрепанной розовой шевелюрой лежал посреди леса, закусив длинную травку, и наслаждался тишиной. В его голове до сих пор гудел гвалт согильдийцев, решивших втянуть его в очередную драку; перед глазами, как наяву, болтался во все стороны член вконец потерявшего достоинство Грея, а алый блеск в глазах Эльзы, чей торт кто-то по неосторожности задел и сейчас расплачивается за это, пугал до сих пор.       Вздохнув, парень повернул голову набок, упершись взглядом в синюю шерсть. Хэппи что-то бормотал во сне про хвост, плавники и прочие прелести рыб, забавно морща носик и дергая лапами. Мягко улыбнувшись, парень невесомо провел рукой по бочку кота, чуть надавливая мягкими подушечками, вызывая у иксида желание потянуться и предоставить доступ к шее, чем парень, не думая, воспользовался.       — Нацу! Ха-аха-ха! Хва-хватит, Нацу, — захлебываясь в смехе, пытался выдавить из себя Хэппи.       Пощекотав ярко-синего кота, парень все же дал ему свободу, однако тут же подхватил на руки, подняв над головой. Посмотрев на кота пару секунд, Нацу не выдержал и прижал его к себе, целуя в мордочку, тельце, лапки. На него редко когда находили такие приступы, но Хэппи безропотно сносил их все, внешне морщась от недовольства, однако внутри сгорая от счастья в подобные моменты. Хэппи почти никогда не видел слез друга, но эти, была бы возможность, эти он бы складывал в колбочку и хранил под кроватью, чтобы при любом случае прикоснуться и напитаться счастьем. Однако все, что он мог, это быть прижатым сильными руками к груди и аккуратно стирать соленые дорожки хвостом.              Нацу не помнил, как заснул, а глаза открыл, когда на лес напали сумерки, выставив в качестве бойцов тени, деревья и диких зверей. Проморгавшись и укорив себя за спанье на голой земле, он поднялся, аккуратно придерживая кота, что уснул на его животе. Протерев глаза и по запаху поняв, куда следует двигаться, Нацу направился в город.       Жизнь в Магнолии была в радость, ведь все в стране, не говоря уж о городе, знают о гильдии Хвост Феи. Являясь одним из самых известных ее участников, ему многое дозволялось. Например, в Магнолии у него были дикие скидки на все, что бы парень ни попросил, разрешалось принести плату на другой день; в близлежащих деревеньках так и вовсе денег не требовали, при всяком случае грозясь отдать ему последние гроши в благодарность за спасение. Нацу, если честно говорить, даже и не помнил, когда ему действительно нужны были деньги в повседневной жизни. Проезд на поезде уже давно стал бесплатным, он тогда с Люськой и иксидом помог справиться с бандитами на рельсах; еду он, опять же, ест у девушки, либо питается в гильдии. Хоть Мира и старается, чтобы согильдийцы придерживались правил посещения гильдии, однако постоянные пивнушки, погромы и отмечания дней рождений, вступления новых участников, которых в последнее время приходит чуть ли не по трое в неделю… Все это явно не положительно влияет на бюджет гильдии, зарплату Миры и прочих работников обслуги. Однако все это нивелируется неведомыми Нацу методами и пусть Мастер и материт их почем свет стоит, все же ни разу не требовал увеличить процент отданных наград. Как был пять, так и остался.       Нацу и остальные из его команды, Громовержцы, по крайней мере, их остатки, Штрауссы, Тени — все они каждый месяц скидывают в кошелек гильдии немалую сумму. Люси, правда, не скидывает, но за нее это уже который месяц делает Нацу. Помнится, Мира объясняла девушке, что с заказа на базу отдается пять процентов, Люси тогда еще удивлялась, почему процент такой малый. А после они шли в ее маленькую квартирку на окраине Магнолии, в самом дальнем конце от Хвоста с квартплатой в семьдесят драгоценных:       — Я так рада, что тут такой процент, — делилась тогда девушка всем, лишь бы заполнить неловкие паузы, которые сама себе и выдумала. Нацу просто решил проводить знакомую до дома поздней ночью после попойки, в которой принял не последнее участие, вот и молчал больше обычного, — У меня, знаешь ли, своя квартирка есть. Она маленькая, но уютная, к тому же вдалеке от суеты города. Правда, квартплата просто небесная. У меня на неделю продуктов не хватает, а в следующем месяце надо ограбить банк, не иначе. Ха-ха, прости, все я говорю…       Тогда Нацу просто слушал девушку и пытался понять, в какой момент ей сказать о ежемесячных взносах в гильдию, если она присоединиться к какой-либо группе, а после решил оставить все на самотек. Он и не думал ее приобщать к этому, но команда как-то сама сформировалась, к тому же все притерлись друг к другу, подружились. Как уж теперь сказать, когда выбор сделан. Вот и платил два с половиной миллиона вместо полутора, как раньше. А после просто попросил не разбалтывать о взносах Эльзу, которая поговорила уже со всеми. Мира в тот день странно косила, но ее Нацу понять не мог никогда.       