Глава 14
16 мая 2022 г., 03:01
Примечания:
Ещё раз предупреждаю: перед прочтением этой главы лучше чекнуть метки
***
Until the Ribbon Breaks — A Taste of Silver Прошло уже четыре месяца с момента рождения Гюмина. Альфа полностью окреп и теперь Чимин может выйти на работу. Он эти четыре месяца на стенку лез из-за того, что не мог защищать людей в суде. Внезапное исчезновение Пака вызвало волну слухов в Сеуле. Когда стало известно, что омега возвращается, интерес к столь внезапному появлению был огромным. В тот день он не мог работать: постоянно приходили его коллеги-адвокаты. Весь коллектив решил отпраздновать возвращение начальника. — В девять утра? Вы серьёзно? — Чимин, когда это тебя останавливало? — спросил Тэхён друга, протягивая ему бокал с шампанским. — Никогда, но не на работе же! У нас целый день впереди! — Но мы же только по бокальчику, господин Пак! Чисто символически отпраздновать ваше возвращение, — сказала секретарша, нарезая торт на маленькие кусочки, чтобы досталось всем. — Без вас здесь был сумасшедший дом, — сказал один из сотрудников, — Мы очень надеемся, что вы не собираетесь такое проделывать ещё раз. — Не собираюсь, уж поверьте, — Чимин хмыкнул и отпил немного шампанского. Нежданные гости все продолжали приходить, чтобы убедиться, что Пак в полном порядке, жив и здоров. Каждый, кто спрашивал, где был все это время адвокат, в ответ получал «семейные обстоятельства». И ведь омега даже не врал, оно так и было, разве что… не совсем радостные обстоятельства. В конце рабочего дня, когда все уже собирались по домам, к Чимину зашёл Ким. — Сильно домой спешишь? — задал вопрос детектив, застыв в дверном проеме. — А что-то срочное? — Пак оторвался от сбора бумаг. — Сказать кое-что нужно. — Только быстро. Тэхён прикрыл за собой дверь и подошёл к другу. — Знаешь, кто без перебоя звонил в офис в попытках связаться с тобой, пока тебя не было? Пак понятия не имел, кто это мог быть. С Намджуном он виделся последний раз почти год назад, зачем ему понадобилось узнать, где Чимин? — И кто же? — Мин Юнги, — сказал Ким, крутясь в кресле у окна. — Серьёзно? — омега поднял взгляд на друга. — Да. Мы ему конечно же не сказали где ты, хотя бы потому, что никто кроме меня и не знал. — И по какому-такому случаю он начал за меня беспокоиться. Два года назад меня из-за него работы лишили, и я остался ни с чем. — Я не знаю. Он сказал, что если с тобой что-то случилось, а мы ему не говорим, и он не в курсе, то подаст на нас в суд за предоставление ложной информации. Понимаешь? Он собрался подавать в суд на адвокатскую фирму. Причем, на достаточно популярную адвокатскую фирму. — У него мозги не на месте. Считает себя Богом. Если он глава мафиозного клана, это ещё не означает, что ему все можно и все он должен знать, — сказал Чимин, яростно запихивая документы в сумку. Как же ему на нервы действовал Мин. После каждого дела присылал цветы, стал слишком часто встречать Пака на улице, теперь ещё и о состоянии его переживает. Спрашивается: зачем? Другие омеги надоели, и он решил попробовать с кем-то покрупнее? На следующий день Рона предоставила Чимину список абонентов, что звонили в фирму во время его отсутствия. На ровне с количеством звонков от Мина шли звонки от Намджуна. Стало быть, все же переживал. Омега же ещё тогда вычеркнул его из своей жизни. Чувства? Да они ему не сдались. Если уже даже сам Ким Намджун на него посмотрел, то и остальные посмотрят. В адвокатских кругах не так мало прекрасных альф. Чимину достаточно только захотеть, и тот, кто ему понравится, будет его. Во второй половине дня Рона принесла ему разные статьи, которые ему могут быть интересны. И добрая часть была посвящена Мин Юнги. — Да чтоб тебя… — тихо выругался Пак, пробегаясь по статьям, — Когда же ты успокоишься… Омега смотрел на статьи и с каждым словом все больше вчитывался в текст. «Мин Юнги, самый молодой глава мафиозного клана…», «Мин Юнги посетил благотворительный вечер…», «Господин Мин — простой племянник?..» Чимин не глядя положил все листы в шредер и включил устройство, расслабляясь под звук нарезки ненужной ему макулатуры.***
Harry Styles — Watermelon Sugar Гюмину уже исполнилось четыре годика. Чимину — тридцать. Омега сразу приучал альфу обращаться к нему не на «папа», а на «брат». Гюмин уже год занимается фигурным катанием. Как и хотел его папа, Пак отдал его именно в этот вид спорта. Он часто наблюдает за братом, несмотря на то, что тренировки могут длиться по несколько часов. Если у него есть время — он обязательно понаблюдает. Ведь мальчик растёт смышленым и очень красивым. — Ты весь в папу, — сказал Чимин, помогая брату снять коньки. — Почему? — спросил маленький альфочка, послушно ожидая, когда брат закончит. — Ты такой же красивый, умный и талантливый, — старший посмотрел на брата, что был копией покойного папы и улыбнулся. — А расскажи о папе. — Ты же и так о нем все знаешь. Я тебе столько раз рассказывал. Братья лежали на мягком диване в гостиной, ели мороженое и смотрели мультик. — Ну ты же мне не все рассказываешь. Расскажи все, — альфа провел над головой своими маленькими ручками, показывая, что хочет знать как можно больше. — Ну что тебя ещё интересует? — Расскажи… — мальчик задумался, — Расскажи о том что он любил, а чего боялся. Вот я, например, люблю Лима и токпокки. А боюсь пауков. Пак задумался. — Он очень любил готовить. Он даже по профессии повар. — А что он любил готовить? — спросил Гюмин, смотря на брата и слепо облизывая ложку с мороженым. — Он очень любил готовить со мной печеньки. Имбирные. Такие, как мы с тобой печем. — Правда? — с искренним удивлением спросил младший. — Да. Мы с тобой готовим по его рецепту. Адвокат взял салфетку, пачка с которыми лежала рядом, и вытер щеки брата. — А боялся чего? — Боялся потерять семью… Мы притягиваем то, чего боимся? Омега грустно усмехнулся. — Чимин-а, не грусти. На, — альфочка протянул брату ложку с мороженым и ткнул ей старшему в губы. Чимин улыбнулся и открыл рот с характерным «а». — Чимин-а… — Что? — А почему мы с тобой родные братья, а фамилии разные? Ты Пак, а я Ха. Это тот вопрос, которого Чимин боялся больше всего. Для адвоката он страшнее чем вопрос «откуда берутся дети?». — Всё потому, что у тебя фамилия папы, а у меня отца. И вот, ещё одно лицо, про которое даже вспоминать не хочется. — А где он? — Он далеко. — А почему? — Потому что он так захотел. Пак ткнул пальцем в кончик носа младшего брата, на что тот улыбнулся и зевнул. — А я смотрю, разговоры о папе кого-то очень сильно загрузили… — Нет, я совсем не хочу спать. — А времени сколько? — Сколько? — Время уже давным давно спать. — Ну Чими-и-н, — растягивая имя брата заканючил Гюмин, — Я ещё хочу послушать про родителей. — В другой раз. А сейчас хорошим и послушным альфам пора спать. Адвокат взял на руки брата, параллельно выключая телевизор. — А Лима? — Я помню. Омега нагнулся и взял плюшевого песика, которого они покупали ещё с Гюхеном. Это была любимая игрушка Гюмина, с которой он везде ходил и даже не мог уснуть без той. — Держи, — старший отдал игрушку и понес засыпающего брата в постель. Пока Чимин расправлял кровать, альфа уже уснул на пуфике. Пак аккуратно положил младшего под одеяло. — Спокойной ночи, — омега оставил легкий поцелуй на щеке Гюмина и пошёл убирать мороженое, что они с братом ели за просмотром мультика. Ну а следом и сам направился спать.***
