***
helena — black out days — phantogram
— За успешное ведение дел! — поднимает Юнги стакан с виски, произнося тост.
Он сидел в кресле одного из клубов, принадлежащих мафии. Альфа был окружен своими друзьями и двумя адвокатами. Мин подумал, что будет прекрасно, если он соберет своих приближенных в одном месте.
Все вели себя свободно и расслабленно. Все, кроме Чимина.
После той встречи с Намджуном прошло около недели. Он только приехал в Корею, как Юн решил устроить небольшой праздник посвящённый тому, что с момента прихода в организацию, Чимин ни разу не проиграл дело.
Омега смотрел в пустоту и медленно потягивал коктейль через трубочку. Он все думал о словах Кима о том, что хочет посадить Мина. Пак не может не предупредить об этом альфу. Одна мысль о том, что его могут посадить в тюрьму пускает дрожь по телу.
— Господин Пак, у вас все хорошо? — обратился к нему Хосок, видя, как омега завис.
— Да, все хорошо, — он улыбнулся, — Просто работы в последнее время много.
— У нас тоже. В конце месяца поставка по северному пути. Опять нас с Чонгуком поставили, — устало говорит альфа, наливая себе коньяка из стеклянной бутылки.
— К слову об этом… — Пак чувствует, как все взгляды направлены на него, — Вам нужно либо отменить поставку, либо изменить место продажи.
Он поднимает взгляд и смотрит на Юнги. Альфа не понимает, с чего такое заявление и не успевает спросить, как адвокат продолжает.
— До меня дошла информация, что правительство устраивает засаду. Будет оцеплен весь порт, в котором вы будете оставлять товар.
— С чего бы нам верить? — вклинивается в разговор Хёнджин.
Он помнит, как видел омегу с Ким Намджуном в ресторане. Хван не верит в правдивость слов Пака.
— Не только у вас есть свои источники, господин Хван, — с нескрываемым безразличием говорит Чимин.
Пак знаком с адвокатом меньше года, но даже он пришел к выводу, что Хёнджин редкостная мразь.
— А вдруг ваш источник ошибся?
— Мой источники, тем более этот, не ошибаются.
— Господин Пак, отойдем на пару минут, — просит его Мин, беря со стеклянного столика пачку сигарет и зажигалку.
Омега поднимается с диванчика, и держа в руках небольшую сумочку, выходит за Юнги.
— Простите, Хёнджин не дал бы вам нормально говорить, — говорит альфа, закуривая, — Так это правда?
Мин не видит причин не верить Чимину. А даже если бы и видел, все равно бы верил. Он сам не знает почему, но доверяет омеге. Хотя он догадывается о причине, но все равно отрицает.
Какая к черту любовь? Единственные, кого он любит, это он сам и сигареты.
Любить Пака? Не смешите. Альфа просто считает его умным. И красивым. Чертовски красивым. А то, что он расстроился, узнав об отъезде адвоката, это просто… просто осознание того, что пока что Чимин не будет защищать его подчиненных. Ведь так? Это же не какая-нибудь привязанность, не мысли о том, что будет скучать?
Стоп, что?
Скучать?
Скучают же только если любят. А Мин не любит.
Не любит же? Да, не любит. Просто сходит с ума.
— Да, правда. Скажем так, у меня есть свой человек в правительстве. И по его словам, целью министра Кима являетесь вы.
Омега смотрит на то, как старший вдыхает сигаретный дым, и ловит себя на мысли, что может вечно смотреть на задумчивое лицо Мина, когда тот курит.
В тот момент, когда Чимин увидел Намджуна, он понял, что к этому альфе не испытывает и половины того, чего испытывает к Юну. Пак уже смирился с тем, что Мин занял большую часть его мыслей и даже понял причину.
Юнги не любит омег, тем более таких, как Чимин. Он омегами просто пользуется.
И Пак даже не догадывается о том, что будь на его месте другой, Мин бы не потащил его на улицу, чтобы Хван его не перебивал.
— Если вы мне не верите, то можете проверить. Думаю Феликс способен взломать даже сервера правительства.
— Я верю.
Я вам верю, — говорит альфа, смотря на Пака сквозь сигаретный дым, — И что вы предлагаете?
— Незаметно для правительства изменить место продажи и вести товар на другом судне, не на том, на котором обычно. Они будут отслеживать тот танкер, пока вы незаметно для них, на другом танкере, будите двигаться в другом направлении.
— В Северной Корее не так много портов. Что если оцепят все?
— У вас есть Феликс. Сделайте утечку информации. Пусть правительство точно знает, в каком порту вы будете.
— Каждый раз я думаю, что более сообразительным вы быть не можете, и каждый раз вы доказываете мне, что я не прав, — улыбается альфа.
