Система помнит, кто здесь главный злодей?

* * * После завтрака Му Цинфан, вспомнив и прихватив книги и записи, засобирался к себе – готовить новую порцию лекарства для Цинцю, Юэ Цинъюань, вздохнув, пошел в свой кабинет, разбираться с делами школы – впрочем, под выразительными взглядами собратьев почти клятвенно пообещав всем уделить днем время и медитации, а У Цинъянь, еле отмывшись от крема и кое-как вытряся крошки из одеяния, скрылся в спальне Шэнь Цинцю, чтобы закончить работу над фэншуем. (Юань подумал, что "закончить" – это было громко сказано, "немножко доделать и сделать перерыв... хотя бы до вечера, а то и до завтра"). А сам Юань с Бинхэ вернулись в гостиную – разбирать вчерашний рабочий разгром и хаос. Не успела за ними закрыться дверь, как они услышали, что старший ученик докладывает главе школы о визите главы Шу; Циншуан, перехватив прямо на пороге Му Цинфана, после обычных церемонных приветствий с привычной радостью от "удачных совпадений" прошествовала с ним в кабинет Цинъюаня. Юань юркнул за ширму и судорожно нацепил маску "старейшины" – перед учениками Цюндин старались скрывать, что глава Шэнь выжил после покушения. В маске было не очень комфортно, но это лучше, чем заполучить кинжал в спину от Хуаньхуа, и Юань смирился с мелкими неудобствами. Вторым мелким неудобством была предстоящая уборка в комнате, где словно носорогопитон поплясал. По всей комнате в художественном беспорядке стояли ширмы, на которых висели платья, юбки, сорочки и верхние халаты; одеждой были завалены и кушетки, и табуреты, и сундук, что-то соскользнуло на пол; чайный столик в углу был словно филиалом алхимической лаборатории со своими плошками и ретортами (и Юань даже боялся подходить к нему – не то что трогать...); огромный рабоче-обеденный стол, где спокойно могли разместиться все двенадцать владык пика, расстелив пару больших карт Поднебесной, был завален кистями, красками, суетливыми набросками и полосками палитр, забытыми под ними рисунками камешков и веерами, густо заставлен шкатулками и покрыт россыпями украшений. Юань вздохнул. Куча совершенно глупой и бесполезной работы. Выбрать именно эту барышню помог случай... точнее, типичный "рояль в кустах" имени "ПГБД". Как всегда. Подумаешь, что король-то на самом деле голый! И что он ждал от этого мира – что упорный труд принесет какой-то результат? Ха. Тут работал только "ореол главного героя". А он... "главный злодей", так, Система? Юань не завидовал, да и за барышню Фа был рад. Все же серьезное, сложное задание и шанс отличиться. Кстати о барышне... Он бросил взгляд на незаконченный набросок – вчера он не успел дорисовать, обходясь подручными средствами. Все же, "подручные средства" не дело на серьезной миссии. Юань как опытный исполнитель заданий предпочитал проверенные и надежные инструменты. Лучшие. Так что барышне нужен... нормальный лифчик! А не то недоразумение из пояса, что они соорудили вчера. Нет, этого "короля" он голым не оставит, не дождешься, Самолет! Даром что ай-кью тут у НПС... Бинхэ, заметив задумчивость учителя, тут же вынырнул из-за плеча... Объяснить ученику задумку словами или нарисовать Юаню оказалось сложно из-за внезапного и глупого стеснения; подходящие термины не находились, слова не складывались во фразы, а кисть зависала – возможно, потому, что рисунок девушки в купальнике или бикини был бы совсем ООС для этого мира. В конце концов Юань не выдержал "взгляда голодного щенка" от Бинхэ, ждущего изложение идеи, и решил показать. Скинув верхнее одеяние, он взял шелковый шарф, продел сквозь простое колечко, обернул вокруг груди, завязал за спиной, провел крест-накрест концы через плечи к бокам, там их намотал на шарф, превращая в подобие лямок и напихал в импровизированный "купальник" пару подушечек из тех, что остались от вчерашнего сооружения прически. – Смотри. Нужно сконструировать поддержку для груди из ткани, возможно, с ребрами для жесткости... – Сконструировать? – Верно. Продумать идею и сделать чертеж, как делают чертежи доспехов... и других вещей – от фонариков до механизмов или осадных орудий перед тем, как реализовывать в материале. Чтобы держало и было