At The Cliff's Edge

Прошло трагически много времени с тех пор, как Ева думала о своем теле как о чем-то ином, кроме как о сосуде для своего сознания. Ее тело было обычным, со всеми атрибутами типичности, и оно доставляло ее из пункта А в пункт Б в целости и сохранности. Это было все, о чем она просила его за последние несколько лет в доме: надежность. И конечно, были странные случаи секса с Хьюго. Что-то, что ее тело делало, чтобы чувствовать себя хорошо, но это происходило без всяких наворотов и свистков. В этом не было ничего особенного, просто зуд, который хотелось почесать. Кончики пальцев Оксаны вдоль ее ребер, ее губы, призрачно скользящие ниже уха: эти вещи напомнили ей, для чего могут быть полезны тела. Что на самом деле может чувствовать тело. Без тела не было никакого прикосновения. Без прикосновения… Ева откинула голову назад и судорожно выдохнула, когда губы Оксаны настойчиво прижались к нижней части ее челюсти. Ее рука медленно скользнула вверх по ребрам Евы, под ткань ее рубашки. Это было так просто, но Ева находила это восхитительно сводящим с ума. У нее перехватило дыхание где-то между легкими и губами, и она почувствовала, как Оксана ухмыльнулась ей под кожу при звуке ее сдавленного вздоха. Это было немного нелепо, подумала Ева, что они еще даже ничего толком не сделали. Они были на ее кровати, Оксана держалась над ней, а Ева...немного растерянная по поводу того, что она должна делать своими руками, на самом деле. Но она все еще помнила ощущение пальцев Оксаны, скользящих по ее коже, скользких от ее собственных: «Я собираюсь прикоснуться к тебе сейчас», - выдохнула Ева. Это было то, что она представляла, как Оксана говорит уверенно, но из ее собственных уст слова звучали неопытно и неуверенно. Оксана отстранилась от шеи Евы и посмотрела на нее сверху вниз с намеком на веселье. «Ты нервничаешь, Ева?» Ева подняла руки к бедрам Оксаны и удержала ее там. Она попыталась вспомнить, что она делала на диване всего несколько минут назад, что привело их к этому. Кровать была просто намного более... интимной. «Я не нервничаю, я просто...» Ева нахмурилась. «Я хочу этого, хочу тебя, и уже какое-то время... Так что... это пугающе». Оксане потребовалось мгновение, чтобы оценить признание Евы, прежде чем она ответила: «Тогда позволь себе хотеть меня и перестань так много думать. Обычно ты очень импульсивна, не так ли?» «Я...» «Это был риторический вопрос, Ева. Заткнись» - Оксана снова опустила губы к шее Евы, медленно целуя ее от плеча до уха. «Это...» Ева не могла сдержать затрудненного дыхания. «...моя реплика». Она почувствовала, как дыхание Оксаны щекочет ей ухо. Она ожидала какого-нибудь остроумного замечания, но все, что она услышала, было тихим одобрительным гулом, когда блондинка запустила одну руку в волосы Евы. Она оторвалась от шеи Евы и нависла над ней, глядя на нее сверху вниз с дерзкой ухмылкой на лице. «Если ты не заткнешься, я заставлю тебя заткнуться». Она наклонилась и нежно коснулась губами губ Евы. Это было удивительно, Ева ожидала чего-то грубого. Чего-то, от чего у нее подкашивались пальцы на ногах. Вместо этого она почувствовала, как тепло разливается по ее телу, медленно и уверенно, как ритм их поцелуя, заражая каждую частичку ее простым желанием большего. Ева убрала одну руку с бедра Оксаны и провела по ее щеке и по раковине уха, пока не смогла запутать пальцы в распущенных светлых волосах. Молодая женщина, казалось, оценила это, напевая у губ Евы, даже когда ее собственная рука оставила кудри Евы позади, спускаясь по ее шее и проводя по ней ногтем. Ева позволила другой руке скользнуть к передней части бедра Оксаны и крепко сжать ее. Она подняла одну ногу и положила ее между бедер Оксаны, в основном просто для того, чтобы устроиться поудобнее, но затем Оксана слегка