Clementine & The Galaxy — Paradise С рождением брата Чимин перестал брать дела, из-за которых ему нужно было покидать город. Но однажды ему позвонил Кан Соктэ, клиент, владеющий большой производственной фирмой. — Я покупаю фабрику в Тэгу и хотел бы, чтобы вы встретились с адвокатами бывших владельцев. — Давайте я пошлю кого-нибудь из своих лучших сотрудников? Вы же знаете, я не люблю уезжать из города. — Господин Пак, только вы можете завершить сделку за двадцать четыре часа. Полетим на самолёте моей компании, и вы на следующий день уже вернетесь. — Хорошо. Чимин предупредил госпожу Ли о своем отъезде. — Если что-то пойдёт не так, то звоните. Омега подошёл к своему брату, что сидел за столом, кушал и смотрел мультики по телевизору. — Гюмин, — позвал его старший. — А? — альфа перестал жевать. — Мне нужно уехать завтра. — А когда ты вернешься? — Послезавтра. — Это… — На следующий день. Гюмин ещё плохо разбирался в днях недели и их обозначении. После прилета в Тэгу адвокат весь день занимался обсуждением деталей контракта. После подписания Соктэ попросил его поужинать с ним. — Я лучше лягу спать пораньше. Завтра утром возвращаюсь в Сеул. Пак хотел поужинать в тишине своего номера в отеле. Ровно до того момента, пока ему на телефон не пришло сообщение. Тэхен-и: «Может, тебе сейчас не до этого. Но сегодня в офис заявился Намджун и просил с тобой встретиться. Но тебя не было и он ушёл.» Четыре, черт возьми, года. Столько они уже друг другу чужие люди. А Ким все ищет с ним встречи. Чимина сразу захлестнула волна мыслей. Он чувствовал, что ещё чуть чуть, и от них у него разболится голова. Ему нужен свежий воздух и толпа людей, чтобы отвлечься. В отеле был ресторан, в котором часто проходили какие-то шоу. Чимин принял душ, оделся и спустился вниз. Muse — Feeling Good У входа была просто огромнейшая очередь. Омега подошёл к метрдотелю, стоящему в начале очереди и спросил: — Долго придётся ждать столик? — Сколько человек в вашей компании? — Я один. — Простите господин, но боюсь… — Мой столик, Ёхан, — прозвучал голос у Пака за спиной. Ему даже поворачиваться не надо было чтобы понять, кому принадлежит этот голос. Но омега все равно повернулся и взглянул в эти бездонные глаза цвета отборного кофе. — Не нужно… — начал адвокат. — Ну что вы, господин Пак. Вам нужно поесть, — отдавая ключи от машины метрдотелю, сказал Мин. Альфа взял Чимина под руку, и омега против воли вошел в ресторан. Паку была противна сама мысль об ужине с Мин Юнги, но он не знал как от него отделаться, не устроив при этом сцену. Лучше бы уже согласился на ужин с Соктэ. Мин подошёл к столику в центре зала с прекрасным видом на сцену и отодвинул стул для Пака, и только потом сел сам. Чимин чувствовал на себе взгляд Юна, что очень раздражало. Он какое-то время старался не обращать на это внимание и смотрел на сцену, но через короткий промежуток времени все же повернулся к альфе лицом и заглянул в эти тёмные омуты. Омега смотрел с нескрываемым холодом. Старший молчал. Это тот тип людей, что не тратятся на слова, если им это не выгодно. Он привык больше слушать, чем говорить. У обоих был тяжёлый взгляд, вынести который было трудно. Однако из-за обладания таким взглядом, к чужим у них был иммунитет. Они смотрели друг на друга в ожидании того, что другому из них наконец-то надоест и он отведет взгляд. Но никто упорно не хотел уступать. Никто не знает, сколько они так просидели, может пять минут, а может двадцать. — Ненавижу праздники и какие-либо мероприятия. У них есть свойство заканчиваться. — Очень неожиданно и интересно, господин Мин, но зачем мне эта информация? Юн промолчал. Им принесли напитки и отпивая из хрустального бокала белое вино, Чимин задумался. А кто вообще такой Мин Юнги? О нем же никто ничего не знает кроме того, что он самый молодой глава мафии. Омега соврет если скажет, что ему неинтересно узнать его получше. Но чисто с профессиональной точки зрения. А с профессиональной ли? Мы всегда тянемся к загадочности и неизвестности. Альфа безусловно был красив. Его мелированные волосы были красиво уложены, а зелёный костюм цвета изумруда прекрасно подчеркивал фигуру альфы. Пак вдруг осознал, что давно не думал о себе как об омеге. Он не забросил себя, все так же одевался как на подиум, ходил в душ два раза в день. Но он забыл о том, что он омега, что может быть желанным. И только течка напоминала об этом. — Всегда нужен альфа, чтобы омега чувствовал себя омегой. Ведь именно альфы созданы для того, чтобы любить омег, — вдруг сказал Юнги. — Вы так думаете? — Я не думаю, я знаю. Альфы созданы чтобы любить, омеги — чтобы быть любимыми. Очень неожиданно с его стороны. Чимин думал, что такие как Мин считают, что омеги им всем обязаны. Но не как наоборот. — Вы не будете против, если я сделаю заказ за нас двоих? — спросил Юн. Альфа не стал тут же звать официанта. Он ждал, пока ему ответит Чимин. — Не буду. Паку на мгновенье показалось, что старший улыбнулся. По доброму, с заботой. Показалось? Стоило Юнги поднять руку, как к нему тут же подошёл официант. — Да, господин Мин. Что закажите сегодня? — Крем суп с трюфелем и тост с индейкой. На двоих. — Конечно, господин Мин. — Десерт мы закажем позже. Чимин начал постепенно успокаиваться, и ещё чуть чуть, и ему начнёт нравиться. В любом случае он уже забыл когда последний раз проводил время с привлекательным альфой. Пак сам с себя удивился: и когда это он начал считать Мина привлекательным альфой? Он убийца и монстр, каких поискать. — Сегодня? Юнги вопросительно посмотрел на омегу. — Официант спросил, что вы будете заказывать сегодня. Вы здесь так часто бываете? — Приходится иногда приезжать. По работе. Видно было, что альфа не хочет об этом говорить, значит это связано с его статусом главы мафии. — Я приятно удивлён, что по одному слову вы смогли понять, что я здесь частый гость. — Это не так трудно как кажется. Им достаточно быстро принесли блюда. — Я звонил пару раз, пока вас не было в офисе, — с обманчивой непринужденностью сказал Мин. Правда если верить Тэхёну и спискам, то звонил он по несколько раз за день. — Где вы были? — Далеко. Они надолго замолчали, приступая к ужину. — Помните