удобно. Обычный широкий пояс под тяжестью будет сползать – нужно или удлинить его до талии, чтобы он держался, упираясь в бедра... или за счет сужения к талии – у женщин талия обычно тонкая... тогда он должен прилегать плотно, но, если затягивать, это может мешать дыханию... или поддержать его лямками. И грудь положить во что-то подходящей формы... вроде четвертинки шара... Юань обхватил подушечки ладонями, поддерживая. – Я понял, учитель. Что-то вроде фонариков из ткани – обтянуть тканью каркас... – Только совсем жесткий каркас тут не годится – при движении может впиться и ранить. – Ммм... сшить все из кожи? – Жарко и потно. Мы не в степи. – Из тонкой кожи? Или полоски плотной? – Нужно сделать образец и проверить... На этих словах дверь распахнулась, а Юань чуть не провалился под землю от стыда. В зал вошли девушки с Цяньцао. – Ой... простите... нам сказали, здесь никого нет... Первым желанием Юаня было сбежать за ширму, содрать шарф и накинуть халат, но девушки, похоже, его уже увидели, да и Бинхэ, примеряясь к будущей конструкции, крепко вцепился в "недолифчик". К счастью, если Юань и покраснел, лица за маской было не видно, а тактика "мы ничего такого не делаем" и ранее себя оправдывала. Бинхэ, к счастью, неловкости не заметил, увлеченный делом не меньше, чем У Цинъянь. У шишу что ли набрался? Не удовлетворившись прикидкой "по длине пальцев", он, схватив ленточку, принялся деловито обмерять Юаня и набрасывать "чертеж" с размерами на бумагу, а после зарылся в лоскутки в поисках подходящего кусочка ткани для "образца". Юаню пришлось тихонечко напомнить о манерах – и лишь тогда Бинхэ отвлекся и, широко улыбаясь, поздоровался с девушками. И тут же принялся деловито объяснять им "идею", одновременно раскраивая ткань. Юань мысленно выдохнул – главный герой со своим обаянием успешно отвлекал внимание от него самого и его косяков. И вздохнул, немножко завидуя будущим женам Бинхэ: муж, который не только божественно готовит, но и брови умеет подвести, и лифчик сшить... не муж, а мечта и без потрясающих размеров "небесного столпа"! Девушки идею всячески поддержали – они-то уж думали решать вопрос бинтами... поскольку как ученицы Цяньцао и не такое при перевязках могли соорудить. Подумаешь – грудь поддержать! Но наматывать, потом разматывать... готовая конструкция удобнее! Юань сам не заметил, как обсуждение "конструкции для поддержки груди" перетекло в обсуждение конструкций для поддержки иных частей тела, в основном поврежденных. Даже без его особого участия на набросках появлялись чехлы для поддержки сломанных рук (вместо обычного "повесил забинтованную на "шине" руку на шарф или платок и вперед, все равно скоро заживет") и прочие обтяжки, утяжки и бандажи... а его обрядили в первый сшитый образец "бюстгальтера". Снаружи это сооружение из хлопковой ткани в яркий горошек-цветочек с торчащими черными подушечками смотрелось ужасно, но под запахнутым халатом... даже ничего. Ни лямок, ни застежки заметно не было. Юань, запахивая халат, подумал, что Му Цинфан его убьет – разгуливает тут перед барышнями в нижнем белье! Или не убьет... девушки с Цяньцао и его внутренности, небось, видели, что для них нового? Тем временем к ним заглянул проголодавшийся (час назад же покормили!) котенок и заинтересовался разбросанной на чайном столике косметикой. Пришлось срочно хватать любопытного звереныша, бешено рвущегося из рук, чтобы полакомиться румянами, задабривать печеньем (ну хоть не так вредно, как румяна) и срочно закрывать-убирать с глаз долой. "Хорошо хоть не ребенок", – мысленно вздохнул Юань. – "У котов лапки". Вот только "изобретать" "безопасные" хитрооткрывающиеся крышечки ему сейчас не хватало... Внимание невольно переключилось на косметику; Бинхэ достал составленный вчера для лавки румян список, а потом... все четверо уставились на Юаня с жалобным выражением кота из "Шрека". "Что?!" Оказалось, все хотят вчерашнего продолжения урока макияжа – прежде всего Бинхэ. Да и остальные – поскольку барышню Тун так и не докрасили. Юань вздохнул – но куда ему против желаний главного героя и шрековского кота в четвертой степени? Тут от одного наглого котенка-то