Obsession / Одержимость

С того разговора на вечеринке между Феликсом и Чанбином прошла неделя. После того, как младший бросил своего друга на произвол судьбы, как сам же думал, он и Чанбин спустились в бар, где уже сидел Чан. Атмосфера между ними была довольно напряженной, и единственное, что делало все это более терпимым, то, что самый старший из них был настолько пьян, из-за чего слова лились из него, словно вода из водопада, и все внимание Чанбина было переключено на Чана. А Феликсу не хотелось просто уходить или сбегать, поэтому он заказал себе напиток и молча слушал их разговор, пока в итоге не попрощался и не рухнул от усталости на кровать в одной из комнат. Младший не мог избавиться от ощущения, что Чанбин его избегает. Конечно, не то чтобы старший всегда уделял ему внимание, но даже во время занятий по плаванию тот даже не смотрел на австралийца. Ни короткого «привет», ни единого взгляда. Вообще ничего. — Чува-а-ак, зачем я вообще так заморачиваюсь! — тихо выругался Феликс себе под нос, пока шагал по небольшому магазинчику, где продавались всевозможные украшения. Светловолосый решил провести свой выходной в поисках небольшого приветственного подарочка для своей бабушки из Австралии, которая очень хотела навестить своего внука. Помимо его тети, бабушка была тем единственным человеком, который хоть как-то проявлял заботу по отношению к Феликсу, пусть и находясь очень далеко от него. Но для парня этого было достаточно, пока он знал, что есть кто-то, кто заботиться о нем и любит. Он не нуждался в том, чтобы кто-то был рядом с ним всегда. По крайней мере, он убеждал в этом сам себя. Глупо было думать, что его не огорчал недостаток любви. У него были друзья, но он жаждал немного другого проявления этого чувства. Он желал той любви, которая будет лишь для него. Так что, пока Феликс погружался в жалость к самому себе, он бродил по различным магазинчикам, думая о том, что бы ему купить в подарок. Его бабушка была довольно старомодной и любила деревенскую еду, поэтому парню приходилось запариваться, чтобы найти что-нибудь подходящее. Разочарованный, австралиец вышел из магазина и уставился на сумку, чтобы держал в руках. — Набрал столько ненужных вещей, но ни один не подойдет в подарок бабушке… — Феликс покачал головой с легкой улыбкой на лице, поскольку ситуация показалось ему слегка забавной. Он ведь отправился в центр города, чтобы найти что-нибудь для своей бабушки, а в итоге набрал себе немного одежды, компакт-дисков и несколько украшений для комнаты. Совершенно без плана и без какой-либо цели Феликс бродил на узким улочкам города, заполненными людьми, и, наконец, решил немного передохнуть в кафе, которое располагалось прямо между двумя магазинами. Измученный часовой прогулкой и полуденной жарой парень устроился на стуле под зонтиком, прямо перед входом в кафе, и спустя некоторое время у него появилась возможность насладиться холодным клубничным молочным коктейлем. Он облегченно позволил прохладной жидкости стечь по горлу, ощущая сладкий вкус на языке, из-за чего его губы растянулись в улыбке. Сладкое всегда доставляло ему радость. — Феликс? Вздрогнув, светловолосый поднял голову на звук голоса и встретился со взглядом знакомых карих глаз. — Чанбин? — также озадаченно произнес младший, который не ожидал увидеть здесь парня, и пару раз моргнул, не совсем понимая, что ему следует сказать после долгого отсутствия между ними какой-либо коммуникации. — Не думал, что увижу тебя здесь, — то, что Чанбин был немного взволнован, Феликс понял сразу, что не спасало его самого от нервозности, как и внезапно возникшая между ними тишина. Не желая усугублять ситуацию, младший просто немного привстал и потянулся к своему молочному коктейлю, пододвигая стакан ближе к себе. — Ты м-можешь с-сесть! Глаза Чанбина на мгновение расширились от немного громкого голоса Феликса, который сам этого и не понял, и, когда он разглядел на щеках парня румянец, не смог сдержать улыбку. Старший принял предложение Феликса и, поставив свою сумку с покупками справа от себя, сел прямо напротив парня. Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза, пока младший не решил почесать затылок, выглядя при этом весьма смущенным. — Ч-что ты здесь делаешь? — Хотел прикупить кое-что для своих родителей, — объяснил Чанбин, и Феликс понимающе кивнул. И снова наступила тишина. Светловолосый понятие не имел, о чем говорить со старшим, ведь он все еще придерживался мнения о том, что последний намеренно держал между ними дистанцию. — Я знаю, что тебе не хочется разговаривать со мной, так что ты можешь уйти, если хочешь, — со слабой улыбкой на лице и грустным взглядом Феликс поднял голову и посмотрел на удивленное лицо знакомого. — Что ты имеешь в виду? — Ну, в последнее время ты избегаешь меня, и поэтому я подумал… — Феликс не сумел договорить, так как его прервал веселый смех Чанбина. — Я-я сказал ч-что не то? — младшего охватила паника, и он не мог понять, то ли черноволосый просто высмеивал его, то ли его слова показались для него слишком внезапными. — Нет, нет! — немедленно выстрельнуло изо рта старшего, пока он качал головой. — Извини, что так получилось, но после вечеринки я подумал, что будет странно, если мы неожиданно для всех станем друзьями. Ауч. Обидно было не только то, что Чанбин считал его лишь другом, но и то, что он даже этого не делал. — Понятно… — это было единственным, что вырвалось изо рта Феликса, а после этого сразу же воцарилась знакомая тишина. Австралиец даже не думал произносить что-либо еще, поэтому опустил глаза, сосредотачиваясь на своем коктейле, к которому у него внезапно пропал аппетит. От зоркого глаза Чанбина не ускользнула такая перемена настроения младшего, и он тут же пожалел о сказанном. Потому что он определенно точно не имел в виду то, что напридумывал себе Феликс. — А ты что здесь делаешь? Вижу, ты тоже ходил за покупками, — Чанбин указал на сумку рядом с младшим, снова привлекая его внимание. — О… — глаза Феликса проследили за движением старшего. — Я просто ищу подходящий подарок для моей бабушки. Она приезжает в Корею на этих выходных, — объяснил он с улыбкой на губах, и Чанбин понимающе кивнул. — Она часто приезжает? — Не особо, — покачал головой светловолосый. — Я вижу ее примерно два-три раза в год, но все равно рад каждой секунде, которую могу провести рядом с ней, — добавил он, и внимание Чанбина сосредоточилось на мальчишке перед ним. — Поскольку мои родители часто и надолго уезжают по работе, дома одному довольно одиноко, — сам того не осознавая, Феликс снова начал говорить больше, чем следовало, поэтому тут же пожалел об этом. — Извини! Я знаю, что тебе неинтересно слушать про это, — взгляд Феликса поднялся, и он посмотрел в удивленное лицо Чанбина, который был ошеломлен внезапным извинением младшего. В конце концов, его совершенно не беспокоило и не надоедало то, что Феликс делился с ним чем-то, что касалось его жизни. — Тебе действительно следует перестать извиняться, — рассмеялся старший, и смущение охватило всего светловолосого, когда он слова пробормотал тихое «извини». Чанбин на это лишь молча улыбнулся. — Я могу тебя понять, Феликс. Младший перевел заинтересованный взгляд на Чанбина. — Моя семья все время дома, но когда они не разговаривают с тобой и относятся к тебе, как к воздуху, это можно приписать к тому, что их и нет вовсе, — хоть старший и попытался изобразить правдоподобную ухмылку, Феликс видит его насквозь. — Это… мне очень жаль, — сердце младшего сжалось, и на мгновение он возненавидел себя за то, что жаловался на свою семью. В конце концов, у него было семья, которая любила его, вот только в пути они находятся дольше, чем с ним. У Чанбина, с другой стороны, даже этого не было. — Не стоит. Я не могу жалеть о том, чего у меня и не было никогда. Это заявления заставило Феликса проглотить язык. Он посмотрел на старшего многозначительным взглядом, не зная, что на это ответить. Чанбин сказал это предложение так, будто они совсем не причиняли ему боли. И это в очередной раз доказывало, что черноволосый был не простым школьным засранцем, которого не одолевали какие-либо чувства. Нет, Чанбин был намного больше всего этого. Он был парнем, который точно так же, как и Феликс, ощущал пустоту в собственном доме. И это являлось той вещью, что их связывала. — Думаю, мне пора идти, — Чанбин прочистил горло и слегка улыбнулся, когда понял, что своими словами ошеломил Феликса, но не винил его. — О-о, — вырвавшись из собственных мыслей, младший несколько раз моргнул, а его глаза проследили за парнем напротив, что медленно поднялся на ноги и потянулся за своей сумкой. — Береги себя, — в последний раз Феликс увидел показавшиеся белые зубы старшего, прежде чем тот отошел от него. Только теперь младший понял, что даже не попрощался, поэтому громко крикнул «Пока!» Чанбину, а затем резко встал из-за стола и уперся ладошками в стеклянный столик. Хоть и казалось, что Чанбин не услышал австралийца, нежная улыбка украсила его губы, пока он продолжал уходить от светловолосого все дальше. А Феликса вновь одолело смущение, когда он осознал, что в кафе помимо него также были люди, которые уже странными взглядами косились на него. С красным лицом он вновь сел на свое место и сделал несколько освежающих глотков, надеясь, что в эту же секунду провалиться сквозь землю.