ахнула от соприкосновения, и Ева почувствовала, как разгорается этот медленный жар. Она почувствовала, как кровь прилила к ее ногам, и ее тело, казалось, точно знало, что делать дальше. Она воспользовалась приоткрытыми губами Оксаны и крепко поцеловала ее, открыв рот, прежде чем прикусить ее нижнюю губу, когда она отстранилась. Оксана застонала, прижимаясь к ней, и Ева почувствовала, как ее бедра немного дернулись вниз на ее бедре. Настала очередь Евы ухмыльнуться, и она взяла свои руки и переместила их на подол рубашки Оксаны, медленно потянув ее вверх по телу женщины. Оксана поняла намек и на мгновение отстранилась, чтобы Ева могла стянуть рубашку через голову. Это была одна из вещей Евы, то, чего она даже не замечала до этого момента, она так привыкла видеть Оксану в ее одежде. Под ним на ней был лифчик, который определенно не принадлежал Еве, но прежде чем Ева смогла по-настоящему окинуть его взглядом, Оксана уже снимала его. И, о-о, это остановило Еву как вкопанную. «Блять». Она прошептала это себе под нос, но в тишине комнаты это было легко расслышать. Оксана издала тихий смешок. Еве показалось, что у нее самой перехватило дыхание, когда она сидела над ней, обнаженная до пояса. «Могу я?..» Оксана посмотрела на нее сверху вниз расширенными зрачками, и Ева поняла, что ответ был "да" еще до того, как она спросила об этом, но слова вырвались сами собой. Она не пожалела о своей просьбе. Оксана кивнула, и Ева прижала руки к её груди. Это было осторожно, медленно и, вероятно, совсем не сексуально, решила Ева. То, как она медленно провела пальцами по ребрам Оксаны вверх к ее грудям, положив руки прямо под них. Ева остановилась. «Я же сказала тебе, что я...» «Вот так», оборвала ее Оксана. Она положила одну из своих рук поверх руки Евы и направила ее, пока та не взяла ее грудь в ладонь. Она провела пальцами по пальцам Евы, прижимая их к своей коже, и когда она выгнула спину в ответ на прикосновение, Ева не смогла сдержать тихий вздох, сорвавшийся с ее губ. «Это хорошо», выдохнула Оксана, все еще сидя верхом на бедре Евы. «И, - она подтолкнула большой палец Евы к своему соску, - это тоже». Затем она убрала руку, и Ева осталась одна. Ева снова провела большим пальцем по соску Оксаны, как она ей показывала, и когда бедра Оксаны дернулись к ее бедру, Ева решила, что с нее хватит медлить. «Иди сюда», - скомандовала она, и это было грубее и ниже, чем она когда-либо слышала свой собственный голос раньше. Она обвила рукой шею Оксаны и притянула ее вниз, крепко поцеловав и снова проведя большим пальцем по соску. Она скорее почувствовала стон Оксаны, чем услышала его, вибрация на ее губах воспламенила ее тело. Мгновение спустя она почувствовала, как одна из рук Оксаны скользнула по ее бедру, а затем задрала ткань рубашки. Молодая женщина на мгновение отстранилась и сосредоточила свое внимание на снятии одежды Евы. У нее была только одна рука, другая поддерживала ее на кровати, поэтому Ева помогла ей, стянув ее через голову. В отличие от Оксаны, под ней не было лифчика. «Мм», - промурлыкала Оксана, начиная покрывать поцелуями челюсть и шею Евы. «У тебя очень красивое тело, Ева». Она опустила рот ниже, и Ева хотела ответить, хотела сделать какой-нибудь язвительный или сексуальный комментарий, который соответствовал бы аду, пылающему внутри нее, но она не могла думать ни о чем, кроме прикосновения губ Оксаны, все ниже и ниже, пока она не почувствовала, как ее рот коснулся соска, и она откинула голову назад от ощущения этого. Затем Оксана обхватила его губами, и Ева прерывисто вздохнула. Небольшое дуновение воздуха. Затем она почувствовала язык Оксаны на себе, и у нее перехватило дыхание. «Ох» Оксана снова замурлыкала, на этот раз прижавшись к груди, и Ева, даже не задумываясь, запустила руку в ее волосы, прижимая