предложение, которое я сделал вместе несколько лет назад? — Не тратьте слов зря. — Вы можете иметь все… — Я уже говорил, что мне это неинтересно. Нет такого предложения, от которого нельзя отказаться. Мин Юнги привык получать желаемое. И чем больше Чимин сопротивлялся, тем сильнее становилось желание Юна заполучить его. Смотря на Пака, альфа решил, что когда нибудь, этот омега будет принадлежать ему без остатка. — О чем вы думаете? Юнги ответил загадочной улыбкой, и Чимин понял, что в следующий раз лучше молчать. Хотя какой следующий раз? Он никогда больше не будет сидеть в ресторане с главой мафии. — Ужин был не плохим, но мне рано вставать, так что я… Свет стал медленно гаснуть. — Вы не можете уйти сейчас. Начинается представление. Вам понравится, поверьте. Альфа не соврал, адвокату действительно понравилось. BANKS — Gemini Feed Пак собирался пойти в номер сразу как закончится представление. — Не хотите потанцевать? Старший стоял перед ним и протягивал руку. Пак кинул взгляд на кисть и для себя отметил, что у Юнги красивые мужественные руки. Чимин уже выпил, и в нем заиграл девиз «один раз живём». Он не стал что-либо говорить, просто вложил свою ладонь в более крупную и поднялся. Мин положил свою руку омеге на талию и притянул к себе. По какой-то причине адвокат смутился, и его щеки заалели. Он что, никогда с альфами не танцевал? С альфами — да, с главой мафиозной семьи — никогда. Чтобы скрыть свой румянец, омега хотел отвернуться, но ему не дали. Юн убрал руку с талии и зацепил своими аккуратными пальцами подбородок Пака, не давая ему повернуть голову и смотря глаза в глаза. — Не отворачивайтесь от меня. Я не такой ужасный, как может показаться на первый взгляд. Через пару секунд Мин положил руку обратно на талию. — Не в этом дело. — А в чем же? — спросил альфа, смотря в глаза неземной красоты напротив. «В том что я утопаю в ваших глазах?» — пронеслось в голове у омеги. «Пьяный бред», заключил Пак. — Неважно. На удивление, Чимин чувствовал себя комфортно в этих сильных и мускулистых руках. По какой то причине, они вызывали доверие. «Пьяный бред». — Вы прекрасно двигаетесь, — сказал старший, все так же не отводя взгляда от адвоката, — Вы чем-то занимались? — Да, ещё в школьные годы занимался танцами. — Какими, если не секрет? — Бальными. — Должно быть, с такой пластикой как у вас, вы были лучшим. Он только что услышал комплимент от самого Мин Юнги? Они танцевали и танцевали под неспешный ритм мелодии, не смея отвести взгляд друг от друга. Почему? Да они сами не знают. Но оба спишут это на выпитый алкоголь. Пьяный бред. Чимин пришёл к выводу, что он действительно неплохо проводит время. В какой-то момент они столкнулись с ещё одной парой, и Юнги притянул Пака к себе. Инстинктивно. Омега ощутил под изумрудной тканью напряженные мышцы. Альфа выглядел расслабленным, но это только видимость, и младший только-что в этом убедился. Внутри Мин был напряжен, несмотря на выпитый алкоголь. Та пара уже давно была в другой части зала, а они так и танцевали прижатые друг к другу. После того как музыка закончилась, Юн потащил его в бар недалеко от ресторана. Там градус уже повышался и они пили стопки текилы, одну за другой, закусывая дольками лайма. К тому времени адвокат уже раскрепостился, и до него плохо доходил тот факт, что он сейчас в одном из баров Тэгу пьёт с главой мафии. И в очередную шутку от Мина он улыбнулся, а затем засмеялся. Юн в этот момент как раз смотрел на омегу. Альфа поймал себя на мысли, что он бы до конца жизни смешил этого адвоката, чтобы видеть его смех и улыбку. Пьяный бред. Ближе к четырем утра, Юнги проводил Чимина до его номера в отеле. — Господин Пак… — Что? — омега уже зашёл в номер и хотел закрыть дверь, но обернулся. — Я хочу чтобы вы знали: я правда не хотел чтобы тогда вас уволили. И правда очень хочу, чтобы вы на меня работали. — Я уже говорил вам… — Я знаю, — Мин перебил, — но… подумайте. Пак ничего не ответил. — И ещё… если вам нужна будет помощь от мафии… от меня… я к вашим услугам. — Я учту, господин Мин. — Спасибо вам за вечер. Я давно так не отдыхал. — Спокойной ночи, господин Мин.***
Kaleo — Way Down We Go Популярность Намджуна росла с каждым его выступлением. Как-то раз его фото с семьёй было размещено на первой странице газеты. Чимин долго рассматривал снимок. Для других людей пара выглядела счастливой. Но Пак видел, что у обоих улыбка наигранная. Он понял, что с его появлением в их жизни, у них в семье разлад. Что же, хоть ушёл он не бесследно. Та сцена в ресторане была не просто так. Он грустно усмехнулся и кинул газету в камин в гостиной. Семья Кимов устраивала приём у себя дома. Намджун безэмоционально слушал что ему говорит депутат. — Господин Ким, понимаете, городу нужна эта больница. — Я понимаю. Но я не могу вырвать деньги из бюджета на это строительство. В Сеуле огромное количество больниц, как платных, так и государственных. Альфа смотрел пустым взглядом на картину, что висела на стене напротив. Он сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что не хочет участвовать в этом диалоге. — Мы пришли к господину Киму на простой ужин, ни слова о работе, дорогой, — сказала жена депутата. После расставания с Чимином он стал реже улыбаться. Многие вообще забыли, что когда-то он умел быть весёлым. Правда все списали это на то, что ему не до веселья со своей новой должностью. Прошло больше четырёх лет, а он все ещё прокручивает в голове их последний диалог. » И да, ещё… Я бы на твоём месте не был так уверен в том, что Сокджин случайно забыл о противозачаточных.» Больше четырёх лет альфа боится завести с мужем разговор на эту тему. После родов Сокджин стал относится холоднее, не встречал с работы, с ребёнком проводил мало времени. Врачи сказали, что это послеродовая депрессия. Четыре года? Не смешите. Ким просто ждал когда этот бессмысленный приём закончится. Его это выматывает. — Завидую я вам, господин Ким. У вас муж, ребёнок, любимая работа. О чем ещё можно мечтать? Мечтать? О чем ещё можно мечтать? Да Намджун все бы отдал, лишь бы сейчас быть с Паком. Он уже не может быть по-настоящему счастлив с Сокджином. Единственное, что может развеселить его, это его сын. Ким Ёнгук. Прелестный омега четырёх лет. Милый мальчик, что безмерно любит своих родителей, и в силу своего возраста не видит между ними стены. Когда гости разошлись, альфа решил заговорить с мужем. — Сокджин-и… — Я устал Намджун. Давай в другой раз. Омега было хотел пройти мимо, но старший слегка сжал его локоть. Он посмотрел на прислугу, что убирала их квартиру после ужина. Персонал быстро все понял и ретировался. — Четыре года назад… Ты действительно забыл о таблетках? — он перевёл взгляд на своего мужа. — Почему ты спрашиваешь? — Ты никогда не забывал. И именно ты не горел особым желанием