Obsession / Одержимость

Сынмин раздраженно опустил ведро на пол мужского туалета, который ему предстояло выдраить. После того, как учитель поймал их с Минхо за почти что вышедшей из-под контроля потасовкой и немедленно уволок в кабинет директора, обоим парням назначили наказание. Хоть прежде между ними нечасто возникали подобные ситуации, касающиеся физического насилия, для директора это не было сюрпризом. Мужчина посчитал, что лучшим наказанием за неподобающее школьникам поведение будет уборка туалетов, что, между прочим, было худшим вариантом из всех возможных. Полы в туалетах вымывали тщательно, но вот особое внимание стенкам кабинок определённо не уделяли. Поэтому директор и решил, что оба парня могут взять на себя ответственность за это дело и заодно подумать о своем поведении. — Это все твоя вина! — прошипел Сынмин и повернул голову в сторону Минхо. Копна черных волос показалась из-за кабинки, где парень был занят стиранием граффити с серых стенок. — Моя вина? — переспросил старший ошеломленным тоном, бросая губку в грязную воду в ведре. — Ты был тем, кто потерял контроль! — голос Минхо стал громче, и он почувствовал, как внутри закипает гнев. Единственное, что он ненавидел больше всего, это то, что его обвиняли в том, в чем нисколько не было его вины. Это было еще одной особенностью в поведении младшего, которую Минхо до смерти терпеть не мог. — Только потому, что ты меня спровоцировал! — тут же вылетело изо рта Сынмина, и он сделал шаг к уже взбешенному старшему. Это было не лучшее оправдание, но, тем не менее, шатен не собирался позволять Минхо вести себя так, будто он сам являлся ангелом во плоти. — Тогда не позволяй мне провоцировать тебя? — посмеиваясь, черноволосый снова отвернулся, когда увидел, что Сынмин непонимающе посмотрел на него; очевидно, ему больше нечего было сказать. Минхо был прав. Ему легко удавалось находить и нажимать на нужные точки, чтобы зацепить Сынмина, и у него всегда это получалось. — Я не позволяю… — раздраженно заворчал младший и склонил голову в сторону, брови нахмурились, а ногти впились в мягкую кожу ладоней. Незаметно для Сынмина, Минхо вновь повернулся и направился к шатену. Младший, услышав шаги, поднял голову и вопросительно вздернул брови, пока черноволосый с каждым шагом становился все ближе. Когда Сынмин понял, что Минхо, похоже, не собирается останавливаться на приличном от него расстоянии, то начал пятиться. Паника распространилась по его телу, пока едкий взгляд Минхо был прикован лишь к нему. Сынмину не потребовалось много времени, чтобы оказаться зажатым между раковиной и чужим телом, тем самым лишая себя какого-либо пути для побега. Он схватился руками за холодный материал раковины и отклонился назад, стараясь увеличить расстояние между ним и Минхо, который уже находился буквально в нескольких дюймах от парня. — Ты уверен насчет этого? — Минхо поставил под сомнение предыдущее заявление младшего и оперся руками о раковину по бокам от Сынмина, тем самым зажимая парня. Его лицо было так близко. Шатен сразу же, неосознанно, перестал впускать необходимый кислород в легкие, почувствовав горячее дыхание старшего на своей коже, от чего по спине вверх прошёлся табун мурашек. Глаза младшего снова и снова возвращались к идеальным губам черноволосого, пока он изо всех сил старался держать себя в руках и не выдать своего бешенного сердцебиения. Он понимал, что Минхо прав. Да, он позволил старшему спровоцировать себя, но только потому, что ничего не мог с этим поделать. Хотел Сынмин этого или нет, но старший привлекал его больше, чем он мог бы признать. Темные глаза Минхо смотрели точно на Сынмина, а на его губах появилась ухмылка. Он точно заметил, куда был направлен чужой взгляд, и черноволосый солгал бы, сказав, что ему не нравится ситуация, в которой они оказались. Ему нравилось видеть эту нерешительность в глазах Сынмина, которая лишь подтверждала оказанный на парня эффект. Минхо хотел бы поцеловать его прямо здесь и сейчас, потому что чужие розовые губы так и манили: слегка приоткрытые, позволяющие неровному дыханию срываться с них. Но вместо того, чтобы последовать за свои желанием, Минхо отпустил Сынмина, который в ту же секунду громко выдохнул. — Я так и думал, — старший усмехнулся и увидел, как глаза Сынмина гневно сузились. Но прежде чем разозленный шатен успел что-либо сказать, черноволосый просто развернулся к нему спиной и продолжил делать свою работу. *** Уже в стотысячный раз за сегодня Феликс стоял за кассой перед очередным покупателем с улыбкой на лице, при этом стараясь делать вид, что он вне себя от радости готовить чужой заказ и носиться рядом с ним, словно собачка. Хоть он и был общительным и открытым человеком, и любил свою работу, сегодня это к нему никак не относилось. В конце концов, сегодня была смена Сынмина, который попросил его заменить, ведь должен был отбывать школьное наказание из-за драки с Минхо. Феликс, однажды прогуливаясь с друзьями по центру Сеула, обнаружил это кафе, и Сынмин практически уговаривал его работать здесь вместе с ним после уроков, ведь здесь как раз требовались временные работники. Выпустив тяжелый вздох, Феликс нажал