Obsession / Одержимость

— Ты можешь объяснить мне, почему весь день такой веселый? — скептически глядя на своего беспрерывно улыбающегося друга, Джисон вырвал Феликса из своих мыслей. — Ч-что ты имеешь в виду? — младший выпрямил спину и убрал руку, которой подпирал подбородок, чтобы посмотреть в глаза своему другу. — Не держи меня за дурака, Феликс, — Хан отложил ручку и закрыл блокнот, немного наклоняясь вперед. — Кто-то наконец сорвал твою вишенку? — Джисон! — светловолосый ошеломленно посмотрел на друга и слегка ударил его по плечу, а Джисон же откинулся на спинку стула, ухмыляясь и задорно смеясь одновременно. Феликс даже не заметил, как его голос стал слишком громким, из-за чего сидящие в библиотеке студенты бросили на него возмущенно-вопросительный взгляд. — Я просто пошутил, а теперь скажи мне, почему такой счастливый? — произнесла очень уж любознательная белка, сразу же в глазах Феликса блеснула нервозность, и тот начал избегать зрительного контакта. Светловолосый всегда был солнышком в их группе, но в этот раз его свет был намного ярче, чем обычно, что показалось Джисону немного странным. Значит, что-то произошло. — Ну… — австралиец неосознанно прикусил нижнюю губу, а при мысли о вчерашнем его щеки загорелись, постепенно заливаясь красным цветом. — Вчера я столкнулся с Чанбином в городе, и мы поговорили. — И поэтому ты на седьмом небе? — засмеялся Джисон, качая головой. — Будто до этого вы никогда не говорили. — Да, но после той вечеринки наши отношения были немного… странными и натянутыми, — объяснил Феликс, и синеволосый понимающе кивнул, ожидая, пока младший продолжит говорить, ведь его голова явно была заполнена мыслями. — Но… — Но? Светловолосый опустил плечи, а глубокий выдох сорвался с его губ, пока он откидывался на спинку стула. — Почему-то я не могу понять Чанбина. Временами он очень мил со мной, даже проявляет что-то вроде… флирта, но потом снова становится таким отстраненным и будто не считает меня даже другом. — Так он не просто тебя зафрендзонил, он тебя занезнакомзонил? — спросил Джисон и тут же получил в ответ от друга мрачный взгляд. — Это не смешно, Джисон! — заскулил Феликс, положив голову на стол. — Почему из всех людей я влюбился именно в него… — Мы не выбираем тех, в кого влюбляться, — Хан попытался приободрить своего подавленного друга, который в свою очередь медленно поднял голову. — Ты когда-нибудь влюблялся? Услышав этот вопрос, Джисон на мгновение замер и просто смотрел на Феликса. Конечно, у старшего было некоторое влечение, но этого было недостаточно, чтобы начинать отношения. Его просто не привлекали какие-то обязательства и правила, он больше был заинтересован в том, что было не связано со всем этим. Именно по этой причине Джисон искал партнера лишь на одну ночь или друга с привилегиями. Какие-то там высокие чувства были не для него, и он не думал, что это когда-либо изменится. — Не-а, — синеволосый пожал плечами, снова открыл блокнот и начал делать свое задание. Феликс лишь бросил вопросительный взгляд на друга. — А как же Хенджин? Когда это имя долетело до ушей Джисона, он подавился слюной и несколько раз постучал по своей груди. Он был удивлен, что веснушчатый вообще спросил его о чем-то подобном, ведь известно было всем, что между Джисоном и Хенджином не было ничего, кроме секса. — Ч-что ты имеешь в виду? Мы с ним просто приятели, — выдал очевидное Хан, сдвинув брови. Австралиец, прищурившись, бросил подозрительный взгляд на Джисона, который в ответ посмотрел на Феликса с отвращением. В конце концов, старший не мог себе представить, что будет связан с Хенджином подобным образом. — Хорошо, просто друзья, которые ебутся, — усмехнулся младший. — Феликс, — с