Ослеплённая

Дверь открылась со скрипом, пугая больше не своей неожиданностью, а того, что сейчас кто-то увидит слёзы. Мужские, или совсем мальчишеские. Драко считал плач слабостью и стыдился его. Мало, кто раньше видел, как он плачет, но такое было, и Малфой чувствовал себя отвратно. Чувство бессилия пожирало его и избивали до потери памяти. И сейчас, шока в чужих глазах не избежать, этот человек в любом случае увидит их. - Малфой, ты плохо сыграл, — Эдриан вошёл в раздевалке, начиная переодеваться, чтобы сходить в душ. С его лба скатывался пот поражения. Он старался зря и ничего не получил за часовые тренировки каждый день. - Бьюси, не тебе меня судить. В следующий раз постараюсь лучше, — протерев лицо от солёных капель, проговорил Драко раздражённым тоном. Он ненавидел, когда его учили чему-то. - Молись, чтобы тебя не заменили. Что случилось? Ты же не был таким, — Эдриан замолчал, увидев злой взгляд напарника по команде. Не испугался, но понял, что сейчас не нужно ему что-то говорить. Малфой понимал свою ошибку и ненавидел себя за это. - Не твоё дело, — он встал и вошёл под душ. Расслабляющая струя полилась, всё больше и больше загоняя в сон. Он устал, и не только физически. Он устал переживать каждый день, устал думать о ком-то и хотел уже жить для себя, хотел вставать с утра и смотреть в зеркало, но не видеть там Гермионы, стоящей в его объятиях. Она мерещилась ему, и это вряд ли являлось нормой. Это пугало. Капли скатились по ключицами, а потом и по всему телу. Полностью мокрые волосы прилипали к лицу, залезая в рот. Спать сейчас хотелось больше всего, сил почти не осталось. Их уже давно нет, просто идут в минус, всё больше загоняя Драко в тупик. И пополнить их невозможно. Или он не знает, как это сделать, поэтому думает и надеется, что всё образуется само. Не образуется, и он всё понимает своей головой. Он знает, что попал в капкан и полностью осознаёт всю критичность ситуации, но не может найти выхода из неё. С одной стороны, ему безумно нравится находиться рядом с Грейнджер, но она неосознанно питается его энергией, забирая её без остатка. Это плохо для обоих. Неизвестно, к чему приведёт такая связь, но это будет потом. Сейчас он хочет увидеть её, лечь в тёплые объятия, ощутить запах волос, одежды и расплакаться ей в плечо. Ждёт, пока она его пожалеет, хотя считает это истомой. Перед ней можно. Ей стоит довериться и показать эмоции. Она не предаст, никогда и ни за что. Даже если на неё направят дуло ружья, она будет молчать или найдет выход из ситуации. Как минимум, Малфой придет на помощь. Он спасёт её от смерти, или умрёт сам. От одиночества и бессилия. Драко пропадёт без неё. Он вышел из чужой кабины, Бьюси всё ещё сидел на скамье, вероятно, дожидаясь сокомандника. - Тебе нужно отдохнуть, Малфой. Флинт думает о твоей замене, — складывая накидку, говорит он сочувствующе. Это ударило в голову, как тупым предметом, и могло вырубить Драко, но он сдержался. Плотно сжал веки и принял эту информацию. Полностью заслуженное наказание за кошмарный отыгрыш. Ему стыдно только перед собой. Ни перед друзьями, ни перед противниками. Он подвёл лишь себя и свои ожидания. Его смешило то, что он пообещал Гермионе победить, но не сделал этого. А она послушно ждала и надеялась, что обещание сбудется. Драко ушёл, так и не ответив на это. В голове тысячи и больше слов, которые хочется выплеснуть кому-то близкому, пожаловаться на свою жизнь и заплакать, но таких не осталось. Мать - единственная опора для него, умерла. Именно умерла, а не погибла. Мучительно и позорно. А она просто шла за своим мужем, не имея права на какое-то слово. Шла за любовью своей молодости и поддерживала его, хотя её подталкивал только Круциатус. Как бы сложилась её жизнь, не будь в ней Люциуса? Как бы она жила, если бы не Драко? Счастливо, или печально? Она, вероятно, гордилась бы за своего сына, у которого получилось. Получилось