Одинокий нарцисс, растущий у воды.

Спустя 5 месяцев. Весна. В воздухе повсюду чувствовался аромат цветущих деревьев, свежести и тёплого ветра. На дорожках, крышах и земле ковром лежали нежно-розовые лепестки вишни. Это время года поистине прекрасно — и в мире людей, и в мире душ. Но мало кто обращает на это внимание. Каждый занят своими делами, спешит куда-то или, задумавшись о своём, проходит мимо. Никому нет дела до истинной красоты мира. А ведь всего-то нужно остановиться на одну минуту и взглянуть по сторонам. Одна минута. Мы настолько очерствели, настолько погрузились в заботы о карьере, учёбе или просто в обыденность, что забыли, как это — порадоваться тишине. Если бы человек замедлил шаг и взглянул по сторонам, он бы заметил много красивого. С одной стороны, в траве, пчёлка кружит над опавшим цветком — её крылья переливаются всеми цветами радуги и завораживают. С другой, под крышей одного из зданий, в паутине, куда не добралась рука человека, тщетно борется за жизнь маленький мотылёк. «— Борется за жизнь», — подумал молодой парень, наблюдая за этим. Его зеленовато-голубые глаза горели яркими цветами, словно драгоценные камни, хотя сам он находился в тени. Казалось, ничто не могло укрыться от его взгляда. Сидя на одной из крыш 10-го отряда, рядом с которой росла старая вишня, Тоширо смотрел то на небо, то на землю, где внизу суетились синигами. Забавно: совсем недавно он сам был таким же суетливым, а теперь проводил большую часть дня в размышлениях. В какой-то момент его внимание привлекла знакомая фигура. По дорожке шла девушка, неся целую стопку бумаг, а на её лице играла лёгкая улыбка. При виде её капитан нахмурился и раздражённо дёрнул бровью. — Опять тащит целую гору. Одна морока с ней, — плечи напряглись, а губы сжались в недовольной линии. Девушка спокойно шла вперёд, неся бумаги — отчёты, которые нужно было прочесть, заполнить или подписать. Отряды пополнялись, и десятый не был исключением. Заданий становилось всё больше, а значит, и бумаг не меньше. — Ещё и улыбается. Значит, обойдётся без меня сегодня… Может, хоть не будет такой довольной с самого утра, — он нервно выдохнул и улёгся на крышу, спиной вниз, сложив руки за голову и закрыв глаза. Нежный ветер проходился по его коже и волосам. Было приятно. Капитану не особо нравилась его новая подчинённая. Да-да, теперь наша героиня была не заменой, а полноценным членом 10-го отряда — и на то были причины. Весна. В воздухе уже повсюду чувствовался аромат цветущих деревьев, свежести и теплоты. На всех дорожках, крышах и земле, ковром лежали нежно-розовые лепестки цветов вишни. Несколько месяцев назад. После того как Тоширо ранили, он сначала начал поправляться, но вскоре по неизвестным причинам впал в кому и долго не приходил в себя. Всё было плохо. Даже госпожа Унохана не могла понять причину, хотя в глубине души догадывалась. Она предполагала, что молодой капитан пережил слишком многое и не смог это принять. Своими мыслями она поделилась только с Изуми — ведь лишь эта брюнетка навещала его. По сути, они не были знакомы, и нужды в посещениях не было, но она всё равно приходила. На её хрупких плечах временно лежала ответственность за весь десятый отряд. С работой девушка справлялась отлично. Все документы, решения и отчёты выполнялись на «отлично», словно при настоящем капитане. Изуми не гордилась временным званием, даже просила называть её просто по имени. Ей было не привыкать быть заменой, но капитаном она стать не хотела. Что до подчинённых Тоширо — никто из них ни разу не навестил его. Это было непростительно, но… так по-человечески. Изуми же приходила при каждой возможности. Она пыталась найти кого-то из его близких: по словам капитана Уноханы, парень всё слышал, и ему нужно, чтобы с ним поговорил кто-то родной. Но никого не нашлось. Рангику была его близкой подругой — до недавнего времени. Последней надеждой оставалась Хинамори Момо. Узнав от Уноханы об их связи, Изуми сразу отправила ей письмо, но ответа так и не получила. Это было обидно и больно. Такой молодой капитан, и никому не нужен. С тех пор Изуми стала навещать его чаще: рассказывала о погоде, о забавных ситуациях в отряде, сидя рядом и заполняя бумаги, просто чтобы он не был один. Она хотела показать, что мир ждёт его, что он всё ещё нужен здесь. Иногда приносила в палату нарциссы — символ их отряда. С каждым днём, глядя на его лицо, девушка всё чаще вспоминала кого-то из своего детства, но не могла понять, кого именно. И вот смерть отступила. Молодой капитан вернулся к жизни. Когда это случилось, все вдруг вспомнили о нём: навещали, приносили подарки, говорили о своём «волнении». Даже Главнокомандующий зашёл, чтобы прочитать целую нотацию о его безрассудстве. В казармах не смолкал гул, все обсуждали его выздоровление, притворяясь, будто переживали. Лицемерие всегда было в людях — этого не убавить. Изуми больше не приходила в палату. Она считала, что её работа сделана: теперь ему не нужно новое лицо, напоминающее о том роковом дне. В свой последний рабочий вечер девушка решила сделать ещё две вещи перед уходом: привести в порядок кабинет и закончить с бумагами. Их было немного. Комната — чистая и аккуратная. Тоширо был удивительно скромен для капитана. В отличие от других, его кабинет был прост: прямоугольное помещение со столом в центре, деревянным креслом, большим окном, мягким диваном у стены и небольшим чайным столиком в углу. Чай здесь был в избытке — Хицугая любил его. Разные сорта, ароматы, вкусы. Лейтенанты и капитаны частенько воровали у него листья порциями или устраивали чайные церемонии прямо в кабинете с Рангику, оставляя взамен сладости — к раздражению Тоширо, который сладкое не любил. Разобравшись со всеми делами, Изуми ушла домой и провела несколько дней в отдыхе, наконец отсыпаясь. Она не знала, что будет дальше и какой поступит приказ, но покидать это место не хотелось. Здесь ей было спокойно. Однако утром её отдых прервал срочный вызов — приказ явиться в кабинет Главнокомандующего. Что же произошло?..