— Приятно это слышать.
Юнги смотрит на омегу и замечает, что у того одна прядка выбилась из волос и падает на лоб. Мин было хотел заправить и уже дернулся, но остановился. Он боялся этим напугать Чимина. А это последнее, что ему хочется.
И все же он протянул руку к чужому лицу и, под растерянный взгляд младшего, поправил тому волосы.
Коснувшись адвоката, альфе захотелось прижать его к себе и зарыться носом в эти шелковистые пряди, дышать ими, узнать, каким шампунем он пользуется.
Мин убрал руку и сделал шаг назад, отводя взгляд от этих глаз, где он видит свое отражение.
— Я наверное поеду. Мне завтра на работу, — говорит омега, а сам мечтает всю жизнь ощущать в своих волосах руки Мина.
— Да, конечно. Спасибо вам за информацию.
Старший провожает его взглядом и ощущает, как внутри становится пусто, когда омега уходит. Хочется окликнуть, попросить никогда не уходить. Но все что Юн делает, это докуривает сигарету, в надежде, что дым сможет заполнить пустоту в груди, и с тоской смотрит на удаляющуюся фигуру.
И все-таки он влюблён. Пора признаться в этом хотя бы себе.
***
Eminem — Collapse
Омега просыпается в четыре утра от звонка телефона. Он смотрит на экран, и привыкнув к яркости, принимает вызов.
— Я вас разбудил?
— Да. Что-то срочное, господин Мин?
— Срочнее быть не может, иначе я бы дождался утра.
— Что случилось?
Пак встаёт с кровати и направляется в ванную, зная, что сейчас ему придется ехать к Мину.
— Хосока взяли под стражу.
— Что?
Чимин чуть не выронил телефон от этих слов.
— Будьте у меня как можно быстрее.
Альфа сбрасывает звонок, а адвокату потребовалась минута на то, чтобы обработать услышанное. Он тут же срывается с места.
Хосок, хоть и правая рука главы мафии, но человек хороший. Чимин с ним общается лучше, чем с остальными. Они даже пару раз кофе пили вместе. Пак не может назвать его другом, но хорошим знакомым вполне.
Он в рекордные сроки собирается и доезжает до Юнги. Под стражу взяли не правую руку мафии, а, в первую очередь, его знакомого. Он не может стоять в стороне.
Он заходит в кабинет Мина. За столом сидит Юнги, подперев подбородок руками. По комнате ходит Чонгук, и один его вид говорит о том, что ему на глаза сейчас лучше не попадаться.
— Господин Мин, — зовёт альфу Пак, садясь за стол рядом с ним.
Старший обращает на не внимание.
— А вы действительно быстро.
— Расскажите что случилось.
— Чонгук, — старший позвал друга, чтобы тот рассказал все что случилось.
— Да сколько, блять, можно… — Чонгук зачесывает свои волосы назад и подходит к омеге, — Феликс заранее дал правительству наводку, что мы будем в порту Чхонджина. А мы уже были в Вонсане и выгружали товар. Весь путь Феликс отслеживал правительство, и они были в Чхонджине. Но когда мы стали забирать деньги, со всех сторон нас окружили. Я был на выезде из порта, ждал Хосока. А когда выяснилось, что там засада, его уже повязали. Я быстро сел в машину и поехал до нашей ближайшей точки, где можно сесть на вертолёт. В итоге и я, и Хосок в Корее. Но я здесь, а он в следственном изоляторе. Я ума не приложу как это случилось.
Чимин слушал и думал, где они могли проколоться и как теперь вытащить Хосока из тюрьмы.
— Сколько товара вы должны были оставить в Вонсане? — задумчиво спрашивает омега.
— Тонну, — ответил Чон младший, поджигая сигарету.
— Плохо.
— Да что ты. А мы думали это так, цветочки, — язвит Чонгук.
— Чонгук, — подаёт голос Феликс, — помолчи. Мы в курсе, что Хосок твой брат.
Ли как обычно сидит за ноутбуком и с кружкой кофе. Он пытается найти момент, который они упустили.
— Феликс все несколько раз проверял. Все шло по плану, — произносит Юн, смотря в одну точку на поверхности стола.
— Есть только один вариант того, как все могло пойти по одному месту, — заговорчески говорит омега, переводя взгляд на Мина и встречаясь с его глазами, — кто-то слил правительству информацию о том, что вы хотите их обойти. А самое главное,
как обойти.
Омега откидывается на спинку стула и, закинув одну ногу на другую, со скучающим видом осматривает комнату.
— Я найду этого ублюдка и живьем закатаю его в фундамент, — говорит Чонгук, а остальные слышат, как скрипят его зубы.