иметь детей, по этому следил за приемом таблеток. А тут ты вдруг забыл? — И ты решил спросить об этом только сейчас? — Не у меня послеродовая депрессия и нежелание разговаривать. Этот разговор приобретал неприятный оборот. Сокджин немного помолчал. — Я тебе ещё тогда сказал, что в тот период у меня была течка. Мне было не до противозачаточных. Они смотрели друг на друга с непонятными эмоциями на лице. Через какое то время альфа ослабил хватку. — Прости. Я заработался. Должность мэра и все это… очень выматывает. Я не хотел на тебя срываться. — Я верю. Намджун наклонился к супругу и коротко поцеловал того в уголок губ. — Но… почему ты все ещё холоден ко мне? Я что то сделал не так? «Да» — Нет. Все хорошо. Просто меня вымотала беременность и я до сих пор не восстановился. Наглая ложь. И оба об этом знают. Но доказать не могут. Прошло пять лет с момента, когда омега узнал об измене мужа, и все ещё любит Намджуна, за что ненавидит себя. Он понимает что долго в таком холоде он не протянет. Скоро его гордость сломается, и он прибежит к мужу изменщику. Он всего лишь любил и хотел быть любимым. Несмотря на то, что ему уже больше тридцати, он как и маленькие омеги мечтает о счастливом браке. Правда мечту у него отобрали. Другой омега нагло вторгся в его мир, оставив после себя руины, что Сокджин пытается восстановить уже несколько лет. Они стояли у лестницы, что вела в их спальню и детскую. Глаза в глаза. Первым не выдержал Намджун. Он притянул мужа к себе, заключая в крепкие объятия. Сокджин взглянул в зеркало, что висело на противоположной стене пытаясь сдержаться, но гордость уже трещала по швам. Осколок за осколком падали в ту лужу крови, что накапала из разодранного сердца, которое омега ковыряет каждый день на протяжении пяти лет. Младший сдался. Он устал бороться с собой и своими чувствами. Омега обессиленно прикрыл глаза и выдохнул, цепляясь руками за края Намджуновой рубашки. Альфа поцеловаал супруга в макушку. — Пойдём спать, — тихо сказал старший. Он подхватил Сокджина на руки и понес в спальню. Омега же уткнулся носом в шею супруга, туда, где китайскими грушами пахнет больше всего. Как же ему не хватало этого запаха. Соскучился. Младший обвил шею Намджуна руками, прижимая к себе. Он вдыхает такой любимый и родной запах китайских груш и чувствует как по щекам стекают тонкие соленые дорожки, что мочат кожу и рубашку Намджуна. «Не только Намджун тебя предал, Сокджин, но и ты сам.»***
Arctic Monkeys — Why'd You Only Call Me When You're High? Однажды, когда Чимин уже собирался домой, к нему пришла Рона. — Господин Пак, звонит Чхве Джибин. — Чхве Джибин? Я с ним не встречался пять лет, с времен дела о Со Чанбине… Пак на мгновенье задумался, но все же решил взять трубку. — Господин Чхве? — Здравствуйте. Господин Пак, ко мне хотят посадить ещё одного заключенного. — А я что могу сделать? — Никто не хочет защищать его. — О ком вы говорите? — Хан Джисон. Омега сразу понял, о ком идёт речь. Историю крутили по всем новостям. Хан Джисон похитил четырехлетнего омегу, а позже потребовал выкуп. Его опознали по фотороботу, который составили свидетели похищения. — Но почему именно я? — Хан просил, чтобы вы были его адвокатом. Пак посмотрел на часы. Он уже задерживается. Гюмин может расстроиться. — Где он сейчас? — В исправительном центре, ждёт суда. — Хорошо, я съезжу туда. Договоритесь о том, чтобы меня пропустили? — Конечно. Спасибо вам, я у вас в долгу. Когда он договорил, то позвонил госпоже Ли. — Мне придётся задержаться на работе. Поужинайте с Гюмином без меня. — Хорошо, господин Пак. — Как он сегодня себя вёл? — Практически не капризничал. Мы с ним порисовали и Гюмин сделал вам подарок. — Какой? — Он просил не говорить вам. Сказал, что сам подарит, как вы приедете. — Мотивация закончить дела побыстрее, — омега усмехнулся. — Мы будем вас ждать. Через десять минут Чимин уже ехал в направлении исправительного центра. Пак считал похищение беззащитного ребёнка самым страшным преступлением. Каждый раз когда он представлял, что его брату могут навредить, а тем более похитить, его бросало в дрожь. Когда адвокат приехал, его отвели в комнату для посещения. — Я сейчас приведу Хана, — сказал охранник. Через несколько минут в комнату вошел альфа лет тридцати. У него были волосы по плечи, что были завязаны в пучок на затылке и небольшая борода, которая ему шла. При виде этого человека, Чимин решил, что он очень похож на каноничное изображение Иисуса Христа. Хотя Пак даже не верующий, в даже если бы им был, то буддистом, потому что эта религия преобладает в Корее. — Спасибо за то, что пришли, господин Пак, — мягко произнёс Джисон, -, спасибо за то, что согласись помочь. — Это моя работа. Альфа сел напротив Чимина. — Вы просили о встрече со мной? — Да, хотя помочь мне может только Господь Бог. Я сделал ужасную ошибку. Чимин скептично его рассматривал. — Вы хотите сказать, что похищение ребёнка с целью выкупа это просто ошибка? — Я не похищал Тэхо с целью выкупа. — Тогда зачем вы его похитили? Альфа подбирал слова. — Мой муж Шисок умер при родах. Я любил его сильнее, чем нас любит Иисус. » Верующий христианин? Да за что мне это…» — Он был святым, но вот здоровьем его при создании обделили. Доктор советовал ему не рожать, но он так хотел ребёнка… Видно было, что для Джисона это была больная тема. — Он родил? — спросил Пак. — Да, но оба умерли. Даже мой сын не выжил. Я не хотел без них жить. Тогда я обратился к Библии, и она помогла мне справиться. Но несколько дней назад я увидел на улице маленького мальчика, что был копией Шисока, как будто он переродился. У него были его волосы, его глаза. Он улыбнулся мне и… я знаю, что это прозвучит бредово, но мне улыбался Шисок. Я наверное сошёл с ума, потому что решил, что это тот омега которого родил Шисок. Джисон замолк. — Что было дальше? — Я знаю что это было плохо. Я унес его. Но я бы никогда в жизни не сделал этому ребёнку больно. Омега пытался уловить в его словах нотки фальши, но их не было. Перед адвокатом сидел человек, которому действительно жаль. — А записка с требованием выкупа? — Не было никакой записки. Мне не нужны деньги, я просто хочу жить с Тэхо. — И как же эта записка пришла родителям омеги? Кто то же должен был её послать. Пак все так же недоверчиво относился к Хану. — Следователь говорит, что это был я, но я ничего не посылал. Мне это даже невыгодно. Повторюсь: мне нужны не деньги, а Тэхо. Чимин пытался что то придумать. — Я попробую вам помочь, — сказал омега. — Спасибо вам. Адвокат посмотрел на часы. — У нас осталось немного времени. Расскажите о себе. — Что вы хотите узнать? — Начните с начала. Где вы родились? Кем были ваши родители? — Я родился здесь, в Сеуле. Родители были стоматологами. Мать была прекрасным человеком, но отец… Он был хорошим врачом, но ужасным родителем. Он был агрессивен и часто бил меня за любой, даже самый простейший, проступок. Адвокат в удивлении вскинул брови. — Из за этого в семнадцать лет я ушёл из дома и встретил Шисока. Он сразу привлёк меня. Омеги милей и придумать нельзя. Он принял меня без всего, заботился. Потом я сделал ему предложение, и мы поженились. А потом он забеременел… Из его глаз потекли слезы. Он отвернулся и быстро их стёр. Видя Джисона адвокат решил, что этот альфа никогда не сядет на электрический стул. Чимин вернулся на следующий день и внес залог, чтобы Хана выпустили. Нашел ему жилье и дал денег, чтобы альфа протянул до суда. — Я не знаю как вас отблагодарить, — сказал Хан, сидя в небольшом кафе, в которое его привёл Пак, — Я отдам вам все деньги, что вы на меня потратили. Найду работу, какую угодно. — С начала поешьте. Здесь прекрасные куриные крылышки, — сказал омега с лёгкой улыбкой. — О, нет, что вы. Я вигетарианец.Я не бог, чтобы убивать. — Как скажите.***