другую женщину к себе и положив другую руку над головой, к изголовью кровати. Оксана позволила своей свободной руке скользнуть вниз по ребрам Евы, вдоль ее бедра и к поясу ее спортивных штанов. Она опустила пальцы под материал и позволила им скользнуть по ткани нижнего белья Евы, поверх ее клитора, дразня ее. Ева застонала, и Оксана оторвала ее рот. «Сейчас я сниму с тебя остальную одежду». «Хорошо, но...» Ева резко оборвала себя, когда пальцы Оксаны сильнее прижались к ней. Это заставило ее бедра дернуться, а бедро сильно прижаться к другой женщине, и на мгновение у них обоих перехватило дыхание. Когда Ева отдышалась, она продолжила: «...ты тоже». «Ты первая», - ответила Оксана и поползла ниже по телу Евы, пока не зависла над ее талией, глаза сосредоточились на движениях ее рук на бедрах Евы. Ева почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Это происходило: Оксана раздевала ее догола, желая ее, страстно желая ее. Ева почувствовала, как у нее между ног нарастает давление при этой мысли. Она вспомнила пальцы Оксаны, пробегавшие по ней на диване, и поняла, что долго не протянет, когда снова почувствует их. Оксана запустила пальцы под одежду Евы, схватив ее за бедра, и начала стягивать их одним плавным движением. Она также просунула пальцы под материал нижнего белья, и все это снялось сразу, медленно, скользя вниз по ее ногам, когда Оксана последовала за движением. Ева помогла ей, сбросив одежду с ее лодыжек. Она никогда не считала акт раздевания особенно сексуальным, он никогда не проходил так, как в кино. Но, глядя на то, как Оксана смотрела на нее сверху вниз с расширенными зрачками и вздымающейся грудью, Ева подумала, что, возможно, ей все-таки придется пересмотреть свое мнение об этом. «Ева», - выдохнула Оксана, опускаясь на колени возле голеней Евы и глядя на нее сверху вниз с явной признательностью. «Ты...» Ева покачала головой. «Заткнись». «Но...» «Заткнись и прикоснись ко мне». Если Оксану и застал врасплох командный тон Евы, она этого не показала. Она просто наклонилась вперед и запечатлела поцелуй на внутренней стороне колена Евы. «Ты не даешь мне говорить», пробормотала она, когда начала медленно целовать ноги Евы, пересекая их взад и вперед, «поэтому я просто покажу тебе». Она целовала все выше и выше, пока не достигла вершины бедер Евы. Еве было трудно дышать, но она также обнаружила, что ее нервозность возвращается. У нее не было…никто не хотел… Прошло много времени с тех пор, как кто-то хотел сделать это с ней. Своим ртом. «Подожди», - выдавила она. Оксана оторвала губы от ее бедер и вопросительно посмотрела на нее. «Я не... я...» Боже, как неловко. «Ты не хочешь этого?» - спросила Оксана. «Я знаю, я просто не… готова? Это...» - Ева оборвала себя. Она раздраженно фыркнула. «Я звучу глупо...» «Нет, это не так», - сказала ей Оксана, прижимая еще один поцелуй к бедру Евы, но выше, ближе к ее тазу. «Я могу делать с тобой и другие вещи, Ева, которые, я уверена, тебе все равно очень понравятся». Ева не думала, что когда-нибудь привыкнет к тому, как легко Оксане было лишить ее дара речи. «О...хорошо», - заикаясь, пробормотала она. Оксана замурлыкала от удовольствия, прижимаясь к коже Евы, и продолжила целовать ее тело. Ева закрыла глаза и позволила себе насладиться этим ощущением, выбросив из головы неловкий момент, произошедший ранее. И тут она вспомнила: «Эй, я сказал "ты тоже"». Оксана перестала целовать ее и закатила глаза. «Я пытаюсь доставить тебе удовольствие». Когда Ева бросила на нее взгляд, Оксана фыркнула и откатилась в сторону, чтобы снять штаны. Как только они снялись, она откатилась назад и устроилась сверху на Еве. «Вот так». «На тебе все еще нижнее белье», - заметила Ева. Ее глаза блуждали по бледным ногам Оксаны, заключая ее бедра в скобки. «Да. Я собираюсь