— Я ничем помочь не могу. Мне подвластна только электроника. А люди не электрические, — поднимает на него взгляд Феликс и замечает, как в глазах младшего медленно потухает надежда.
— Блять… — обреченно произносит альфа и садится на стул.
— У меня в офисе… — начинает омега, привлекая взгляды присутствующих, — работает превосходный детектив. Он работает по этой специальности уже лет десять. Лучше него я никого не встречал. Ты можешь попробовать договориться с ним. Он способен найти не только того, кто слил информацию, но и залезть к этому человеку в голову и узнать причину.
— Имя.
— Ким Тэхён.
Чонгук уже встал и быстрым шагом направился на выход.
— Чонгук подожди, — окликает его адвокат.
Он берет ручку и листок, что лежат перед Мином. Пак быстро что-то пишет и сворачивает бумагу в несколько раз.
— Возьми. Без этого он тебя даже слушать не станет.
— Что это? — Спрашивает Чон младший, забирая лист.
— Гарантия того, что он тебе поможет. Но только попробуй развернуть и прочитать, — предупреждает омега, замечая то, как Чонгук начинает разворачивать бумагу.
— Как скажешь.
— Чонгук, — опять зовёт его Пак.
— Что ещё? — раздраженно спрашивает альфа, уже нажимая на дверную ручку.
— На часах пять утра. Он ещё даже не проснулся, — смотрит на закипающего парня и добавляет, — Офис открывается в девять утра. Пойди пока поспи.
Чонгук ничего не говорит и молча скрывается за дверью.
— Что собираетесь делать? — спрашивает Мин, возвращая ручку на место.
— Для начала нужно встретиться с Хосоком и объявить себя его адвокатом. А дальше посмотрим.
— Господин Пак, он не только наш коллега…
— Но и ваш друг. Я знаю, — заканчивает за Феликса Чимин, — Я сделаю все, что в моих силах и даже больше. Я вытащу Хосока оттуда.
***
Indila — Tourner dans le vida
— Мне нужен Ким Тэхён.
Чонгук стоит у стойки секретаря в офисе Чимина. Он приехал за пятнадцать минут до открытия и все это время сидел в машине, смотря на вход в здание.
— Вы записаны? — спрашивает Рона, смотря что-то в компьютере.
— Я от господина Пака.
— И что же ему от меня надо, — раздается откуда-то сзади бархатистый голос.
Альфа разворачивается, чтобы увидеть этого загадочного Ким Тэхёна. Чон смотрит на него и забывает о том, для чего он здесь. Ладно это, он забывает как дышать. Разве люди могут быть такими красивыми? Перед ним стоит стройный омега; волосы цвета шоколада; губы как лепестки алых роз. На нем бежевые брюки палаццо и свободная рубашка цвета полыни. В одной руке стаканчик кофе, в другой — серая сумка с документами.
Тэхён выглядит так, как будто сошёл с обложки модного журнала. Или как принц. Да, скорее как принц из детских сказок. Ведь только в сказках бывают такие красивые омеги с ангельской внешностью.
Омега всем своим видом показывает, что работать на клиентов Пака не собирается.
— Могли бы мы поговорить с вами наедине? — говорит альфа, когда наконец-то приходит в себя.
— Если хотите поговорить, то поговорите с Чимином, — бросает Тэхён и проходит мимо Чонгука.
Тот двигается за омегой, настраивая себя на то, что должен уговорить Кима помочь ему.
— Я не приглашал вас в свой кабинет, — не оборачиваясь, произносит детектив, проходя к себе.
— Поэтому мне пригодится заходить самому, — отвечает альфа, закрывая за собой дверь и поправляя галстук.
За время, которое ему пришлось ждать открытия офиса, Чонгук успел переодеться из привычных ему брюк карго в классический костюм. И видя этого омегу, он не жалеет. Он вдыхает лёгкий аромат, принадлежащий Киму. Пломбир. Для себя он делает пометку, что этот запах неплохо смотрелся бы с его черникой.
— Вы слишком наглый, — говорит омега, скрещивая руки на груди и смотря на Чона.
— Без этого в наших реалиях проблематично, — с ухмылкой произносит он и чувствует, как пульс начинает ускоряться под этим взглядом.
— Зачем вы пришли? — всё так же холодно спрашивает Тэхён.
— Мне необходим лучший детектив города. А по словам господина Пака это вы.
— Я не господин Пак.
— И что это означает?
— Это означает, что в отличии от господина Пака, я не работаю на мафию. Вы же оттуда?
Альфа усмехается.
— А он говорил, что вы умны.
— Не будь я умным, вы бы ко мне не пришли, — не спрашивает, утверждает омега.