найти свою любовь и наконец улыбнуться искренне, а не плакать из-за одиночества, как делала сама Нарцисса. Туалет в Мэноре находился рядом с комнатой Драко. Всхлипы оттуда доносились почти ежедневно. Слёзы погибающего изнутри человека лились на пол, иногда задевая ковёр, а отпечатки пальцев оставались на плитке. Утром крышка от унитаза была опущена, что повествовало о ночных посиделках. Драко ненавидел отца хотя бы за то, что он доставляет его маме много несчастья. Сам Люциус - большое горе. Мысли о том, чтобы сейчас высказаться Эдриану, не покидали Малфоя. Но он вышел и вдохнул чистого воздуха, которого так не хватало. Нельзя. *** - Рон! Гарри! — Гермиона подбежала к друзьям с широко распахнутыми руками. Она крепко обняла их, прикрывая глаза и наслаждаясь нежным моментом. — Вы молодцы! Отличная игра. - Спасибо, — отводя взгляд, произнёс Рон. - Спасибо, Гермиона. Мы старались. - Джинни просила передать поздравления, но ей нужно было бежать, — на лице Гарри появилась смущенная, но в то же время радостная, улыбка Грейнджер была рада их выигрышу и гордилась ими, но поражение Слизерина не принёс ей должного счастья. Она видела, как близко к сердцу это принял Драко. И как бы плохи у них не были отношения в прошлых годах, на восьмом курсе он стал ей родным. Нужным и желанным. Она считала, что Малфой был любимым в их семье, но проводя с ним всё больше времени, Гермиона начала сомневаться. Он подавлен и не виноват в этом. Его убивали морально всё время до смерти Люциуса и Нарциссы. Она не знала полностью всей истории, но могла догадываться, что Драко одинок, и на это не влияет количество человек в его жизни. Пэнси не любила его, но ненормальная тяга к нему присутствовала и удивляла Грейнджер. Паркинсон хотела популярности за счет отношений с почти самой узнаваемой фамилией? Слово "Малфой" боятся даже произнести. А если вдруг попадают под устрашающий взгляд Драко, сразу уходят. Быстро и без оглядки. Он на всех смотрит так. Высокомерно. Но не на Гермиону. В его глазах чувствуется... любовь? Забота? Пыл? Грейнджер, прекрати. Не нужно кормить себя надеждами на светлое будущее с человеком, который никогда не был в настоящих любовных отношениях. Секс с десятками девушек не считается. Она понимала всю свою тревожность и очень хотела перестать думать о нём днями и ночами, но маленькая клеточка души надеялась на него. На его адекватность. На то, что Гермиона правда притянула его своим характером или внешностью, или любовью к знаниям. Или просто собой. То, что же понравилось ей в Малфое - до сих пор оставалось загадкой. Она не знала, как ей мог понравиться заносчивый самовлюблённый парень из Слизерина. Он не заслуживал её и был "плохим". А Гермиона? Хорошей? Её нельзя назвать хорошей, а его плохим. За последнее время Драко не сделал ей ничего такого, за что его можно было ненавидеть. Она влюблялась в него всё больше. С каждой новой встречей и с каждым новым поцелуем. Его слова будоражили сознание Гермионы и заставляли слушаться и верить. Гермиона собиралась увидеть его сегодня вечером. Подбодрить и сказать, как же хорош он был на поле и сражался лучше всех из их команды. Сказать правду и обнять. Она давно не ощущала себя в его объятиях. *** За окном вновь шёл снег, который с того дня ассоциировался с Гермионой. Скоро все предметы и явления будут напоминать её. Нездорово так зависеть от неё. Снежинки хлопьями падали на карниз, собираясь в огромную кучу. За этим было всегда интересно наблюдать, особенно на фоне тёмного неба. Драко на мгновение задумался, не почувствовав присутствия другого человека сзади. Она подошла медленно и совсем тихо. Смущалась? Или не хотела тревожить? - Малфой, — шёпотом позвала она его. Он встрепенулся, помотал головой и обернулся, сразу становясь тёплым во взгляде. Её ладони скреплены в замочек на уровне пояса, а ноги стоят прямо, как и осанка. Волосы заправлены назад при помощи