Глава 335
14 сентября 2025 г., 20:00
Путь обратно в Цанцюн был веселей и куда спокойней, чем до этого на Конференцию. Они двигались медленно, чтобы пощадить раненых учеников. Но даже несмотря на это, группа хорошо проводила время — Конференцию запланировали так, чтобы избежать сильной жары в начале лета, так что стояла приятная погода, если не считать периодических ливней.
Юэ Цинъюань внимательно осматривал дорогу впереди, но больше всего его внимание было приковано к двум конкретным путешественникам неподалёку — двум его лучшим друзьям, которые, словно по волшебству, разговаривали друг с другом.
— Вы используете спарринг как дидактическую технику? — недоверчиво переспросил Шэнь Цинцю. Он уже гораздо лучше держался в седле, хотя и продолжал использовать облегчающие чары, но только во избежании дискомфорта.
— Конечно, — ответил Лю Цингэ, как будто это было само собой разумеющимся. — Стиль боя зависит от характера… — Шэнь Цинцю открыл было рот, чтобы возразить, но Лю Цингэ поднял руку. —… И в то же время, хороший учитель может исправить недостатки этого самого характера.
Шэнь Цинцю с сомнением покачал головой.
— Как в этом можно хоть что-то отразить? Звучит так расплывчато.
— Со стороны ученика также требуется много самоанализа…
«Это я сделал?» — мысленно спросил себя Юэ Цинъюань, наблюдая за их разговором. Он намеренно не вмешивался. Было так легко — иногда даже слишком — подтолкнуть своих сверстников в нужном ему направлении. Он всегда опасался грозной привлекательности этой искусственной гармонии и старался не мешать их зарождающейся дружбе — не упоминал об их спаррингах и всегда старался быть занятым, когда они происходили.
Юэ Цинъюань заинтригованно наблюдал, как Лю Цингэ внезапно вспомнил, что разговаривает со своим вроде бы врагом, отпрянул, как испуганная черепаха, затем медленно расслабился и снова наклонился вперед, слушая своего собеседника. Шэнь Цинцю, похоже, совсем не обиделся или вовсе не заметил. Юэ Цинъюань уже десятки раз наблюдал подобное поведение.
Ци Цинци слегка тронула свою лошадь ногой, чтобы та поравнялась с его, Юэ Цинъюань почувствовал, как активировалось заглушающее заклинание, и повернулся к ней с улыбкой.
— Этот шисюн надеется, что Ци-шимей понравилось наблюдать за Конференцией.
— Было весело, — согласилась она. — Увидев эту хлыстохвостую громовую ящерицу, я пожалела, что не участвовала.
— Я слышал, что Ци-шимэй вела свою собственную охоту.
— Коварный, дикий слух — лучшая добыча, — весело согласилась она. — К слову о слухах… — она выжидающе посмотрела на него.
— Наши учителя знают, — заверил он её. — Они контролировали то, какая информация ускользает и к кому.
Она задумчиво кивнула.
— Хорошо. А он знает? — Её взгляд стал острым.
Что ж, интересная точка зрения.
— Он не любит об этом думать, — помедлив, всё же ответил Юэ Цинъюань. — Понимаешь, это болезненная тема. Я не уверен, что он в принципе мог думать об этом до своего прорыва.
— Все эти искажения ци, — медленно и задумчиво сказала она. — Должно быть, он пытался. Логично.
Юэ Цинъюаню хотелось получить объяснения, что именно для неё было логично, но его инстинкты подсказывали ему сдержаться.
— Ци-шимэй так заботлива, — вместо этого сказал он.
— Приятно находиться в месте, где я могу себе это позволить, — сказала она с кажущейся рассеянностью, а затем окинула его оценивающим взглядом.
— Этот шисюн постарается сделать так, чтобы мы могли и дальше позволять себе эту роскошь, — серьёзно согласился Юэ Цинъюань.
Когда она сменила тему разговора на крупицы информации, которые почерпнула, наблюдая за участниками Конференции на хрустальных экранах, губы ее слегка изогнулись в довольной улыбке.
— И, — закончила она с удовольствием, — старший мастер из Хуаньхуа попросил просмотреть список участников. А как ты знаешь, вербовкой они не занимаются. Позже я поговорила со служащим, и оказалось, что тот человек проявил наибольший интерес к ученикам Цанцюн… — драматическая пауза. — Он искал… «Лэй Фэна», в разных написаниях.
Юэ Цинъюань моргнул.
— Хм.
*
Когда соревнование закончилось, Му Цинфан отделился от основной группы участников из поколения Цин. Несколько учеников Цанцюн были ранены, пусть и не очень серьезно, и он превратил их лечение в импровизированную оценку учеников Цяньцао, присутствовавших на конференции. Шэнь Цинцю был готов поспорить, что даже император не получит лучшего ухода, чем пострадавшие ученики, находящиеся под пристальным вниманием Му Цинфана.
Когда он присоединился к группе у костра, ставшего их неофициальным местом сбора, то выглядел явно довольным.
— Они хорошо себя показали, — сообщил он в ответ на вопрос Линь Циншуя. — Я думаю, эта группа скоро выпустится.
