Целитель Вэнь

      Вэнь Цин ругалась, отвешивала подзатыльники, а после того как Вэнь Юн, вопреки всем прогнозам, пошла на поправку ударными темпами, что-то заподозрила и приперла свою младшую непутевую сестру к стенке.       И Вэнь Юн раскололась, как грецкий орех под кувалдой. Быстро в общем.       Вэнь Цин нервно теребила широкие рукава кланового одеяния, бурчала себе под нос разные медицинские термины и наматывала круги по комнате, пока Вэнь Юн ждала вердикта от своей старшей сестры.       И он прозвучал.       — Дура.       Ну да, надеяться на похвалу было откровенно глупо.       — Я знаю.       — Ничего ты не знаешь, пустоголовая! — рявкнула Вэнь Цин. — Утоли-ка мой интерес, никаких в себе изменений не замечаешь?       — О нежелательной беременности эта пустоголовая позаботилась.       Вэнь Цин закрыла лицо руками и тяжко выдохнула. Очень показательно и демонстративно.       — Так. Хорошо. Просто великолепно. А впрочем… — дева Вэнь вздохнула. — Это сейчас не важно.       К слову, что бы она ни хотела сказать, это действительно было не особо важным, так как события, вопреки ожиданиям Вэнь Цин, разворачивались в абсолютно другую сторону.       Кто б еще знал в какую!       Цзян Чэн, будь неладен ее спасенный пациент, быстро начал набирать силу. И рядом с ним всегда находился его брат, Вэй Ин.       Так как Основатель Дьявольского Культа решил не основывать его, то ожидалось, что, возможно, у клана Вэнь есть шанс.       Как бы не так!..       Моралисты и альтруисты из клана Гу Су Лань, поняв, что дело плохо, внезапно повытаскивали из своих закромов запрещенные мелодии, и, как говорится, никто этим скромным монашкам и слова не сказал. Струны резали врагов на части, инструменты сводили с ума, мощными звуковыми волнами уничтожали целые отряды.       Цинхэ Не пустились во все тяжкие, практикуя режим берсерка и самоубийство, перед которым, раскочегарив свою и так покоцанную систему циркуляции и сорвав меридианы, впадали в предсмертное буйство, снося все и всех на своем пути. Тайная техника последнего шанса стала диво как популярна у этого клана.       Клан Цзинь тоже не будь в отстающих — живо стал лучшими разведчиками, и под командованием Наследника Цзинь вовсю гремела слава Смертельного Отряда, который вырезал зазевавшихся соклановцев Вэнь Юн только так.       А вишенкой на торте — остатки клана Цзян и его вассалы под командованием молодого господина, который прославился своей жестокостью и… милосердием одновременно. Несмотря на произошедшее с орденом, Юньмэн Цзян всегда дарил легкую смерть и не позволял другим издеваться над поверженным врагом.       Вэнь Сюй погибает от рук Не Минцзюэ. И от вида присланной головы своего старшего сына Вэнь Жохань едва ли злится.       Он сумасшедший. Для него это все не более чем забава.       С Вэнь Нином Вэнь Юн пересеклась случайно. Он возник на ее пути внезапно, когда она выходила из палатки с окровавленными руками, только что оказав первую помощь пациентам.       Война шла уже второй год, сражения затягивались, а последний раз она видела своего брата восемь месяцев назад.       А сейчас едва узнала в этом молодом мужчине А-Нина.       — Вэнь Чжао и Вэнь Чжулю мертвы, — выдохнул он ей на ухо.       Таки… добрались до них, да?       — Кто?       — Наследник клана Цзян, — спокойно проговорил Вэнь Нин, поливая водой из кувшина, помогая сестре смыть с рук кровь раненого бойца.       — За дело, — бурчит Вэнь Юн тихо, так как перед глазами до сих пор картины Юнмэн Цзян и та шлюха Вэнь Чжао.       — Тш-ш-ш, не стоит такого говорить. Не здесь.       Сердце Вэнь Юн сделало кульбит и замерло на мгновение. Осознание приходит чуть запоздало, но оттого не менее пугающее.       Возмужавший, вытянувшийся в рост, раздавшийся в плечах, двоюродный племянник главы Клана Вэнь внезапно превратился в… самого вероятного Наследника.       Если вообще хоть что-то останется для наследования после этой войны. Если раньше только одно предположение о том, что он будет Наследником, большинство бы довело до смеха, то сейчас Призрачный Генерал Вэнь Нин вызывал только опаску и уважение. Даже у своих.       Вэней теснили. Фронт медленно, но верно приближался к Безночному Городу. Война, или скорее бойня, продолжалась.       Вэнь Юн обнимала своего брата отчаянно и изо всех сил, скрытая от чужих глаз в своей палатке. Ей было страшно до одури.       — Он же… безумен. Для него это все — всего лишь забава, А-Нин…       «Мы все умрем в угоду его веселья».       — Скоро… все закончится. Вы только потерпите, хорошо? Мне уже пора. Передай привет сестрице Цин. И будь… готова.       Короткая встреча заканчивается. Впереди длительное расставание и время отчаянных решений и безрассудных поступков.       К чему готовиться, Вэнь Юн не имеет никакого понятия.

