Клятва под белым солнцем

      Кристиан проснулся поздно. Соседняя подушка, на которой спал Демо, была примята и трепетно хранила его запах. Тонкое покрывало обвилось вокруг тела, будто стремилось превратить в большую гусеницу. Или червя, раз уж вокруг был Демониум с его неисчислимыми подземными пещерами и глубокими норами. Не дай Небо, конечно, там оказаться — просто съедят. А потом съедят самих червей. Иного мяса в Лиге не водилось. А то, которое когда-то водилось, давно вымерло.       Он отвлёкся от размышлений. Проголодался что ли? Перевернулся на бок. Через тяжёлые бархатистые шторы не пробивалось ни единого солнечного лучика. Наоборот, казалось, что в комнате значительно темнее. Словно уже вечер, а не позднее утро. По оконному стеклу раздалось негромкое постукивание. Едва слышное, но с дробным ритмом. Зашуршала листва в саду, раскинувшемся под балконом. Потянуло влажной землёй. На Арз’Арс обрушился очередной ливень.       Кристиан сел. Не то чтобы у него были планы на день за пределами Аро, но они только что окончательно рассыпались. Может, не стоит вовсе вставать с постели? Неплохая мысль. Слишком много событий стало происходить, когда он один-единственный раз приехал в Коллегию дипломатов по просьбе Демо. Убийства, нападения, ранение отца. Он помотал головой. К сожалению, ничего не изменилось бы — Милан уже был мёртв, а отца всё равно попытались бы убить. Противный холодок скользнул по спине.       — Пожалуйста, поправляйся, — вслух сказал Кристиан, сжав одеяло.       Он не был готов переживать потерю. Снова. Да и можно ли быть готовым к тому, что кто-то умрёт? Нет. Даже если знаешь, что есть такая вероятность, будешь верить до конца, что обойдётся. Когда не стало сестры, Кристиан не сразу заперся в покоях. Сначала он часами бродил по коридорам Аро, как неприкаянный призрак, заглядывал во все комнаты, бесчисленное количество раз обошёл библиотеку. Он ждал. Ждал, что сестра найдётся, что всё обернётся просто плохим сном.       Постепенно однообразные дни сменялись такими же, а сестра не возвращалась. Жизнь всё меньше казалась яркой и необходимой. Шум ветра раздражал. Слабые лучи зимнего солнца гнали прочь. Очень хотелось забиться в какой-нибудь неприметный угол, чтобы не тормошили, чтобы не заводили разговоров. Чтобы просто забыли о его существовании. Таким углом стали покои, куда приходили Демо и отец. Они поначалу пытались заинтересовать учëбой, весточками от знакомых, новостями, но Кристиан не хотел слушать. Он прятал голову под подушку, вынуждая их замолчать. Какая учёба, когда сестра не могла больше учиться? Какие знакомые, когда они больше не могли общаться с сестрой? Какие новости, когда сестре больше их не узнать?       — Кристиан, доброе утро! — Арманис вклинился в размышления. — Прекрасный день, чтобы придумать, как нам попасть в ход для слуг!       Кристиан не знал, что его возмутило больше: что Арманис прервал его или что ни малейшего значения не придавал своей неприязни к Ши-Ши. Он нахмурился и бросил негодующий взгляд в зеркало. Разумеется, кроме недовольного лица, ничего не увидел. На что рассчитывал? Хотя через мгновение губы против воли расплылись в дружелюбной улыбке. Совсем недавно он также улыбался Ши-Ши. Насквозь фальшиво. Искренность вызывала только вопросы.       — Почему вы не доверяете Ши-Ши? — Кристиан отошёл за ширму, чтобы переодеться.       Звать слуг не хотелось. Не сейчас, когда один из них мог оказаться тенью. Они наверняка знали, что он проснулся, но сами на помощь не спешили. Ничего нового. Зато Тибальт с чашечкой сока химирри был уже в пути. Успеть бы прояснить ситуацию до его прихода.       — А? — Арманис, казалось, был нимало удивлён. Или искусно притворялся, что вероятнее. — А тебя самого не смущает её дружелюбие? Особенно на фоне всех остальных обитателей гарема. Мне показалось, что они не очень хотят с тобой дружить.       — И что с того? Ши-Ши единственная, кого я могу назвать своим другом здесь. Она пытается сделать так, чтобы мне не было одиноко.       — А тебе одиноко? А как же я? Я же есть!       — Вы есть, — не стал спорить Кристиан. — Я, правда, пока не знаю, хорошо это или плохо. Вы тему не переводите. Есть ещё что-нибудь, кроме «дружелюбия Ши-Ши», чтобы вы ей не доверяли?       — Кроме моих домыслов нет ничего, — пожал плечами Арманис. — Она, конечно, всегда была своеобразной, но я бы получше к ней пригляделся. Слишком ненатурально выглядит её забота о тебе. Отличная маскировка для того, кто что-то замышляет.       — А сами-то, — Кристиан сощурился и выглянул из-за ширмы.       В зеркале Арманис продолжал безмятежно улыбаться, будто ничего не происходило. Да, на светскую беседу не слишком похоже, но его всё устраивало. Он просто продолжал настаивать на своём. «Не верь Ши-Ши» и хоть лёд кроши Вот как дальше с ним разговаривать? Кристиан отвернулся и принялся нарочито медленно расправлять рукава рубашки. Его уверенность в том, что Ши-Ши искренне ведёт себя с ним, не уменьшилась. Арманис ошибался.       — А что я? — надеяться, что он промолчит, было глупо.       — Неважно, — ответил Кристиан, едва подавив желание снова взглянуть в зеркало. Очень уж хотелось увидеть выражение лица Арманиса. — Вам приятно, когда на ваши вопросы отвечают так?       Ответом ему стал заливистый смех. Причём, похоже, самый настоящий. Он щекотал грудь изнутри, пробегал про спине табуном приятных мурашек и побуждал присоединиться. Тёмно-синее убранство «Логова» словно только что раскрасили художники, настолько яркими и свежими казались цвета. Даже рукава рубашки, которая всё ещё не хотела сидеть как положено, чуть слепили глаза белизной. Кристиан, превозмогая желание согнуться пополам от чужого смеха, пытался понять, каким образом его слова могли показаться смешными.       — Ты правда удивительный! — через какое-то время выдавил Арманис. — Меня, положим, так не расстроишь. Я сам кого хочешь расстрою! Теперь давай рассказывай, что такого я там сделал.       — О, вы так вызывающе себя ведёте, сразу кажется, что тоже что-то замышляете! Я совсем не верю ни вашему смеху, ни добродушию. Вы непонятно откуда взялись, почему-то подселились именно в моё тело. Ещё и очень вовремя. Как раз перед тем, как меня попытались убить на улице. Не кажется ли вам, что всё это мало похоже на совпадения? — Кристиан подходил ближе и пытливо вглядывался в зеркало.       «Ещё и очень вовремя». Собственные слова эхом звучали в голове. Действительно, откуда вообще взялся Арманис? Он появился так тихо, что точно сказать, как долго они сосуществовали, было затруднительно. Может, Арманис рядом уже несколько лет, а Кристиан и не знал. Хотя вряд ли: Арманис не смог бы долго сидеть в четырёх стенах. Ему надо было всё время куда-то ходить и что-то делать. Он бы выдал себя значительно раньше. Да и Ши-Ши часто навещала его. Уж тут-то Арманис точно не удержался бы. Кто он такой? Как попал в его тело? Что за цель преследовал? Вопросы оставались без ответа.       Зеркало начало запотевать от учащённого дыхания. В ушах звенело. Сердце замирало. Ждало. Ждало ответа, чтобы броситься вскачь. Казалось, что дождь перестал стучать в окно, лишь бы не портить момент. Глаза отражения не были весёлыми. Злыми, пожалуй. От такого взгляда впору попытаться укрыться, но Кристиан не сделал ни шага. Только сжал кулаки, жалея, что стойка с оружием слишком далеко. Меч под рукой сейчас не был бы лишним.       — Забавно, — восхитился Арманис. Кристиан аж дёрнулся. Так внезапно его лицо стало расслабленным, а глаза заблестели. — Красиво говоришь. Вот только сам же будешь за эту красоту извиняться, когда поймёшь, что был неправ, — он пригладил волосы и, не дав Кристиану возможности заговорить, продолжил. — Давай так: если мы выясним, что Ши-Ши ко всему этому не имеет отношения, то я извинюсь перед тобой, а для неё выберу самую красивую шкатулку.       — По рукам, — неохотно согласился Крситиан.       Беседу пришлось прервать. В дверь негромко постучали. Кристиан с сомнением взглянул в зеркало на продолжавшего веселиться Арманиса и вздохнул. Даже пытаться просить его вести себя незаметнее не стоило. Бесполезно. Он всё равно будет действовать так, как посчитает нужным. Тут, правда, стоило отметить, что пока ничего плохого не случилось. Даже наоборот, он помог спасти от ссылки Лазутчиков. Но кто знает, чем это обернётся дальше?       На пороге спальни обозначился Тибальт. Поклонился и поставил на туалетный столик поднос с чашкой сока химирри. Кристиан, повинуясь его рукам, уселся и позволил привести волосы в порядок. А из зеркала за всем наблюдал Арманис. Его взгляд, искрившийся смехом — неужели до сих пор смешно? — вынудил Кристиана сосредоточится на разглядывании крупных кистей на плетёных золотых верёвках, которыми неприметные служанки подвязывали тяжёлые шторы, заботливо оправляя послушную ткань, чтобы её складки казались ровными.       