AG & MOONZz — Animal Когда Чимин вошел в офис прокурора, федеральный обвинитель Ли Сынчан разговаривал с Кристофером Баном. — Я слышал, вы ведете это дело, — Кристофер повернулся к нему, — Нет такой грязи, в которую вы бы не полезли? Пак проигнорировал Бана и обратился к Сынчану: — Зачем он здесь? Это федеральное дело. — Хан Джисон увез омегу в машине, которая принадлежит семье похищенного. Похищение автомобиля — крупная кража, — ответил прокурор, вместо Ли. Адвокат всерьёз задумался о том, что если бы не он, Бана здесь не было бы. — Я бы хотел добиться досудебного соглашения. Мой клиент… — Исключено, — перебил его Сынчан, — Этот человек предстанет перед судом. — Есть смягчающие обстоятельства… — Вы обо всем расскажите на предварительных слушаниях. — Хорошо, увидимся в суде. Чимин понимал, что полностью снять обвинения не получится, но можно попытаться сократить срок пребывания в тюрьме. Через несколько дней начались слушания, на которых присутствовал Бан. Когда Ли Сынчан представил доказательства преступления, судья обратился к Паку. — Вы что то хотите сказать, господин Пак? — Да, ваша честь. Я могу привести смягчающие обстоятельства, чтобы моего клиента обвинили в менее тяжком преступлении. — Ни в коем случае! — влез Ли. — Можем ли мы обсудить это в кабинете вашей чести? — обратился к судье омега. — Хорошо. Я назначу дату суда, когда услышу что скажет защита. — Пока что можете вернуться к работе. Я потом сообщу вам о том что мы решили, — сказал адвокат Джисону. — Спасибо, господин Пак. Чимин, Кристофер Бан, Ли Сынчан и судья ушли в кабинет судьи. — Я вообще не понимаю, на что вы надеетесь. Похищение с целью выкупа это тяжкое преступление. Ваш клиент будет наказан. — Господин Ли, поменьше смотрите новости. Хан не требовал выкупа. — Кого вы пытаетесь обмануть? Если цель похищение не выкуп, то что? — Я расскажу. Пак рассказал все по порядку, так, как ему рассказал Джисон. — Вы хотите сказать, что Хан Джисон похитил маленького омегу только потому, что он напоминал ему ребёнка и его мужа, которые давно умерли? — Всё верно. Ваша честь, за это действительно можно посадить на электрический стул? — Я с вами согласен. Чимину не показалось? С ним только что согласился Кристофер Бан? Альфа достал из портфеля какие то документы. — Позвольте рассказать вам кое о ком, — он открыл досье и начал читать, — Ши Синь. Китаец. Родился в Пекине. Родители — хирурги. В шестнадцать лет Ши Синь подсел на наркотики, сбежал из дома, был пойман на границе с Северной Кореей и возвращен родителям. Через несколько месяцев он проник в кабинет отца, украл все наркотики, которые только мог, и снова сбежал. Арестован в Шанхае за хранение и распространение наркотиков. Послан в исправительное учреждение, и освобожден в восемнадцать лет. А месяц спустя снова арестован за вооруженный грабеж. Пак понял, что дело пахнет керосином. — А причём здесь он? Мы говорим о разных людях. — Спешу вас огорчить, но не о разных. Ха Джисон и Ши Синь это один человек. — Господин Бан, — омега слегка усмехнулся, и хоть все подумали, что он просто насмехается, адвокат вспомнил о том, что достаточно долго не доверял Джисону, — Вам заняться нечем? — Эта ориентировка пришла час назад. Ши Синь — мошенник и психопатический лгун. За последние десять лет он подвергся огромному количеству арестов за разные преступления, от сутенерства до вооруженных грабежей. Никогда не имел постоянной работы и не был женат. Пять лет назад он был арестован федералами Китая, за похищение трехлетней омеги с целью выкупа. Тело ребёнка было найдено через пару месяцев, в лесу. Согласно отчету судмедэксперта, труп уже начал разлагаться, но на нем были видны следы не глубоких ран, нанесенных тонким острым предметом, предположительно вязальной спицей, но орудие убийства так и не было найдено. Девочка была изнасилована в извращенной форме, — Бан говорил с холодным безразличием, как будто он такие дела разбирает каждый день. Пак ощутил, что к горлу подкатывает тошнота. — Ши Синь был оправдан только из-за какой то маленькой формальности, упущенной следователем, но найденной его дотошным адвокатом, — с презрением сказал прокурор. — И вы хотите, чтобы этот человек ходил по улице? У вас же у самого когда нибудь будут дети… — он многозначительно поиграл бровями, — Вы не боитесь, что такой человек как он может прийти по их душу? — Могу я посмотреть досье? — Пожалуйста, — альфа протянул ему папку. Нужно быть действительно слепым, чтобы не увидеть, что это действительно Хан Джисон. В деле имелись фото из полицейского архива. Он был гораздо моложе, но все равно мало чем отличался. Этот человек солгал Чимину. Придумал биографию, и омега ему поверил. Каждому слову. Он был так убедителен, что даже не попросил Тэхёна проверить его. — Могу я посмотреть бумаги? — спросил судья. Адвокат молча протянул ему досье. Он думал над всей сложившейся ситуацией. Судья изучил документы и обратился к Паку: — Что теперь? — Я не буду его защищать, — сказал Чимин со спокойным и непринужденным лицом. — Да неужели? Вы меня поражаете, господин Пак. А как же ваш принцип, что каждый имеет право на адвоката? — с усмешкой спросил Бан. — Вы правы. Однако, у меня есть ещё один принцип, — он посмотрел на прокурора и бесстрастно продолжил, — Я не защищаю тех, кто мне лжет. Господину Хану, ну или господину Ши, придётся искать нового адвоката. — Суд позаботится об этом, — сказал судья. — Я бы хотел немедленно отменить его освобождение под залог. Ваша честь, этот человек не должен находится на свободе, — сказал Ли Сынчан. — Господин Пак, поскольку вы до сих пор являетесь его адвокатом, я бы хотел спросить у вас не имеете ли вы каких либо возражений? — Не имею. — В таком случае, я отзываю прошение об освобождении под залог господина Хана.***