перевернуть нас, ты могла бы помочь.» «Что?» Ева едва осознала, что сказала другая женщина, прежде чем Оксана схватила ее и повернула их в сторону. Ева изо всех сил старалась довести свой импульс до конца, и она оказалась сверху на Оксане, лишь слегка дезориентированная, ноги теперь оседлали бедра другой женщины. «Почему ты...» А потом Оксана одним сильным движением поднялась с кровати, и Ева инстинктивно прижалась к ней от неожиданности, обхватив ее ногами и опираясь на плечи Оксаны. Молодая женщина воспользовалась возможностью, чтобы поцеловать Еву в шею. Затем она взяла одну руку и медленно провела пальцами по бедру Евы и вниз по склону ее бедра. «Я собираюсь прикоснуться к тебе сейчас». И черт бы ее побрал, подумала Ева, потому что она была права. Это было то, что сказала бы Оксана, и это прозвучало напористо, сексуально и… Ева почувствовала, как пальцы Оксаны скользнули по ее теплу, медленно, методично, и они уже были там однажды в тот вечер, но это было слишком коротко, слишком неловко, на диване. Это было… Ева откинула голову назад, и ее глаза закрылись. «Боже», прохрипела она. Оксана прижалась губами к ключицам Евы и продолжала двигать пальцами. Вниз, вниз, пока они не встретились со всей влажностью Евы, и она почувствовала, как Оксана застонала в глубине ее горла, низко и страстно. Это заставило Еву вздрогнуть. «Ты такая...» Оксана провела кончиками пальцев обратно к клитору Евы, обводя его, и Ева поперхнулась своими словами. Она почувствовала, как Оксана прикусила кожу вдоль ее груди, и она выгнула спину от этого ощущения, и это, казалось, было достаточным поощрением, потому что затем пальцы Оксаны скользнули ниже, обратно через ее тепло, пока: «Я собираюсь трахнуть тебя сейчас». Она сказала это так просто, слова обжигали кожу Евы, но все тело Евы откликнулось всерьез. «Да», - выдохнула она, поднося одну руку к затылку Оксаны, другой сжимая ее плечо. «Да...» Она внезапно замолчала, почувствовав, как пальцы Оксаны вжимаются в нее, медленно и целеустремленно, пока молодая женщина полностью не вошла в нее, заполняя ее. Этого было достаточно, чтобы заставить ее застонать. Оксана тяжело дышала, прижимаясь к груди Евы, прежде чем поднести свой рот к губам Евы. Однако она сдержалась, ее губы были так близко к губам Евы, не соприкасаясь, их затрудненное дыхание смешивалось. «Это хорошо, Ева». Она медленно вытащила пальцы, прежде чем снова войти в Еву. «Так хорошо». Ее русский акцент, казалось, подчеркивал преувеличенную чувственность ее слов. Ева никогда не считала акценты особенно сексуальными, но, ну… Все когда-то бывает в первый раз. Ева наклонилась вперед и крепко поцеловала ее, застав другую женщину врасплох и заставив ее бороться, чтобы удержать равновесие, сидя на кровати. Оксана запустила руку в волосы Евы, крепко запутав пальцы в ее кудрях, и поцеловала ее в ответ с таким же энтузиазмом. Затем она начала медленный ритм другой рукой, вводя и выводя пальцы из Евы, наслаждаясь каждым изгибом ее спины и сжатием мышц, когда она двигалась. Ева чувствовала себя желанной. Ей стало жарко. Туго намотанная и ждущяя, когда она лопнет. Она чувствовала себя наполненной каждый раз, когда Оксана входила в нее. Она чувствовала себя как песок на пляже, когда волны приходили и уходили, ласкаемая прикосновением воды, тяжелая от нее, даже когда она отступала, прежде чем снова захлестнуть ее. И если она была песком, то Оксана была океаном. И она тонула и всплывала одновременно. Ей показалось, что она чувствует привкус соли на языке. Ева не поняла, что оторвала свои губы от рта Оксаны и прижала их к ее шее. Она позволила своему языку пробежаться по гладкой коже, пока прикосновение пальцев Оксаны не заставило ее отступить и вздохнуть. Медленный темп длился недолго. Оксана начала двигать рукой быстрее, сильнее, и