— Он тоже долго говорил, что не будет на нас работать. А как итог: сейчас он является адвокатом моего брата. К слову о моем брате. Его подставили, и я хочу знать кто этот смертник.
— Увы, ничем не могу помочь.
— Причина?
— Не хочу. Такая причина вас устроит?
— Нет.
— А какая устроит?
— Никакая. Я хочу, чтобы вы помогли мне.
— Чтобы вы не сказали мне, вам не удастся уговорить меня.
— Господин Пак предупреждал меня об этом, — он усмехается, — И поэтому просил передать вам это, — альфа лезет во внутренний карман своего пиджака и достаёт оттуда лист бумаги, сложенный в несколько раз.
Омега недоверчиво протягивает руку и забирает бумажку. Он с опаской разворачивает лист и вглядывается в такой знакомый почерк. Тэхён вчитывается в написанное. Детектив сворачивает обратно записку, и раздумывает минуту.
— Я согласен.
— Рад это слышать, — улыбается Чонгук, — Пойдёмте со мной, я отвезу вас к брату, чтобы вы он него услышали о произошедшем.
Альфа ждёт, пока Тэхён возьмёт вещи, и выходит за ним.
Ким заходит в лифт и думает о том, почему Чимин посоветовал именно его. Но видимо ситуация критичная. Он спускается вниз, сжимая в руке лист, на котором ровным каллиграфическим почерком выведено всего одно слово.
«Пожалуйста»
Robin Schulz feat. Alida — In Your Eyes
Они подходят к чёрному мерседесу Чона. Альфа открывает дверь для Кима и ждёт, когда тот сядет. Тэхён придерживает дверь и невесомо касается пальцами руки Чонгука. Случайно.
Случайно.
Альфа недолго стоит на месте, осознавая, что он только что почувствовал прикосновение Тэхёна. Он обходит машину и заводит мотор.
Смотря на Чона боковым зрением, омега не может не отметить, что он, как минимум, симпатичный. Как максимум, чертовски красивый. Глупо это отрицать.
— Вы достаточно быстро согласились.
— Если бы не эта записка, — он поднимает бумажку так, чтобы альфе было видно, — я бы не согласился.
— Что же такого там написано… — говорит Чон, кидая взгляд на лист.
Или на Тэхёна.
— Вы не читали? — Переводит
заинтересованный скучающий взгляд на водителя омега.
Он даже не будет отрицать, что рассматривает лицо Чона.
— Он просил не читать.
— Значит, вы не должны знать содержимое.
— И почему все всегда отказываются работать на мафию, — после недолгого молчания говорит Чонгук.
— Потому что вы занимаетесь незаконной деятельностью. Никто не хочет иметь на себе такое пятно.
— Но вы и ваш друг же согласились, — смотрит на собеседника Чон, останавливаясь на светофоре.
— Я согласился по старой дружбе с Чимином. А почему согласился он…
— Так вы не знаете…
— Что я не знаю? — детектив поворачивает голову к альфе и сталкивается с ним взглядом.
Оба теряются в глазах друг друга. Забывают о том, что нужно говорить, что они стоят на светофоре, что вокруг существуют люди. Они отводят друг от друга взгляд только когда слышат, как им сигналят другие водители, потому что уже давно горит зелёный.
Омега смотрит на дорогу и думает о том, что ему бы хотелось ещё послушать Чонгука. Не важно, что он будет говорить, главное — чтобы слышать его голос.
— Вы не считаете, что это немного нечестно? — начинает говорить Тэхён, когда они проезжают несколько метров.
— О чем вы?
— Вы моё имя знаете, а я ваше нет.
— Чонгук. Чон Чонгук.
«Красиво»
— Странное имя.
— Имя как имя. Вам не нравится?
— Ким Тэхён лучше.
— Чон Тэхён ещё лучше.
— Я сделаю вид, что не слышал этого.
Определённо, это не то, что хотел слышать детектив. Даже при условии, что это сказано голосом Чона.
Какое то время они ехали в тишине.
— Чон Чонгук… Это же про вас говорили в новостях много лет назад? — смотрит на альфу Ким, вспоминая где он слышал это имя.
— Было дело.
— С детства шум наводите… — бубнит себе под нос омега.
— Это плохо?
— Учитывая то, какими способами, то да, плохо.
— А что не так с моими способами?
— Вы эгоист, идёте по головам. Вам плевать на остальных.
— А вы никогда не ходили по головам?
— Нет, я и без этого достаточно успешный.
— Вы не идёте по головам, потому что вам нечего делить. Была бы у вас цель, добиться которой практически невозможно, вы бы и не к таким методам прибегнули бы, — Чонгук поворачивается к детективу и играет бровями, — Что касается эгоизма… Вы плохо меня знаете. С близкими мне людьми я превращаюсь в рыцаря на черном мерседесе. По этой причине вы сейчас едете к моему брату.