grandsom — Blood//Water Вечером Чимин хотел быть дома, рядом с братом. Но его позвал в ресторан судья Пэ Сокхун. Было бы крайним неуважением отказаться. Ужин был по истине прекрасным, но Пак все равно мыслями был в другом месте. — Что то случилось, господин Пак? — Спросил судья. — Нет, все хорошо. Просто завал на работе. Омега решил, что сейчас самое время напиться. Они немного поговорили с судьей и Паку позвонили. На экране высвятился незнакомый номер. — Простите. Адвокат отошёл от столика и принял звонок. — Ты сука. Ты предал меня! — раздался в трубке мужской голос. Чимин заметно напрягся. — Кто это? — спросил он, хотя и так узнал голос звонящего. — Ты сказал копам где я! — Я ничего не… — Ты обещал помочь мне! — Я помогу. Где вы… — Ты — лживая шлюха. И ты пожалеешь о том, что сделал. — Подождите, я… Но звонок уже был сброшен. У омеги затряслись руки. Хан Джисон, он же Ши Синь, смог сбежать, и теперь винит во всем Пака. Так ещё и узнал его личный номер. Омега пытался рассуждать трезво. Видимо за ним приехала полиция и он сбежал, а может его даже получилось арестовать, но он все равно смог скрыться. Ши Синь убивал раньше, значит и способен убить снова. Адвокат ушёл в туалет и пробыл там достаточно долго, пока не успокоился. Судья Пэ взглянул на его бледное лицо. — Что случилось? Вам плохо? Он помог Паку сесть. Когда омега рассказал о случившемся, судья был в шоке. — Может вас проводить до дома? — Нет, просто проследите чтобы я благополучно добрался до машины. Они вместе спустились. — Может я все-таки провожу вас? — Нет. Полиция найдёт его до утра, у него слишком характерная внешность. Чимин сел в машину. Он ехал быстро, но старался ехать не по прямой дороге. То и дело он смотрел в зеркало заднего вида, чтобы убедится, что за ним не следят. Через какое то время он выехал на дорогу, что вела к его коттеджному поселку. Он ехал на максимально скорости, которую только мог выдать его порш. Сердце бешено колотилось. Кое как он проехал шлагбаум. Обычно сильно подсвеченная улица, была погружена во мрак. Чимин выскочил из машины еле остановив ее. Даже дверцу не закрыл подлетая к калитке. Сердце пропустило удар, когда он увидел что она приоткрыта. Он тут же сорвался и побежал в дом. Светлое строение, что всегда излучает тепло, сейчас выглядело холодным и безжизненным. Омега резко включил свет в коридоре. — Гюмин! Госпожа Ли! — позвал Пак. Ответом ему послужила тишина. Он быстро заглядывал в каждую комнату, включая в ней свет. Помещения заканчивались, а своего брата и няню он так и не мог найти. Он судорожно зарылся рукой в волосы. По щекам его давно водопадом шли слезы. Он задыхался от беспомощности. Дойдя до гаража, адвокат включил свет и там. Его крик был оглушающим. На полу, посреди гаража лежала связанная госпожа Ли и не подавала признаков жизни. — Госпожа Ли! — омега кинулся к няне. Он тут же проверил пульс. Жива. Он нашёл аптечку, в которой был нашатырный спирт и поднес к носу старшей омеги. Госпожа Ли сморщила лицо, что было в синяках и крови. — Не бейте, пожалуйста. Я прошу вас… — Госпожа Ли!.. Няня приоткрыта глаза и увидев лицо Чимина выдохнула, а из глаз потекли слезы. — Он… он забрал Гюмина… Адвокат развязывал верёвки и в миг застыл. — Ч…Что? — он перевёл ошарашенный взгляд на Соджин. — Я пыталась его остановить… Я правда пыталась… Гараж услышал звук телефона. Все тот же***
Hollywood Undead — Riot — Блять, Юнги. Время двенадцать ночи, я спать собирался. — Поспишь днем, Чонгук. Альфа тащил друзей к парковке. — Сейчас перешлю адрес, там нужно быть через десять минут. Мин был темнее тучи. Его друзья за ним еле успевали. — Юнги, подожди! — Хосок схватил его за плечо и развернул, — Что случилось? — Брата канарейки похитили. — Ты шутишь? — Чонгук посмотрел на друга. — Я по твоему похож на ебаного клоуна?! Юнги не был зол. Он был в ярости. — Мы сейчас поедем искать какого то ребёнка по среди ночи? — Не какого то, а ребёнка омеги, который мне симпатичен… как адвокат! Все сделали вид, что не заметили этой осечки. — Хорошо, — Чонгук обогнал Мина и поспешил к своей машине. — Феликс, едешь со мной. — Понял. У Феликса за спиной был рюкзак с ноутбуком и прочем. Они в рекордные сроки доехали до дома омеги, хоть и ехали туда первый раз. — Господин Пак? Мин быстро залетел в дом. Пак сидел на диване в гостиной с заплаканным лицом. Услышав что его зовут, он заторможено повернул голову. Увидев Юна, он даже не обратил внимания на ещё трех альф. Он подорвался к Мину. — Господин Мин! Он вскочил, и было побежал к Юнги, но ноги совсем не шли и он начал падать. Альфа подорвался к Паку и поймал его у самого пола. — Помогите… Омега вцепился ослабевшими руками в воротник его рубашки. — Расскажите, что случилось. — Мой брат… — Это я знаю. Вы знаете, кто мог его похитить? Юн нервно поправлял волосы омеги и вытирал слезы, что за этот вечер впитались в щеки. — Хан Джисон. То есть Ши Синь. Настоящее имя Ши Синь. Он китаец, но живёт в Корее, — он говорил на одном дыхании, — У него куча приводов в полицию и он уже убивал детей… Гребанный вегетарианец! Он говорил мне, что никого никогда не убьет! Омега перешёл на истеричный крик. — Господин Пак… Господин Пак! Чимин! — альфа повысил голос, но только для того, чтобы привести адвоката в чувства. Когда омега поднял на него отчаянный взгляд он продолжил. — Опишите этого Ши Синя. — Он… он… Он похож на Иисуса! — Что? — У него темно-русые волосы по плечи и небольшая борода. У меня есть фото. Он забирал его дело домой. Он встал с пола, опираясь на руку Мина и опять споткнулся, убегая в свой кабинет. — Вот. Его недавно по новостям показывали, потому что он похитил ребёнка. — Феликс, его нужно пробить. И посмотри камеры, — альфа обратился к другу. — Если от меня что то нужно… — сказал Чимин. — Да, мне нужны розетки, удлинитель и место, где лучше всего ловит интернет, ну или если у вас есть Wi-Fi, то он. — Тогда идём в мой кабинет. Они быстро направились в кабинет Пака. — Господин Пак, может вы знаете, где он работал? Где жил? — спросил Феликс, включая ноутбук и подключая к нему прочую аппаратуру. Омега назвал адрес обоих мест. — Он звонил мне. Глаза четверых альф устремились на омегу. — Ши Синь? — Да. Два раза. — Господин Пак, дайте ваш телефон. Чимин протянул гаджет Ли, после чего альфа подключил к ноутбуку. — Этот долбоеб звонил с одной симки два раза, причём разговор шёл достаточное время, чтобы отследить сигнал. Альфа смотрел на экран ноутбука с лёгкой улыбкой. — Телефон сейчас находится на выезде из города. Там неблагополучный район. Мы там наркоту толка… кхм… — Ли вспомнил что находится в доме адвоката, — Там есть несколько дешёвых отелей. По сигналу могу сказать, что он выкинул телефон достаточно далеко от всех моттелей, так что точно сказать не могу… — Вышли нам адреса всех. — Юнги, подожди минутку. Есть вариант, что я смогу взломать камеры. Альфа ещё немного попытался. — Нет, не получается. Там какие то ебанутые коды, я таких никогда не видел. Короче езжайте в ту сторону, по дороге скину. Я пока что попробую разобраться с кодами, может пока будите ехать, я что то найду. Альфы направились на выход. — Чимин, когда мы его найдем, что с ним сделать? — обратился к нему Мин. — Делайте то, что считаете нужным. Только спасите моего брата. Это все, что осталось у меня от папы. Пожалуйста, — тут же ответил адвокат. Все понимали, что именно мафия посчитает нужным. На этих словах слезы потекли пуще прежнего.***