Ева почувствовала, что все больше и больше теряет контроль. Как только она позволила своему телу взять верх, она прижалась бедрами к руке Оксаны в такт ее ритму, и рука, держащая плечо Оксаны, сильно впилась в ее мышцы. Оксана втянула воздух, когда ногти Евы отпечатали полумесяцы на ее коже. «Извини», - выдохнула Ева, ее мозг на мгновение осознал, что, возможно, она причинила какой-то вред. «Мне все равно». Пальцы Оксаны не замедлились. Во всяком случае, она ускорила темп, и Ева почувствовала, как ее глаза закатились от давления. «Мне это нравится, Ева». «Черт», простонала Ева. «Еще раз». «Хмм?» «Мое имя», фыркнула она. Она была близка, ближе к тому, что было между ними всю ночь. Всю неделю. Может быть с тех пор, как они впервые встретились. «Назови мое имя». «Ева». Оксана выдохнула это ей в шею, голова Евы откинулась назад, когда она приблизилась к тому, чтобы упасть с края. «Оксана, блядь...» Ева почувствовала, как это накатывает, как волна, накатывает, а затем разбивается. Ей пришлось вытащить руку из волос Оксаны и положить ее на другое плечо женщины, обхватив ее обеими руками, в то время как Оксана обхватила Еву свободной рукой за талию, крепко держа ее, удерживая на земле. «Я здесь, Ева». «Блять...» Она ругалась громче, ее бедра двигались быстрее. «Ева», - прошептала Оксана в её шею, мягко прижимаясь губами, в то время как ее рука сильнее работала между ног Евы, ее ладонь соприкасалась с ее клитором, когда ее пальцы настойчиво толкались в нее. «О, блять...блять...» Ева крепче сжала плечи Оксаны, ее пальцы впились в кожу с достаточной силой, чтобы причинить боль, но Оксане, казалось, было все равно. Ее спина выгнулась дугой, и ругань перешла в бессловесный стон, когда она почувствовала, как ее охватывает оргазм. Оксана крепко прижала ее к себе и в последний раз глубоко засунула пальцы, удерживая их там, пока Ева дрожала вокруг нее. Это чувство обрушилось на нее, удивительное и ошеломляющее. Определенно лучше, чем идти по этим проклятым скалам. Это лучше, чем свалиться с обрыва. И она кувыркалась, падала, удерживаемая только рукой Оксаны, обнимавшей ее за талию, в то время как ее тело содрогалось от удовольствия. Через несколько секунд приостановки, мышцы напряглись, Ева сдалась и упала вперед. Ее лоб прижался ко лбу Оксаны. Она могла бы поцеловать молодую женщину, если бы не дышала слишком тяжело, чтобы сделать над собой усилие. Они посидели так некоторое время, пока Еве не пришлось нарушить молчание. «Ух ты», - выдохнула она. «Мм», - промурлыкала Оксана, отстраняясь, чтобы как следует рассмотреть Еву. Ева почувствовала себя еще более раскрасневшейся под этим пристальным взглядом, тяжелым, пронизывающим и явно возбужденным. Она уклонилась от этого жара. «Мы могли бы сделать это намного раньше». Она говорила это в шутку, за исключением того, что, ну, она впервые подумала о сексе с Оксаной почти два месяца назад, так что… Оксана покачала головой. «Нет, мы не могли этого сделать». Это застало ее врасплох. «Что?» «Мы не могли сделать этого раньше, Ева. Это было бы…Ты не знала...» Еве потребовалось мгновение, чтобы понять, к чему она клонит, а потом ее осенило. «Потому что я не знала правды?» Оксана нахмурилась, но потом кивнула. «Ты...другая. Я бы не хотела...» «Использовать меня? Так, как ты использовала других?» Константин рассказал ей достаточно, чтобы понять суть прошлых сексуальных контактов Оксаны. Оксана снова кивнула. «Ну», - ухмыльнулась Ева, пытаясь скрыть привязанность, которую она почувствовала к словам женщины. «Теперь я знаю тебя, Вилланель. Я бы сказала, что знаю тебя очень хорошо.» Оксана закатила глаза. «Мне не нужно, чтобы ты меня так называла». «Это не заставляет тебя чувствовать себя сильной?» - поддразнила Ева. «О, это так. Но я не нуждаюсь и не хочу чувствовать себя