Система помнит, кто здесь главный злодей?

* * * – У... Старейшина, вы в порядке? – Постучавшись, заглянула Инъин. – Да, все хорошо, – Шэнь Цинцю жестом подозвал любимую ученицу. – Вчера немного замерз под дождем, вот и приходится часто пить чай, а то горло пересыхает. Инъин кивнула и солнечно улыбнулась: – А вы... скоро вернетесь?... – Постараюсь поскорее. Но пока – молчок, хорошо? – сказал Юань, приложив палец к губам. Конечно, и так уже половина школы, наверняка, знала... Девушка согласно кивнула. – У меня для тебя есть задание. Найди побольше небольших лоскутков разного шелка, парчи и прочей нарядной ткани. Всяких остатков для шитья, из которых шьют подушки, покрывала... Юаню пришло в голову, что, кроме цветов, неплохо бы прикинуть и узоры. Но вот разрисовывать их времени точно не было. – Это для фонариков? Вы будете делать фонарики с нами? Найду! Поняла! – расцвела Инъин. – Давай, найди побыстрее, и возвращайся. Девушка коротко поклонилась, очаровательно улыбнулась милому "А-Ло" и ускакала. * * * – Учитель, вы правда думаете, что люди связаны с их именами? – Бинхэ протянул ему большую пиалу горячего красного чая. – Возможно, – Юань, вновь спрятавший усталое лицо в ладонях, осторожно отнял руки, взял чашку и отпил. – Как минимум они связываются в нашей голове. Он легонько постучал пальцем по собственному виску. – Мы видим человека, и у нас в голове в памяти остается его образ, по которому мы при новой встрече узнаем его; остается его имя, которым мы называем его, думая о нем или обращаясь к нему. – Значит, знать чужое имя – это оружие? И стоит скрывать свое имя? – Вряд ли поможет, если теория верна. Положим, некто получил имя при рождении, но для защиты его стали звать прозвищем. Образ человека у многих людей будет ассоциироваться с прозвищем, а с именем человек будет ассоциировать только сам себя. То есть по сути прозвище станет для этого человека его настоящим названием – слыша прозвище, будут вспоминать именно его, конкретного человека; а связи с именем почти не будет, слыша имя, будут вопрошать "а кто это?". В таком случае, для нанесения вреда стоит знать именно прозвище, а не имя – ибо связь больше. – Это теория? То есть... – Пока не проверенная достаточно и не подтвержденная фактами теория. Просто предположение, как оно может быть. – Юань отхлебнул еще чая. – И связь с портретами... Юань чуть вздохнул. – Какая-то связь, по идее, должна быть. Люди уверены, что портреты Чжун-куя, действительно, отпугивают призраков. С призраками мы сталкивались, их существование подтверждено нашими непосредственными наблюдениями, и мы их считаем достоверными – то есть, нам это не привиделось, не показалось. Сами портретами мы призраков не пугали, их реакцию не наблюдали – мы ориентируемся на чужое мнение, а людям могло и показаться. Но в предположении, что им не показалось, мы получаем следующий вывод: скорее всего, какая-то связь портрета и силы божества существует. Смотри, положим, я вор, забравшийся в дом. Если я увижу ширму с рисунком тигра, она меня не испугает – я знаю, что тигр не настоящий. Но если я впотьмах наткнусь на чучело, я могу и испугаться, приняв его за настоящего. Маловероятно, что призраки столь глупеют или меняют сознание, чтобы принять мелкий портрет за божество; но если они как сущности мира духов чуют духовную силу божества – они могут испугаться даже толики ее в изображении, ежели она там наличествует, как мы, услышав топот коней, можем отойти с дороги, еще до того, как кони показались из-за поворота и мы увидели их. Призраки могут принять отголосок духовных сил божества за отголосок перед появлением божества во всей мощи, и ретироваться. – Значит, чтобы проверить, можно попробовать испугать призрака портретом? – Но для того надо полностью скрыть свои духовные силы, чтобы не оказалось, что призраки испугались нас, а не портрета, а мы приписали эффект портрету. То есть при исследовании нужно учитывать факторы, что могут повлиять на достоверность результатов. – Например? – Например, достаточное число наблюдений. – Если проверять портрет, достаточно одного. – Не всегда. Мы можем не учесть некие факторы. Положим, свои духовные силы мы скрыли. А вдруг рядом окажется настоящий Чжун-куй? Маловероятно, но вдруг такое случится? И призраки испугаются его, а не портрет, а мы припишем результат портрету. – Тогда два? Но... если в доме вдруг окажется, например, "тысячелетний лотос снежной чистоты"... Тогда сколько проверять – как узнать? – Столько, сколько мы сочтем достаточным, чтобы счесть результаты достоверными. Положим, после пяти наблюдений мы решили, что все маловероятные неизвестные случайные события и известные значительные влияния исключили, и наш результат достаточно достоверен. Есть простые эксперименты, где можно достаточно четко определить, что мы проверяем, как и с какими условиями. Есть, вроде призраков и портрета, достаточно сложные, где мы легко можем ошибиться. – Разве легко? – В нашем сложном мире – легче легкого. Вот смотри. Выводы о взаимосвязи событий мы берем из наблюдений. Видим тучи, слышим гром – значит, вероятно, будет дождь, гроза. Откуда мы это знаем? Еще наши предки не раз попадали в грозу после грома и сказали нам. Много наблюдений! Или мы несколько раз сами попадали под дождь, и заметили действие туч, грома, молний. Что не исключает редких случаев "сухой грозы", когда тучи и молнии с громом есть, но дождя при этом нет. Но, представь такой вариант – некая женщина стирает парадное ханьфу мужа и вывешивает его сушиться, и случается гроза. Один раз она считает это несчастным случаем. Второй раз – совпадением. Третий раз... не подумает ли она, что некое божество рассердилось на мужа и каждый раз пачкает его лучшее, только что выстиранное ханьфу? – Ммм... тогда ей стоит отправить мужа в этом ханьфу на улицу и посмотреть. – Во-о-от! – улыбнулся Юань. – Ты проводишь эксперимент в новых условиях. Исключаешь стирку и женщину, оставляешь ханьфу, вводишь мужа... В дверь поскребся мальчонка Дань: – Старейшина! К вам пришли! Юань, скрыв вздох, дохлебал чай и нацепил маску. – Иду-иду! * * *