Labrinth & Zendaya — All For Us
— Нас к нему пустят? — задаёт вопрос детектив, идя по коридору.
— Немного денег, и нас пустят везде.
— Немного — это сколько?
Альфа проигнорировал вопрос.
Их заводят в комнату для допросов, где уже сидит Хосок. Его руки скованы наручниками.
— Ты что, мать твою, тут делаешь? — спрашивает Чон старший, видя, кто к нему пришёл, — И кто это с тобой? — он машет головой в сторону Кима.
— Мог бы и повежливее, — он отодвигает стул сначала для Тэхёна, а потом уже для себя, — Это Ким Тэхён, детектив, друг Чимина.
— Знакомый, — поправляет его омега.
Чонгук одаривает его взглядом, в котором читается «что, серьезно?»
— Господин… Чон? — несмело говорит Тэхён.
— Чон, — подтверждает Хосок.
— Чон, — вторит детектив, — Расскажите о произошедшем.
Омега слушает рассказ старшего, делая какие-то пометки в блокноте, который он всегда носит с собой.
— Скажите… — он заканчивает писать и поднимает взгляд на Хосока, — У вас есть враги, которые могли бы знать о вашем плане, и которые могли бы связаться с правительством?
Альфа недолго замолкает, погружаясь в свои мысли в поисках нужных имен.
— Нет? — Неуверенно произносит Чон старший.
— Господин Чон, прибыл ваш адвокат, — раздается голос охранника.
Через несколько секунд в комнате появляется запыхавшийся Пак. У него в руке крепкий кофе, а под глазами круги. Он не спал с того звонка Юнги в попытках что-то придумать.
Зайдя в комнату, он первым делом замечает до боли знакомый запах пломбира, а следом и его обладателя. Он знал, что ему придется видеться с Кимом, работая над этим делом, но не рассчитывал, что первая встреча случится так скоро.
Сталкиваясь взглядом с его
бывшим лучшим другом, он забывает все. Забывает о том, что хотел сказать Хосоку, что договорился о залоге, и что к вечеру его выпустят.
Он читает во взгляде миллионы вопросов. «Почему ты все-таки стал работать на них?», «Что случилось?», «Чего я не знаю?», «Почему
так просил помочь?» Эти вопросы вырываются из-под жёсткого контроля, позволяя Чимину прочитать их. Они путаются, пытаются докричаться до адвоката, сказать «ответь на меня». Но они все меркнут по сравнению с тем, как сильно во взгляде Тэхёна читаются страх за
друга знакомого и слова о том, как он соскучился.
— Привет… — первым тишину нарушил детектив.
— Привет… — отвечает ему Пак.
«Привет»
Такое простое слово. Но оно так много значит для обоих омег. Они так долго хотели сказать это друг другу и услышать его в ответ, что сейчас готовы расплакаться.
Здравствуй, Чимин, — здоровается с Паком Хосок.
— Доброе утро, — отвечает ему адвокат, садясь на стул рядом с ним и пряча смущенный взгляд от не менее смущенного Тэхёна.
— Так о чем мы? — нарушает тишину Чонгук.
— О том, есть ли у господина Чона враги, — отвечает ему Тэхён, изучая трещины на стене.
— Мы выяснили что нет, — констатирует факт Чон младший.
— В смысле «нет»? — недоумевает адвокат, привлекая к себе внимание всех, — А Хван?
— Это мразь не могла пойти против меня. Он слишком хорошо знаком с силой моего удара и с сумасшествием Гука, — говорит Хосок, смотря на своего адвоката, — Или… мог? — неуверенно произносит альфа, смотря на скептично приподнятую бровь Пака.
— Хван? Хван Хёнджин? — спрашивает детектив, смотря на Хосока.
— Да.
— Если отбросить такие факторы как сила вашего удара и прочие, он мог подставить вас?
— Такие подонки как он могут все, — отвечает за брата Чонгук.
— Я могу с ним встретиться? — спрашивает Тэхён, записывая в блокнот имя подозреваемого и поднимая взгляд на Хосока.
— Нет, он сейчас в другом городе. Там у наших людей какие-то разборки, вот он поехал для выяснения обстоятельств.
— И когда он будет?
— Через две недели. Он позвонил господину Мину, когда я был рядом, — произносит Чимин.
— В таком случае мне пока что нужны его список звонков и передвижений за последний месяц.
— Я скажу Феликсу, чтобы он предоставил нам информацию, — говорит Чонгук, поправляя запонки.
— Феликсу? — настороженно спрашивает Хосок.
— Он ни о чем не узнает раньше времени.
Братья пару минут смотрят друг на друга. Смысл их взглядов могут понять только они.