такой сильной рядом с тобой.» «о? Что ты тогда хочешь почувствовать?» Ева ожидала язвительного ответа или какого-нибудь намека, который неизбежно привел бы к большему сексу. Вместо этого ответ Оксаны застал ее совершенно врасплох. «Я хочу чувствовать себя как я.» Она сделала паузу, а затем: «Я хочу чувствовать себя как...» Ева не дала ей закончить. Она наклонилась вперед и нежно поцеловала Оксану в губы. Когда она отстранилась, Оксана слегка нахмурилась, глядя на нее. «Невежливо прерывать кого-то, когда он говорит, Ева». «Прости». Ева пожала плечами. «Я как-нибудь заглажу свою вину перед тобой, я уверена». «Да», - Оксана наклонилась вперед, словно собираясь поцеловать ее, но в последний момент наклонила голову и игриво укусила ее за шею. «Ты загладишь». А затем она медленно убрала свои пальцы с их места внутри Евы. Ева не могла не застонать от этого отступающего прикосновения, от ощущения, как пальцы Оксаны покидают ее тело. Прежде чем она смогла сказать что-то еще, Оксана крепко обняла ее и перевернула их обратно на кровать, и Ева снова оказалась на спине. Она почувствовала, как Оксана опустила бедро между ее ног и нежно прижалась к ней. Она все еще была чувствительна, и давление заставило ее ахнуть и удивленно вцепиться в Оксану. «На этот раз», - прошептала она, нависая над Евой. «Ты будешь той, кто произнесет мое имя. Желательно, очень громко.» Ева проснулась на следующее утро сонная, измученная жаждой и голая. Она лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку. Одеяло было скомкано в конце кровати, наполовину на полу, и простыни прикрывали ее только до талии. Она подумала, что если откроет рот, чтобы заговорить, то будет звучать так, будто она выкуривает по десять пачек в день. Но она чувствовала себя хорошо. Она чувствовала себя действительно чертовски хорошо. Она не думала, что у нее был такой хороший секс, ну... когда-либо. Только не с Хьюго. Конечно, не с Нико. Она подумала, что если бы у нее был умопомрачительный секс в колледже, она бы тоже это помнила, но ничего не приходило в голову. Она тяжело, удовлетворенно вздохнула и перевернулась на другой бок. Оксана лежала рядом с ней, на спине, раскинувшись, как морская звезда. Одна рука была заложена за подушки, почти доставая до Евы, в то время как другая свесилась с края кровати. Еве захотелось рассмеяться при виде этого. Конечно, именно в этот момент ее мозг решил снова начать думать. Насчет прошлой ночи, конечно. И об уходе Оксаны. О ее работе и о том, что повлечет за собой "уход на пенсию" и как это может плохо кончиться для нее. И о ее уходе. О том, что Интерпол все еще охотится за ней, даже если они потеряли ее след, и о ее мертвой матери и Константине, присматривающих за ней. И о ее уходе. Ева снова вздохнула, на этот раз менее удовлетворенно. Оксана пошевелилась со своего места рядом с ней. «Ммм. Доброе утро, Ева» - Он был низким и хриплым и напомнил Еве о каждом прикосновении ее губ прошлой ночью, по всему телу. Кроме одного места. Она не позволила Оксане сделать это, пока нет. Она не была уверена, почему, на самом деле, это просто чувствовалось… Она знала, что нервничает из-за этого. Она отогнала эти мысли прочь. «Доброе утро». Она была удивлена, услышав, что ее собственный голос звучит таким же страстным тоном. Она говорила как человек, который хорошо потрахался ночью. «Ты хорошо спала?» - спросила ее Оксана, перекатываясь на бок и дьявольски ухмыляясь ей. «А ты как думаешь?» «Мм», снова промурлыкала она, слишком довольная собой. «Я думаю, у тебя была потрясающая ночь». От Евы не ускользнуло, что она сказала "ночь", а не "сон". Ева удивленно покачала головой. «Ты невозможна». Оксана на это пожала плечами. Затем она приподнялась и приблизилась к Еве, нежно поцеловав ее в губы, прежде чем слегка отстранилась. «Я также