сердце тает... Более подходящей оттенку волос коричневатой туши не нашлось, пришлось работать "с тем что есть". И пробовать выправить лицо на более "девчачье". В ход пошли стразы, отвлекающие внимание, довольно яркий макияж, игра с румянами, и все равно – лучше всего смотрелось или скрывая часть лица прядками, или нижнюю часть лица вуалью. Подведенные глаза у девушки получились удивительно красивы, но вот форма и пропорции лица... мальчик, и хоть убейся! Юань даже ругнулся вслух, что проще Бинхэ накрасить девочкой. Тот сразу ухватился за неосторожные слова, девчонкам мысль тоже показалась забавной. Хотите меня в лужу посадить, да?! За слишком длинный язык... Не дождетесь! Красивого юного мальчика превратить в девочку проще простого, что показывает многочисленный опыт дорам. А вот девочек в мальчиков достоверно гримировал мало кто – в лучшем случае наклеенные усы-бороды спасали. Но сделать качественные, не выглядящие дешевым карнавалом усы еще сложнее, чем лифчик – в мире, где еще даже резинок не изобрели! Если бы гримировать пришлось невнятного НПС с глазенками-щелочками, плоским круглым лицом или квадратной челюстью – у Юаня были бы проблемы. Бинхэ же был типичной мечтой о мальчике-заклинателе – огромные глаза, изящное узкое лицо... проще было бы только с шиди Лю. Тому вообще только губы в кармин подкрасить – и вперед. Уж не потому ли Минъянь лицо прячет – чтобы с братом не путали? Не сгорело и полпалочки благовоний, как из Бинхэ вышла очаровательная девица в ярком вечернем макияже. Молодежь залилась веселым смехом, ученик потянулся отобрать у учителя "лифчик", чтобы окончательно превратиться в девицу, и уже прикидывал, не подшутить ли над мальчиками с Байчжань... * * * Внезапно раздался стук, и почти сразу в зал вошел – влетел – Му Цинфан. Ох уж эта привычка Цяньцао не ждать! Юань еле-еле успел затолкать Бинхэ за ширму – не хватает, чтобы его не только старым развратником, но и старым извращенцем сочли! Столь же быстро целитель взял быка за рога и без лишних расшаркиваний стал излагать суть дела, даже не потрудившись выгнать учениц – и те почтительно вышмыгнули в коридор сами, как только старшие начали серьезный разговор. Шу Циншуан утром заявилась к Юэ Цинъюаню с четким намерением взять его и Му Цинфана и идти в атаку на Ваньцзянь – спасать свою старую подругу, госпожу Вэй, от ее бестолкового и трусливого мужа. Цинфан не знал, по каким хвостам девы Шу прошлись слухи о молоденькой пассии Цинвэя, но он никогда не видел всегда спокойную и хладнокровную Циншуан в столь боевитом состоянии. (Не)удачно попавшегося под руку целителя она чуть не буквально взяла за шкирку (хорошо не за ухо, ворот халата не жалко, а вот ухо – да!), второй рукой чуть не сграбастала Цинъюаня, и чуть не поволокла обоих на пик мечников. Без лишних слов. К счастью, пока шисюн Юэ отвлекал шимэй привычной любезностью и чаем, Цинфану удалось незаметно, научившись сей тактике у Цинхуа, отползти на дальний край стола, а оттуда быстро ретироваться. Мол, он пока все подготовит, а Цинвэй пусть приходит с женой на Цяньцао. Конечно, шиди Му был уверен, что Цинвэй продолжит тянуть кота за хвост и на его пике никто не появится, хотя, на всякий случай, по просьбе Цинъюаня, и подготовился. Но просчитался. И вот теперь мрачный Цинвэй под конвоем Циншуан ждал на Цяньцао в сопровождении жены, Цинъюань удерживал всех от глупостей, а сам Му Цинфан был в деловитой панике. Ты мне нужен, шисюн, я-мать-его-растак-такое-никогда-не делал! Мне нужна страховка! Юань понимал, что опыт, хоть и с ореолом злодея, у него есть, а вот успех "операции" однозначно может обеспечить лишь Бинхэ. Только вот... – Ммм, ты же понимаешь, шиди, что глава Вэй меня и за ли (ок. 500 м) к супруге не подпустит? Му Цинфан почти облегченно выдохнул (если проблема только в этом...) и подхватил широкополую шляпу с вуалью, их тех, что Бинхэ споро добыл после недавнего мерзкого дождя: – Ты уже был наставницей с Сяньшу* и старейшиной с Сюаньчжэнь, может, теперь окажешь честь и Цяньцао? --- * Му Цинфан напоминает, как при нежданном визите из Хуаньхуа Шэнь Цинцю одолжил одеяние Ци Цинци и переоделся барышней с Сяньшу.