— Если он узнает…
— Он не узнает, — чётко проговаривает Чон младший, заставляя всех не сомневаться в его словах.
— Господин Чон, вы можете быть свободным, — говорит охранник, подходя к альфе и снимая с него наручники.
Хосок непонимающе смотрит на всех и останавливается на Паке.
— Я договорился о залоге, — он слегка улыбается, — Но мне казалось, тебя должны были выпустить ближе к вечеру.
— В любом случае это даже лучше, — говорит Чонгук, поднимаясь со стула.
The Neighborhood — The Beach
Когда все выходят на улицу, Хосок щурится от солнца и потирает запястья, которые были неприятно стянуты металлом всю ночь и утро.
— Господин Ким, вас подвезти? — спрашивает Чонгук, надеясь на положительный ответ.
Омега смотрит на Чона младшего и хочет ответить, что да, его нужно подвезти, но не успевает.
— Я довезу его. А вы поезжайте домой и поспите, вы всю ночь не спали, — говорит Чимин, обращаясь к братьям.
Как бы сильно Тэхён не хотел ещё побыть в компании альфы, поговорить с Паком ему нужно сильнее.
Чонгук и Тэхён пару секунд смотрят друг на друга, и в их взглядах читается легкая тоска от того, что им приходится ехать в разных машинах.
— До встречи, господин Ким, — говорит альфа, прежде чем сесть за руль своего мерседеса.
— До встречи, господин Чон, — отвечает ему детектив.
Омеги едут в тишине. В тишине заходят в магазин и покупают бутылку белого вина. В тишине подъезжают к озеру, что находится недалеко от дома Чимина.
Об этом месте практически никто не знает. Омеги нашли его, когда гуляли здесь с маленьким Гюмином. Здесь находится небольшой спуск к воде, скрытый от глаз посторонних зарослями сирени и дикой ежевики.
Ещё будучи друзьями, они установили здесь небольшую деревянную скамейку, на которой ножиком вырезали свои имена.
Выйдя из машины, омеги сняли обувь и подвернули края своих брюк. Они сели на лавочку, и поскольку она была очень близко к водоему, вытянув ноги, они оказались по щиколотку в теплой воде.
Открыв бутылку с вином они сделали по глотку.
— Чуть больше года назад, — начал свой рассказ Пак, — я ездил в Тэгу на сделку. Я уже собирался спать, когда написал, что в мое отсутствие приходил Намджун. Я тогда понял, что сон мне не светит и спустился в ресторан при отеле. И там я встретил Мина. Он уговорил меня сесть с ним за столик и поужинать. Потом он потащил меня в бар, и мы ещё там пили. В общем в номер я вернулся под утро, — адвокат сделал глоток вина, потому что у него пересохло горло, — Он меня тогда проводил. Ты не подумай, он даже в номер не заходил. Просто тогда он сказал, что если мне нужна будет помощь, то я смело могу к нему обращаться, — Чимин сделал глубокий вдох и продолжил, — А потом я взялся за дело Ши Синя.
— Кого? — спросил Тэхен, не понимая о ком говорит его друг.
— Хан Джисон. Он же Ши Синь.
Чимин замолчал, вспоминая ту ситуацию. У него на глазах появились слезы, которые не укрылись от взора Кима.
Адвокат смотрел на ровную гладь воды, что отражала окружающую обстановку. Озеро приятно освежало ноги.
Пак собирался с мыслями, подбирая слова, а детектив не давил.
— Он придумал трогательную историю про смерть мужа и ребенка, — через какое то время продолжил омега дрожащим голосом, — Я даже поверил. Не знаю, почему не попросил проверить тебя его слова.
Чимин смотрел на свои руки, что крутили бутылку с вином и чувствовал на себе взгляд друга.
— Когда я поехал в суд, намереваясь добиться снисхождения, Бан предоставил мне информацию о неком Ши Сине. Просмотрев его фотографии я понял, что это мой клиент, — он ковырял этикетку на бутылке, — Как выяснилось, Хан Джисон, то есть Ши Синь, родом из Китая и за ним числится огромное количество преступлений, и чаще всего встречаются похищения и изнасилования детей.
Чимин всхлипнул, и по его щекам потекли слезы. У адвоката перед глазами стояли кадры той ночи.
Тэхён молча слушал, и увидев, что его друг роняет слезы, подвинулся к нему в плотную и обнял за плечи, кладя его голову себе на плечо.
— В тот день, — между всхлипами говорил омега, — я впервые отказался от дела. А вечером мне позвонили с незнакомого номера. Это был он, — Чимин сделал глоток из стеклянной бутылки и глубоко вдохнул, — Он сказал, что я получу Гюмина обратно, мне только нужно следить за новостями, — Пак опять поднес алкоголь к губам, — Я сорвался домой и нашёл только избитую госпожу Ли в гараже. Я правда не знаю, как у меня оказался номер Мина, но увидев его, я вспомнил те слова о помощи. Полиция искала бы Ши Синя дольше, чем мафия.