думаю, что пойду приму душ». «о?» «Да. Прошлой ночью у меня была очень интенсивная тренировка, Ева.» Ева закатила глаза. «Снова. Невозможная.» «Хм» Оксана выпуталась из простыней и встала с кровати. Ева смотрела ей вслед, когда она уходила, обнаженная и бледная в раннем утреннем свете. Она оглянулась через плечо на Еву. «Конечно, ты можешь присоединиться ко мне». Ева почувствовала, как у нее пересохло во рту. «О, э-э, может быть... в следующий раз?» Если Оксана и обиделась, то никак этого не показала. Она просто пожала плечами и направилась к двери спальни. «Как тебе будет угодно». А потом она вышла в коридор, повернула в сторону ванной и исчезла из виду. Ева испустила вздох, о котором и не подозревала, что задерживала дыхание. Она не была уверена, что думать, что чувствовать, за исключением того, что ее тело приятно болело и было вялым, в то время как ее мозг, казалось, был поглощен множеством мыслей, о которых она действительно не хотела думать в тот момент. «Кофе», - пробормотала она. «Я приготовлю кофе». Она сбросила простыни с ног и скатилась с кровати, протирая затуманенные глаза. Она не могла себе представить, в каком беспорядке будут ее волосы после вчерашнего вечера, но решила побеспокоиться об этом позже. Она встала и лениво натянула шорты и старый свитер. Она даже не позаботилась о нижнем белье. Ей просто нужно было выбраться из спальни. Если она сосредоточится, то, как ей показалось, сможет смутно уловить запах секса, все еще витающий в воздухе. Она покачала головой и направилась к двери. Когда она выходила из спальни, звук льющейся воды привлек ее внимание к коридору, ведущему в ванную. Конечно. Оксана оставила дверь ванной открытой, явно приглашая Еву присоединиться к ней. Ева наблюдала из коридора, как дразняще клубился пар в открытом дверном проеме. На самом деле она даже не знала, почему вообще отказалась от этого предложения. Она думала об уходе Оксаны, а потом молодая женщина так нагло пригласила ее присоединиться к ней, и Ева просто немного запаниковала. Но реальность такова, что Оксана не оставалась. У Евы оставалось так мало времени с ней... Она смотрела, как пар клубится в дверном проеме. Она могла представить это как изогнутый палец, манящий ее в душ. Ева покачала головой. Она повернулась в сторону кухни. Она сделала один шаг. Она сдалась. Она повернулась и направилась в ванную, на ходу снимая свитер и небрежно бросая его на пол. Войдя в ванную, она тихо закрыла за собой дверь. Она скинула шорты и порадовалась, что не позаботилась о нижнем белье. Дверь в душевую была из матового стекла. Она могла видеть силуэт Оксаны внутри, размытый, обращенный в сторону от нее и к насадке для душа. Ева осторожно открыла дверь и шагнула в стену пара. Она закрыла за собой дверь и повернулась к Оксане. Еве потребовалось мгновение, чтобы оценить ее тело, взгляд блуждал по ее плечам, изгибу позвоночника, изгибу задницы, прежде чем она встряхнулась и шагнула к ней. «Я передумала», - прошептала она, прижимаясь грудью к спине Оксаны. Вода делала это ощущение в сто раз более чувственным, как будто она чувствовала каждое движение Оксаны против нее. Ева почувствовала, что возбуждается от простого акта прижимания себя к другой женщине. Если Оксана и была удивлена, то никак этого не показала. Вместо этого она просто удовлетворенно замурлыкала и откинулась в объятиях Евы. «Я рада». «Мм», промурлыкала Ева, прижимаясь губами к влажной коже лопаток Оксаны. Затем она почувствовала, как другая женщина повернулась в ее объятиях, и внезапно они оказались грудь к груди. «Есть кое-что, что я хочу сделать для тебя, Ева». «о?» «Да. То, чего ты не хотела делать раньше. Я думаю, ты нервничаешь, и это нормально». Ева с трудом сглотнула, в горле у нее пересохло, несмотря на влажность в крошечной душевой. Она позволила