Ледяное сердце

      Кэтрин посмотрела на телефон, чтобы удостовериться, что не опоздала. Хилл не была уверена, что мистер Бейкер засиживается на работе до утра, но свет, который просачивался из-за запертой двери, давал четко понять: он там.       На экране телефона высветилось сообщение от Брайана. Сегодня днем Кэтрин видела три пропущенных, но не перезвонила, потом было четыре смс о том, что она должна срочно перезвонить и объяснить то, что она работает на его брата.       Кэтрин не отвечала на сообщения — не потому, что она не могла, или у нее не было времени. Она просто не хотела. Во-первых, она не знала, почему должна объяснять, во-вторых, Брайан первый умолчал о том, что у него вообще есть брат. В ребра словно просунули спицу, которая причиняла боль от того, что он скрывал часть своего прошлого. Нет, конечно, Кэтрин не думала о том, что нужно рассказывать все, но мог упомянуть о том, что он не просто Бейкер, а сын и наследник погибшего магната, который буквально владел городом. Или рассказать о том, что у него есть брат. Кэтрин выдохнула, понимая, что она тоже не была достаточно честна. Она так и не смогла сказать, что не сможет полюбить его так, как того заслуживал Брайан. Хилл уговаривала себя, что она просто обиделась, но в глубине души Кэтрин боялась причинить ему боль отказом. В груди опять кольнуло, словно спицу прокрутили, она знала, что молчание причиняет еще большую боль. Им обоим.       Хилл занесла руку над дверью, выдохнула и постучала, ударив три раза костяшками о полотно. Пока дожидалась ответа, девушка немного нервно поправила пояс черных широких брюк, пытаясь хоть чем-то занять свои руки.       — Войдите.       Властный приятный голос пригласил войти. Кэтрин выдохнула еще раз — она не боялась, она не стеснялась. Она опасалась. Хилл понимала, что работу она получила не случайно, и сейчас она уже сомневалась, что история с зажимом для денег в холле отеля — это совпадение. С каждым новым днем совпадения казались все менее случайны. Надавив на ручку, Кэтрин приоткрыла дверь. Комната показалось ей слишком тусклой. Еще не войдя, она видела, как из-под двери исходило яркое сияние, но сейчас она попала в приглушенный свет кабинета. Хозяин клуба, к удивлению Кэтрин, сидел на диване, где совсем недавно спала Лиз. На столике стоял бокал с янтарной переливающийся жидкостью и дымящаяся чашка — судя по запаху, который заполнил кабинет — кофе. Хилл немного замешкалась, и это было видно по ее взгляду. Она несколько раз посмотрела поочередно то на диван, то на кресло за столом, будто перетаскивала босса на место.       — Добрый вечер, мисс Хилл, — Ходж даже не повел и бровью, здороваясь, он внимательно смотрел куда-то выше глаз Кэтрин, будто рассматривал ее лоб. Девушка заметила, что взгляд Ходжа не сразу сконцентрировался на ее глазах, словно он выискивал интересующую его деталь, и, когда нашел, уголки его губ немного дрогнули в улыбке, но глаза при этом оставались серьезными и смотрели пристально и внимательно. — Кофе? — мужчина учтиво указал рукой на стол, и Кэтрин поняла, что напиток для нее. Она слегка замялась на входе, но все же пересекла кабинет и села напротив Ходжа на противоположный конец дивана.       — Благодарю, но вынуждена отказаться: предпочитаю чай, — под пристальным холодным взглядом Кэтрин поймала себя на мысли, что готова выпить и кофе, лишь бы он перестал смотреть так, что она чувствовала себя голой, а не в строгой белой рубашке.       