Система помнит, кто здесь главный злодей?

* * * По пути к привычному "склепу" Му Цинфан дал указание одному из учеников, и, пока Бинхэ отодвигал в сторону "лишние" гробы, незаметно наполняя их слабым шлейфом демонской ци, словно в них до того были погибшие от рук демонов, тот принес для Шэнь Цинцю более приличное траурное одеяние, чем давешние грубые тряпки. Пока владыка Цинцзин с помощью ученика облачался, Юэ Цинъюань не оставлял попыток отговорить шиди от его идеи. В конце концов Юань не выдержал, и, упав на колени, покорно склонился перед главой школы, принося извинения и соглашаясь подчиниться старшему – мол, так и быть, если чжанмэнь-шисюн собирается выдать его Дворцу Хуаньхуа, этот Шэнь не смеет возразить... На этом спор прекратился – бледный, в траурном одеянии, с распустившимися волосами Цинцю выглядел так жалко... проняло даже Ци Цинци, смущенно отошедшую в сторону и отводящую глаза. Юэ Цинъюань промолчал, махнув рукой и также отойдя в сторону. Юань не знал, что Му Цинфан, вернувшийся с чайничком свежего отвара, безмолвной речью довольно зло и жестко дал главе школы целую отповедь насчет его спора с шиди – мол, я только получил возможность влить в Цинцю снотворное, чтобы он лег, заснул и перестал трепать искалеченные дальше некуда меридианы... а ты, шисюн, мешаешь мне выполнять мои целительские обязанности. Сам будешь в этого упрямца лекарства вливать?! Напора с двух сторон бедный Цинъюань уже не выдержал. К счастью, сохранить лицо помог вернувшийся старший ученик Цюндин – гости уже чуть не землю рыли на пике Цяньцао... Пока Му Цинфан, передав Бинхэ снотворное, отправился за гостями, Юань безуспешно пытался собрать прическу и нацепить гуань. Зверски болевшая рука онемела и почти не слушалась – пришлось, чуть не краснея, просить Бинхэ причесать его. Мальчик был счастлив помочь, а Шэнь Цинцю в то время, пока ему ловко убирали волосы, давал указания: Бинхэ должен был быть около "мертвого" учителя, якобы почтительно оплакивая его, а Ци Цинци должна была скрыться за ширмой – скрыв силу своей ци, она могла показаться одной из учениц Цинцзин, благопристойно, как положено девушке, соблюдающей обряд за завесой. Наконец Шэнь Цинцю разместился в гробу, незаметно шепнув Бинхэ, чтобы тот избавился от цинфанова пойла и усыпил его сам, а в случае неожиданностей – разбудил. Похождения Мэнмо на Цинцзин уже убедили Юаня, что техники демона совершенно незаметны для заклинателей, к тому же от него самого и побывавшей около темных артефактов нижней одежды до сих пор немало фонило демонской ци. Шэнь Цинцю предупредил всех, что в интересах Дворца Хуаньхуа, чтобы он оказался настоящим трупом – так что можно было ожидать и ядовитой иглы, и незаметного удара по акупунктурным точкам. Гостей не следовало подпускать слишком близко... У Юаня были и другие соображения – кроме желания выжить и не остаться калекой после "визита" к его трупу. Под бдительным оком Цинъюаня и Бинхэ, не получив возможности тщательно убедиться, что он действительно умер, адепты Хуаньхуа будут искать возможности проверить иначе. А, значит, задействуют для этого шпионов, ежели такие наличествуют в Цанцюн. Да, они с Бинхэ были крайне неосторожны – шпионами, доложившими Дворцу, могли оказаться и парочка подозрительных личностей с почтовой станции, и служанки в борделе (зная о пристрастиях владыки Цинцзин, вряд ли бы весенний дом обошли вниманием), и стражи у ворот, и кто угодно в городе... но Шэнь Цинцю, отправив через Цинъюаня учеников Цюндин наводить шороху за пределы школы, отвлекал внимание адептов Дворца; пусть те сочтут, что Цанцюн предполагает наличие и сосредоточился на поиске шпионов вовне, в городе. А раз они не ищут шпионов внутри... Коль уж пришлось играть "труп", почему заодно не сделать себя "наживкой"? Подумав об этом, Юань решил спровоцировать Хуаньхуа, не дав им удостовериться в смерти владыки Цинцзин и вынудив использовать для проверки того, кто был внедрен в школу... ежели такой есть. Бинхэ смотрел на него обеспокоенными глазами; пришлось незаметно легонько сжать его ладонь и прошептать одними губами: "Я в тебя верю". В ответ мальчик почти сразу успокоился и сосредоточился. Юань почувствовал себя как в больнице – сейчас анестезиолог введет препарат, а ты не знаешь, проснешься ли и в каком состоянии... тревога мгновенно сгинула, когда он ощутил в руке привычную рукоять Сюя.