Он опять замолчал, слушая шелест листвы и тихий шум озера.
Тэхён догадывался, что Мин что-то сделал, что его друг не смог отказаться. Но что все на столько серьёзно, даже предположить не мог.
— Он нашёл Гюмина за пару часов. Как мне потом рассказал Хосок, действуй они чуть медленнее, я бы получил обуглившийся труп, вместо брата.
Ким тяжело сглатывает и забирает у Пака бутылку с вином. Такое на трезвую голову понять трудно.
— Когда мне его привезли, он был без сознания и с перебинтованными кистями и стопами. Этот ублюдок прибил его гвоздями к полу.
От этих слов детектив давится алкоголем и выплевывает его перед собой, наклоняясь к воде. Чимин стучит ему по спине.
— Урод, — тихо хрипит Тэхён, откашливаясь.
— Мягко сказано, — говорит Пак, стирая с лица соленые дорожки тыльной стороной ладони.
Когда детектив прокашлялся, Чимин продолжил.
— На рассвете приехал Мин. От него за километр несло кровью, но он так и не сказал, что сделал с Ши Синем. Я тогда спросил, что он хочет получить в замен на помощь. У меня было два варианта: либо он начнёт трахать меня, либо заставит работать на него. Был конечно ещё один вариант: он потребует и то и то. И я не вправе был бы ему отказать. Но он всего лишь попросил меня заключить с ним контракт на год. И весь этот год я должен защищать его подчиненных.
— Почему ты не рассказал мне об этом тогда?
— Не хотел тебя в это впутывать. Пока ты общался со мной, тебе могла угрожать опасность.
Ким грустно усмехнулся.
— Значит… ты меня защищал…
— Да, — легко подтвердил Пак.
— Благородно…
Чимин ничего не ответил. Он рассматривал кожу на ладонях, изредка посматривая на озеро.
— Прости меня, — на выдохе произнёс Тэхён, — Я тебе столько всего наговорил тогда… Я правда не думал, что все так запутанно.
— Это ты меня прости, Тэ, — омега повернулся к другу корпусом, — Ты мне ничего обидного не сказал, а вот я… — он уронил голову на плечо Кима, — Я ужасный друг…
— Ты хотел сделать как лучше, — сказал детектив, прижимая друга к себе и гладя того по спине и волосам.
Они сидели так минут пятнадцать. Оба этим разговором сбросили с себя неподъемный груз, что придавливал их к земле несколько месяцев.
— А когда пройдёт год? — спросил Тэхен.
Адвокат повернул голову к другу и в непонимании уставился на него. Слезы на его лице уже высохли.
— Когда закончится срок контракта, ты перестанешь на него работать?
Чимин отлип от друга. Он прикрыл веки и, тяжело вздохнув, отпил вина. Его молчание говорило само за себя.
— Я запутался, Тэ, — пробубнил омега, зарываясь лицом в руки, которыми он облокотился о колени.
— Лучшей бы ты и дальше встречался с Намджуном, — говорит детектив, зарываясь рукой в волосы Пака и смотря на водную гладь, — С ним ты так не мучился.
— На счёт Намджуна, — отлипая от рук, сказал омега, — Это он мне сказал о засаде. Мы с ним встретились на съезде. Я не хотел с ним разговаривать, но он сказал, что не хочет, чтобы я возился с Мином. Я тогда понял, что он что-то готовит и пошёл на эту чертову яхту. Когда я приехал, я сразу сказал об этом Юнги.
— Забавно, ты первый раз называешь его по имени, — слегка улыбаясь, сказал Ким.
— Помоги выйти на предателя. Я знаю, что это прозвучит странно, но… Хосок правда хороший. Они все хорошие. И Юнги, и Феликс, и Хосок, и Чонгук…
— К слову о Чонгуке… Передай ему, что если он никогда костюмы не носил, то пусть и не начинает, — Тэхен поворачивает голову к адвокату.
— Как ты это понял? — с улыбкой спрашивает Пак друга.
Как же он соскучился по Тэхёну и его вечным анализам.
— У него шлица на пиджаке не распорота, — с улыбкой отвечает детектив, отпивая вино.
— Вот сам ему и скажешь, — говорит омега, уже во всю улыбаясь, — У меня был хороший учитель, чтобы по взглядам читать людей, — он слегка пихает друга в плечо и многозначительно играет бровями.
— Ты дурак, Пак Чимин, — смущенно улыбается Тэхен.