***

      Вэнь Цин была известной целительницей, слава о ней гремела далеко за пределами ее клана. А вот Вэнь Юн только в своем клане, в мирной ветви целителей, прославилась как недоразумение с крупицей таланта, которое приносило уйму проблем.       Вроде бы есть, а вроде и нет. На фоне Золотых Рук Вэнь Цин и Призрачного Генерала Вэнь Нина она просто терялась. А после своего ранения так совсем ушла в тень своих звездных родственников.       Впрочем, не о ее невзрачности была речь. А о том, что большинство о ней и не знало даже. А если и знало, то явно не в лицо, так как после Юньмэн Цзян она три месяца отлеживалась и еще, по словам Вэнь Цин, быстро очухалась, ну а дальше была в тылу и не отсвечивала, только волосы на голове рвала от понимания, что история едет вообще не туда и обещает быть настолько непредсказуемой, что хоть стреляйся.       И самое хреновое было то, что Вэнь Юн ничего не могла с этим сделать и хоть как-то повлиять. А после, когда клан Вэнь начали теснить и более того — фронт медленно сдвигался к Безночному Городу, сестра, используя весь свой авторитет, отослала ее глубоко в тыл. Прям максимально глубоко. А если коротко — тихий зловещий голос А-Цин на ухо прошептал ей: «Потеряйся, сгинь, спрячься, исчезни. Теперь ты младшая принцесса Ордена Цишань Вэнь».       Сказать, что Вэнь Юн это новое назначение «обрадовало», ничего не сказать. Потому как стоило ей отчалить, и Вэнь Жохань объявил сестру и брата наследниками и ввиду то ли своего безумия, то ли, что более вероятно, незаинтересованности про нее забыл.       Любимчикам слава. А всем остальным… Вэнь Юн была счастлива, что каким-то образом умудрилась занять место А-Нина и теперь не представляла в глазах других из себя ничего особенного.       К демонам Путь Дао и даосизм. Вэнь Юн от облегчения перекрестилась.       Сопротивлялась ли Вэнь Юн своей передислокации? Да нет… она с чистой совестью двинулась вглубь территорий клана Вэнь, преисполнившись смирения и понимания: все, что могла, она уже сделала.       Результат ее действий налицо. Дело двигалось к феерическому пиздецу.       И на этот раз она послушает хороший совет взрослых и просто… испарится, как утренний туман, с надеждой, что А-Нин и А-Цин, которые, слишком беспокоясь за ее дурную голову, видимо искренне уверовав, что она реально глуповатая, а также слепая и глухая, воплотят свой тайный план по спасению клана Вэнь посредством умерщвления Вэнь Жоханя.       Хотя скорее не в ее тугоумости дело. А в ее фантастическом таланте вляпываться в какие-то сумасшедшие истории. Ну или стоять у их истоков.       Родичи все же не идиотами были. Один раз — случайность, второй раз — совпадение, третий… уже пугающая закономерность.       — Порой мне кажется, что ты смерти ищешь, — шипела А-Цин, отпаивая ее после истощения какой-то гадостью.       Виновница всего происходящего вяло подняла руку вверх в победном жесте, за что отхватила свернутым полотенцем по бедру.       — Больно же, А-Цин!       — Рот закрой!       Вэнь Нин был добрым мальчиком. Поэтому решил все дело кончить миром — тайно сходил в гости к врагам и покаялся во всех грехах. Вэй Ин, слава всем богам, на этот раз не оказавшийся местным темным властелином и пугалом, а имеющий невероятную репутацию и власть, поспособствовал тайным переговорам, и к чему-то они таки пришли.       Это, наверное, было единственной радостной вестью. А вот остальное… Боже.       Клан Вэнь готовил переворот в надежде на выживание, нынешние наследники собирались при поддержке заинтересованных лиц грохнуть главного возмутителя спокойствия, а тем временем, положившись на старших родичей, якобы мертвая самая младшая, никому не нужная принцесса Вэнь Юн применяла великую тактику «по съебам», тихой сапой, огородами.       Вэнь Юн дурой не была и прекрасно поняла, что таким образом она превратилась в план «Б», если случится накрытие медным тазом всего предприятия. Кто его знает, Вэнь Жохань всех грохнет или грохнут Вэнь Жоханя, а потом союз всех орденов порежет остатки огненного клана, будто скот, как было то в каноне.       Поэтому в нужном месте в нужное время ей, переодетой в крестьянские одежды и замаскированной под обычную гражданку, должны были передать четверых детей. Двух пацанов и двух девчонок. Самому старшему было двенадцать, самой младшей — год.       Будущее клана Вэнь на случай того, что произошло в каноне.       Но…       Кажется, одним своим существованием в этом мире Вэнь Юн рушила все планы. Причем у всех. Но в основном у Ордена Цишань Вэнь и его представителей…