Придирчиво оглядев сначала самого Кристиана, затем перекинутую через ширму тонкую рубашку, в которой он спал, и напоследок заправленную кровать, Тибальт удовлетворённо кивнул. Нарочито небрежно манул рукой служанкам, замершим у дверей, и оправил балдахин.       — Рад, что у вас хорошее настроение, господин, — негромко сказал он. — Завтрак накрыт в малой столовой.       Кристиан рассеянно покачал головой. Арманис постарался, не иначе. Его горевшие глаза и якобы неприметную полуулыбку не заметить было невозможно. Жаль только, что всё это приписали Кристиану, хотя его настроение назвать хорошим не получалось. Впрочем, хорошее оно было или нехорошее — дело десятое. Никого переубеждать он не собирался.       Чашка звякнула о блюдце. Остатки сока химирри волнами забились о её стенки. Несколько капелек взлетели почти к самому краю, но не достали. Они стекали обратно к дну. Да, ситуация с тенью очень напоминала чашку: что бы он ни делал, понятнее не становилось, всё возвращалось к началу. Можно допустить, что пока, ровным счётом, они с Арманисом ничего и не знали. Только пытались. Возможно, стоило бы отложить вопрос о недоверии Ши-Ши, а поинтересоваться более важными делами? Хотя вряд ли что-то изменилось бы: Арманис, вероятно, снова предложил бы отравить старшего слугу.       — Ой, как здорово! — Арманис заговорил так неожиданно, что Кристиан едва не смахнул чашку на пол. Вот ещё, не хватало ковёр испачкать.       Он быстро посмотрел по сторонам. Тибальт и другие слуги ушли. А, ему же сказали, что завтрак на столе. Похоже, выглядел он гораздо лучше, раз порешили обойтись без конвоя. Хотя если быть до конца откровенным, то голода Кристиан не чувствовал. Так, воды бы выпил и хватит.       — Что вас так обрадовало? — мрачно спросил он.       — Я только что придумал, как нам разобраться со слугами. Всего-то надо поговорить с ними всеми и выяснить, где кто был той ночью, когда в купальне прохлаждалась тень, и утром, когда тебя посетило недомогание, — невозмутимо отозвался Арманис.       Всего-то! Кристиан несколько раз открыл рот, порываясь что-то сказать, но никак не мог связать и пары слов. Да и что тут скажешь? Нет, зря он предполагал, что ничего необычного от Арманиса не услышит. Услышал. Делать-то с этим теперь что? Пару раз глубоко вздохнул. В надежде, что сумбур мыслей придёт в какой-никакой порядок. Не помогло.       Идея бродить по замку и расспрашивать полсотни слуг, которых, строго говоря, Кристиан не знал даже в лицо. Звучало как бред. Бред же! Он хотел разобраться во всём тихо, не привлекая лишнего внимания. А тут… Ладно, его появление в коридоре для слуг можно было списать на рассеянность или приступ любопытства, но расспросы в эту картину категорически не вписывались. А если ещё что-нибудь забудется, потеряется или вовсе имена перепутаются. Звучало как очень сложная задача.       — Эй, ты чего молчишь? — Арманис заботливо заправил перчатку под манжету рубашки.       — Вы… — Кристиан не знал, как сформулировать мысль так, чтобы она не прозвучала грубо. — Вы правда думаете, что так будет лучше?       — Это всего-навсего один из вариантов, — беззаботности его улыбки можно было только позавидовать.       — А есть ещё? — создавалось ощущение, что Кристиан вдруг оказался строгим преподавателем всё того же этикета, пытающим нерадивого ученика на экзамене.       — Конечно есть! — заверил Арманис. — Вот если бы ты решил сейчас прогуляться, что бы сделал?       — Быстро бы передумал, — Кристиан с сомнением посмотрел в окно. Крупные капли дождя продолжали заливать сад. От земли поднимался белый пар. — Проще сразу в кипятке искупаться. Ожоги будут точно такие же. Зачем для этого куда-то идти? — его передёрнуло. Чем дальше, тем самоубийственнее становились идеи Арманиса.       — Да я же не об этом! — отмахнулся тот. — Вот сидишь ты тут весь такой скучающий, а прогуляться хочется. Что надо сделать? Ладно, облегчу задачу: представь, что дождь не идёт.       — На улицу выйти, — Кристиан не понимал. И чувствовал, что начинает злиться. Он, конечно, периодически долго соображал, но зачем с ним разговаривать как с ребёнком? — Можно услышать сразу всю идею?       — Да ты уже сам почти всё сказал, — улыбка Арманиса заставила сжать кулаки, чтобы не стукнуть по зеркалу. Разобьётся ещё. Да и порезаться можно, чего точно не хотелось бы. — Нужно выйти из комнаты. Понимаешь? Из комнаты, — он подождал, но реакции не последовало. Кристиан продолжал хмуриться. — А если нам нужно попасть в ход для слуг, куда можно попасть из их помещений, а оттуда мы попасть не можем, то… — многозначительно замолчал.       — То мы можем попасть туда из купальни, — закончил фразу Кристиан.       Впрочем, удовольствия от догадки не испытал. Вот почему нельзя было сразу так сказать? А не приплетать дождь, прогулки. Арманиса он не понимал и, похоже, что никогда не поймёт. Слишком уж странно он думал. Не упорядоченно, не логично, а как придётся. Теперь было хотя бы ясно, что с Кристианом ему точно скучно. Опять эта мысль. Приходила же в голову недавно.       Кристиан быстрым шагом добрался до малой столовой, борясь с желанием просто добежать. Как в детстве, чтобы в ушах шумело, чтобы верилось, что он самый быстрый и никто не догонит. Тогда не волновало ничего, кроме прогулок, игр и учёбы. Даже в гостях у Демо приходилось заниматься. Однако это никогда его не расстраивало.       Завтрак на тарелке меньше не становился. Кристиан честно пытался съесть всё, но понимал, что не выйдет. Зато он то и дело ёрзал на подушках. Нужно, нужно было скорее идти в купальню. Он же думал, как бы пробраться в ход для слуг — ответ нашелся. Осталось только попытаться! Вилка звякнула о тарелку. Тибальт, заботливо подливавший в высокий стакан сок химирри, покосился, но ничего не сказал.       Хорошо ещё, что Арманис не стал настаивать на том, что надо поговорить со всеми слугами в Аро. А то мог бы. И был бы в чём-то прав — оспаривать это было бы глупо. Даже могло сработать. Если бы они узнали, где кто был в ночь, когда напала тень, то возникли бы новые подозрения. Возможно, к кому-то стоило присмотреться получше. Однако, такой подход начисто лишал возможности сделать всё тихо.       Хотя тут возникала ещё одна проблема. Кристиан весьма условно представлял себе штат слуг в Аро. Сколько их? Около пяти десятков. Вряд ли больше. Тенью мог оказаться любой из них. Правда, успокаивало то, что слуги в Лиге всегда высоко ценились, а потому дорожили работой и увольнялись крайне редко. Шанс не ошибиться в подсчётах оставался довольно высоким. Даже с учётом двадцати потерянных лет.       Кристиан поёжился от перспективы разговаривать со всеми слугами подряд, запоминая или записывая то, что они скажут. Та ещё работёнка. Впрочем, если иных вариантов не останется, он примется и за неё. Что ещё делать? Не бросать же на полпути историю с тенью. И с якобы отравлением, которое Арманис настойчиво к ней добавлял. Лучше бы про нападение на улице вспомнил. Оно хотя бы теоретически могло увенчаться успехом.       Дверь в «Логово» бесшумно открылась. На балконе мелькнула чья-то фигура. Кристиан замер на мгновение и бросился туда, слыша лишь стук собственного сердца. Кто это? Мысль заставила насторожиться. Неужели опять нападение? Уж в этот раз они с Арманисом никого не упустят. Не мешало бы прихватить меч с оружейной стойки, но было поздно. Он уже отдёрнул тонкую занавеску и распахнул настежь дверь с ажурным стеклом. Никого. Но он же кого-то видел. Или просто показалось? Могло и померещиться: все последние дни только и размышлял, что о каких-то происшествиях. Хочешь не хочешь, а будешь во всём видеть угрозу.       — Это Лазутчики, — подсказал Арманис.       — Они ещё здесь, — Кристиан не спрашивал. Он поморщился, когда ветер дохнул ему в лицо влажным горячим воздухом, и закрыл балконную дверь. Опёрся на неё спиной. — Зачем они допустили, чтобы я их увидел? Расслабились, что ли?       — Скажешь тоже! — добродушная улыбка казалась естественной. Даже искренней. Совсем не похожей на ту, что была адресована Ши-Ши. — Они хотели, чтобы ты их увидел.       — Чтобы бдительность не терял?       — Почти. Чтобы знал, что они поблизости, и мог позвать их, если что-то случится. Вдруг стража не успеет.       — Стража сейчас куда угодно успеет, — убеждённо отозвался Кристиан. То, что ему помогли бы, конечно, было хорошо, но хотелось бы, чтобы это вовсе не понадобилось. Всё в его руках. Найти ход, а там и ответы. — В Аро и так стражников было много. Всё-таки столичная резиденция. А уж теперь… Чуть ли не на каждом шагу. Ещё и сад патрулируют. Наверное, поэтому тень и не возвращается.       — Да уж, — согласился Арманис. — Распугали всех врагов, — протянул он. — Ладно, сами их найдём, раз уж они не хотят больше идти к нам в гости! Мы же великодушные, правда?       