Искупление невозможно

      Утро встретило мальчика странным покалыванием в левом боку и шраме. Весь вчерашний день Гарри помнил как в тумане. Открыв глаза, ребёнок огляделся.       «Может, мне это лишь привиделось? — с беспокойством подумал он. — Лишь сон…»       Боль и тоска охватили его сердце. Новый друг теперь казался чем-то нереальным, призрачным, пустой игрой воображения.       «Том… — с тоской думал Гарри, лёжа под жалким, тонким одеялом. — Где же ты? Отзовись, пожалуйста…»       «Гарри, — откликнулся Реддл. — Тебя что-то беспокоит? Просто не думай ни о чём, я всё решу, ты только скажи».       От этих слов на душе у Гарри потеплело. Теперь у него есть свой человек, который поддержит его, поможет.       Вдруг идиллию нарушил раздавшийся визг тётушки, а в дверь чулана настойчиво застучали:       — Поттер, вставай! — не унималась Петунья Дурсль, истошно вопя. — Скоро приедет Мардж. Вставай, бездельник!       Напоследок стукнув по двери женщина отправилась на кухню, попутно ворча о том, что этот ребёнок попросту мешается.       Гарри перевернулся набок. Встав со старенького матраса, мальчик отворил дверь и, выйдя в коридор, огляделся. Тишина, царствующая здесь была, так прекрасна, что Гарри на мгновение подумал: всё не так уж и плохо. Собравшись с духом, он направился в кухню. За столом чинно восседал кузен. Гадкая улыбочка не слетела с губ младшего Дурсля, когда в проёме показалась чёрная макушка. Уж Дадли-то знал, чем развлечься ему сегодня… Кузен встал из-за стола и, пихнув по пути Гарри, побежал в свою комнату. Тётушка не обратила на всё это внимания, продолжая что-то бормотать о том, что всё должно быть идеально.       — Ты, неблагодарный ребёнок! Почему ты ещё не в саду? — гневно зыркнув на племянника, вскрикнула женщина. — Иди сию минуту принимайся за работу.       — Да, тётя, — смиренно сказал ребёнок.       Спустя несколько минут мальчик оказался в саду. Клумбы благоухали, газон был ровный, да так, что любой бы позавидовал виду участка.       Гарри поспешно шагал к кусту роз. Опустившись на колени, он замер перед цветами. Они привлекли его взор своим цветом. Ярко-алый. Вдруг в глазах потемнело, и мальчик упал на траву, поглощённый видением. ***       Серые стены, такие знакомые и одновременно чужие… Оглядевшись, Гарри понял, что никогда не видел помещение, в котором находился. Окна самые обычные, старые, деревянный пол, что изредка скрипел под ногами, самая обычная старая кровать, больше похожая на койку. Стол возле окна был шатким, платяной шкаф у двери уже слегка покосился от времени. Ребенок заметил в углу разбитое и почерневшее от времени зеркало. Подойдя ближе, он разглядел темные холодные глаза, темные волосы, что лежали так покладисто — не то что его собственные, вечно пребывавшие в беспорядке. Взгляд опустился на поношенную одежду, рубашечку и брючки с ботинками. В следующий момент внимание его приковали раны на руках. Свежие, как от тугой веревки. Его отвлёк шум со стороны двери.       Послышались тяжёлые шаги. В следующие мгновения дверь распахнулась и перед ним оказалась дама в возрасте. С грозным видом она смотрела на него.