Система помнит, кто здесь главный злодей?

* * * Всласть пострадать Юаню не дали: сперва заявился адепт Аньдин с вышеупомянутым сундуком, бросил его на пороге и с видом "ну что еще" стал пялиться на принаряженную барышню, заставив ее смутиться и скрыться за ширмой. Юань отослал его " за ещом", то есть украшениями, в частности серебряными и медными. Если барышне Тун идут коричнево-синие оттенки – яркое золото к ним может не подойти, а вот медь... Про "чины и богатства" он пока не задумывался – "родить" бы что приличное на вид, а там будем соображать дальше. Бинхэ пытался увести его поесть, но Юань старался по возможности использовать все дневное время и дневной свет, и торопился. Потому вместо обеда или хотя бы чая закопался в принесенный сундук – брошенный прямо на пороге. Бинхэ уже собирался поднять и оттащить его к кушетке – не то что бы с его заклинательской силой это было неподъемно или тяжело, но лакированный короб оказался очень неудобных габаритов, все не давая его толком ухватить. К счастью, на выручку пришел У Цинъянь, заявившийся со своими идеями по фэншую, и помог перетащить сундук прежде, чем отправиться в спальню Цинъюаня и его кабинет. Юань вышел за ним следом, в коридоре тихо спрашивая, как продвигается расследование шимэй Куан. Цинъянь ответил, что та, собрав все интересующее, пока занялась восстановлением "тела". Цинъюань распорядился доставить новый гроб (под очередные горестные вопли Цинхуа), чтобы не оставлять бардак около усыпальницы; после уже второго происшествия с умершим главой Цинцзин, да еще с замешанными в нем адептами Байчжань, по школе пошли нехорошие шепотки. Учитывая, что рассеянный Цинъянь на "шепотки" сроду внимания не обращал, Юань представил, насколько сильной была волна слухов, что дошла даже до витавшего в облаках артефактолога. Напоследок, торопясь заняться любимым делом, Цинъянь вскользь спросил – "а ты, мол, девиц наряжаешь? Не боишься связываться с девочками Цинци?". Юань лишь горестно вздохнул, закатывая глаза и жалея, что все веера ныне валялись перед малышом Данем, служа "натурой". Конечно, бро Самолет был прав – нечего было ввязываться в споры с Ци Цинци, и так их отношения были более чем натянутыми, и стали вообще на грани после того неприятного происшествия в спальне. Цинци ничуть не была ханжой, как Цинвэй; но вот на любые отношения партнеров с видимой разницей в возрасте, как он понял за время знакомства с ней, смотрела весьма косо. А уж на отношения меж учителем и учеником, и прочие "инцесты"... Но вот чем-то идея отправить на задание Лю Минъянь его не радовала. Наверное, тем, что Бинхэ, вернувшись в Царство демонов, и так, вероятно, на значительное время разлучится с будущей женой... они еще недавно, перед Собранием, так мило общались... надо дать детям побыть друг с другом, романтически помиловаться под полной луной и все такое, пока есть возможность. А если Минъянь отошлют – все вот это столь подходящее время Праздника Фонарей будет упущено. Такая прекрасная сцена пропадет! Эстетическое чувство Юаня плакало горькими слезами. Инъин прекрасно смотрелась с Бинхэ днем – искрящаяся световой радугой, словно яркий солнечный зайчик, непосредственная радостная девочка; Минъянь была спокойной, чуть замкнуто-таинственной девушкой, держащейся со взрослым достоинством – и ее туманно-сумеречное* строгое изящество было идеально для сиреневого летнего вечера, поднимающейся над темно-зелеными травами белесой горьковатой дымки, словно нарисованной пастелью мягкой желтоватой луны. Ну хорошо, ранне-весеннего – мерцающие льдинки подтаявшего снега на острых камнях скал, теряющиеся вдали яркие огоньки разноцветных фонариков, темнеющее аметистовое небо, медленно поднимающийся из-за темных зубцов хребта медный гонг луны... А-а-а, ну как, как это можно про-дол-бать?! Нет, ради этой картинки Юань нарядит и разрисует хоть сотню дев! Вот прямо сейчас! Со злым упрямством он вернулся в гостиную и принялся за шмотки из сундука. * * * Следующей стала барышня Жун. С одеждой и макияжем проблем почти не оказалось: нашлось уже готовое ярко-синее, васильковое атласное платье, расшитое по лифу синими, зеленоватыми, серебристыми бисером, камнями и шелковыми нитями, и пара одеяний: голубоватое, с ромбовидно-чешуйчатым узором, вторым, и изумрудное с крупными листьями – верхним. Юаня немного не устраивало такое бестолковое смысловое смешение узоров: на лифе было что-то цветочно-геометрическое, дальше шло рыбно-морское, сверху были какие-то "джунгли", что он, ворча, и высказал. Зато нашлись украшения для волос – цветочная "корона" из яркого серебра с чем-то вроде сапфиров и жемчугом голубых и зеленых тонов. Но получившаяся гамма его более чем устроила: макияжа почти не потребовалось. Если с помадой для барышни Юй он несколько повозился, мечась от коричнево-оранжевых до малиновых оттенков – которые на пробу, после его игр с полосками палитр смешали девочки с Цяньцао, и в итоге выбрал первое, то здесь холодноватый, не слишком яркий красный вишневого оттенка нашелся почти сразу. Румяна также подошли типовые "малиново-вишневые", как и светло-розовые тени в края век. С подводками и бровями Юань перебарщивать не стал, только чуть подчеркнул естественные линии. Осталась лишь пара недочетов: платье было чуть велико, и его надо было подшить у груди; да что-то придумать с прической и короной. Последним привычно занялись Инъин и Сяо Лань, а с