Заклятый друг

У Ома голова идёт кругом. От шёпота Нанона, его запаха и нежных поцелуев под ухом. Нанон нависает над ним, дышит в шею, отправляя табун мурашек по всему телу, и шепчет всякие глупости в ухо, успокаивает. Ому кажется, что он сходит с ума. Ему тесно в собственном теле. Ему жарко, невыносимо. Нанон отстраняется совсем немного, чтобы коснуться его губ своими. Они не целуются глубоко, не облизывают губы друг друга, не кусаются, они просто дышат друг другом, и это так ярко, как ничто другое. — Ты можешь… тебе… тебе не больно? — еле выговаривает Ом, проводя руками по его бедрам. Кожа под ладонями мягкая, гладкая и теплая. Ом аккуратен, он не хочет оставлять синяков. Нельзя, Нанон самый чистый, самый светлый, самый родной человек в его жизни. Его хочется любить нежно, медленно и долго, целовать и дышать им, доставлять удовольствие, а не боль. — Пожалуйста, Нон. Ом не знает о чем он просит, а вот Нанон, кажется, знает, и он двигается, совсем чуть-чуть приподнимается и снова опускается, и Ом стонет. Нанон садится на него, опирается руками в грудь, закрывает глаза и откидывает голову назад. И господи боже мой, он выглядит, как само совершенство. Его волосы растрёпаны, потому что Ом зарывался в них, когда они целовались ещё на диване, на лбу испарина, губы приоткрыты в немом стоне. Ом думает, что он уже сошёл с ума. Он никогда в жизни не видел человека красивее Нанона. Красивее такого Нанона. Ему нестерпимо хочется задать свой темп, перевернуть их и заняться такой любовью, чтобы звёздочки перед глазами и один только гул в голове. Ему хочется целовать пухлые губы не переставая. Вырывать из него самые сладкие, самые громкие стоны. — Можем… можем мы поменять, боже… поменять позу? Нанон крутит бедрами, облизывает губы и качает головой. У Ома ком в горле и дрожь по всему телу. — Тогда, пожалуйста… пожалуйста… Нанон ухмыляется и приподнимается, почти до конца, чтобы опуститься резко, с громким дрожащим выдохом, Ом кусает ребро ладони, чтобы сдержать жалкий стон, который дерёт горло. Ему плохо и хорошо одновременно. — Ты хочешь меня поцеловать? — спрашивает Нанон хрипло, и Ом думает, что может кончить от одного только его голоса. — Д-да, — скулит он и пытается поднять бёдра, но Нанон качает головой. Ублюдок. И как вообще Ом согласился на все его правила? Хотя, он догадывается. Нанону просто нужно было улыбнуться, показать ему свои ямочки, поцеловать и всё. После, Ом всегда готов на всё, что угодно. — Можешь сесть и опереться на спинку кровати, не выходя из меня? Ом кивает. Господи блядь, на данный момент он может всё что угодно. Лишь бы добраться до любимых губ, почувствовать их сладкий вкус. Он обнимает его за талию и медленно садится, чтобы затем опереться на спинку. Нанон гладит его по голове и улыбается. Хвалит. Он сводит с ума. — Тебе все ещё нельзя двигаться, — говорит он, и Ом кивает. — Как скажешь… только, пожалуйста, поцелуй меня. Нанон приближается слишком медленно, обнимает ладонями его лицо и проходится языком по его губам, а потом целует. Крепко, до боли в губах, глубоко. Он хватается за спинку кровати и медленно наращивает темп. Блядские боги, Ом думает, что после этой ночи он закончится, как человек. Трогать Нанона таким образом, целоваться с ним, заниматься с ним любовью — это всё, что когда-либо хотел Ом. И если однажды у него остановится сердце из-за любви к Нанону, то это будет лучшая смерть.