на кнопку, чтобы сварить пятидесятый капучино за день, и стал вслушиваться в громкое гудение кофемашины, пока запах свежих кофейных зерен щекотал ему нос. — Держу пари, из-за того, как ты смотришь, у тебя никогда не будет морщин, — за спиной австралийца раздался высокий громкий голос, искрящийся сарказмом, и тот лишь закатил глаза. — Что я сделал, чтобы заслужить это? — пошутил Феликс и взял готовый напиток в руку, чтобы затем с помощью сливок изобразить логотип кафе — простой листочек с красивыми линиями. — Если бы тебе приходилось подменять кого-то, когда ты на самом деле хотела поскорее оказаться в своей постели, ты бы тоже так выглядела, — проворчал Феликс, бросил на Мину косой взгляд, который только заставил ее хихикнуть. — Ну, тебе лучше улыбнуться, потому что у нас еще один клиент, на которого тебе лучше так не смотреть, — похлопав парня по плечу, Мина многозначительно улыбнулась ему, прежде чем исчезнуть за дверью кладовой. Светловолосый смотрел девушке вслед с растерянным выражением лица, пока не обернулся и не застыл в ту же секунду. — Привет, — с ухмылкой проговорил парень, стоящий перед стойкой и одетый в черное, а на его голове красовалась кепка, которая почти закрывала его лицо. Глаза младшего расширились, и он чуть не выпустил из рук теплый кофе, когда понял, что предмет его воздыхания стоял прямо перед ним. Со Чанбин. Известный бабник всея школы, но в то же время самый привлекательный парень, которого Феликс когда-либо видел. — Ч-что ты здесь делаешь? — пробормотал явно нервный младший, который очень сильно хотел зарядить себе по лицу за то, что язык заплетался. Это было редким явлением — когда этот популярный парень появлялся здесь, и обычно его всегда сопровождала одна из его игрушек. — Я собирался выпить кофе, — на губах Чанбина играла очаровательная улыбка, и старший точно мог видеть, насколько парень перед ним нервничал, что только делало озорную улыбку шире. — И хотел увидеть тебя… — добавил парень, заставая бедного Феликса врасплох: его рот слегка приоткрылся, а щеки приобрели розоватый оттенок. Но прежде чем младший смутился еще больше, он прочистил горло и попытался вернуть себе самообладание. — Т-так… Что бы ты хотел? Чанбин начал хихикать, что заставило Феликса немного наклонить голову, так как он понятия не имел, по какой причине старший начал смеяться. — Макиато, пожалуйста, — черноволосый широко улыбнулся, показывая ровный ряд белых зубов, и Феликс неуверенно кивнул, ввел нужную сумму в кассу и забрал деньги, прежде чем развернуться и начать готовить напиток. Пока он стоял спиной к Чанбину, чувствовал его прожигающий взгляд на себе, но младший старался не думать об этом и пытался сосредоточиться на своей работе и на том, чтобы не разлить на себя горячий кофе. Он не должен был краснеть от попыток Чанбина флиртовать. Феликс был прекрасно осведомлен о том, что старший флиртовал со всем, что движется, как с девушками, так и с парнями. Если все шло к развлечению на ночь, Чанбина все устраивало. Феликс же, с другой стороны, относился к этому иначе, что делало его увлечение более болезненным. — Вот, твое макиато, — младший с фальшивой улыбкой на лице вручил Чанбину его напиток, который тот с благодарностью принял. Но поскольку старший не выглядел так, будто собирался уходить, а вместо этого просто молча улыбался Феликсу, светловолосый раздраженно простонал. — Что-нибудь еще? — Мне нравится, как ты накрасил глаза. Тебе идет, — Чанбин указал на светло-розовые тени на веках младшего, которые последний нанес сегодня впервые. Обычно, он всегда наносил приглушенные тона, но сегодня ему захотелось попробовать что-то новенькое, и он выбрал этот цвет из своей новой палетки. Из всех людей именно старший заметил, и это никак не помогало бедному сердцу Феликса. С озорной улыбкой Чанбин посмотрел на парня напротив, который пару раз удивленно моргнул и почувствовал, как его щеки начали буквально гореть. — Ты флиртуешь со мной? — Феликс заикнулся, и Чанбин начал смеяться над вопросом светловолосого. — На что еще это похоже? — Я работаю! — громко прошептал Феликс, бросив на черноволосого предостерегающий взгляд, но тот не выглядел убежденным, поскольку эта улыбка все еще играла на его губах. — Тогда скажи мне, когда закончится твоя смена, и я с удовольствием продолжу после нее, — ухмылка старшего стала еще шире, а щеки Феликса стали еще горячее. Но светловолосый был не настолько глуп, чтобы ввязываться в эти игры. — Извини, но у меня сегодня много дел, — младший постарался звучать максимально правдоподобно и выдавил улыбку. Глаза черноволосого мгновение внимательно изучали лицо парня, пока ухмылка не превратилась в мягкую улыбку. — Ну, тогда, может, в другой раз, — после этих слов, Чанбин еще раз улыбнулся и исчез со своим макиато за дверями кафе. Феликс с облегчением выдохнул, когда старшего больше не было в пределах видимости, и оперся о стойку. — Он просто флиртовал с тобой, — Мина, скрестив руки на груди, стояла с улыбкой на лице, прислонившись к дверному косяку, ведущему в кладовую, и с весельем смотрела на светловолосого, который лишь покачал головой и вернулся к работе. — Чанбин со всеми флиртует.