Брелок

      За размышлениями проходит две недели. На встречу Тэхён идти отказался, потому что понял, что его социальный ресурс резко закончился. Больше его не хватит на какие-то левые диалоги не по работе, что уж говорить о каком-то сексе.       Фиг ещё знает, нет ли у Намджуна постоянного партнёра, нет ли каких-то венерических заболеваний или новых БДСМ пристрастий. Всё может быть, а Тэхён переваривать неизвестность не намерен. А то ещё какую-нибудь травму случайно заработает себе в процессе — опять страдания по глупости потом.        — Чонгук, — окликает Ким, пока застёгивает последнюю пуговицу пижамной кофты.        — М? — Чон приоткрывает сонные глаза, прикрывая нагое тело одеялом.        — Как думаешь, нормально было бы переспать с бывшим? Хожу всё, думаю, а он прицепился ко мне. Уже даже размышляю о том, чтобы заблокать, — Тэхён залезает в кровать, случайно отдавливая коленом чужую руку. Чонгук особо не реагирует, просто хмурится.        — М, — отрицательно мычит, выдыхая. Ким закатывает глаза. Вот даже не обсудишь толком ничего. «М» да «м», коровий сородич какой-то. — Про какого из бывших ты говоришь?.. — всё-таки спрашивает невнятно, так и не открыв глаза. Чонгук буквально практически проваливается в сон, еле поддерживая эту хрупкую нить и без того хромого диалога.        — Про Намджуна. Я думал, ты знаешь, — Чонгук приоткрывает глаза, смотря как-то не очень довольно на Тэхёна. Хмурит брови, потихоньку обрабатывая суть диалога.        — Так вот к чему он мне в уши воду лил по поводу «хочу встретиться, хочу встретиться». Даже не думай свою жопу подставлять, иначе я самостоятельно тебе голову откручу за отсутствие мозгов, — Чонгук подкладывает руку под голову, устраиваясь поудобнее. — Будь кто другой — ради бога, но у Намджуна есть баба. Забудь вообще.        — С каких пор ты такой правильный? — Тэхён потирает подбородок, но чужие слова берёт на заметку. Как можно предложить переспать и не сказать, что ты уже в отношениях? Нахер Киму дополнительная головная боль в лице бывшего, девушка которого, узнав об измене, начнёт капать на мозги и пытаться расцарапать твоё лицо своими ногтями.       Ну, или если она адекватная, то уйдёт от Намджуна, как от очередного неверного мудака.        — Я изначально таким был, чертёнок, — Чонгук зевает, смачивая потом свои губы языком. — И так людям не веришь, а с изменами вообще кабзда.        — Именно поэтому у тебя несколько половых партнёров, — Тэхён хмыкает, выключая свет.        — Я не в отношениях, а это главное отличие, потому что с меня верности никто не требует, — Чонгук сглатывает слюну, голос его становится ещё тише и невнятнее — снова засыпает.        — Дай угадаю, ты тот самый верный партнёр, который не потерпит измены? — Тэхён пристраивается на груди Чонгука, потому что можно. Что они, как идиоты вечно в разные стороны пялят? Вот и сошлись на мнении, что вообще пофиг, как спать, если удобно. Не в детском садике уже, чтобы в партизанов играть.        — М, — положительно мычит, когда дыхание становится ровнее и замедляется. Уснул. Тэхён вздыхает, недолго ёрзая. Чуть позже на постель запрыгивает Ёнтан, придавливая Кима своим небольшим весом. Чонгук даже во сне хмурится, почувствовав поблизости собаку.       Тэхён задумчиво смотрит на чужую голую грудь. Начинает водить по ней пальцами какие-то узоры, уходя глубоко в свои мысли. С Намджуном он не виделся полгода — это довольно мало, потому что время идёт неимоверно быстро. Но с другой стороны шесть месяцев — это много, особенно для того, чтобы предлагать разовый перепих. Ким даже представления не имеет, какой сейчас Джун в постели. Ладно с этой бедой, но не погонит же он человека специально на неприятную процедуру по выявлению венеричек?       В Корее, в принципе, не очень относятся к средствам защиты, а контрацептивы вообще редко используют. Как раз в то время, когда Тэхён встречался с Намджуном, то не очень заморачивался на этот счёт, и вся половая жизнь основывалась на доверии. Потом Ким повзрослел, оброс тревожностью и внимательностью.       Чонгук прелестен тем, что всегда спокойно относился к предосторожностям, поддерживая их. У Тэхёна есть пунктик на секс только с презервативом. Редко их близость проходит без защиты.       