серьезным выражением лица и однозначным взглядом предупредил Джисон своего друга, который поднял руки, как бы защищаясь, а затем вернулся к своим задачам. — Я просто говорю… Закатив глаза, Хан опустил взгляд и вернулся к своему домашнему заданию, но слова Феликса продолжали крутиться в его голове, словно заезженная пластинка. «Я и Хенджин? Не…» *** Измученно вздохнув, Сынмин плюхнулся на кровать и достал из кармана брюк телефон. После смены в кафе, шатену не хотелось ничего, кроме как просто закрыть глаза и уснуть. Неосознанно темноволосый зашел в диалог с Минхо, который последний раз писал ему два дня назад, а сообщение содержало лишь «Класс. Сейчас». Это было в тот день, когда Минхо решил сделать это с Сынмином в пустом школьном классе, и с тех пор шатен ничего не слышал о старшем. Хоть они и виделись в школе, Минхо игнорировал младшего и выглядел каким-то несчастным. Но поскольку Сынмину было по большей части все равно, он был рад немного отдохнуть от всего, поэтому не жаловался на отсутствие черноволосого в своей жизни. Зевнув, Сынмин заблокировал свой телефон и положил его на тумбочку рядом с кроватью. Он уже собирался перевернуться на бок, как вдруг услышал разнесшийся по квартире дверной звонок и удивленно поднял брови. — Кто звонит в такой час? — немного раздраженный Сынмин поднялся с постели и спустился на первый этаж, в темную гостиную, так как его родителей не было дома — они гостили у знакомых. Когда темноволосый открыл дверь, слова застряли у него в горле. — Минхо?! — прямо перед ним стоял старший, засунув руки в передние карманы джинс с непроницаемым выражением лица. Не говоря ни слова, Минхо оттолкнул Сынмина в сторону и вошел в дом. — Какого черта… Прежде чем младший успел пожаловаться и начать негодовать из-за грубого поведения черноволосого, его остановили мягкие губы, которые жадно и пылко прижались к его собственным. Застигнутый врасплох Сынмин широко распахнул глаза и впился ногтями в плечи Минхо, чтобы не завалиться назад из-за чрезмерного напора старшего. Черноволосый требовательно лизнул языком нижнюю губу Сынмина, желая ворваться внутрь его рта, ведь почувствовал, что младший не ответил на поцелуй. — М-минхо! — Сынмин изо всех сил пытался оттолкнуть от себя Минхо, но безрезультатно. Вместо этого младший просто позволил утянуть себя на диван, в направлении которого они двигались все это время, и уже оказался под черноволосым, который уместил свои руки по обе стороны от его головы, а плохо скрываемой выпуклостью на его штанах терся о Сынмина. Со вздохом младший застонал, а Минхо незамедлительно воспользовался возможностью и скользнул своим языком в рот темноволосого. У Сынмина не было другого выбора, кроме как ответить на требовательный поцелуй и просто позволить всему случиться. Но когда он почувствовал, как Минхо пытается нетерпеливо расстегнуть молнию на брюках младшего, последний занервничал, понимая, что старший определенно не в себе. — П-подожди! — Сынмин, собрав последние силы, уперся руками в чужую грудь, слегка отталкивая парня от себя. Тяжело дыша, Минхо посмотрел на младшего, который в свою очередь смотрел на него испуганным взглядом. — Что-то случилось? — спросил Сынмин, а черноволосый тут же закатил глаза, но все же прекращая давить на младшего. — Ничего не случилось. Мне просто нужно снять стресс. Мы же об этом договаривались, верно? Хоть голос Минхо и звучал уверенно, Сынмин мог с уверенностью сказать, что что-то было не так. Минхо был напряжен сильнее обычного, о чем младший мог судить по хорошо выделявшимся венам на чужих висках. Сынмин провел достаточно много времени рядом с ним, чтобы знать, что всякий раз, когда черноволосый стрессовал, он был