розового блестящего ободка, идеально подходящему к ней. Иногда казалось, что ей подходит любая одежда, и в любой она прекрасно бы выглядела. Он хотел видеть её обнаженной, но не сегодня. Чуть позже, когда она сама этого захочет. Когда сама пожелает раздеться и показать себя полностью и со всех сторон. Когда примет его и совсем не будет стесняться. - Ты пришла, — делая заботливую улыбку, проговорил Драко. Его руки держались сзади, в таком же замке, но он выглядел не смущённым. Наоборот, стоял величественно, но не для того, чтобы принизить Гермиону, а показать, что он сможет её защитить. Непонятно, как она должна была это понять, или от кого он собирался её защищать, но факт остаётся фактом. Драко хотел быть рыцарем в её жизни. Единственным и неповторимым. - Я хотела сказать, — она остановилась, прочищая горло и отвернула взгляд. Потом решилась подойти ближе, но не слишком, держа дистанцию. Посмотрев на него снизу вверх, она взглянула в его глаза. Зрачки были чуть шире, чем обычно. — Хотела сказать, что ты неплохо сыграл сегодня. Драко улыбнулся. Заботливо, словно и не ожидал таких слов, хотя знал, что они будут. Она не могла не вставить своё слова с поддержкой. - Как видишь, этого не хватило для победы, — подходя ещё ближе, произнёс Малфой. Руки освободились и теперь неторопливо тянулись к её волосам. — Уизли и Поттер оказались сильнее, — он говорил с какой-то горечью в глазах, несмотря на то, что не хотел жаловаться. - Они и вправду молодцы. - Как поздравила их? - Мы сейчас это будем обсуждать? — она немного разозлилась. Он заткнул её поцелуем. Жадным и нетерпеливым, влажным и вкусным. Губы разминали друг друга, не отрываясь ни на миг. Гермиона закрыла глаза и двигалась в такт с Драко. Дыхание становилось более частым с каждой секундой. И с каждой секундой поцелуй становился всё страстнее. Девушка положила руки на его грудь и сжала мягкий жилет, покрывшийся катышками. Вторая ладонь болталась снизу, не зная чем же себя занять. Малфой коснулся её талии обеими руками и прижал к себе намного ближе, заставляя выгнуться. Они соприкасались животами, но это была настолько нужная близость, и совсем не смущающая. Гермиона чувствовала его эрекцию в штанах. Твердую и неугомонную. Она напрягалась всё сильнее и тёрлась об пояс Грейнджер. Очень интимно и страшно. Драко провёл руками выше, пока не коснулся косточки бюстгальтера. Пальцами он расстегнул застёжку через рубашку и теперь, лифчик висел на одних лишь плечах. Хрупких и дрожащих. Гермиона вздохнула от неожиданности прямо ему в губы, но быстро успокоилась, углубив поцелуй. По спине уже, наверное, в тысячный раз пробегались мурашки. Рубашка вылезла из под юбки, и, теперь, горячая кожа ощутила холодные пальцы, аккуратно поднимающиеся вверх, стараясь не напугать. Соски стояли от вожделения и ещё сильнее напряглись, когда почувствовали касания, приближающиеся к ним. В голове всё перемешалось, все мысли вылетели, и никто не понимал, что делает. Указательный, или средний палец - этого уже невозможно было разобрать, тронули грудь. - Позволишь? — почти не скрывая ухмылку, прошептал Малфой и получил моментальный кивок. Пуговицы блузки расстегнуты и полностью открывают путь к телу. Поцелуй прервался, но никто не насытился им полностью. Мужские губы теперь овладели сосками. Резво, уже не обращая внимания на посторонние звуки. Гермиона продолжительно застонала, сжимая ноги. Низ живота ныл. Она запустила руки в его волосы и закинула свою голову. - Остановись, — промычала она, но не хотела конца. - Нет, — и продолжил манипуляции. Он действовал сам, не слушая никого, даже её. И он бы не прекращал никогда, если бы была возможность. Он наслаждался её удовлетворением и вечно хотел видеть эти стеклянные глаза, полные возбуждения. Это ли называется любовью? *** Коридор наполнен учениками, спешащими на уроки. Слышны разговоры, смех, крики. - Гермиона, нам нужно