***

      Па-па-па творит чудеса. В этом автор сего мира и любительница гей… действа не соврала. И работала эта штука в обе стороны. Чудодейственный трахен-трахен даровал мощь, силу и молодецкую удаль. А еще охренеть как подорвал контроль над тонкими манипуляциями, бахнув нежданным могуществом.       Правда, пришло это могущество постепенно, и более-менее контроль над ци у Вэнь Юн был, что, без сомнений, радовало. Вот только одно но.       Силы то приходили, то уходили. Подобные качели спустя год вынудили Вэнь Юн хорошенько помедитировать и обнаружить в своих даньтянях, а также в самом ядре призрачные фиолетово-синие всполохи, что коварно прятались за ее огненной, присущей чисто ее клану энергией. Привкус у чужой ци, которая шла невесть откуда, а точнее очень даже известно от кого и откуда, оседал ощущением грозы и ливня.       Попытка Вэнь Юн прощупать в направлении чужеродной энергии закончилась тем, что ее обладатель отреагировал весьма бурно, а после одним махом выжрал у нее почти весь резерв, раскатав ее по постели на три дня с истощением.       Это была еще одна ошибка. Так как, видимо распробовав батарейку в виде Вэнь Юн, так сказать сделав выводы, молодой глава клана Цзян начал тянуть ее силу почти на постоянной основе. Ровно столько, чтобы она не загнулась, но и толком никому даже с лечением помочь не могла. Поэтому вопросов по ее отсылке особо-то и не было. Как говорится, в семье не без урода.       Вэнь Цин рвала и метала, но прервать связь не вышло. Разве что запечатать вообще всю ци, но толку лично для Вэнь Юн было мало. Потому как в обоих случаях ей легче жить не становилось.       Попытка же самой перекрыть поток и вообще закрыться едва не довела до искажения ци, и она чуть не протянула ноги. А покуситься на чужую ци не особо вышло. По ту сторону провода и так все было плачевно и почти всегда на грани истощения.       Самое хреновое, что ци их обоих радостно и весело была готова переливаться от одного к другому с легкостью воды, что переливают из одного сосуда в другой. В какой-то момент Вэнь Юн каким-то образом умудрилась «прощупать» на расстоянии состояние Цзян Чэна и даже рану подлатала своим невольным вмешательством, провалившись в медитацию и немного в самого парня с потоком своей ци.       Ощущения престранные. Будто изнутри потрогала. И нет, это было нифига не весело. А пугающе. И потому попытка оборвать связь радикально закончилась харканием кровью и перезапуском сердца от А-Цин.       Привет, созависимость и симбиоз.       Но тем не менее плюсы были. Ядро под воздействием стресса и постоянного дефицита, который Вэнь Юн устраивала, вбухивая остатки в лечение соклановцев, росло, раскачивалось и, видимо чувствуя недовольство хозяйки, кочегарило очаг.       Первой причиной отсылки Вэнь Юн было то, что она слаба здоровьем. Далее тайный план на случай краха — попытка сохранить клан. Еще парочка причин. Но главная заключалась в том, что Вэнь Юн на эмоциях при ссоре с сестрой жахнула чисто присущей главной ветви огненной ци на манер Вэнь Жоханя.       А-Цин была готова ее удушить. Да и сама А-Юн уже хотела удавиться от понимания, какую же она себе свинью подложила.       Она ж целитель. Не боевик. И вообще третья на очереди, и ей совсем не хочется возглавлять клан на правах силы и способности полыхать в прямом и переносном смысле. Что теперь делать?       — Бегать! — рявкнула Вэнь Цин. — И летать!       Идея была воспринята на ура. И в ярости сказанные, но не имеющие под собой серьезность указания Вэнь Цин Вэнь Юн решила перевести в практику.       Как говорится, есть такое боевое искусство. Тактический отход. Умение убегать и баррикадироваться для нее — лучший вариант. Поэтому огня в тело, сердце в пляс и ходу-ходу-ходу в случае какого-нибудь звездеца.       