Ким вздыхает, прижимаясь щекой к крепкой и тёплой груди, опуская уголки губ вниз. Ему скоро тридцать, а из своего у него только ментальные проблемы и Ёнтан. В остальном он, как чужак в собственной жизни: квартира кажется неродной, совершенно пустой и холодной, интерьер навевает жуткие воспоминания, а картины в прихожей мозолят глаза своей бесполезностью. Любимого человека нет, за спиной только болезненный опыт отношений, беспорядочные половые связи и халатность по отношению к себе.       Работа монотонная, скучная, ничем не разбавляемая, близких друзей нет, а из более-менее доверительных лиц только Чонгук, который уже долгое время является просто его любовником и отличным партнёром по сексу.       Чувство безысходности накрывает пузырчатой вуалью; он действительно может остаться один, так и проработав на скучной работе всю жизнь. В конечном счёте рано или поздно круг общения снова сменится, а вероятность того, что и постоянство в половой жизни его покинет, очень высока.       И больше у Кима не останется никого: ни Чонгука, ни бывшего, ни коллег по работе, ни Ёнтана. Все ментально повзрослеют, заведут семью, построят совместный быт, а он останется одиноким мужчиной, который не в состоянии получить семейное счастье из-за своих сексуальных предпочтений. А какова вероятность, что он найдёт человека, который захочет обрести рядом с ним своё счастье? С каждым годом она стремительно движется к нулю: Тэхён становится более отрешённым от жизни, более скучным и более бесполезным. Слабых людей никто не будет тащить на своих плечах, потому что все стремятся к той силе, которая сможет поддержать в любой момент.       Ким чувствует, как щиплет в носу. Да что ж такое, почему он такой эмоциональный? Установка психотерапевта в голове усердно напоминает: выражать свои эмоции нормально, а люди, которые запрещают себе это делать, слабы.       Тэхён вздыхает, размазывая пальцем солёную влагу на чужой груди. Чонгуку хорошо, наверное: он ровно и спокойно дышит, лицо его расслабленно, а уголки губ расползаются в едва заметной безмятежной улыбке. Глаза скользят по его ровному носу, и Ким не сдерживает свой порыв провести по нему пальцем, чтобы очертить контур.       С губ срывается тяжёлый вздох; приходится отвернуться, прекратив свои разглядывания. Ну, красивый Чонгук, спортивный, без вредных привычек, с хорошей зарплатой, свободный и страстный любовник — замечательно. Но для семейной жизни вариант отстой. Или нет?       Тэхён снова разворачивается к Чонгуку. Всё это время они видели друг в друге только негативные черты, отказываясь узнавать положительные, потому что привыкли видеть друг друга в отрицательном ключе. Вместе с тем не хотелось разрушать уже привычное положение дел, но сейчас взаимоотношения слегка поменялись.       Не только они, на самом деле: поменялись цели времяпрепровождения друг с другом, грубый секс сменился нежностью, а доверие вышло на немного иной уровень из-за того, что пришлось столкнуться с другими чертами в характерах друг друга.       Тэхён больше в представлении не горделивая шлюха, а Чонгук не идеальный засранец, который развивает внутри комплексы.       Жизнь устроена не так: в ней нет истинных злодеев и нет истинных героев. Есть только твоё личное отношение к чему-то или кому-то — твоё восприятие.       Они оказались не антигероями, а обычными людьми в жизнях друг друга.       Ким прикрывает глаза, пытаясь сделать глубокий вдох. Собачья шерсть неприятно забивает нос, поэтому приходится её отфыркивать. В голове созрела не самая гениальная, но простая идея: съехаться.       Не по любви до гроба, не из-за симпатии, а от безысходности. Сама идея не гарантирует никакой стабильности, потому что по факту они по-прежнему будут никем друг другу.       Но идея упорно оседает в голове: совместный бюджет, общий стабильный доход и меньше проблем в финансовом плане. Если они съедутся, то одну из квартир можно сдавать, получая с этого на руки деньги, что является ещё одним выгодным денежным ходом.       Загруженный рабочий график обеспечит отсутствие совместной рутины и разделения обязанностей. Один минус — общее пространство. Вот это самое худшее из всех зол. Хотя, если учитывать выходные в разные рабочие дни недели, то и личного пространства хватит.       Тэхён серьёзно задумывается над собственной идеей. Какие есть плюсы? Заметно больше денег, стабильное пребывание в качестве сексуальных партнёров рядом друг с другом, отсутствие обязанностей и отношений, в которые и без этого нет сил вкладываться.       