платьем вызвался помочь Бинхэ. О, наш гений умеет шить? Ну... в принципе да, он же приемный сын прачки, и его немало гоняли на пике в первые годы... Почему нет? Лишние руки сейчас совсем не лишние! И Бинхэ принялся за дело. К делу пристроили и мальчика – держать зеркальце при конструировании прически, подавать шпильки и... вытаскивать из тряпок котенка, все норовившего туда зарыться и поиграться с лоскутками и кисточками. Вот только попортить шелк когтями не хватало! В конце концов котенка забрала барышня Юй, завернув в теплый платок и заглаживая, попутно она успокаивала Юаня, что в отношении дам требования придерживаться цветов в соответствии с рангами давно не соблюдаются. Ну да, это же ПГБД! "Старейшина", дабы избежать подозрений, смущенно пояснял, что этот старик и отшельник настолько отошел от мирских дел... Следующей пришел черед барышни Тун. С ней уже пришлось повозиться: ее совершенно плоское тело было словно создано для японского кимоно, а вот во всех вариантах местных нарядов смотрелось... плохо. Костлявые плечи торчали углами, ключицы выпирали под тонкой тканью, груди не было от слова совсем – даже если бы в этом мире был "пуш-ап", его просто не на что было бы надеть! Оттенки также подходили лишь темные и пастельные. Мысленно припомнив кучу ругательств, Юань прежде всего решил оставить на барышне ее нижнее, плотное "форменное" платье из теплого шерстяного сукна коричного, с чуть охряным оттенком цвета, да еще на плотную хлопковую сорочку. По крайней мере это придавало хоть какую-то мягкость, словно обитой плотной тканью доске. Еще б запихать что под эту обивку, мягонького... Варианты "плечиков" или набитых чем-то лифчиков требовали конструирования и обдумывания. Нет, если бы ему надо было сделать "степную" красавицу, проблем бы не было – стеганки, кожа да мех "наше все", но под рукой не было даже плотного бархата. В лучшем случае плотная жесткая парча, что на "доске" еще более усиливала это ощущение "жесткости". Кого из мужчин привлечет доска, тем более стиральная доска? Ну разве что упоротых конфуцианцев, которые, соблюдая "традиции", спали на каменных подушках и мерили длину кровати по линеечке. Эти и красоту женщины оценят по "благонравию", формальным признакам и длине рукава. В мыслях о "что-то степное" Юань внезапно отрыл что-то "восточное". Туркменское? Турецкое? Почти прозрачный шелковый халат был скроен прямоугольником, без привычного запАха; по обеим, как их... планкам?.. шла плотная геометрическая вышивка серебряной нитью, от более плотного узора, практически серебряной тесьмы, к более редкому и кружевному; рукава также оставались в "кружевной" вышивке, лишь по краю шла тоненькая плотная серебряная полоска. На спине был крупный прямоугольный узор-картина, тоже переходящий в "кружево". Клин клином? Прямоугольный крой сел идеально, но на коричневом смотрелся... хм... Юань подобрал под него бирюзовый. Да, "доска" теперь стала идеально-расписной. Юань машинально схватил веер, нервно играясь сложенной вещицей – касаясь концом подбородка и чуть не почесывая затылок. Конструкция одежды подошла идеально, визуально и руки и прочее казалось идеальных пропорций – и ширина плеч, и длина рук, и кисти, и талия... Вот только это какой-то андрогиный унисекс. Ни парень, ни девушка. Да еще лошадино-прямоугольный контур лица к прямоугольнику ниже! Этот прямоугольник тонами да румянами просто не выправишь, не считая сложности с подбором цвета макияжа! Тут пол-лица бы прядями закрыть! Вздохнув, Юань, который ранее даже не прикасался к девушкам, мысленно помолившись всем предкам и принеся девушке извинения, потянулся за гребнем. Собрав высокий хвост, он выпустил прядей и стал подбирать их крохотными гребешками, моделируя, как выглядела бы челка или короткие прядки. Контуры лица сгладились – но андрогинность только усилилась. Некрасивая девушка стала кем-то вроде хорошенького мальчика: грубоватые черты плохо смотрелись на женском лице, но отлично подходили юноше. Вообще девушке отлично шли геометрические, треугольные узоры, о чем и пробормотал Юань. Инъин тут же протянула ему узкий браслет с узором из голубых и темно-оранжевых чередующихся треугольников. Не напялится – браслет был на ребенка, но оказалось, что это гуань. Инъин тут же нацепила его на хвост заколкой и закрепила простой стальной шпилькой. И схватила ножницы. – Стой! – еле удержал ее Юань. – Это же только примерка! – Режь, – бросив взгляд на зеркальце, бросила барышня Тун. – Хочу так. Голос у нее был низкий и густой, почти юношеский. – Но... – попытался остановить их Юань, – семь раз отмерь... отрезанное мы обратно не нарастим! "У нас тут не двадцать первый век!". Барышня Тун пожала плечами: – Я в детстве так ходила, так выгляжу моложе. А если зачесывать – старухой на двадцать пять. На такую даже и не посмотрят. Так что режь. Не выйдет – за пару месяцев опять отрастет, обратно соберу. Юань не стал спорить, устало махнув рукой. Спорить с целителями Цяньцао – бесполезно. Пиковая профдеформация на упрямых пациентах, чтоб ее. Испортим – ну потом огрызки гребешками и заколками подберем... --- * отсылка с имени "туманная дымка, морось". Примерная палитра наряда для барышни Тун: https://color.romanuke.com/czvetovaya-palitra-4289/ + что еще смотрел Юань https://color.romanuke.com/tsvetovaya-palitra-4193/ Гуань – более темно-пастельный ("пыльный") https://color.romanuke.com/czvetovaya-palitra-4331/