Защитник

      Из грота выходило два пути: тот, по которому Нацу с Хэппи пришли, и второй, выводивший наружу. Через него парень, казалось, прихрамывал вечность. Ребра, по ощущениям, кололи внутренние органы, невозможно было сделать полный вдох, потому что малейшие усилия награждались болью. Хэппи летел совсем рядом, поддерживая руку Драгнила, чтобы тот не упал на землю.       Стоило выйти из туннеля, в глаза ударил резкий свет, на мгновение ослепив. Привыкнув к солнцу, Нацу вышел на небольшую поляну. Посреди нее лежал большой камень, на котором с закрытыми глазами сидел Мастер.       — Ты первый, Нацу, — спокойно, без пафоса произнес Макаров, а волшебник лишь прошел мимо, к кустам, не удостоив старика и взглядом. Ему было не до испытания, ни до мастера. В голове крутились события прошлого, избитое тело одной знакомой заклинательницы и собственное бессилие.       — Нацу? — мягко и осторожно позвал Хэппи, от чего парень вздрогнул и посмотрел на кота. Что-то в нем затронуло еще одну струну души драконоборца, от чего на глаза навернулись слезы, что невозможно было сдержать.       Увидев состояние друга, Хэппи всхлипнул и пулей кинулся в объятья парня, хвостом накрывая глаза, лапками поглаживая все, до чего мог дотянуться. Видеть Нацу в таком состоянии ¬– да лучше бы Хэппи пытали несколько дней подряд, только он бы знал, что Драгнил не пострадает. А сейчас, сейчас Хэппи не мог даже найти слов утешения, чтобы облегчить душевную боль парня.       Нацу сидел, отвернувшись от поляны, на которую медленно сползались остальные, прошедшие первое испытание. Драгнил не всхлипывал, не дергался в рыданиях. Он просто сидел, отвернувшись от поляны, тихо роняя слезы, скрывавшиеся в шерсти хвоста Хэппи.       Так они просидели до тех пор, пока с поляны не разошлись все волшебники. Макаров отправился провожать проигравших испытание Фрида и Бикслоу, Гилдартса, который так же покидал остров, а девушки, оставшись на острове, занялись барбекю в небольшом лагере в километре от поляны.       — Нацу, — позвала Люси, мягко тронув Драгнила за плечо, чуть наклоняясь, чтобы посмотреть парню в глаза, — Нацу, пойдем, нам нужно идти на поиски.       — Люси, — начала ныть Кана, партнерша Люси, которая и участвовала в соревновании, — мы соперники, зачем ты ему помогаешь?       — Она права, Люси, — тихо и хрипло, так, чтобы расслышала только заклинательница, произнес Нацу, — иди, выполняй второе задание.       — Только после того, как расскажу его суть, — насупившись, девушка хлопнула себя по бедру, присаживаясь рядом на корень дерева, — Кана, — обращается она к картежнице, которая уже готова была вырубить девушку и забрать с силой, — иди вперед, я нагоню тебя. У нас все равно есть карты.       Кана, посмотрев в глаза блондинке пару секунд, разочарованно вздохнула и, взяв слово, что та прибудет через десять минут максимум, развернулась, скрывшись за кустами.       Люси, стоило им остаться втроем, раскрыла руки, приглашая Хэппи в объятья:       — Как прошло испытание? — тихо спрашивает она, поглаживая кота между ушками, заставляя расслабиться и не делать больше такого скорбного выражения.       — Гилдартс силен, — сипло начал Нацу, сам удивляясь, с чего он вообще решил ответить, — А я просто…       — Неправда! — крикнул Хэппи, подпрыгивая на коленях у девушки, оборачиваясь к ней, будто это она усомнилась в силе друга, — Нацу невероятно силен! Это Гилдартс использовал грязные приемы! А еще он давил на…       — Хэппи, — мягко произнес Нацу, останавливая кота, — Он и должен был использовать грязные приемчики. Было бы удивительно, если бы он этого, как раз таки, не делал.       — А нам Фрид и Бикслоу, по ощущениям, совсем сдались, — спустя пару минут молчания произнесла Люси, перетянув внимание на себя, — Я вызвала Деву и Овна и те просто надели купальники, а парни уже в отрубе. Было весело, и Кана очень радовалась, но… так неприятно.       — Кажется, я могу тебя понять, — горько усмехнувшись, произнес Нацу, — У меня только что была похожая история. Гилдартс начал говорить про то, что я волшебник гильдии Хвоста Феи и все такое, что… Я знаю, что я волшебник, знаю, какая у нас гильдия. А так же знаю, что я должен защищать ее и близлежащие территории, то есть, Магнолия и пара деревень. И я не смог. Потому что предпочел смерть народа, но спасение друга. И при этом после он произнес…       — Если бы ты поступил иначе, я бы вышвырнул тебя из гильдии? — процитировала вместо парня Люси, вызвав удивленный вздох, — это сказала бы Эльза, — мягко улыбнулась девушка, болтая ногами в воздухе, — Такое ощущение, что, стоит им получить звание мага S-класса, как все начинают разговаривать одними и теми же шаблонами.       Нацу улыбнулся, смотря, как заклинательница о чем-то говорит с Хэппи. От чего-то слезы вновь навернулись на глаза, но плакать сегодня парень уже не станет.       — Так что там с заданием, Люси? — через какое-то время спрашивает Нацу, полностью успокоившись. Хэппи перелетает к нему, зависая над плечом, а заклинательница встает, оттряхивая штаны.       — Нам нужно найти где-то на острове закли…       Не закончив, девушка вскрикивает, одновременно с этим сзади резко ударяет что-то, прилетевшее с неба. Нацу нутром чует опасность, исходившую от человека, который, будто умалишенный, улыбался, выпятив свои огромные глаза на девушку.       Действуя на инстинктах, Нацу резко оборачивается к Люси, грубо хватает ее и со всех сил подбрасывает в воздух.       — Хэппи, ходу! Ходу! Улетайте как можно дальше!       Кот, не мешкая, улетает за заклинательницей, которая ожесточенно выдирается из хватки иксида, а тот летит на всей скорости прямо, не разбирая пути от слез, навернувшихся на глаза. Он корит себя за слабость, но тут же дает мысленный подзатыльник, и увеличивает скорость, надеясь успеть на помощь к драконоборцу.              — А что это ты лишил меня такой приятной компании? — улыбаясь еще сильнее, спрашивает парень, при этом неотрывно следя за Нацу. Тот, не церемонясь, подлетает к блондину и со всех сил отбрасывает его ударом в деревья впереди. Гнев захлестывает все эмоции, а отсутствие заклинательницы и кота поблизости дает карт-бланш на использование всех способностей.       Добежав до примерного места падения блондина, Нацу находит лишь обломанные ветки и обломки камней. Неожиданно со спины прилетает жженый удар, подбрасывая Драгнила на несколько метров.       — Удар Крыла Огненного Убийцы Богов, — спокойно произносит парень, наклоняясь над едва дышащим Драгнилом.       — У…цы Богов? — с трудом выплевывает Нацу, поднимаясь на колени.       — Что ж, у меня сегодня хороший день, особенно после встречи с той красоткой, поэтому поведаю тебе о себе. Занкроу, гильдия Сердце Гримуара.       В голове тут же проносится карта с гильдиями, тройственный союз Тартара, Сердца и Орасион. Из всех них, Сердце Гримуара было довольно близко к Хвосту Феи, настолько, что каждый из гильдии мечтал разделаться с чернокнижниками с особой жестокостью.       — Поэтому, если ты не знал, то я тебе рассказал, — закончил Занкроу, по-видимому, объяснять свою принадлежность к Убийцам Богов.       Нацу, хоть и сам являлся не совсем обычным человеком, набожным все-таки не был, поэтому в историю с Богами особо не верил, но, вместе с тем, признал, что силы у Занкроу было предостаточно.       — Вы вторглись на нашу территорию в самое неподходящее время и место, Занкроу, Убийца Богов, — с каждым словом Нацу, парень с огромной копной желтых волос все больше растягивал губы в оскале, — С нами мастер, все маги S-класса, а сам остров делает нас сильнее кого бы то ни было.       — Ты думаешь, Драконяша, мы не подготовились? — смеется Занкроу, а Нацу, дождавшись, пока парень отвлечется, нанес сокрушительный удар, совмещающий огонь и гром. Из-за недостаточного освоения он отнимал слишком много сил, но, вместе с этим, обладал невероятной мощью.       Когда гром и молния успокоились, Нацу вдруг ощутил, что его пламя исчезает слишком быстро для такого слабого ветра. Запрыгнув на коренной выступ, он увидел, как Занкроу без труда поглощает силу огня, а после, вдохнув как можно больше воздуха, выдыхает огромный шквал черного огня.       Кожей почувствовав, что ему в этом огне не выжить, Нацу отскакивает, и старается заглотить пламя, однако тут же захлебывается в слюнях и крови. В тот момент казалось, что даже Эферион был на вкус, как сладкая вата.       — Видишь ли, Убийцы Богов стоят на ряд выше, чем жалки драконята, поэтому я могу с легкостью поглотить любое пламя, а вот тебя ждет лишь боль и никакого пополнения сил.       Криво усмехнувшись, Нацу поднял взгляд на чернокнижника, от чего тот вздрогнул, будто не веря, что это парень такой же ненормальный, как и сам Занкроу.       — Видишь ли, Убийцы Богов, может, и сильны… но мне плевать на переломы и разрывы, Занкроу.       Растянув имя чернокнижника, Нацу вновь приблизился ко все неутихающему потоку пламени и, сжав кулаки до образования красных лун, с силой втянул в себя пламя.       Где-то на задворках боли и страданий Нацу слышал сумасшедший смех Убийцы Богов, который на всех порах восхвалял Нацу. Выхаркнув кровь, Нацу пообещал себе не дышать через рот и на полной скорости понесся к блондину.       Магические приемы чередовались с ожесточенными ударами кулаками и ногами, в ход шло подожженное дерево, поднятый камень, брошенная грязь в глаза. Нацу впервые боролся изо всех сил, впервые он был в таком гневе, впервые у него появился шанс излить его на противника. Не замечая разрушений, они двигались то вглубь острова, то вылетали на пляж; то подлетали в воздух, то создавали новые скважины воды. Множество корней дерева Небесного Волка были сожжены, от чего Нацу чувствовал, что сил становится все меньше и меньше.       Понимая, что сил у него почти не осталось, а последние секунды он бился, видя перед собой лишь Занкроу, из-за чего постоянно бился о деревья, камни и землю, Нацу решил возложить на последний удар все мастерство и все силы, накопленные долгими боями.       Сделав небольшую перебивку, подкинул Убийцу Богов над землей и, пока тот находился в воздухе, собрал в ноге силы четырех Убийц Драконов и Богов. Этот Огненно-огненно-железно-громовой удар Убийцы Дракона выбил все силы, из-за чего Нацу, даже не узнав, долетел ли до чернокнижника удар, отключился, упав лицом на траву где-то в сердце острова.