Они оба не хотят долгосрочных связей, являясь свободными любовниками. Если всё взвесить, то, в принципе, можно будет очень неплохо зажить, прилагая общие усилия хотя бы для того, чтобы обрести независимость в денежном плане. Хоть в каком-то плане, ёшкин, это уже один из важных положительных факторов.       Ким чешет задумчиво свою бровь. Дожил до того, что теперь планирует съехаться с человеком, которого не любит. Тэхён под нос себе усмехается, даже не удивляясь. Подумаешь, планирует что-то, так многие делают для собственной выгоды.       План кажется неплохим, было бы здорово, если бы Чонгук согласился. Вдруг он такой же отчаянный или лёгкий на подъём в поиске выгоды?       Ким прикрывает глаза. На ночь глядя думать не серьёзные темы не хочется, лучше обсудить всё как-нибудь позже. Как только сонная пелена застилает разум, телефон пиликает от уведомления, заставляя мученически простонать.       И только Чонгук спит, словно без задних ног, снова перевернувшись на живот.        — Да что вам надо, скотобляды, — психует шёпотом, снимая блокировку с экрана. Приходится прищурить глаза от яркого света. Последнее сообщение от Намджуна с классическим предложением посидеть в кафе.       Ким закатывает глаза. Вроде же дал ясный от ворот поворот.       Чон приоткрывает глаза, смотря на Тэхёна со спины. Зрение слегка плывёт, хотя и так понятно, что Ким с кем-то переписывается.        — Ты таблетки сегодня выпил? — хрипло интересуется, пугая этим Тэхёна, который вздрагивает, не ожидая того, что, всё-таки, разбудит Чонгука. Ким обрабатывает вопрос в голове, а потом согласно мычит.       Чон успокаивается, сразу же проваливаясь обратно в сон. Скорее всего, этот момент он даже не вспомнит завтра утром.       «Ок», — лишь бы отвязаться отправляет Ким, выключая телефон к чёртовой бабушке. Надо поставить в следующий раз режим «не беспокоить». Тэхён раздражённо ёрзает на подушках, чуть ли не прикусывая себе от раздражения язык.       Хорошо, хер с ним, с этим Намджуном. Коли были какие-то сомнения во время обдумывания предложения, значит, были мысли о том, чтобы всё-таки потрахаться. Если бы Тэхён не был заинтересован в этом хоть немного, то даже бы не размышлял над предложением.       И, всё же, встретиться на десять минут через полгода с бывшим, чтобы с ним переспать — такое себе. Так не делается. Всю мораль и нравственность убивает.       Хотя кого они хоть когда-нибудь интересовали…

* * * * *

       — Доброе, — кидает Тэхён, размешивая ложкой в чае сахар. Чонгук заходит на кухню нагой, беззастенчиво поглаживая торс, пока потягивается после сна. Обнимает со спины, утыкаясь растрёпанной макушкой в чужие лопатки, зевая. — Оденься, проститут.        — Ты постоянно голый ходишь, — Чонгук хмыкает Тэхёну на ухо, наблюдая за тем, как тот неторопливо помешивает сахар ложкой.        — Ненавижу, когда ты липнешь с утра, — Ким закатывает глаза от ощутимого веса на своих плечах. Чонгук хрипло смеётся, прекрасно зная эту деталь.        — Мне похуй? — со смешком спрашивает, снова закрывая глаза, удобно устраивая свой подбородок на чужом плече. Тэхён эти слова игнорирует, на несколько минут задумываясь. Даже размешивание сахара в чае автоматически прекратилось от сторонних раздумий.       Чонгук замечает это выпадение из реальности, но никак не комментирует. Ему вполне неплохо прижиматься к чему-то тёплому. Он-то голый, поэтому телу холодно и хочется погреться.        — Чонгук, — в итоге зовёт Тэхён, пытаясь развернуть голову в сторону собеседника. — У меня к тебе есть одно предложение. Как ты его расценишь, я не знаю, но прошу подумать. Это не обязанность, всего лишь взаимовыгодное сосуществование, если это можно таковым назвать.        — Что за предложение? — Чонгук отстраняется, запрокидывая голову назад, разминая свою шею. Неудобно как-то спал сегодня, затекла. — Звучит, знаешь ли, настораживающе, — Ким закатывает глаза.        — Пф-ф, ага, — Тэхён смахивает с глаз свою чёлку, отхлёбывая горячий чай из кружки. — Тебе что-нибудь налить? — ради приличия интересуется, смотря на Чона. Взгляд быстро пробегается по его татуировкам на руке, заставляя залипнуть. Тэхён улыбается от несколько пошлых, но вместе с тем горячих мыслей, пряча улыбку в кружке.        — Обойдусь, — Чонгук разминает своё плечо, хрустя позже шеей. Протирает сонные глаза, откидывая свои лохматые волосы назад. — Давай к делу, мне ещё до дома допиздовать нужно.        — Предлагаю съехаться, — Тэхён пожимает плечами непринуждённо: так, словно вовсе не переживает по поводу этого спонтанного диалога и идеи, которая возникла в голове буквально вчера ночью. — Никаких отношений, обязательств друг перед другом, но в условиях общий бюджет: трата финансов на квартиру, продукты и другие вещи, которые нужны для жизни. Остальной заработок тратим на себя так, как хотим.        — Звучит так, будто ты собираешься развести меня на деньги, — Чонгук тихо смеётся, но находит эту идею весьма интересной. Да, в какой-то степени Ким говорит разумные и выгодные вещи.        — Ты свою квартиру можешь сдавать, тоже получая с этого на руки определённый доход, — продолжает Тэхён, рассуждая на тему того, как бы улучшилось его качество жизни, если бы Чонгук согласился. — Помимо этого, повторяю, никаких обязательств перед друг другом: только секс по желанию и всё так же, как и сейчас.        — Мне переезжать долговато. Через месяцок съедемся, я как раз все нужные вещи перевезу к тебе. Но меня другой вопрос интересует. Что будем делать, если заведём долгосрочные отношения? — Чонгук задумывается над предложением уже серьёзно. Если честно, идея неплохая, носит выгодную финансовую подоплёку и заинтересованность в сожительстве с двух сторон. В принципе, нет никаких конкретных факторов, которые запретили бы общее проживание.        — Разойдёмся, как в море корабли. Без о-бя-за-тельств, — повторяет по слогам Ким, пожимая плечами. — Ты же к этому вроде и стремился, типа, отношения без всяких требований друг к другу, или что там? — выгибает вопросительно бровь, пока Чонгук обдумывает идею.        — Знаешь, звучит неплохо. Я даже не против, — соглашается, положительно кивая головой. — Общие финансы с перспективой на улучшение качества жизни… Да, м… — Чон зевает. — Обсудим детали чуть позже, надо домой съездить.        — Дела? — без уточнений интересуется Тэхён, получая в ответ согласное мычание. — Я вот тоже обременил себя делами, на свою голову. Всё-таки, видимо, придётся подставить свою задницу Намджуну, — смотрит из-под кромки чашки на хмурящегося Чона, слегка усмехаясь.        — Блять, я же говорил тебе, Тэхён, — Чонгук устало проводит ладонью по лицу. — Почему ты такой ветреный? Тебе меня не хватает, я не пойму? Мой член регулярно долбит твоё очко, тебе мало?        — Твой член регулярно долбит моё очко, тебе мало? — Тэхён забавно поднимает брови вверх, смешно передразнивая. Намекает таким образом на Виён.        — Ладно, резонно, — без особого энтузиазма признаёт, отмахиваясь. — Ну, твоё тело — твоё дело, — кривит лицо, ретируясь с кухни. Тэхён тихо посмеивается с такой реакции, пожимая плечами. Сегодня он чувствует себя чуть более спокойным. Появилось какое-то ощущение постоянства.       Оно мнимое, Ким сам это понимает, но почему-то перспектива разделить чужие деньги, избавив себя от финансовых проблем, очень прельщает. Нужно было раньше подобное предложить, раз Чонгук сам не против.       Да, немного коварно преследовать в этом свои цели, но они оба заинтересованы в подобной перспективе только ради собственной выгоды. В этом случае нет совершенно никаких проблем: регулярный секс, доверенный партнёр и деньги. Этого для удовлетворения более, чем достаточно. А дальше что будет, то будет. Надо же ещё дожить до того момента, когда всё снова покатится по одному неприличному месту.        — Ким, я тогда ключи у тебя оставлю. Всё равно сегодня у тебя ночевать буду! — кричит из коридора, чтобы его услышали. Тэхён вздыхает. Почему раньше всегда казалось, что все вопросы решаются долго, медленно, со всем взвешиванием плюсов и минусов?       На деле в жизни люди спонтанны: они слишком ленивы для того, чтобы долго мусолить какое-то занятие. Ну, для приличия, побьют какой-то вопрос в голове около недели, но по факту они заранее знали ответ. Просто зачем-то тянули кота за хвост и сомневались.       Тэхён вообще не уверен в том, что творит. Страх одиночества настолько сильно напугал его, что толкнул на необдуманное решение просто тупо съехаться с любовником. Да, выгодно, а в остальном?       Ким вздыхает, опуская свою голову на стол. Ладно, хорошо, с решением вопросов всё-таки всё сложнее, потому что голова ломается с каждой секундой всё больше от обдумывания какого-то жизненно важного вопроса.       Или не очень важного. По сути, опять же, их ничего не должно обременять, кроме деления личного пространства.       Тэхён тихо стонет. Его нездоровая голова плохо дружит с вопросами, которые касаются жизни.