неуправляемым, и это уже было не в первый раз. — Да, но… И в очередной раз Сынмина прервали на полуслове, когда Минхо сократил расстояние и остановился лишь в паре миллиметров от его губ. — Сынмин, — с трудом сглотнув, шатен посмотрел в карие глаза Минхо, которые тут же зачаровали его. — Пожалуйста. Удивленный внезапной переменой тона его голоса и нескрываемой мольбой в глазах, Сынмин шире распахнул глаза. Никогда прежде младшему не представлялось возможности видеть такую сторону Минхо, что, в свою очередь, лишь подкрепляло его предположение о том, что что-то все-таки произошло. Тем не менее, он понимал, что не сможет ничего выбить из старшего. В конце концов, это было не его дело, так что все это не должно было его волновать. Больше не подвергая сомнениям поведение Минхо, младший просто кивнул, и этого было достаточно, чтобы черноволосый возобновил свои действия. Но все же по какой-то причине Сынмин не мог выбросить из головы возможные причины всего происходящего. *** Комнату окутала тишина, когда Минхо поднялся на ноги, чтобы натянуть штаны, валявшиеся на полу. Сынмин хранил молчание и взглядом следил за действиями Минхо, пытаясь понять, что послужило причиной такого поведения старшего. Обычно Сынмин просто позволял старшему уйти, после всего, но что-то внутри него желало знать, что произошло. — Минхо? Старший прекратил свои действия после того, как натянул футболку через голову и встал к Сынмину спиной. — Что-то случилось? Ты ведешь себя страннее, чем обычно. — Даже если так, это не твое дело, — холодно бросил Минхо, а Сынмин закатил глаза, явно раздраженный мудацким поведением старшего. — Ладно, делай, что хочешь, — вспыльчиво ответил темноволосый, откинув одеяло, чтобы встать и тоже начать одеваться. Он ждал, пока Минхо уйдет из дома, но тот по каким-то причинам не делал этого. Вместо этого, старший просто стоял посреди комнаты и смотрел в стену. Сынмин, подняв брови, повернулся к Минхо. — Ты же знаешь, где дверь? — шатен усмехнулся, просто надеясь, что Минхо, наконец, исчезнет, и вместо того, чтобы уйти прочь из комнаты младшего, черноволосый все еще стоял на месте, повернутый спиной к Сынмину. — Это из-за моего отца, — проговорил Минхо после долгого молчания, и Сынмин тоже его сохранял, уставившись на широкую спину старшего, откуда донесся тяжелый вздох. — Он просто выводит меня из себя, докапывается со своей компанией. Извини, что срываюсь на тебе, — на последнем предложении Минхо с нечитаемым выражением лица все же повернулся к Сынмину, который изумленно смотрел на него. Хоть выражение лица старшего и говорило об обратном, но его слова были искренними. — Видимо, быть сыном богатых родителей не так уж и классно, — пошутил младший, и Минхо начал смеяться, качая головой. Впервые в жизни Сынмин услышал искренний, живой смех черноволосого, который старался сохранять образ холодного и высокомерного капитана по плаванию, из-за чего шатен лишился дара речи. Он бы никогда не признался вслух, но смех старшего действительно звучал, словно музыка. Однако, когда Минхо понял, какие слова вырвались из его рта, то сразу же вернулся к своему прежнему состоянию. — Пофиг. Я ухожу, — коротко и ясно выдал старший и в этот же момент начал корить себя за то, что начал болтать больше, чем ему на самом деле хотелось бы. В конце концов, Сынмина ничего из этого не касалось, тем более семейные разборки Минхо. Он, его враг, был последним человеком, с которым черноволосый хотел поговорить об этом. Не говоря больше ни слова, Минхо направился к двери, которую спустя мгновение закрыл с другой стороны. Все также потерявший способность говорить, Сынмин смотрел на закрытую дверь, а затем провел рукой по волосам. — Да пофиг…