***

      Проснувшись, Нацу первое время долго смотрел на чистое и безоблачное небо. После пришло осознание того, что недавно происходило, а вместе с этим — боль. Боль, казалось, заполнила все клетки организма. Горло раздирало от малейшего вдоха, кашель, что так и рвался, бросал Нацу в небытие, а тело, сотрясаемое легким ветерком, просто молило о скорейшей смерти. Истощение никогда не было так сильно, а когда до Драгнила дошло, что он на острове их Гильдии, понял, что с деревом точно все очень плохо.       С силой превозмогая собственное бессилие и тошноту от ран по всему телу, все-таки сел, со страданием смотря на ногу. На то, что от нее осталось. Переломы были в четырех местах и это только там, где торчали кости. О том, что внутри, и думать не хотелось.       Выблевав остатки завтрака, перемешанного с кровью и сгустками черного, видимо, куски пламени Занкроу, Нацу вновь потерял сознание.       Очнувшись в который раз от забытья, нащупывает кустарник и старается хоть как-то стереть всю ту мешанину со своего лица. Получается плохо, но справа виднеется пруд в паре метрах. Понадеявшись, что хоть что-то на этом острове еще приносит облегчение и восстановление, отправился к нему. Путь пролегал через кусты, а помимо этого, со сломанными костями по всему телу Нацу даже не представлял, как доберется до него.       В метре от парня по земле ползла змея в противоположную от пруда сторону, натолкнувшая на мысль. Кивнув сам себе, Нацу лег на живот, в процессе еще раз опустошив желудок и потеряв сознание на несколько секунд. Кое-как оберегая ногу, пополз к пруду.       За кустами, как оказалось, обвал, в который Нацу рухнул как камень. Решение перевалиться через них всем телом, а не тянуться, было умным, но не совсем.       Вода в пруду едва ли доставала до лодыжек, но этого было достаточно. Тело будто ожило, самостоятельно как-то похрустывая и двигаясь. За какие-то несколько секунд руки и «здоровая» нога излечились, а вот с вывернутой наизнанку нижней конечностью все сложнее. Она причиняла боль еще сильнее, чем когда Нацу ее ломал. Кости, двигаясь и заползая обратно, давили на нервные окончания, и Нацу, уже привычный, лишился сознания. И вскоре очнулся на чьих-то руках.       — Зачем ты топишься? — спросил мягкий голос, а нос, который из-за вздоха воды вместо воздуха, прочистился, вдохнул в себя такой родной запах, что все внутри сжалось, а сердце, по ощущениям, и вовсе остановилось.       — Ты… Кто?       Парень, поддерживающий Нацу за плечи, был невероятно красив и несчастен. Его черные глаза смотрели на мир, будто переживая внутреннюю борьбу, а черные волосы, красиво сочетающиеся с его алебастровой кожей, свисали тяжелыми прядями. Однако стоило ему услышать вопрос, как он тут же отпрянул, окунув Драгнила в воду. Спохватившись, он вытащил его на берег, а после отошел на несколько метров и судорожно просил не приближаться.       Нацу такой подход не устроил, а вид молодого парня с печалью всего мира в глазах и вовсе давал больше вопросов, чем ответов. Поднявшись, Нацу отметил, что переломы почти зажили, а вот магическое истощение как было, так и осталось. «И так пока нормально», решил Драгнил, подходя к брюнету все ближе.       Тот уже перешел на крик, от чего Нацу, в конце концов, взбесился:       — Я не уйду, пока ты не скажешь мне почему…       Резкая вспышка черной сферы пронеслась мимо Нацу и рассеялась лишь в паре метров позади. Парень при этом весь сжался и стал похож на маленького брошенного котенка, оставленного на улице в разгар зимы. Вдохнув и выдохнув, Нацу спокойно приблизился к брюнету, положил руку ему на плечо и тихо, спокойно спросил:       — Почему я должен был отойти?       Парень, казалось, увидел призрака. Он отскочил от Нацу на пару метров, выставил руки за спиной, чтоб не упасть и во все глаза уставился на драконоборца:       — Почему ты жив?       Вопрос, заданный с таким уверением, будто Нацу сейчас должен валяться на земле хладным трупом, слегка удивил и разозлил.       — А чего ради я должен был умереть? — раздраженно спросил Драгнил, отвернувшись от парня. А после упал на землю, не в силах поверить глазам. Все в радиусе десяти метров было уничтожено: деревья, трава, животные. На земле лежали птицы, упавшие с деревьев, а вода в пруду была высушена до основания.       — Что это? — сипло спрашивает Нацу, шокировано смотря на парня. Тот так же ничего не понимал, но его шок был не о том, что произошло с природой, а статус Драгнила как «живой».       — Это мой Голод. Мое проклятие. Обычно он не возникает так часто. И, обычно, — выделил он, — все умирает. А ты… Как ты…       — Я… Я не знаю… Это не пруд, потому что он иссох, — в недоумении, Нацу почему-то проверяет себя и с ужасом замечает квадратик шарфа, полностью почерневший, — Это шарф!       — Покажи, — вмиг став собранней, спрашивает парень, вставая с земли. Нацу безропотно снимает шарф, не чувствуя при этом потребность тут же надеть его, как бывало всегда. Почему-то сейчас для Нацу он просто вещь, как обувь, трусы или жилетка.       Парень внимательно осматривает почерневшую ткань, проходит пальцами по нетронутой скверной остальной части.       — Откуда он у тебя? — как-то тоскливо спрашивает парень, вновь становясь печальным.       — Игнил мне его дал.       И вновь реакция парня была совсем не такой, которую ожидаешь. Он расширил свои безбожно большие глаза, уставился ими на Нацу и с придыханием спросил:       — Как тебя зовут?       Наклонив голову, Драгнил похлопал глазами, а потому улыбнулся фирменной улыбкой и ответил:       — Нацу Драгнил, из гильдии Хвоста Феи. А ты?       Из-за резкого сильного ветра до Нацу долетел лишь конец фразы: «рос». Потянувшись вперед, чтобы переспросить, он прерывается, падая на землю от сильного рева. Не понимая, что это может быть, он срывается с места, на ходу оборачиваясь:       — Потом договорим! Оставь шарф пока у себя, он тебе больше нужен, чем мне!

***

      Стараясь бежать как можно быстрее, а без помощи магии, которую он потерял в двух битвах, это оказалось до невозможного сложно, Нацу совсем не обратил внимания на крик паренька. Даже не вникая в его слова, можно с уверенностью предположить, что тот пытался его остановить, но разве же Нацу мог себе это позволить? Он и так провалялся на земле если не несколько часов, то минут точно, а это, учитывая нынешнюю ситуацию, просто катастрофически много.       По нюху, который теперь в разы превосходит его прошлый — сказалась водица из пруда — он без труда определил, что основной состав гильдии находится именно в районе прогремевшего рева, от чего сердце ощутимо дрогнуло в груди.       На пределе возможностей ускорившись, Нацу почувствовал, как легкие уже не справляются, но это было не важно. Не важно, что он не сможет ничем помочь согильдийцам, не важно, что он лишь простой человек с отсутствием магических способностей ближайшую пару часов, не важно. Он не оставит друзей наедине с этим чудовищем, чем бы оно ни было.       — Нацу! — кричит Хэппи и пулей подлетает к нему, хватая за плечи и поднимая в воздух. На лицо стекают слезы кота, которого сейчас не успокоить, а лапки трясутся от переполняющих иксида эмоций, — Нацу! Зачем ты пришел сюда, нам нужно скорее уходить!       — Что произошло? — кричит Драгнил, чтобы хоть как-то перекричать шум на острове.       — Сюда прилетел дракон!       Хоть в голосе Хэппи и сквозили боль и отчаяние, Нацу все же испытал воодушевление и радость. Встреча с драконом, о которой он так мечтал! После стольких лет увещеваний, что все они вымерли, он действительно встретит дракона! Может…       Тряхнув головой, Нацу приказал себе не мечтать, а сосредоточиться на проблемах насущных. Все на земле бежали от огромной воронки посреди пляжа. Крикнув Хэппи лететь в эпицентр, Нацу спрыгнул на песок, принимаясь вытаскивать застрявших товарищей. Все они были в ужасном состоянии, с порезами, синяками и кровью по всему телу. Хуже всех было Эльзе, на которой и места живого не осталось. Она прихрамывала, ползла, когда падала, и вновь пыталась подняться. От былой Титании не осталось и следа, но Нацу никогда бы не сказал ей нечто подобное.       — Нацу… Где ты был и… шарф? — хрипло спросила Эльза, заплывшем кровью глазом посмотрев на драконоборца. Тот лишь мотнул головой, тратя все силы, чтобы поднять накаченную и в полном обмундировании, которое состояло из ее привычного костюма, девушку, которая стала слишком тяжелой.       Догадавшись по трясущимся рукам, что Нацу сейчас не в лучшем состоянии, Эльза применила перевооружение, оставшись в шароварах и нагрудной повязке. Стало слегка легче.              Когда рев утих, согильдийцы собрались в центре пляжа, обсуждая дальнейший план действий. То, что дракон вернется, понимали все.       — Предлагаю…       — А он что тут делает? — со злостью спросил Нацу, указывая на стоящего рядом с мастером Лаксуса. Тот весь сжался, всем своим видом показывая покаяние, но Драгнил, разозленный всем сегодняшним днем, был не в состоянии прощать кого-то.       — Он прибыл, потому что мы нуждались в его помощи, — слабо проговорил мастер Макаров, потирая рукой перемотанное тело.       Обведя взглядом всех товарищей по гильдии, Нацу заметил, что пострадали все без исключения. Особенно его задела перемотанная светловолосая головка, стоящая рядом с Венди, которая, не жалея сил, вливала в заклинательницу магию.       В приподнятом состоянии были лишь трое: Грей, Джувия и Кана. У последней на руке светилось что-то желтое, переливаясь всеми оттенками, даруя ощущение тепла и спокойствия. Догадавшись, что это — то самое заклятие, Нацу ощутил вновь накатывающий гнев.       — Почему на тебе ни царапины, Кана? — тихо, так чтобы услышала только девушка, спросил Нацу, приблизившись к ней. Люси как-то затравленно посмотрела на девушку, от чего желание убить всех и каждого, а особенно, картежницу, росло как на дрожжах.       — Мне повезло, — с вызовом, но все-таки испуганно проговорила Кана, задрав голову. И тут же ее опустила, видя взгляд Драгнила. Сейчас он, как никогда прежде, выглядел как Саламандер, об ужасающе силе которого ходят слухи по стране.       — Нацу, — спокойно позвал Макаров, но Драгнил кожей чувствовал, как мастер накапливает силы, дабы удержать его, драконоборца, в узде.       — Я задал вопрос, Кана, — так же тихо и угрожающе спросил Нацу. Девушка напротив вся сжалась, стараясь стать как можно меньше, а лучше, и вовсе исчезнуть с острова и из страны. Никогда еще ей не было так страшно. На фоне разгневанного парня, рев самого страшного дракона показался ей просто криком младенца.       Остальные, видя, к чему идет ситуация, начали нервничать и переговариваться, кому же пойти и успокоить сумасшедшего убийцу драконов. Вызвался Грей.       — Головешка, я прекрасно все понимаю, но сейчас не время и не место. У нас на повестке дня огромная угроза жизни, а с возомнившими себя великими, мы разберемся потом. И я обещаю, что помогу тебе наказать их.       Что-то в голосе Грея задело Нацу, от чего он отвернул голову, напоследок особенно злостно взглянув на картежницу.       Стоило двоим волшебникам подойти к Эльзе и стоящим за ее спиной Люси и Венди, как все остальные согильдийцы вдруг осознали, что, на данный момент, команда Нацу — сильнейшее образование Хвоста Феи. Угрожающая аура, исходящая от Титании и парней была столь ощутима, что находящиеся рядом с ними невольно стали задыхаться.       Мастер, понимая всю серьезность ситуации, не стал никак защищать Альберону, взамен постаравшись перетянуть внимание на себя:       — У нас есть дела посерьезней. Над нами нависла угроза, доселе с которой мы и не сталкивались.       — Что это за дракон, дедуля? — спросил Лаксус, за что на него перетекла половина гневных взглядов от команды Нацу.       — Акнология.       Дальнейшие события развивались столь стремительно, что Нацу бы и не смог выделить что-то одно.       В одну секунду в небе появляется огромный черно-голубой дракон.       В другую — он уже сжег большую часть пляжа.       В третью — Лаксус что-то кричит, все начинают браться за руки, Нацу хватается за Грея и Хэппи, что-то кричит, ему что-то кричат.       Последнее, что помнит Нацу — обжигающее тепло, прошедшееся по его рукам и огромную вспышку черного света прямо над головой.