— Чонгук и правда красивый, так что ничего удивительного, что он тебе приглянулся, — пожимает плечами Пак.
— То что он красивый, это ещё ни о чем не говорит.
— Да, об этом говорят ваши взгляды, когда вы прощались. Ты же хотел с ним поехать? — спрашивает Чимин, приставляя горлышко бутылки к губам.
— Да, но мне надо было послушать тебя.
— В следующий раз, я сам спихну тебя на Чонгука, — улыбается Пак.
— Чимин, ты неисправим, — мотает головой и усмехается Ким.
— Ну признайся: он тебе понравился.
— Я не знаю. Внешне он и правда красивый, но любить человека только за внешность, тоже самое что не любить. Чтобы понять: нравится он мне или нет, нужно с ним ещё несколько раз встретиться и поговорить.
— Могу устроить, — серьёзно говорит адвокат.
— Для начала я с ним встречусь, чтобы он передал мне список звонков и передвижений Хвана. А там посмотрим, — задумчиво говорит Тэхён.
Омеги ещё долго разговаривали, сидя у озера. Они столько времени не общались, и теперь обсуждают все, что пропустили за это время.
Домой Тэхён не едет. Друзья ночуют у Пака, разговаривая до рассвета.
***
Calvin Harris feat. Ellie Goulding — Outside
— Так значит детектив, — задумчиво тянет Хосок, сидя на переднем сидении в машине брата и куря, — Симпатичный.
— О чем ты? — отвлекается от дороги на брата Чонгук.
— Детектив Ким красивый. Даже очень.
— Омега как омега, — говорит Чон младший и опускает стекло, чтобы впустить в салон кислорода, которого резко стало не хватать.
— Уверен? — с усмешкой спрашивает Хосок.
— Ну что ты хочешь от меня услышать? — раздраженно спрашивает Чонгук, — Что он мне понравился?
— Ну хотя бы это. Ты же с него взгляда не сводил, пока мы были в комнате для посещений, — альфа выдыхает сигаретный дым.
— Я из мафии. Ты бы знал, чего мне стоило уговорить его помочь. А о большем и говорить не стоит, — альфа зачесывает волосы назад и стучит пальцами по рулю, стоя на светофоре.
— А если попытаться? — задаёт вопрос Хосок.
— Попытаться что?
— Поухаживать. Ты же знаешь как это делается.
— Цветы и коробка конфет могли прокатить со всеми омегами. Но этот не все.
— По этому он тебе понравился?
— Понравился — это мягко сказано. Он запал мне в душу. Хо, ты бы видел его моими глазами в тот момент, когда я его впервые встретил. Таких больше нет. Он единственный в своём роде.
— Ну незаменимых так-то нет…
— Есть, — перебивает брата Чонгук, — Этот омега такой.
Чонгук как только увидел этого омегу решил, что он будет его. Что-то в нем есть такое, что цепляет. При виде него сердце пускается в пляс, весь мир тускнеет, по сравнению с цветами Тэхёна.
Если другим хотелось показывать дорогие украшения и брендовые вещи, то этому хочется показать звезды южного полушария, которые он вряд ли видел. Хотя даже самые прекрасные созвездия и космические туманности не сравнятся с красотой омеги.
Он красив не так как все — внешне. У него красота идёт изнутри, заполняя пространство вокруг своим светом. Об этой красоте не пишут в книжках и модных журналах. Это то, что не всем дано разглядеть. Но Чонгуку повезло. Он из тех счастливчиков, кому довелось увидеть внутреннюю красоту, причём увидеть с первого раза. И этого было достаточно, чтобы вытащить из груди сердце и на коленях, склонив голову, преподнести Тэхёну. Меньшего он не заслуживает.
— Уверен что хочешь именно этого омегу? — поворачивается к нему Хосок.
— Меньшего я не хочу, а большего просто не может быть. Он — вершина представлений об идеальных омегах.
— Ты влюблён в него как мальчишка, — усмехается Чон старший и откидывает голову назад, прикрывая глаза.
— Может и так. Я никогда никого не любил и не знаю — каково это. Но то, что я чувствую к нему выходит за все существующие рамки. Может это и есть та любовь, о которой кричат на каждом углу.
— Ты в курсе, что он старше тебя? — не открывая глаз спрашивает Чон старший.
— На сколько?
— На год, он ровесник Чимина.
— Это даже разницей в возрасте назвать нельзя.
— Как знаешь.
Братья едут дальше в тишине. Когда Чонгук высаживает старшего перед зданием, в котором находится его квартира, он едет к себе и пишет Феликсу, чтобы тот скинул ему список звонков и передвижений Хвана. А потом, гипнотизировав экран телефона несколько минут, просит найти номер детектива.