Кристиан кивнул. Нет, он не с последней фразой согласился. Однако перспектива искать нападавшего была явно лучше, чем ожидание, пока нападение повторится. Хотя кто бы говорил? Кристиан едва слышно фыркнул. Совсем недавно он сам решительно возразил бы. А теперь вдруг подумал: если бы Демо или отец догадались, что для того, чтобы вытащить его из двадцатилетнего затворничества, нужно организовать покушение, то подсуетились бы? Нет, они точно не стали бы этого делать. Их и без того волновало его состояние, чтобы добавлять лишних поводов для беспокойства.       Он покачал головой. Если бы не события, стремительно сменявшие друг друга, и не появление Арманиса, Кристиан просто положился бы на стражу и не стал бы никуда лезть. Вдоль позвоночника пробежал холодок. Стало не по себе. Если бы не та поездка в Коллегию дипломатов, он был бы уже мёртв — тени удалось бы завершить начатое.       Оглядываясь по сторонам, Кристиан выскользнул из покоев. Дела ждать не могли. К сожалению, то, что он сказал Арманису про стражников, было правдой. Возле «Логова» застыли четыре могучие фигуры в тяжеленных доспехах. Ещё по две виднелись в обоих концах коридора. Он попытался принять невозмутимый вид. Получилось или нет — не так важно.       Главное, что он беспрепятственно добрался до знакомых дверей. Стражники, тоже в количестве четырёх, — зачем охранять пустую комнату? — не попытались ему помешать. Только оглядели с макушки до каблуков на сапогах. Один даже едва заметно кивнул. Это уже не показалось. На металлических рогах, венчавших тяжёлый шлем, качнулись декоративные кисти. Надо же, какие новости!       Стоило только зайти в свою купальню, как раздался хруст. Кристиан взглянул под ноги. Осколки некогда завораживающего витража бессмысленными стеклышками лежали на полу. Центр окна зиял провалом, через который был виден сад. Через него же, повинуясь воле ветра, в купальню попадали капли дождя. Пустой бассейн в центре казался безжизненным и покинутым, будто Кристиан ушёл отсюда не несколько дней назад, а вовсе не появлялся. С крючков пропали полотенца, а со столика — бутылочки с маслами и мылом.       — Ничего, я сюда вернусь, — негромко сказал Кристиан.       Не то чтобы ему не нравилось в «Логове», просто так привычно было иметь только свою спальню, свою купальню. Да и в том, чтобы приходить к Демо по ночам, было неповторимое очарование. Тайна. Игра, знакомая с детства. Пробежать по тёмному коридору замка, прошмыгнуть мимо стражников, считая, что тебя никто не увидел, и забраться под тёплый бок Демо. Сколько раз он проделывал это!       — Какой же негодяй! — покачал головой Арманис.       — Это вы о ком? — спросил Кристиан.       — О тени, конечно. Испортить такую красоту, — он кивнул на окно.       Да, витраж было жалко. От птиц, круживших над морем, остались лишь фрагменты крыльев. Да и сами стёклышки, что оставшиеся в раме, что осыпавшиеся к ногам, стали значительно тусклее. Или это так казалось из-за плохой погоды? Кристиан никогда не обращал внимания. Ладно, он пришел не за этим.       — Как будем искать этот ход? — вопрос стоило задать давно. Рассуждать о том, что надо сделать и что не надо, было легко. А вот подробно спланировать действия — значительно сложнее. Стоило бы озаботиться раньше. — Возьмём лупу и будем ползать вдоль стен в надежде отыскать камень, который не так положен?       — О, ты тоже читал эту книгу? — оживился Арманис. Кристиан выразительно нахмурился. — Про цветовода, который с лупой искал, куда ночью сбегают его цветы. Интереснейшая книга. Захватывает, правда?       — Нет, не читал, — отозвался он. Даже навскидку не смог вспомнить такой сюжет, хотя в библиотеке за свою жизнь провёл немало времени. — А если серьёзно?       — А если серьёзно, то пока просто осмотримся. Может, увидим что-то необычное, — лукаво улыбнулся Арманис.       — Так бы и сказали, что не знаете, — проворчал Кристиан.       Но послушно прошёлся по купальне. Круг. Второй. Третий. Так странно, словно не он сидел здесь, нервно комкая перчатки, за пару часов до брачного обряда, и не он метался перед большим зеркалом, когда впервые узнал об Арманисе. Кто был тот, с кем это происходило? Он? Нет. Скорее всего, кто-то теперь отдаленно похожий на него трещинкой на губе. Негромкое постукивание каблуков успокаивало. Правда, иллюзию спокойствия слегка портил хруст стекла.       На пятом кругу Кристиан присмотрелся к дну бассейна. Ему показалось, что в слабом свете светильников что-то блеснуло. Действительно, вдоль дальней от него стенки тянулась ровная строчка рун. Погасшая, точно выцветшая. Взглянув ещё раз на окно, чтобы убедиться, что капли горяченного дождя ни при каких условиях до него не доберутся, Кристиан спрыгнул.       — Вы знаете, что это такое? — он указал на высеченные в камнях руны. Ровные. Чёрточка к чёрточке.       — Полагаю то, о чём говорил твой слуга, — пожал плечами Арманис.       — Тибальт его зовут, — с нажимом поправил Кристиан и слегка потёр строчку. Ничего не произошло. — Это руны строительного ритуала. Я читал об этом. Такие руны наносят на участки готового здания или на отдельные элементы, чтобы задать изменения, которые должен вносить ритуал.       — Воду нагревать, например.       — Да. Ещё они могут стены защищать от резких перепадов температуры как, например, в Элиннисе. Или делать стёкла снаружи обычными, чтобы витражи спрятать, — он вдруг осёкся. — Так вот же оно! То, что мы искали. Если ход для слуг не видно, то должны быть строительные руны, которыми он закрывается.       — Молодец! А то «нужна лупа» да «нужна лупа». Не нужна нам никакая лупа! — рассмеялся Арманис.       От его заразительного смеха в груди потеплело. Кристиан уже сам поверил, что вспомнил о чём-то невероятном. Похоже, не зря он дневал и ночевал в библиотеке. Хотя бы ради этого момента стоило. Определённо. Взглянул в зеркало. Отражение улыбалось ему. Подумалось, что это Арманис, но нет: улыбка была слабой, едва различимой.       Кристиан положил руки на бортик, намереваясь лихо выскочить из бассейна. Подпрыгнул, перенося вес на ладони. Мышцы задрожали от напряжения. Каблуки звонко цокнули о дно. Неудача. Он изумлённо огляделся. Как так? Раньше он легко проделывал подобное безо всяких проблем. Пальцы слегка покалывало. Правое плечо неприятно ныло.       Что такое? Кристиан несколько раз сжал кулаки, стремясь почувствовать силу, и попробовал снова. Каблуки ударились о дно. Ни намёка на успех. Только плечо заныло сильнее, а мышцы отозвались продолжительной дрожью. Да быть такого не может! Он ударил ладонью по бортику.       — Почему? — спросил Кристиан, ни к кому не обращаясь. Скорее, чтобы нарушить молчание, ставшее гнетущим. — Сначала огонёк, теперь это. Что происходит со мной? Это вы во всём виноваты, Арманис? Вы что-то сделали со мной? — голос почти срывался. Он прошёлся вдоль бортика, больше не делая попыток выбраться.       — Я? Нет, дружище. Это двадцать лет с тобой сделали, — мягко отозвался Арманис, вновь разговаривая с ним как с ребёнком. Кристиан зарычал. — Всё наладится! Ты просто слегка подрастерял сноровку. Помню, лежал я в госпитале. Пару месяцев точно лежал. Так потом пришлось время тратить, чтобы оружием сносно владеть. У меня, правда, ещё и кости были сломаны, но это мелочи.       — А сражался я тогда как? Я даже усталости не чувствовал и меч держал как положено, — Кристиан растерялся. Накатившая паника развеялась от простого «всё наладится».       — Положим, меч держал я. И сражался тоже. А я не чувствую ни боли, ни усталости. Очень удобно, скажу тебе. А ты просто не обращал внимания. Не до того было, — пожал плечами Арманис. — Даже лекари этим успешно пользуются. Отвлекают пациента от неприятных ощущений, чтобы выздоравливал быстрее.       — Но боль я чувствовал, — возражение прозвучало слабо. Ладони слегка дрожали.       — Ещё бы! Кнут кто угодно почувствует, ни на что не отвлечёшься. Назойливый он, — он легкомысленно махнул рукой. — Вылезай! Мы же руны искали. Или за лупой прикажешь идти?       Кристиан неопределённо кивнул. Двадцать лет. Осознание обрушилось так внезапно, словно кто-то мешок с песком на голову уронил. Сколько времени он провел взаперти, жалея себя! Настолько погрузился в горе, что позабыл о целом мире. О Демо, отце, учёбе и тренировках. Да даже о простых заклинаниях, как те же огоньки. Вязь помнил, даже начертить мог, но удержать — только ценой непомерных усилий. И так во всём. Время года и то с трудом определил. А что произошло за это время в Лиге? А в Эльфионе?       Он медленно выдохнул. Ноги не держали. Навалилась тяжесть. Казалось, что мешок действительно существовал и придавливал к полу. Кристиан присел и уткнулся лбом в прохладный камень. Не сделал ли он огромную ошибку, когда спрятался? Возможно, всех несчастий удалось бы избежать, возьми он себя в руки гораздо раньше. Почему не слушал Демо и отца, которые часами пытались уговорить его жить дальше, а не тонуть в том злосчастном вечере?       — Я, конечно, мало читал о строительных ритуалах, но ты уверен, что правильно ищешь? — поинтересовался Арманис. В его голосе не было ни намека на насмешку или издевку. Обычный интерес.       — Нет, — Кристиан покачал головой и встал. Он опять, похоже, начал себя жалеть. Никуда не годится. — Я, правда, не знаю, с чего начать. Купальня-то немаленькая.       — Начнём с начала, а там и к концу придём! — жизнерадостно подсказал Арманис.       Что на это ответить, Кристиан не придумал. Губы едва заметно дрогнули. Ещё немного и он начал бы улыбаться. Да, дело не могло ждать. Короткий взгляд на бортик бассейна, через который недавно пытался перепрыгнуть, — тратить силы больше не стоит. Кристиан поднялся по каменным ступенькам и снова принялся ходить по купальне.       Он вглядывался в стены. Пристально рассматривал камни, силясь заметить ровные линии рун. Не выходило. Заглянул за большое зеркало, порадовавшись, что оно не висело на стене. Ничего. Пригляделся к крючкам для полотенец и вешалке для одежды. Тоже ничего. Ни намека.       Кристиан дёрнул себя за ухо. Где можно было спрятать ход, по которому удобно носить туда-сюда воду? В стене — логично, но удобно ли. За ней был коридор. Вряд ли слуги с восторгом таскали бы вёдра, рискуя столкнуться, например, с Демо. Похоже, искать руны на стенах бесполезно.       А снизу? Кристиан нахмурился, пытаясь припомнить планировку Аро. Под его покоями ничего важного не было. Нежилые помещения, которые сохранялись как резервные или вовсе не использовались. Они с сестрой бывали там, прятались от наставников. А что, если ход специально вывели туда? Слуги могли спокойно носить воду и от их крыла недалеко.       Ползать на четвереньках по купальне — сомнительное удовольствие. Кристиан умолял Небо, чтобы никто не вздумал прийти. Мало ли, кому что могло тут понадобиться. Не хотелось, чтобы его застали в таком неловком положении. Камни на полу словно вступили в сговор со строителями, наносившими руны. Их бесконечные золотые прожилки неустанно привлекали внимание, порождали надежду и тут же безжалостно её гасили, когда оказывалось, что даже что-то отдалённо похожее на руны не находилось. Заговор!       По ощущениям прошёл час, а то и два, когда пальцы Кристиана скользнули по тонким чёрточкам, высеченным близ стены. Свет почти не попадал сюда, поэтому камни оставались в тени. Если бы Кристиан продолжал ходить по купальне, то ни за что не заметил бы. Удачное место выбрали. Бесспорно.       — Что делать-то теперь с ними? — спросил Кристиан.       — Я не силён в ритуалистике. Тем более, в строительной, — Арманис задумчиво потёр руны пальцами. Они проигнорировали его действия. — Не хотят.       — Не хотят, — согласился Кристиан. — Так, чтобы активировать руны строительного ритуала, надо выполнить какое-то условие. Воду, например, налить в бассейн, чтобы она нагрелась. Или стекло в раму вставить, чтобы витраж пропал.       — Выполнить условие для любого ритуала важно, не только для строительного. Только, насколько я помню, в других ритуалах надо или руны подходящие дочертить, или слова шепнуть. Будем пробовать?       — Что пробовать? Мы же не знаем, что нужно, — Кристиану надоело стоять на коленях, без толку склонившись над полом. Он сел, прислонившись спиной к стене.       — Будем ждать, когда придут слуги? — беззаботно спросил Арманис. — О! Можно поймать кого-нибудь из них здесь и…       — Хватит! — он стукнул кулаком по полу. Рука моментально заныла. — Вы опять предлагаете навредить кому-то. Чего вам спокойно не живется, чтобы никого не похищать и не травить?       — Спокойно жить неинтересно. Как же без приключений, без ощущения, что за тобой гонится толпа головорезов, без меча в руке, наконец? Это не жизнь вовсе! — горячо заверил Арманис.       Кристиан не стал ни соглашаться, ни возражать. Какой смысл? В его представлении всё то, о чём так легко говорил Арманис, было настоящим кошмаром. Приключений ему никогда не хотелось — комфорт и спокойствие Коллегии дипломатов были значительно привлекательнее. Толпу головорезов он попросту не пережил бы. А уж меч в руках Кристиан научился держать только из-за того, что так положено. Что же за жизнь была у Арманиса, если ему хотелось всего этого?       Мысли плавно вернулись к книгам. О строительных ритуалах он читал очень давно. Какие-то сведения в памяти сохранились, но без знания ключа — того самого условия, о котором они с Арманисом так легко рассуждали, — к ритуалу, можно прыгать вокруг этих рун хоть днями напролёт. Вот только не поможет. Неужели опять тупик? Кристиан не заметил, что принялся прочёрчивать едва различимые линии пальцами. Даже дыхание затаил. Вдруг случится чудо. Чудо не случилось. Зато заговорил Арманис:       — Можно спросить тв… Тибальта. Или ему ты тоже не доверяешь?       — Доверяю, но если старший слуга узнает, что он показал мне ход, то у него будут проблемы, — не отвлекаясь от своего занятия, вдруг показавшегося чрезмерно занимательным, сказал Кристиан. — Мне-то ничего не будет. Так что пойдём в библиотеку. Будем искать книги по строительным ритуалам.       — Мой господин? — негромко раздалось из-за двери.       — Тибальт? — Кристиан вскочил и быстро привёл в порядок одежду. — Что вы здесь делаете?       — Подумал, что вы не просто так спрашивали о том, как мы приносим воду, — ответил он, зайдя в купальню и плотно прикрыв за собой двери. — Могу я вам помочь?       — Нет, — решительно махнул рукой Кристиан. — Я не хочу, чтобы вы пострадали.       — Господин, — голос Тибальта был полон упрямства, чудом замаскированного заботой. — Вы столько времени были безучастной куклой: посади вас, вы сидите, положи — лежите. Я уже позабыл, каково это, когда вы приказываете что-то. Могу я вам помочь?       Кристиан отвёл взгляд. Он по-прежнему не хотел, чтобы Тибальт вообще был здесь, но и выгнать его не мог. В конце-концов, он работал. Мало ли, зачем ему понадобилось в купальню. Тибальт ждал. Стоял ровно, чуть приподняв подбородок. Всем своим видом внушал уверенность, что его ни капельки не волновал старший слуга.       — Мой господин, я всего лишь скажу вам правильный ключ и уйду. А уж пользоваться им или нет вы решите сами, — похоже, терпения Тибальту не хватило. Он приблизился к Кристиану и едва слышно прошептал два коротких слова.       — Спасибо. Если что, я приказал. Я! Вам нужно уходить, — скороговоркой произнес Кристиан прежде, чем с тихим стуком закрылась дверь. Они с Арманисом остались одни.       Кристиан прислушивался, будто в сгущавшейся тишине продолжал звучать голос Тибальта. Ключ. Они получили ключ. Руны продолжали прятаться у стены, скрытые легким пологом тени. Так просто? Никакой библиотеки. Никаких книг. Никаких сожалений о том, что нужная информация всегда хитро запрятана. Быть не может!       Или это хитрый план. Мог Тибальт быть замешан в истории с тенью? Он как любой другой слуга ходил по всему замку и совершенно не умел сражаться. Зато мог добавить что-то в еду в тот день, когда Кристиана пытались отравить, как утверждал Арманис. Он пытался вспомнить, что ему известно о прошлом Тибальта. Ничего. Зачем бы вдруг ему понадобилось самому создавать себе проблемы? Ясно же, что старший слуга этого не простит. Умысел или преданность? Если слова Тибальта были правдой и ему осмысленный Кристиан гораздо больше по душе, чем послушная кукла, то он мог действовать, руководствуясь исключительно добрыми побуждениями.       — Я запутался, — признался Кристиан, схватившись за голову. — Не понимаю. Ничего не понимаю.       — Давай объясню, — жизнерадостно отозвался Арманис.       — О, вы ещё! — хотелось взвыть. Мысли путались, скакали с одного на другое.       — А чего опять я? — он не удивился. Спросил по привычке. — Как мы выяснили, я есть, а это уже праздник!       — Кто сказал?       — Я! — ничуть не смутился Арманис. — Я же очень хороший. Самый замечательный! Ты просто ещё не осознал.       Кристиан отмахнулся. Отличный аргумент. С таким сложно спорить. Главное, авторитетное мнение есть — Арманис считает, что он хороший. Блестяще! На фоне всех остальных малопонятных размышлений, этот факт казался неопровержимым. Небо, что делать-то теперь, если на каждом шагу враги мерещатся?       Чёрточки рун, казалось, сами ластились к пальцам. Намекали, что за ними притаились ответы. Кристиан нахмурился. Он зашел слишком далеко, чтобы отступать. Не время. Два коротких слова сорвались с губ. Руны победоносно вспыхнули золотым, разгоняя сумрак, хранивший их покой. И всё замерло.       Стало тихо. Ничего не происходило. Кристиан растерянно разглядывал камни. Может, слова перепутал? Нет же. Всё точно повторил. Как услышал. Да и Арманис вмешался бы, если бы что-то было не так. Он огляделся по сторонам в надежде обнаружить подсказку, спрятанную Тибальтом или строителями. И предсказуемо её не нашел.       Кристиан опустил руку, чтобы потрогать руны, но пальцы прошли сквозь камень. Он быстро поднялся. Сперва казалось, что ничего не изменилось, но чем дольше он вглядывался, тем лучше различал зыбкую границу между полом и темневшим провалом хода. Камни, через которые можно было пройти, едва заметно мерцали. Вниз убегали ровные широкие ступеньки.       — Идём же! — поторопил Арманис и бесстрашно шагнул в темноту прежде, чем Кристиан успел ответить.