Hollywood Undead — Guzzle, Guzzle Ши Синь остановился в моттеле самом близком к окраине города. Номер был не большим. Кровать, небольшой столик и санузел. Гюмин лежал на полу и спал. Старший заранее приготовил гвозди и молоток. Когда действие снотворного закончилось, мальчик начал ворочаться. Когда Гюмин проснулся, то не обнаружил рядом с собой няню и брата, а только какого то неизвестного взрослого альфу. — Здравствуйте, — сонно сказал альфочка. — Долго же ты спал. — А вы кто? И где я? Гюмин посмотрел по сторонам. — Это не важно. Скажу лишь то, что здесь ты из-за своего брата. — Чимин? — Он самый, — с отвращением сказал Ши Синь. Этот тон насторожил Гюмина. Он был очень умным для своих лет. Он осмотрел себя, и обнаружил на теле верёвки. — Вы похитили меня? — со спокойным голосом спросил мальчик. — Какой ты умный, — Ши Синь усмехнулся. — Мой брат будет скоро с деньгами. — Если бы мне нужны были деньги… Альфа посмотрел на часы. Половина первого ночи. Через полтора часа у него автобус в Пусан, а дальше на рыболовном судне в Японию. — Из за твоего брата я теперь в опасности, и ты за него расплатишься. — Что вы имеете в виду? — Ты что нибудь знаешь об Иисусе Христе? — Нет. Он кореец? — Нет. Он Бог, наш создатель. — Я не верю в бога, так же как ой брат. — Вот по этому его постигнет страшная кара. Он взял со стола гвозди и молоток и сел на корточки перед мальчиком. — Хочешь узнать как он умер? — Он же Бог, как он мог умереть? Старший усмехнулся. — А ты действительно умный не по годам. Он не всегда был Богом, он им стал после смерти. Грешные люди не верили ему и не слушали, считали его сумасшедшим. По этому они прибили его гвоздями к большому деревянному кресту, перед этим заставив его нести этот крест до места казни. Он несколько дней висел под палящим солнцем, пока не умер. — Зачем вы мне это рассказываете? — Ты так на него похож… ты само воплощение божества. Альфа говорил с одержимостью в голосе. Ши Синь взял маленькую ручку и придавил её к полу. — Что вы делаете? — со страхом в голосе спросил Гюмин. — Сегодня случится третье пришествие Христа… — сказал старший и заклеил его рот. Он разместил гвоздь посередине ладошки и стукнул молотком. Если бы не скотч на рту Гюмина, он бы закричал. — Видишь? Это не так страшно, — с улыбкой сказал Ши Синь. Мальчик начал истерично плакать и брыкаться. — Не дергайся, — альфа силой вырвал руку младшего, что тот прижал к телу и развернув ладонь, приставил к ней ещё один гвоздь. — Ты должен гордиться тем, что тебе выпала возможность вознестись как сам Иисус. По маленьким ладошкам струилась кровь. Старший наслаждался зрелищем. После второго гвоздя Мальчик потерял сознание от болевого шока. — Я думал ты сильнее, — с пренебрежением сказал старший и продолжил выгонять гвозди в ребёнка.***
Jay-Z & Kanye West — Niggas In Paris(Onderkoffer Remix) Прошло пол часа с того момента, как Чимин позвонил Юнги. Трое альф уже приближались к первым моттелям, которые попали в список тех, где может скрываться Ши Синь с братом Пака. На двух моттелях Феликсу таки удалось взломать камеры и на них он не увидел нужную ему личность. — Вы главное не переживайте. С момента последнего звонка прошло около получаса. Он вряд-ли что то сделает с вашим братом так быстро. Ли пытался успокоить рядом сидящего омегу, который ни на секунду не прекращал плакать. — Господин Пак… В дверях показалась госпожа Ли. Она принесла им чай и успокоительное для Чимина. — Госпожа Ли, зачем? — Вам нужно успокоится. Няня поставила поднос на столик рядом с диванчиком. — Господин?.. — она обратилась к Феликсу, протягивая ему кружку. — Ли, — альфа мягко улыбнулся и взял чай, — Спасибо вам, как раз в горле пересохло. Он отпил напиток и не глядя поставил кружку на край стола, продолжая пытаться взломать камеры на остальных моттелях. Юн ехал впереди, а чуть сзади, по бокам, ехали Чоны. Альфа переживал, как будто это его брата похитили. Первым свернул Чонгук, потом Хосок. Он ехал в самую дальнюю часть района. За те пятнадцать минут, что они ехали, их хакер уже успел скинуть пару адресов, которые нужно вычеркнуть из списка. Проверять уже меньше. Каждый из них трех быстро забегая в каждый отель, и с помощью угроз спрашивал на ресепшене не появлялся ли здесь альфа, фото которого они показывали. Прошло ещё двадцать минут. Они объездили приличное количество мест. Но тут каждому из них пришло смс от Феликса с адресом и подписью «Он здесь». Три машины и разных частей района пулей полетели к одному. Опять же с помощью угроз они выпытали в каком номере поселился Ши Синь. Все трое неслись по коридорам как сумасшедшие. У каждого из них кровь начала закипать ещё дома у Чимина, когда увидели омегу, полного отчаяния. Ребёнок ни в чем не виноват, так почему Ши Синь решил отыгрываться на нем? Юнги дернул ручку, но дверь не поддалась. — Отойди. Чонгук отпихнул друга и ногой ударил по замку. Дверь тут же приоткрылась. Хосок достал из-за пояса пистолет. Альфа толкнул дверь с такой силой, что она ударилась о стену. Зайдя в номер они заметили три вещи: Ши Синя, Гюмина и запах бензина. Альфа хотел поджечь моттель. Хосок ни на секунду не застыл и выстрелил Ши Синю в руку, что держала зажигалку. Юнги не стал тратить время на альфу, что кричал от боли. Он присел на колени перед Гюмином. — Этот ублюдок прибил его гвоздями к полу, — Мин быстро осматривал мальчика. Он проверил пульс, и найдя, хоть и очень слабый, выдохнул. Чонгук подошёл к валяющемуся на полу Ши Синю, что корчился от боли. — Он, сука, ребёнок! Чонгук младший бил его ногой в берцах по голове. — Ребёнок! Ребёнок! Ребёнок! — Чонгук орал как ненормальный. Когда на его обуви было такое количество крови, при котором след будет чётким, он схватил альфу за волосы. — Ты за такое в аду гореть будешь, Иисус хуев! — он процедил на ухо. — Он вбил гвозди не до конца, можно вытащить, нужно только что то по типу плоскогубцев, — Хосок вместе с Юнги осматривал Гюмина. — Что предлагаешь? — У меня в машине должны лежать. Я быстро, — он повернулся в сторону брата, — Блять… Чонгук! — он оттащил брата от альфы, которого Чон младший избивал, — Чонгук, успокойся! — Хосок, он