поговорить, — Рон подошёл с серьезным лицом, что бывает очень редко. Она взглянула на него так, словно знала, что что-то случилось. — Скоро Святочный Бал, и я хочу пригласить тебя в качестве моей пары на вечер, — он покраснел и старался не смотреть ей в лицо. На пятом курсе он побоялся позвать её на бал и сразу же пожалел об этом. Она была бесподобна в розовом платье, в сопровождении Виктора Крама. Он мужественный и выглядел соответствующе. Рон же надел наряд, который ему прислала мама, и считал его ужасным. В этом году он решился и подошёл к Гермионе с этим предложением. Рон заучивал эту фразу несколько дней и стеснялся сказать её ей, но сегодня тот самый час. В глубине души он был уверен, что она не откажет, но эта нервозность не покидала его до последнего момента. - Рон, спасибо, конечно, но меня уже пригласили, — стыд захватил всё тело. Ему было неловко. Пригласил? Кто? Рон считал, что она больше ни с кем не общается. Есть то, что Гермиона не рассказывает, и это человек? Она скрывает своё общение с другим парнем. Рон думал о чём угодно, но не об этом. Очень много времени он посвятил раздумьям о том, что за тайны хранит их подруга, но так и не пришёл к точному ответу. Неужели, она прячет своего молодого человека? - Кто? - Увидишь на балу, — Гермионе было стыдно признаться о том, кто же её секретный друг, поэтому она решила, что пусть лучше они увидят его своими глазами в ночь Святочного бала. Она будет идти с ним за руку, хотя сейчас совсем не представляет их вместе на огромной публике учеников и учителей. Драко пригласил её на бал совсем недавно, но это до сих пор не укладывается в её голове. Она была уверена, что он стесняется из связи и ни за что бы не рассказал даже своим друзьям, но когда он озвучил своё предложение, Гермионе стало неловко. - Грейнджер, я хочу, чтобы ты пошла со мной на бал. По телу пробегают мурашки, когда эта фраза проносится в голове. Она не ожидала. "Я хочу?" "Со мной?" "На бал?" Осознание приходило слишком медленно. Мозг пытался принять это и выработать ответ, но Гермиона лишь стояла столбом и смущалась. Щёки давно пылали, а Малфой ждал её слов. Хотел узнать, опозорился он или возвысился в её глазах. - Я подумаю. Ответ неоднозначный, чтобы больше запутать и себя и его, но ничего лучше сейчас придумать не получилось. Гермиона не собиралась делать из себя недотрогу, просто рот действовал сам, без неё. Она хотела ответить "Нет", или "Да", или "Что за бред? Мы с тобой должны ненавидеть друг друга!", но дала надежду на большее. На то, что совсем не стоит рядом с этими ежедневными тайными встречами. На отношения? Если они придут вместе, тем самым заявят об их союзе. Это было нужно обоим? Определённо да. Драко и Гермиона должны быть вместе, но кому - не ясно. Наверное, самим себе. - Это значит "нет"? - Это значит, что я подумаю. Малфой не готовился к этому разговору и совсем не думал, что он может когда-то произойти, ведь прийти на бал в статусе "пары", было чем-то немыслимым. Он не хотел кому-то говорить об их общении, но Драко питает к ней сумасшедшие чувства, которые не может скрывать. Видеть её в компании с кем-то - ужасно и невыносимо. Он хотел показать, что она принадлежит ему, как бы эгоистично это не было. Малфой эгоист и полностью принимает это. Нельзя избавиться от того, что ты делал ежедневно на протяжении долгих лет. Его так учили и воспитали. Делать всё только для себя. Но он не понимал, почему это правило не действует на Гермиону. Драко готов на всё ради этой девушки, и, если она его разлюбит, он отпустит. Без колебаний, отпустит, и всё. Просто отдаст кому-либо другому, кто принесёт ей счастье. Он сделает это, если она сама попросит. Сама. Не слушая остальных. Если сама примет тяжёлое решение и сможет его озвучить на одной из их встреч. Тайных или нет. Неизвестно, случится ли это когда-то, но нужно быть готовым ко всему. Даже такому страшному и невообразимому.