Когда впереди показались огни ночного города, Нацу уже успел несколько раз проклясть себя за внезапный сон. Затекли все части тела, голова работала с перебоями, напоминая о себе тупой болью в области лба. Хэппи тихо посапывал на сгибе локтя, завернутый в свисающую часть шарфа. Хоть кому-то хорошо.       Недолго думая, куда бы направиться, парень заворачивает в небольшой переулок. Поднятая голова — поднятые уголки губ: окно приглашающее раскрыто для посетителей, хоть девушка и злилась каждый раз за такой способ прихода в квартирку.       — Люси, здаро…       Рот резко захлопывается, а глаза расширяются: подруга лежит на заправленной кровати в забавной пижаме с клубникой, подаренной Эльзой на прошлый день рождения, рядом с ней, на подушке, лежала книга сказок. Потрепанная, она была любовно заклеена на несколько раз, сшитые страницы аккуратно сложены друг с другом, а обложка покрыта лаком для увеличения срока службы. Нацу часто видел Люси с этой книжкой и даже как-то пытался узнать про нее побольше, из-за чего девушка кричала что-то о «Нападении на чужую собственность» или покушение, после чего выхватывала книжку и прятала до следующего раза. Доводить заклинательницу было весело, поэтому так продолжалось каждый удобный случай, пока пару месяцев назад Нацу не застал «День Х». Годовщина смерти Лейлы Хартфилии.        — Знаешь, Нацу? — будто и не к нему обращаясь, произнесла девушка, стоя на коленях возле могилы матери. Нацу и сам не знал, почему согласился придти сюда. Ему всегда претило лезть в чьи-то чувства, со своими бы разобраться, а здесь: «Не сходишь со мной?» «Нет» как-то незаметно превратилось в шаги, «Я не хочу касаться твоей души» в «Какой она была?», а взгляд из виноватого, каким всегда смотрел на чету Штрауссов до возвращения Лиссаны, в обеспокоенный и понимающий.       — Да?       — Я бы хотела, чтобы она увидела тебя, — бесчувственным голосом проговорила тогда заклинательница, со слезами на глазах всматриваясь в каждую буковку на плите, — Увидела гильдию, Эльзу, Грея, ребят. Я бы похвасталась ей.       Если бы Нацу мог, он бы произнес что-нибудь успокаивающее. Если бы умел, подобрал бы слова, принесшие покой. Вместо этого он лишь подошел поближе и положил руку на блондинистую голову, растрепал аккуратный хвост и опустился на колени, дабы отдать дань уважения. Поклонившись три раза, пожелал спокойствия в загробном мире и тихо сказал девушке, что подождет ее возле фонтана.       — Та книга, про которую ты постоянно спрашиваешь, — старательно бодрым голосом начала Люси, когда они шли к станции поезда, — Ее подарила мне мама за три недели до смерти. Я знаю ее наизусть, настолько часто читала, — девушка чуть смеется, смотря вдаль, а Нацу не может понять, как ей удается радоваться после такого дня. Когда случилась трагедия с Лиссаной, он места себе не находил и каждый год посещал могилу, хоть и говорил Хэппи, что не будет зацикливаться на прошлом.       — О чем она?       Книга была о девушке, имеющей хвост, как у рыбы и прекрасный голосок. Она была невероятно красива, ее пение приводило самый бушующий шторм в тихую гавань, а характер как семена одуванчиков — легкий и приятный.       Был бы у Нацу желудок посильнее, он бы и услышал саму историю, но в самом начале поездки его скрутила тошнота, а рассказ остался загадкой. В тот день ему снились не самые приятные сны: про отсутствие голоса, израненные ноги и морскую пену. Связать это воедино получалось плохо, но радостный вид заклинательницы, нависший над ним, когда они приехали в Магнолию, успокоил и выкинул все остатки кошмара.       Улыбнувшись воспоминаниям, Нацу уложил Хэппи возле заклинательницы, которая тут же обняла пушистика, накрыл их пледом, взятым с кресла, и направился на кухню.       Поставив чай, быстро принял душ и в одном полотенце вышел из ванны, где столкнулся с доспехами. Удивляясь, как его нос мог так расслабиться в квартире заклинательницы, что он не учуял Эльзу и Грея без рубашки, сидящего на стуле и пьющего его чай, посмотрел на ребят и послушно вернулся в ванну. Стальной меч опустился в ножны, объявляя об откладывании смерти за совращение сокомандников. Говорить про отмороженного лишний раз не хотелось.       Вернувшись, увидел потягивающуюся под одеялом заклинательницу, сидящую на кресле Титанию и Грея с накинутой рубашкой на голову. Наверняка Эльза постаралась.       — Что вы тут делаете? — вопрос задан тихо и расслабленно, после чего послышался сдавленный писк и из-под одеяла вылетел кот, обиженно смотрящий на Люсю и потирающий хвост лапками. Хэппи приземлился на голову Нацу, тут же возвращая самообладание и едкость:       — Пришли позвать тебя на задание и благосклонно решили дать поспать, на что ты ответила насилием, — да уж, который раз Драгнил уже забывает про задание из-за пирушки в гильдии.       — Какое задание? — методично опустошая морозилку с мороженым заклинательницы, спросил Грей, находясь уже в одних шортах.       — Вот, — передал Нацу Эльзе листок с внушительной наградной суммой. Он не планировал кого-либо звать, так как приближался срок ежемесячной оплаты в гильдию, а у него все деньги ушли на ремонт пригорода с прошлого задания. К Люське он пришел лишь поесть и дать прочитать. В названии, как и описании, были неизвестные слова, которыми Игнил не обучал, а Очки чтения вслух он пока не находил, хотя бывал во многих сувенирных лавках Фиора.       — «Спасение наследника», — начала Эльза, а ребята обратились в слух, — «Уважаемые волшебники Хвоста Феи, я, граф Востис фон Бельмор, прошу о вашей безотлагательной помощи, ибо надежда угасает с каждой секундой. Мой дорогой сын, Жустис фон Бельмор, был вывезен за пределы города в эти выходные и сейчас неизвестно ни местоположение, ни требования похитителей. Мне неизвестно абсолютно ничего, от чего я в отчаянии. Прошу, предоставьте свою неоценимую помощь, и семья фон Бельмор щедро ваз вознаградит. Награда, указанная здесь — лишь малая доля того, что вам причитается».       — Ничего не понял, но надо найти этого «фонБельфона»?       — Фон Больмора, угольная головешка, — поправил в своем стиле Грей, выхватывая у Эльзы листок. Награда в десять миллионов приятно согрела сердце, а учитывая, что это «лишь малая доля»…       — Нужно отправляться сейчас же, — командным голосом на пути к выходу проговорила Титания, обернувшись лишь возле двери, — Насколько мне известно, у семьи Бельмор лишь один наследник.       — Шестилетний Жустис, — на выдохе произнесла Люси, взволнованным взглядом посмотрев на Скарлет, — Встречаемся на вокзале.       Кивнув, Титания вышла. Грей обычно ничего с собой не брал, но сейчас отправился в город за провизией. Люси начала собирать небольшой кулек вещей в дорогу, а Хэппи, подхватив Нацу, полетел в сторону дома.              Возле вокзала никого еще не было, поэтому Драгнил присел на лавку на перроне и стал ждать остальных. Хэппи улетел к продавцу рыбки, которого облюбовал с первого дня открытия.       — Нацу! — крикнула обладательница золотых волос, махая рукой с гербом гильдии. Она переоделась в темные лосины с черными шортами, удобную по меркам девушки обувь на небольшом каблуке и тонкую майку под короткой, но теплой жилеткой красного цвета. Во второй руке заклинательница катила небольшой чемоданчик неизменно розового цвета.       — Люська, где все?       — А? — девушка в недоумении огляделась, будто ожидая увидеть здесь всю Команду Нацу, как их прозвали согильдийцы, находя лишь парня, — Ох, я думала, что опаздываю, а тут только ты. А Хэппи?       — Ай-са! — кот спикировал на чемоданчик девушки, хвостом придерживая пакет с рыбками.       — Только попробуй мне слюной чемодан забрызгать, кошатина!       — Специально забрызгаю! — огрызнулся иксид, но, во избежание, так сказать, перелетел на колени Драгнила. Тот как по команде обхватил его за тельце и расплылся в довольной ухмылке во весь рот.        — Ребят! — Эльза с Греем подошли к собравшимся и помахали билетам, — Вы взяли?       Люси показала свой билет и Драгнила купленные за сто драгоценных, ибо девушка не могла позволить себе не заплатить, после чего все сели в приехавший поезд.       Усевшись на места, Нацу с мольбой посмотрел на Титанию, которая, вздохнув, приподнялась с сидения и, занеся облаченный в доспехи кулак, резко обрушила его на голову убийцы драконов. Темнота унесла парня в мир спокойствия, лишь на грани сна и реальности он почувствовал мягкость под головой и сильный запах заклинательницы.              — Нацу-сан, я восхищался вами! Почитал вас, но… — с презрением проговорил высокий парень с желтыми, почти светящимися волосами, которого окутывала темная дымка, — Ваше время прошло!       Парень наклонился, и только сейчас Нацу понял, что стоит на коленях. Вокруг стояло много людей, их лица были в тени, а на лицах у всех были улыбки.       Блондин поднес руку к лицу розоволосого и приподнял его за подбородок мягкой, но вместе с тем жесткой хваткой.       — Отныне вы никто, — с мерзкой самодовольной ухмылкой произнес блондин, приближаясь все ближе, — Отныне есть лишь мы…