детей мучил! — младший пытался вырваться. — Подожди хотя бы пока мы не поможем Гюмину! — Хорошо! Отпусти, — Чонгук перестал дергаться, и его брат ослабил хватку. — Позвоните пока кто нибудь Юнчёлю, — сказал Хосок, прежде чем выйти из номера. Юнги достал телефон и набрал их главному врачу. — Господин Мин? Вы поздно. Что то случилось? — спросил врач сонным голосом. — Да, я сейчас пришлю вам адрес и надо будет быть там как можно быстрее. — Какова рана? — Их много. Ребёнка прибили гвоздями к полу. — Кто это сделал? — Не имеет значения. — За какие части тела был прибит ребёнок? — Кисти и стопы. — Будет осторожны, там находятся сухожилия. Если их повредить, то оно может потерять мышечную силу. Руки станут бесполезными. Вы сами сможете вытащить гвозди? — Да. — Хорошо. Тогда пришлите адрес, и я поеду. Мин отключил звонок и выслал Юнчёлю адрес дома Пака. Хосок появился в дверном проеме с плоскогубцами в руках. — Отойдите. Чон старший присел перед ребенком и аккуратно зацепил один гвоздь приспособлением. Медленно вытаскивая окровавленное железо из руки, все желали лишь того, чтобы с Гюмином все было хорошо. — Юнги, нужна какая то ткань, чтобы перевязать раны, — сказал Хосок, практически вытащил гвоздь. Юн тут же подорвался из номера. Он бежал к ресепшену там всегда есть аптечка с бинтами. — Аптечку. Быстро. Администратор трясущимися руками отдала альфе коробку. Он быстро осмотрел содержимое, и найдя все что ему нужно побежал обратно. — Вот бинты. Но нужно с начала хоть чуть чуть обработать раны, — Мин кинул аптечку рядом с Хосоком и достал вату, выливая на неё спирт. — Чонгук, открой бинт, — Хосок обратился к брату, держа плоскогубцы на гвозде. Младший все это время следил за Ши Синем и уже начал привязывать его к ножке кровати, как услышал просьбу брата. — Секунду. Он быстро сделал узел и подошёл к мальчику. Открыв упаковку с бинтом, он немного его размотал. — Вытаскивай, — сказал Юн, приготовившись быстро протирать рану. Хосок дернул гвоздь, и вместе с этим, из ладони полилась кровь. Хосок быстро отодвинулся, уступая место брату и другу, а сам начал вытаскивать гвоздь из другой руки. Мин быстро вытер кровь и приложил свежую ватку с перекисью на рану, чтобы остановить кровь. — Я — держу вату и руку, ты — бинтуешь, — сказал он Чонгуку. Ему много раз говорить не нужно. Он быстро замотал ладонь Гюмина вместе с ватой. Обработал эту ладонь, они быстро придвинулись к другой, пока Хосок доставал ещё одни гвоздь, Юнги опять одну ватку намочил спиртом, а другую перекисью. И так каждую рану. Когда каждая часть тела была освобождена и обработана, Мин покидал все, чем они обрабатывали мальчика обратно в аптечку. Он уже взял коробочку и Гюмина на руки и собрался выходить, как с ним заговорил Хосок: — С ним что делать? — он указал головой на Ши Синя. Альфа безразлично оглядел избитого, но все ещё находящегося в сознании альфу. — Пока что он ваш. Но когда я приеду, он должен быть в сознании и состоянии чувствовать боль. И вышел из номера. Bille Eilish — Bored Проходя мимо стойки регистрации он кинул аптечку. — Спасибо за бинты. Советую помыть тот номер, в нем куча крови и бензин. Юнги вышел из моттеля и подошёл к своей машине. Он положил альфочку на переднее пассажирское сиденье, пристегнул, и только потом сел за руль. Когда он был у дома Чимина, врач уже приехал. Юн зашёл в ту же гостиную с Гюмином на руках, и все на том же диване уже сидел омега и врач, что его осматривал. Увидев альфу несущего его брата, Пак вскочил и подбежал к Мину. — Гюмин! Феликс, что сидел в кресле напротив увидел бинты на руках мальчика, и перехватил адвоката прежде, чем он коснется ребёнка. — Господин Пак, он ранен. Его нельзя сейчас трогать, — сказал Ли, прижимая к себе вырывающегося омегу. — Это мой брат! — кричал Чимин в истерике. — Юнчёль, осмотри его, — скомандовал Юн, кладя мальчика на диван. Отдав альфочку доктору, он повернулся к Паку. Омега смотрел на него заплаканными глазами, в которых застыл страх за брата. — Чимин… — сказал альфа на выдохе и подошёл к адвокату. Феликс передал рыдающего взахлеб омегу Мину. Альфа прижал его к себе, чувствуя как тело в его руках трясет. Чимин всегда выглядел неприступным, холодным, высокомерным. Но только сейчас Юну представилась возможность видеть его любящего, переживающего, плачущего. Настоящего. И почему у него у самого сердце болит за адвоката? Почему самому плохо становится, когда плохо адвокату? Вопрос, на который Мин не может найти ответ. Или не хочет. — Могу поздравить вас, господин Пак. Никакие важные мышцы и сухожилия не задеты. Ваш брат будет жить без трудностей. Пак судорожно выдохнул. Ноги перестали держать, и он начал медленно сползать по телу Юнги. — Чимин! — альфа быстро подхватил адвоката и усадил на кресло. Он сидел перед Паком на корточках. — Господин Мин, вы очень хорошо обработали раны. Вы были одни? — Со мной были Чоны. — Передайте им мои благодарности. В таких условиях правильно обработать раны трудно. — Я передам. Врач ещё раз обработал и перевязал руки и ноги мальчика, более профессионально. Затем вколол ему обезболивающее. — Ему нужно поспать, отнесите его в кровать. Это все что ему пока что нужно. Я приеду утром, чтобы проверить его состояние. Врач попрощался и направился на выход. Чимин начал вставать, чтобы показать, где комната Гюмина. Юнги взял мальчика на руки и прежде чем пойти обратился к Феликсу: — Жди меня в машине, я скоро буду. — Хорошо. До свидания, господин Пак. Омега был не в том состоянии, чтобы что то говорить. Он просто кивнул. Дойдя до комнаты брата адвокат открыл дверь и пропустил Мина в перед. Укрыв Гюмина одеялом они вышли из детской. — Господин Мин, я… — омега тяжело выдохнул, — Спасибо вам. Если бы не вы, я… — Всё хорошо, Чимин. Они стояли очень близко. Омега понимал, что теперь в долгу у Юна. — Если я могу что то для вас сделать… — Давайте поступим так. Сейчас вы побудите с вашим братом. Ему нужно ваше присутствие. Мне нужно уехать, у меня остались незаконченные дела. Через пару часов я вернусь и мы с вами поговорим, хорошо? — мягко сказал Юнги. — Да, хорошо… — Успокойтесь, все же хорошо закончилось. Альфа слегка улыбнулся. Он приобнял Пака за плечи и отстранился. — До свидания, Чимин. Альфа вышел из дома и сел в машину. — Мы сейчас куда? — спросил Феликс, смотря на друга. — Заедем в одно место. Он завёл машину и выехал за территорию коттеджного посёлка.
Примечания:
Для тех, кто забыл, напоминаю. У Чимина принцип: не говорить " спасибо" и " пожалуйста" просто так
И прошу обратить на это внимание, потому что дальше по тексту эта информация будет нужна
И ещё, опять же если кто то забыл. Такая бурная реакция у Чонгука была из за того, что у него самого был неприятный инцидент в детстве, который оказал сильное влияние на его психику