— Поздравляем, Му-шисюн.
— Когда Му-шиди отдохнет, может ли этот Шэнь Цинцю попросить его поделиться своими ботаническими знаниями?
— О чём именно? — с любопытством спросил Му Цинфан.
— Советы по уходу и обращению с Тысячелетним очищающим снежным лотосом. Этот шисюн нашёл один в ущелье Цзюэди.
— Шисюн нашел и сорвал его? — с тревогой в голосе переспросил Му Цинфан. Он словно бы вступил в некую внутреннюю борьбу, затем продолжил очень вежливым тоном. — Этот шиди с сожалением сообщает, что к настоящему времени цветок потерял свою эффективность — им требуется сильное духовное поле, чтобы сохранять свои свойства. Очищающий снежный лотос нужно использовать немедленно, даже мешок-цянькунь только замедлит потерю энергии.
Шэнь Цинцю покачал головой.
— Он всё ещё жив и находится в своей первоначальной почве. Этот шисюн…
— Как… — начал Му Цинфан, но тут же задохнулся. — Стазисные талисманы! Конечно! — Он просиял, выглядя счастливее, чем Шэнь Цинцю когда-либо видел. Даже, счастливее, чем в тех двух прошлых жизнях, где его лечили от Неисцелимого.
— Му-шиди — эксперт, — сказал он, с некоторой настороженностью глядя на целителя. — Этот шисюн с радостью отдаст растение под его опеку.
— Как умно со стороны Шэнь-шисюна вспомнить про талисманы с нашего задания, — весело сказал Му Цинфан.
Шэнь Цинцю изначально намеревался поместить снежный лотос в хранилище своей Системы, но он не подошёл — цветок, распустившийся сейчас, очевидно, отличался от того, что Ло Бинхэ найдет в будущем. Однако стазисные талисманы показали себя превосходно. Шэнь Цинцю прочитал о них, после возвращения из их путешествия — оказалось изначально они использовались для хранения еды и образцов, прежде чем их заменили более удобными мешочками-цянькунь.
— О, вот что ты там раскапывал, — понял Жуань Цинжуан.
— Да, я также принёс немного земли в отдельном мешочке-цянькунь, — объяснил Шэнь Цинцю. — Сам цветок находится в маленьком ящике. Я надеюсь, что использование стазисного талисмана поможет избежать перенапряжения при перемещении его из одного сильного духовного поля в другое.
— Хороший нюанс, — нахмурился Му Цинфан. — Не будет ли новая среда шоком для растения? Нам нужно внимательно наблюдать за ним, пока оно привыкает к новому месту. Шэнь-шисюн, мы можем проверить его сейчас?
*
Жуань Цинжуань, недоумённо заморгал, наблюдая как Шэнь Цинцю и Му Цинфан ушли за растением.
— Что ж. Полагаю, у Шэнь Цинцю только что появился друг на всю жизнь. Я не видел Му-шисюна таким оживленным уже много лет. Жаль, что я не подумал подкупить его редкими травами.
Шан Цинхуа, сидевший рядом, вздрогнул от пришедшей в голову идеи.
— Как ты думаешь, захотел бы он получить ещё больше редких трав? Я, э-э, иногда слышу кое-что от торговых караванов.
— О, определённо да, — сказал Дуань Цинцзе. — Ах, но нам нужно сначала разузнать побольше.
— Нам не нужен еще один инцидент с пыльцой Шатра золотых грёз, — согласился Линь Циншуй.
— У Шэнь Цинцю есть специальные мешочки-цянькунь, которые позволяют собирать опасные образцы, не касаясь их, — заметил Лю Цингэ. — Я всё собираюсь выменять у него один такой. Думаю, что его интересуют именно редкие травы.
— О, Шэнь Цинцю они тоже, конечно, интересуют. Но ему больше понравились бы редкие существа…
— Я хотел бы услышать о редких существах, — возразил Лю Цингэ.
— Если Шан-шиди услышит что-нибудь интригующее, возможно, он мог бы рассказать об этом на наших групповых собраниях, — вмешался Юэ Цинъюань, только что прибывший с Цзы Данем. — Наш общий опыт облегчит поиск чего-нибудь интересного.
Шан Цинхуа был на грани слёз.
— Всё идет намного лучше, чем я думал.
— Ты слышал? — сказал Цзы Дань, подходя поприветствовать своего мужа. — Они оценили бусины, которые мы забрали с хлыстохвостой громовой ящерицы. Самая старая была двадцатилетней давности.
Дуань Цинцзе присвистнул.
— Не могу поверить, что она всё это время находилась там и просто росла.
— Очевидно, её видели несколько раз, но старались избегать.
— Мой учитель была очень довольна, — сообщил Юэ Цинъюань. — Наше сотрудничество произвело впечатление. — Он посмотрел на группу и нахмурился.
— Он нашел в ущелье какое-то растение, которое очень обрадовало Му-шисюна, — объяснил Жуань Цинжуан. — Они ушли, чтобы осмотреть его.