Ходж немного прищурил глаза, смотря на Кэтрин, и кивнул будто сам себе. Он ничего не говорил, молча изучая Хилл, которая чувствовала себя все неуютнее в кабинете с ним.       — Отчет, — напомнила она о цели своего нахождения тут, немного поправив ворот рубашки.       — Давно Вы знаете Брайана? — Ходж легко перевел тему, откидываясь на спинку дивана, устраиваясь поудобнее, словно готовясь слушать интересную историю. Выглядел он идеально: черная рубашка обтягивала широкие плечи, а ткань позволяла представлять, как перекатываются узлы мышц под ней. Определенно, Кэтрин бы обратила на него внимание, совершенно точно: он был ее «типажом» мужчины. Но глаза — они заставляли кровь стынуть в жилах, они отталкивали и пугали.       Неожиданный вопрос заставил Кэтрин возмутиться, но внутренне. Она поджала губы, что сразу заметил Ходж. Но посчитав, что может быть откровенной, ответила:       — Почти год.       Холодно и без подробностей, не вникая в детали их знакомства.       — Хорошо, — Ходж даже не кивнул и, кажется, не моргал, а смотрел точно в глаза Кэтрин напротив, будто пытаясь уличить ее во лжи. — Какие отношения Вас связывают с Лиз? — второй вопрос был тоже требователен и задан так, что не ответить на него было невозможно.       Кэтрин попыталась принять расслабленную позу, что давалось ей с трудом. Пальцы так и норовили что-то взять в руки и отвлечься на любую мелочь, и Кэтрин взяла кружку кофе, не поднося ее к губам.       — Дружеские, мистер Бейкер, — имя его она произнесла особенно отчетливо, напоминая об их отношениях. Босс и подчиненный.       — Вы уверены? — Ходж немного усмехнулся, словно обладал другой информацией. — Помнится, Вы говорили, что «по девочкам».       Кэтрин вспомнила, как отвечала двум пьяным амбалам за стойкой бара, но там точно не было Ходжа. Откуда он это узнал, Кэтрин не знала, но уточнять не стала.       — Полностью уверена, — разговор уже начинал раздражать, горячая чашка в руках обжигала, но Кэтрин не ставила ее обратно, не желая выпускать из рук хоть что-то.       — Вы не подумайте, мисс Хилл, — с лица Ходжа исчезла ухмылка, что немного насторожило Кэтрин. — Наша Лиз тяжело переживает разрыв, не хотелось бы, чтобы она вновь попала в клинику. Хотелось удостовериться, что Вы не представляете для нее угрозу.       Кружка кофе почти выпала после слова «клиника». Кэтрин чувствовала, что подруга тяжело переживала прошлые воспоминания об отношениях, но не догадывалась о том, что она не смогла справиться сама и пришлось обращаться к специалистам.       — Я не знала, что она… — Кэтрин не смогла закончить фразу. Она не знала что? Кажется, она совсем ничего не знала о Лиз. И последние дни она открывалась все с новых и новых сторон, и не все они были приятные.       — Никто не знал, иначе бы ей запретили работать в реабилитационном центре. Думаю, мы поняли друг друга? — Ходж внимательно смотрел на Кэтрин, которая выглядела белее снега в тусклом свете кабинета. Лишь волосы ее горели так, как нравилось Ходжу: он непрерывно переводил взгляд на рыжую копну аккуратно уложенных волос. Хотелось взять их в руку, намотать на кулак у затылка…       — Обещаю не обижать Лиз, если Вы об этом, — Кэтрин не знала, как ответить. Она не поняла, что имел в виду мистер Бейкер, и его взгляд начинал пугать. Если в кабинет она вступала уверенной, то сейчас стушевалась под его напором, хоть он даже не шевелился, но на дне черного зрачка словно разрастался огонь, играя рыжими язычками пламени.       — Завтра вечером, — Ходж сделал глоток виски, чтобы усмирить внутреннее чувство животного голода, — Лиз пригласила нас на ужин, надеюсь, Вы окажете честь и составите мне компанию?       Чашка кофе чуть не выпала второй раз из рук. Лиз ничего ей не сказала и не предупредила. А Кэтрин только недавно с ней говорила.       — Завтра у меня тренировка, я… — Хилл сначала хотела переговорить с подругой и разузнать у нее, что значит все это, учитывая, что утром — а точнее через несколько часов — Кэтрин должна была перевезти вещи в новую квартиру, которую, как и обещал, нашел для нее Доминик. Кэтрин видела квартиру лишь на фото, но согласилась, сразу узнав район. Тот самый, о котором она мечтала: с мощеными брусчаткой улочками и близко от работы.       — Тренировка, да, мисс Хилл. Я встречу Вас после у главного входа ледовой арены. Конечно, если Вы не желаете, чтобы я заехал за Вами в новую квартиру, — лукавый огонек загорелся в глазах Ходжа, а Кэтрин почувствовала, что ее и без того промерзшее нутро обдало холодом. Хотелось подняться с дивана, поставить чашку с кофе и покинуть этот кабинет, этот клуб и этого мужчину. Но мисс Хилл не привыкла сдаваться или пасовать. Хоть она и чувствовала себя неуютно, но любопытство было сильнее. — Обещаю, мисс Хилл, я не причиню Вам вреда.       И Кэтрин поверила. Не сразу, не полностью, но она решила рискнуть.       — В восемнадцать часов, — Кэтрин обозначила время, когда у нее заканчивалась тренировка. Но Ходж даже не кивнул, словно зная о Хилл все. — Отчет? — она все же уточнила, так как цель ее визита была именно в нем.       — Не сегодня, мисс Хилл, — Ходж немного улыбнулся, что заставило Кэтрин подняться с дивана, ставя нетронутый кофе на кофейный столик с неприятным звуком.       — Я могу быть свободна? — Кэтрин уточнила, хоть сама уже собиралась покинуть кабинет, даже если босс ответит «нет».       — Можете. До вечера, мисс Хилл.       Он кивнул на прощание, смотря, как фигура девушки отдаляется, как она открывает дверь кабинета и скрывается за ней.       Мистер Бейкер еще несколько секунд смотрел на запертую дверь, будто думая, что Кэтрин может вернуться. Потом сделал последний глоток виски, допивая до дна. Опустил бокал на стол и достал телефон, набирая номер, который отвечал в любое время дня и ночи.       — Мне нужно платье для ужина на твой вкус и вторая пара ключей.       На другом конце прозвучал ответ, который заставил Ходжа немного сжать губы, чувствуя недосказанность в словах своего подчиненного.       — Да, для Кэтрин, — Бейкер повторил имя, услышанное в трубке, смакуя его на вкус, как оно звучало, как заставляло вспоминать огненно-рыжие локоны ее волос и испытывать животный голод от невозможности быть ближе, чем ему бы хотелось.       Мужчина отбросил телефон на диван, с безразличием смотря в окно, где начал играть рассвет нового дня. Ходж оглянулся, всматриваясь в совместную фотографию с братом, сделанную еще до смерти родителей. Брайан на фотографии был в праздничном колпаке и улыбался самой искренней улыбкой. Сейчас они оба стали другие: старше, мудрее. Но было одно неизменное — вкус на женщин.       — Зря ты, братец, не познакомил меня раньше со своей избранницей. Это бы ускорило процесс.       Мужчина отвернулся от фотографии, неспешно поднялся с дивана и подошел к окну, всматриваясь вдаль. На парковке у клуба стоял лишь один автомобиль, и Ходж его узнал.

