Подарю букет ромашек

      Оба графа вышли в сад, перед этим быстро перекусив сэндвичами и чаем. Веснушки на лице Захара были видны настолько чётко, что мужчина опять засмотрелся на младшего. Ему было приятно находиться рядом, просто наблюдать и слушать этого неугомонного парня. Он как костёр, но в тоже время, внутри царил холод. И как бы старший не пытался его растопить, пока попытки заканчивались строгим взглядом голубых глаз, да сжатыми алыми губами в тонкую линию. На улице было немного холодно, пасмурное небо не предвещало ничего хорошего. Хотя, кто сказал, что дождь не прекрасная погода? Правильно, сейчас об этом никто не мог возразить.             Захар мягко улыбнулся, голубые льдинки заискрились радостными огоньками. Он так давно не был на улице, просто так, без причины. Даже то, что он выходил рисовать в беседку, уже являлось своеобразным занятием. Кинув взгляд на старшего, Золотов уловил в янтарях сдержанное спокойствие, на лице мужчины отобразилась несколько лукавая улыбка. Хитро сощурив глаза, бирюзоволосый резко сорвался с места. Питер не ожидал такого подвоха, поэтому, легко побежал за младшим. Хотя, он пару раз чуть не поцеловался с землёй, но и это не смогло остановить такого странного, по-своему милого молодого графа. Младший Золотов знал эту территорию как пять своих пальцев, если учитывать постоянное пребывание в саду чуть ли не каждый день, так ещё и в столь короткий срок. Полтора месяца хватило, чтобы облазить все уголки сада, посмотреть все, — до этого неизученные — места.             Юноша ловко минул дорожку из гравия, камешки на этот раз не летели в лицо. По правилам матушки было запрещено бегать по газону, но её сейчас нет, а значит, можно немного похулиганить. Что собственно и делал граф, приминая своими сапогами мягкую траву. А вот Леонскому пришлось бежать по дорожке, лицо больно хлестали острые камешки. «Догоню его, в фонтан окуну!» — беззлобно подумал мужчина, пытаясь поспевать за Захаром. Несмотря на то, что парню уже двадцать лет, он вёл себя на удивление по-разному. То строг и холоден, то нежен и весел. Фиолетоволосый ещё не до конца понимал этого чудаковатого парня, но очень хотел. Хотел, чтобы эта бирюзовая макушка была рядом, чтобы юноша обнимал его без причины, утыкаясь лицом в его плечо или ключицы. Граф Леонский мог бы и в фонтан окунуться, если бы не вовремя подоспевший Захар.             — Осторожно! — крикнул голубоглазый позади, резко хватая мужчину за ворот сюртука. Тот кое как затормозил, чуть не упав лицом в воду. Не дав Питеру упасть, Золотов младший притянул того к себе. Тёплое лицо ненадолго уткнулось в спину, обдавая своим теплом. Оно медленно начало разливаться по телу, сжигая остатки здравого ума. Выпустив старшего из хватки, юноша виновато отвёл взгляд.             — Спасибо Вам, Захир. — повернувшись, поблагодарил Питер. В голубых глазах он уловил странные огни, словно какие-то грустные и немного смущённые. Нет, это просто игра тусклого света, мужчине это кажется. Фиолетоволосый подошёл к Золотову, поправляя заколку с мастью пики. Голубоглазый вздрогнул, поднимая взгляд на Леонского. Внутри у обоих всё сжалось до маленького комочка, особенно у старшего графа. Сердца стучали в унисон, так размеренно и быстро, отдаваясь эхом в собственной голове. Тонкие пальцы мягко коснулись ладони янтароглазого, которая осталась на пушистой бирюзовой чёлке. Холодные, они заставили графа пойти на необдуманный поступок. Он аккуратно взял обе ладони младшего, складывая их замком в своих ладонях.             — Н-не за что… — тихо отозвался Захар, смотря на свои руки. Кончики ушей, переносица и щёки, всё залилось румянцем. Парень мягко улыбнулся, ему в ответ такая же улыбка. Робкая, слегка смущённая всей ситуацией, но в тоже время, такая добрая и… Родная, хотя, тут больше подойдёт знакомая. Капля дождя упала на лицо Золотова, заставив того ненадолго зажмуриться. Питер выпустил одну ладонь из хватки, быстро смахивая виновницу в сторону. За ней капнуло ещё парочку, уже вскоре пошёл мелкий дождь. Стало ещё холоднее, отчего Захар стал дрожать.             — Холодно? — на вопрос лишь положительный кивок, тогда, Питер уже совсем обнаглел. Мужчина прижал младшего к себе за талию, спешным шагом направляясь к ближайшему тополю. Парень послушно шёл рядом и трясся, не только от холода, но и от непонятного чувства. Да, не стоило отрицать того, что презрение ещё есть и будет, но уже в более мягкой форме. Просто, сейчас Захар осознавал то, чего не мог понять эти два дня. Этот мужчина манил его, очаровывал и просто пытался завоевать его сердце. Но как истинно русский парень, голубоглазый так просто не давался. Нет, ему сейчас вовсе не нужны проблемы, особенно на личном фронте. Он просто не готов к такому.             Мужчина ненадолго выпустил юношу из объятий, садясь на траву. Золотов так и остался стоять, не смея даже подойти. Бирюзовые волосы скоро до нитки промокнут, а он так и не сдвинется с места. Тогда, Питер пошёл на ещё более подлую хитрость. Резко сделав подножку, фиолетоволосый вовремя вытянул руки. При падении Захар удачно приземлился в крепкую хватку, которая тут же посадила его на землю. Спина упёрлась в чужую грудь, а затылок непроизвольно лёг на крепкое плечо. На осиной талии удобно разместились тёплые руки, смыкающиеся в замок. Ладони юноши закрыли лицо, щёки предательски горели. Вообще, самому бы сгореть, но судьба не даст. В тонкую шею уткнулся острый нос, горячее дыхание заставило крупно вздрогнуть.             — Ч-что Вы творит-те?! — смущённо, нежели испуганно спросил Захар. Ему не ответили, лишь горячее дыхание с шеи перенеслось на голову. Мужчина прикрыл глаза, вдыхая аромат ромашек. Такой тонкий и терпкий, ни с чем не спутаешь. Дрожа как банный лист, Золотов младший закрыл глаза, попытавшись расслабиться. Вроде бы удалось, пушистые бирюзовые ресницы лишь изредка подрагивали от посторонних шумов и движений со стороны старшего. Питер аккуратно приблизился к щеке юноши, кончик языка оставил мокрый след, заставив бедного Золотова ещё больше затрястись. Это приятно, это необычный и так… Страстно, в том плане, что в голову бирюзоволосого поплыл туман.             — Мгх~ — сорвался тихий стон с губ Захара, он и сам не осознал этого. Слишком жарко, воротник сорочки начал неприятно давить. Дышать трудно, внизу что-то приятно тянуло, жар по телу распространялся стремительно. Голубоглазый снова застонал, только чуть громче. — А-а-ах~…             Питер спустился к шее, всё также проводя дорожки языком. Мокрые следы высыхали, неся за собой неприятный холод. Одна рука мужчина начала поглаживать внутреннюю сторону бедра Золотова, вторая аккуратно вырвала сорочку, залазя под хлопковую ткань. Пальцы начали проходиться по рёбрам, англичанин покусывал кожу на шее юноши. Несильно, чтобы не оставлять следов, но и не слабо, чтобы вызывать стоны. Тонкая рука вцепилась в чужую, которая проводила по внутренней стороне бедра. Полу-стоны и вздохи вызывали желание повалить Золотова на траву. Противиться ему бессмысленно, поэтому, Леонский рывком поменял положение.             Нависая сверху, Питер продолжил свои действия. Кончик языка прошёлся по кадыку, юноша выгнулся в спине навстречу источнику тепла. Пальцы вцепились в ткань чужой сорочки, голубые льдинки закатились вверх от удовольствия. Захар ещё никогда не ощущал себя так, словно находился в раю. Ему было и приятно, и он понимал — это неправильно. Но, кто их сейчас увидит, только хмурое небо с дождём. Чуть приподнявшись на локтях, Золотов жадно впился в губы Леонского. Тот простонал в поцелуй, руки же схватили тонкие запястья. Прижав бирюзоволосого к земле, старший разорвал поцелуй. Жадная похоть искрилась в янтарных глазах, ему в ответ - точно такой же огонёк голубых льдинок.      

***

      Пик зашёл на кухню в каком-то разбитом состоянии. Под глазами сиреневые мешки, волосы совсем спутались. Мешковатая футболка и свободные шорты мятые, а на лице мужчины кривая гримаса боли. Возможно, голова раскалывалась от недосыпа.             — Пик, с тобой всё хорошо? — поинтересовался Зонтик, заботливо глядя на старшего. Куромаку задумчиво хмыкнул, встав из-за стола.             — Похоже, я знаю, что с вами творится…