— Он уже возвращается, — добавил Линь Циншуй, прежде чем Юэ Цинъюань успел отправиться на поиски Шэнь Цинцю. Он сделал паузу, анализируя то, что передаёт ему его уникальная форма восприятия. — А Му-шисюн, кажется, остался переупаковывать образец.
— Спасибо, Линь-шиди, — без тени смущения сказал Юэ Цинъюань.
*
Группа Цанцюн вернулась в школу к полудню. Площадка у подножья лестницы Ста ступеней снова представляла собой хорошо организованный хаос, в котором ученики доставали снаряжение, приветствовали друзей, прощались с лошадьми, с которыми они подружились во время путешествия, и, наконец, разделялись, чтобы вернуться к своим пикам.
— Добро пожаловать обратно! — поприветствовал Ши Куань, Чжан Жунши и Чжэн Цзюня. — Как всё прошло?
Чжэн Цзюнь обнял его, и все трое направились к Радужному мосту.
— Это было здорово! У нас есть угреголовый лось, хохлатый волк с колючей гривой и стая ядопёрых птиц. И ты не поверишь, на что удалось поохотиться группе Шэнь-шиди.
— Они пошли за легендарными тварями, которые жили там десятилетиями, — рассмеялся Чжан Жунши. — Они были настолько уверены, что взяли с собой цянькуни для образцов.
— Я слышал, что на одном из них нашли золотые бусины, которые были с дюжины прошлых конференций, — с энтузиазмом поделился Чжэн Цзюнь.
— Очаровательно, — сказал Ши Куань, его глаза горели исследовательским азартом. — Интересно, есть ли способ отслеживать их развитие.
— Обычно после конференции мы проводим собрание на Байчжане, где все сравнивают свои результаты. Я спрошу старших инструкторов, видели ли они этих существ, когда сами участвовали.
Они запланировали встретиться позже, затем Чжан Жунши ушел, чтобы вернуться на Байчжань. Чжэн Цзюнь и Ши Куань продолжили путь к Цинцзину.
— Вы двое были в хорошем настроении, — заметил Ши Куань. — Значит, между Шэнь-шиди и Лю Цингэ не было драк?
Чжэн Цзюнь покачал головой.
— Ни одной. Они были идеально вежливы. А как ты знаешь, для Шэнь-шиди вежливость — это настолько дружелюбно, насколько это вообще возможно.
Ши Куань облегченно вздохнул.
— Ух ты. Очевидно, наши учителя были полностью уверены в их поведении, раз заставили работать вместе на публике.
Чжэн Цзюнь рассмеялся:
— Может быть, даже ледяное сердце Шэнь Цинцю можно растопить красивым личиком. Рано или поздно.
Ши Куань усмехнулся.
— Было много разговоров о Шэнь Цинцю, — признался Чжэн Цзюнь, пока они шли. — Ты знаешь, откуда он?
Ши Куань покачал головой.
— Нет. Но я и не спрашивал. Он никогда не говорит ни о чем личном. Я только недавно узнал, что у него есть сестра.
Чжэн Цзюнь задумчиво кивнул.
— О нем ходило множество слухов, но ни один из них не звучал достаточно правдоподобно. Но что меня поразило больше всего — ни у одного из них не было достоверного источника. Никто не говорил, что знает его или его семью лично, так что любая нелепая сплетня, которую им только что рассказали, наверняка ложна.
Ши Куань моргнул, и его шаги замедлились.
— О. Ха. — Они шли дальше, замедляясь по мере приближения к выходу с Радужного моста на Цинцзин и ожидающей там нетерпеливой толпе младших учеников. — На конференциях собралось много людей. А когда Шэнь-шиди присоединился к школе, то был не так уж и молод.
— Да.
— Так, может он… на самом деле подкидыш? Сирота? Или из одной из тех крошечных деревень в глуши?
— Или он вырос из семени.
— Ну, что бы это ни было, шицзунь определённо обо всём знает. И всё равно сделал Шэнь-шиди своим преемником. Так что всё не может быть так уж плохо.
*
Ма Шуцин больше не была главной ученицей Цинцзина, но прекращать заботиться о младших не собиралась. Она быстро проверила вернувшихся учеников и отправила их на поздний обед, который приготовили на кухне. Там их окружили остальные, жаждущие услышать о зверях, с которыми те столкнулись.
Закончив с делами, она умело исчезла, чтобы избежать бесконечных, самых элементарных вопросов младших учеников о Конференции, воспользовавшись предлогом, что ей нужно отнести документы на Цюндин.
По пути она встретила Ци Цинци, которая помахала ей рукой.
— Ты пропустила великолепную конференцию.
Ма Шуцин пристроилась рядом с ней и вздохнула.
— Я знаю, но организация свадьбы — это так много работы. Не знаю, что бы я делала без помощи Гао-шицзе с письмами и планированием.
Ци Цинци улыбнулась.
— Она любит такие вещи. Я присматривала за школой Гусу Лань для тебя — их группа была довольно тихой и сплоченной. Но они были рады поговорить с учениками Цанцюна, и я не заметила никаких разногласий.
Ма Шуцин выдохнула.
— О, хорошо. Спасибо, я немного волновалась.
— Но позволь мне рассказать, что ещё я там видела…