И звездец настал достаточно быстро. Проклятые Цзини, чтоб им икалось до смерти, гребаные разведчики, накрыли их маленький отряд из четырех человек.       — Бегите! — прокричал приставленный к ней боец сопровождения. Что этим криком, причем в уважительном обращении, невольно выдал ее значимый статус…       Ступор длился недолго. И Вэнь Юн побежала. Побежала так, как никогда в жизни, со скоростью гребаного истребителя. Но дорогу спасения в сторону Цишань Вэнь перекрыли, и ей ничего не оставалось, как сигануть в сторону территорий бывшего ордена Юньмэн Цзян.       Больше всего на свете она проклинала себя за то, что не научилась плавать, но оторваться ей все же удалось. Промокшая, измазанная тиной, выпутывая из мокрых волос водоросли, давя в себе всхлипы и отплевываясь от воды, которой наглоталась, едва не утонув, Вэнь Юн утратила бдительность.       — А что такая милая девушка тут делает одна?       Лукавая улыбка молодого мужчины с темными и совсем не веселыми глазами вызвала дрожь в руках.       Из тени улыбался Вэй Ин.       И твою же мать, те, кто говорил, что он добрый няшечка-обаяшечка, напиздели безбожно. Тяжелая, давящая энергия очень сильного заклинателя пригнула к земле, страх прошелся по позвоночнику, и Вэнь Юн вжалась в дерево, чувствуя, как подрагивают пальцы на руках.       Твою мать — твою мать — твою мать…       Этот парень даже в каноне убил дохрена людей. А ведь ему и двадцати не было. А в «исправленном варианте» Вэй Усянь тоже славился, как тот, кого стоило бояться до трясущихся коленок, если он является врагом.       Вэнь Юн готова была дать руку на отсечение, что этот парень буквально проходил мимо. Слава о любви к шатанию неизвестно где шла впереди Вэй Ина, но…       Почему именно здесь и сейчас?!       Уровень невезения вырос до отметки в бесконечность.       Одно хорошо — хотя бы не Цинхэ Не. И уж тем более не Не Минцзюэ… тот бы не спрашивал. Сразу же убил на месте.       — Эта недостойная… пожалуй, пойдет, хорошо?.. — тихо прошептала Вэнь Юн, пытаясь двигаться бочком в сторону… да в любую, лишь бы подальше.       — Эй, да постой же! — смешок несостоявшегося Магистра Дьявольского Культа прозвучал совсем рядом, и чужая рука уперлась в дерево, прямо над головой Вэнь Юн. — Твоя ци… это же ты вернула золотое ядро Цзян Чэну?       Это полный пиздец.       С этой мыслью у вымотавшейся Вэнь Юн подогнулись колени, и она просто сползла по стволу дерева едва ли не под ноги Вэй Ина, с обреченностью жертвы, которая наконец отбегалась.       Или нет?       — Эта не знает, о чем вы…       — Не ври мне.       Вэнь Юн бросила взгляд снизу вверх, оценила нависающего над ней мужчину, смерила расстояние, а после, не думая, рванула головой вперед, тараня лбом чужой живот, вкладывая огненное ускорение и усиление.       И под восхитительный певучий мат Юньмэна выхватила спрятанный под одеждами короткий клинок, уже не заботясь о своей заметности или незаметности, вскочила на меч и алой вспышкой взмыла в воздух, набирая скорость летящей кометы, направляясь в Цишань Вэнь.       Была ясная ночь.       Вэнь Юн совершала тактическое отступление с последующим залеганием на самое глубокое дно от всех и сразу. В надежде, что хоть в этом ей повезет.       В надежде…       Вот только решение сделать остановку и перевести дух в одной деревеньке привело к тому, что она в буквальном смысле слова влетела в, будь они трижды прокляты, союзников Ордена Гу Су Лань.       Не только у Юньмэн Цзян были союзники…       Пальцы подрагивали, когда она держала хрупкий фарфор в руках, пытаясь сохранить самообладание под бесконечно безмятежным, но давящим взглядом Лань Сичэня.       — Было довольно неожиданно вас встретить, госпожа Вэнь Юн. Учитывая то, что ваша сестра и брат заверили совет в вашей кончине, — мягкий голос заставил волосы зашевелиться на голове.       — Был момент, когда смерть почти пришла ко мне.       — Вот как… — Лань Сичэнь все так же мягко, но почему-то при этом нагоняя жути, улыбался. — Вы знаете условия договора, заключенного между союзом кланов и наследниками Цишань Вэнь?       — Нет.       — Хм… это поправимо.       Пальцы, держащие фарфор, продолжали подрагивать. И Лань Сичэнь это прекрасно видел.