***

      — Не привыкай к моим услугам, Снежная королева.       Доминик плавно нажал на педаль газа, и машина неспешно тронулась с места, оставляя позади длинную ночь.       Кэтрин застегнула ремень безопасности, откидываясь на спинку кожаного сиденья. Сегодня она была не в бежевом пальто. Сегодня она намеренно надела черное и сейчас с недоверием смотрела на Доминика Шервуда, который тоже изменил бежевому и тоже с черным.       — Не беспокойся, начиная с завтра, я смогу добираться до работы пешком, — она блаженно прикрыла глаза, уже мечтая войти в свою новую квартиру. — Как тебе удалось так быстро найти квартиру? Я не видела объявлений об аренде.       Доминик пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги.       — Повезло, или может связи, или какая разница? — он на секунду посмотрел на девушку, сидящую в его машине. Не в первый и не во второй раз он на секунду поймал себя на мысли, что Кэтрин не раздражала и не бесила, не вешалась на него. И, возможно, даже без секса она могла быть интересна. Скажем, как знакомая. Он улыбнулся собственным мыслям, и улыбку заметила Кэтрин.       — Улыбаешься от везения? Или от наличия связей?       В его машине Кэтрин чувствовала себя уютно и на удивление тепло. Не только внешне, но даже внутренне становилось спокойнее. Хоть это и казалось странным и невозможным, но она смогла признаться себе, что в компании Доминика было хорошо. Она обещала не влюбляться и не спать с ним, про общение ничего не было.       — Я же могу быть с тобой откровенным? — вопрос Доминика заставил Кэтрин приподнять брови.       — Попробуй, — она ждала чего угодно: тупого флирта, предложения свернуть на обочину и повторить приключение. Все, кроме его ответа.       — Ты совершенно не в моем вкусе, — Доминик улыбался. Хоть он и не смотрел на Кэтрин, а внимательно наблюдал за дорогой, он точно знал, что удивил ее.       Девушка на секунду замерла и перестала дышать от возмущения. Такого ей еще не говорили. Замуж звали, в любви признавались, но не сообщали, что она не во вкусе.       — Взаимно, — Кэтрин сказала немного грубее, чем того хотела. Но было бы приятно знать, что она ему нравится. Само ощущение доставляло бы удовлетворение. И пусть они не стали бы спать, влюбляться и всего из списка Лиз, но сейчас она даже немного обиделась на его слова.       — Помочь тебе перевезти вещи? — Доминик продолжал улыбаться, наслаждаясь нотками обиды в голосе Кэтрин.       — Сама справлюсь, — Хилл даже немного надула губы, хоть и понимала, что обижается на пустяк. Он же тоже был не в ее вкусе, и она уже говорила ему это. Он просто вернул ей ее же слова. Кэтрин немного остыла, но соглашаться на помощь все еще не собиралась.       — Попросишь Лиз таскать коробки? — Доминик усмехнулся, представляя эту картину.       А Кэтрин было не смешно: Лиз немного начинала пугать своим прошлым, своими поступками и одержимостью мужчиной, который сейчас вез Кэтрин в ее дом — в дом Лиз. Хилл вспомнила все их шутки, всю поддержку подруги и отбросила дурные мысли. Она заботилась о Кэтрин, позвала в свой дом не для того, чтобы навредить. Судьба подарила подарок, давая таких друзей. Игла вновь кольнула. Напоминая о том, что на телефоне есть неотвеченные сообщения, а за рулем автомобиля мужчина, на котором стоит самый серьезный запрет.       — Эй, — Доминик привлек внимание к себе, — Снежная королева, ты еще тут?       Хилл кивнула, стараясь не думать и не искать подвоха в каждом поступке людей, которые ее окружали.       — У меня всего одна коробка, — Кэтрин слабо улыбнулась, отвечая на вопрос. Вся ее жизнь помещалась в багажник автомобиля.       Доминик заметил слабую грусть в голосе и немного плотнее сомкнул губы, с силой сжимая пальцы на руле.       — Раз твоя машина в ремонте, я заеду за тобой через пять часов. Но это последний раз, вдруг привыкнешь.       Кэтрин улыбнулась, Доминик же оставался серьезным, не отводя взгляда от дороги. Хилл видела, что он чем-то озадачен, видела, как белеют костяшки на руках.       — Хорошо, — Кэтрин смотрела на идеально прямой нос, светлые немного удлиненные волосы, которые были небрежно уложены, на серьезный взгляд и поймала себя на мысли, что и правда могла и привыкнуть.       Штора на втором этаже спальни дрогнула, когда Лиз отпустила ткань. Больше у нее не оставалось сомнений, когда второе утро подряд Кэтрин возвращаюсь с ним. Она взяла телефон и написала смс:       «Привет, Брайан, а Кэтрин не с тобой? Не могу до нее дозвониться».       Лиз отправила сообщение, поставила телефон на зарядку и с блаженством на лице улеглась на кровать, накрываясь одеялом с головой.