своему взгляду скользнуть мимо Оксаны и сосредоточиться на обшитых кедровыми панелями стенах позади нее. То, как они успокаивали ее. То, как они приглушали свет вокруг себя и создавали ощущение собственного мира. Ева перевела дыхание. «Хорошо». Это вышло дрожаще, но уверенно, и глаза Оксаны загорелись, хотя она сохраняла свой голос спокойным и мягким. «Хорошо», - ответила блондинка, позволяя своим рукам скользнуть вниз по телу Евы, чтобы лечь на ее бедра. «Просто расслабься». Она толкнула Еву и заставила ее отступить, направляя ее, пока ее спина не уперлась в деревянные стены. «Я буду хорошо заботиться о тебе». «Верно», прохрипела Ева. Оксана уверенно улыбнулась ей, прежде чем наклонилась вперед и поцеловала ее. Ева попыталась сосредоточиться на этом, но ее сердце бешено колотилось. Она подумала, что, возможно, у нее кружится голова от мысли о том, что Оксана хотела с ней сделать. В этом не было ничего особенного. Она не знала, почему так реагирует. Но Хьюго никогда этого не делал, а с Нико, конечно, было странное время, но в конце концов пришлось бороться с усами и семейными проблемами, и со временем секс между ними потерял аспект удовольствия. И в этом не было ничего особенного, просто она была женщиной за сорок, которая занималась сексом с кем-то почти вдвое моложе ее, и этот кто-то был женщиной, и эта женщина была великолепна. И безжалостная убийца, помимо всего прочего, но вряд ли это было сейчас самым страшным. Самым ужасным сейчас было то, что она была уязвима, расколота, и она хотела этого. Боже, она хотела этого. И, о, Оксана двигалась, она целовала все ниже и ниже, и Ева застыла под этими губами. Она наблюдала, как Оксана опустилась перед ней на одно колено, не сводя глаз с блондинки. Это что-то всколыхнуло в ее груди, послало тепло вниз по позвоночнику, и она почувствовала, как ее губы приоткрылись в легком вздохе. Это было горячо и сексуально, и Ева чувствовала себя желанной. Это заставляло ее чувствовать себя менее нервной. Она чувствовала себя объектом чьего-то поклонения, наблюдая за Оксаной, стоящей на коленях. На мгновение, в котором были все атрибуты духовности, с ее губ сорвалось: «Это не может быть удобно». Оксана ухмыльнулась и провела руками вверх по внешней стороне бедер Евы. Еве внезапно стало труднее дышать. «Я готова вытерпеть небольшой дискомфорт...» Оксана обхватила рукой колено Евы и осторожно потянула, заставляя Еву перекинуть ногу через плечо. «...для этого». А затем она прижалась губами к Еве, мягко, в простом поцелуе к самой чувствительной ее части. Ева откинула голову назад, пока она не ударилась о деревянные панели позади нее. Оксана покрывала нежными поцелуями все места между ее бедер, деликатно прижимаясь губами, как будто Ева могла разбиться вдребезги. Ева нервничала, чувствовала себя неловко. Открыться для молодой женщины, чтобы увидеть и попробовать. Она подумала о воде в душе, которая все еще текла, и о том, должна ли она чувствовать себя виноватой из-за того, что потратила ее впустую. Она подумала о скалах и о том, как они рушились у нее под ногами. Она подумала о кедровых стенах, о том, как деревянные панели всегда успокаивали ее. Мысли быстро проносились вокруг. Ева знала, что это от нервов, от реальности того, что должно было произойти. Затем Оксана позволила своему языку развернуться против нее, совсем слегка, дразня вокруг ее клитора, как будто она пыталась облегчить Еве вход в него. Ева выругалась себе под нос. Ей показалось, что она чувствует ухмылку Оксаны на своей коже. Когда она подняла руку над головой, чтобы опереться о деревянную стену, у Евы мелькнула мысль о секвойях, о высоких, высоких деревьях, дрожащих на ветру. Она задрожала, а затем Оксана провела языком по ее клитору медленным, широким движением, и, наконец, Ева перестала думать.